Часть 12.
Юнги смог проспать не больше двух часов. Он не понимал, почему даже во время них просыпался, ведь иногда, когда спал, не обнимал кумамона. Но только потом подумал о том, что, возможно, что все из - за того, что засыпал и просыпался он всегда с ним. Лишь иногда ночью мог отбросить его, но затем снова обнять.
Мешки под глазами стали больше, таблетки, что однажды купил ему Хосок, от ноющей головы и болящего живота не помогали, поэтому ему приходилось либо лежать на кровати и думать, какой же он долбаеб, либо смотреть телевизор, либо сидеть за ноутбуком. И конечно же, он выбрал только первое.
Поехал Мин к Хосоку на автобусе около 10 часов, надеясь на то, что парень не спит или никуда не ушел.
Приехал и медленным шагом дошел до нужного дома, чтобы голова не заболела еще сильнее, а затем позвонил в домофон. В первый и во второй раз никто не ответил, сколько бы гудков не прозвучало и Юнги отчаялся - почти плакал от своего идиотизма.
Но затем попробовал в третий раз и ему наконец ответил Чон. Сонным, да даже почти больным голосом:
-Кто?
-Юнги. Открой мне, пожалуйста.
В домофоне замолкли, а затем дверь открылась.
Мин Юнги поблагодарил Бога, что в этом доме домофон вообще был.
Старший достаточно быстро добрался до нужного этажа, да еще и пешком. Голова от этого заболела только сильнее, но на этого он решил не обращать внимания. Сам виноват - сам и расплачивайся, ха.
На пороге стоял Хосок, бледный, помятый(как и одеждой, так и лицом) и сонный. Он еле открыл глаза и поднял руки, когда Юнги влетел в квартиру и обнял младшего, чуть не столкнув его и прижимаясь к нему.
От Хосока пахло выпивкой, сигаретами, одеколоном, что не выветрился и почему - то самим Юнги.
-Прости, Хо, я вчера очень сглупил.
Старший сам закрыл дверь на щеколду, когда отстранился от Чона. Тот стоял, немного пошатываясь, а затем оперся на стенку плечом. Выглядел он хуже Юнги, хоть Юн почти не спал. Очень тревожно не спал.
-Я предупреждал тебя, но ты почему - то не стал слушать.. - младший, как ему показалось по голосу, обиделся на него и Мин слабо и виновато улыбнулся, - Пошли спать. Наверно, сегодня ночью ты этим не занимался.
Хо даже забыл об утреннем стояке и, как только плюхнулся обратно на кровать, заснул.
Юн улыбнулся и понял, почему все же оттого пахло им.
Наверно потому, что Хосок обнимал кумамона.
Вытащив одеяло из - под младшего и нашарив пульт от сплита на тумбочке, он сделал чуть прохладнее, решив, что пусть в гостиной дует так, как дует сейчас.
А затем разделся, оставив только майку и боксеры, завалившись на кровать и крепко обнимая мишку.
-Прости меня, кума~ - он шептал это все игрушке, целуя ее за ушком и задумываясь, что все это глупо, - Я виноват перед тобой, то оставил тебя здесь. Но тебя все равно обнимал хороший человек.
Он укрыл себя, а после и младшего, что поджал под себя ноги и пускал слюни на подушку.
Мин хихикнул и вновь почувствовал усталость, засыпая.
Первым проснулся Хосок. Он обнимал Юнги со спины, уткнувшись носом ему в затылок и как обычно закинув ногу ему на бедро.
Ему это нравилось и он хотел продолжать так лежать, но потом все же понял, что дела есть.
Как только он встал, у него начала болеть голова. Первым делом он выпил таблетку, а затем одну такую же положил на тумбочку Юнги, вместе со стаканом воды. На всякий случай.
Потом принял душ, удивляясь с того, как от него пахло соджу. Он поморщился, натирая шею и плечи, а затем и лицо пенкой, после чего, правда, закашлялся.
Шумно выдохнув, вышел в коридор с полотенцем на бедрах, оставляя мокрые следы стоп до кухни.
Там он решил хоть что - нибудь приготовить и решил, что идеальным вариантом будет куриный суп. Однажды в баре ему сказали, что "перед тем, как идти бухать, сварите куриный суп. А лучше бульон. Идеальное средство от болезни и похмелья."
Чон только посмеялся, доставая курицу и запихивая ее в микроволновку, отходить.
"Ну конечно. Будто это на самом деле поможет. Ну.. Хоть будет что поесть. Надеюсь, Юнги понравится."
Пока курица размораживалась, он вернулся обратно в спальню.
Мин все же спал, крепко обнимая медведя и Хо сладко улыбнулся, опускаясь на колени рядом с кроватью и укладывая на край голову, прикрыв глаза. Он ждал, пока микроволновка на кухне запищит и придется ставить курицу на второй раз, чтобы она разморозилась до нужного состояния. Заодно, стоило бы налить воды в кастрюлю и поставить на плиту.
Но сейчас Чон слушал, как мирно посапывал старший, чуть приоткрыв рот. Такая картина ему жутко нравилась и он чувствовал, как бешено колотилось сердце.
Вот именно, что бешено. Младшему также казалось, что такого быть не должно.
-Я люблю тебя, Юнги~я, - он слабо улыбнулся, вставая и понимая, что тот все равно не слышит его, ведь крепко спит, - Однажды, я скажу тебе это, чтобы ты услышал. И я надеюсь, что ты ответишь мне тем же.
Юнги проснулся намного позже. Он все равно чувствовал себя мягко говоря не очень, не сразу открывая глаза.
Голова побаливала, спать все еще хотелось, да и вообще, дерьмово. Дерьмово, потому что усталость нагоняет.
Он сел, повернув голову и выпивая таблетку, а затем лег обратно.
Дверь в спальню была закрыта, но Мин все равно хотел позвать Чона. Хотел, но толком так и не решился.
Лежа голова болела не так сильно, а звездочки не летали перед глазами. Он лежал, бездумно пялясь в потолок.
Минут через десять, как проснулся Юн в комнату зашел Хосок.
Он зашел, чтобы переодеться и не заметил, что старший не спит.
С бедер упало полотенце и Юнги хитро ухмыльнулся, разглядывая чужую задницу через полуприкрытые глаза.
Чон думал, что тот еще спит, потому что одной рукой Мин все же обнимал кумамона. Только вот он не подумал, что у Юна была не лучшая поза.
Хосок был стройный, даже немного худоват. Ноги красивые, задница - орех!, талия есть, шея изящная. Юн почувствовал, что сейчас ему придется идти в ванну, потому что понял, что член стоит. И он решил не списывать это на утреннюю эрекцию, а обвинить в этом извращенца Чона.
Который вышел из комнаты будучи уже полностью одетым в домашнюю одежду и тихо закрывая дверь.
Юн потянулся - от этого усталость немного прошла и встал. Зевнул, вздыхая, а затем тихо открыл дверь, уходя в ванну. Он старался быть тихим, чтобы Чон не заподозрил, что он встал.
Воду включил еле - еле, лишь чтобы смочить руку, а затем, все - таки передумав, залез в душ, раздевшись. Включил холодный душ и покрылся мурашками, прикрывая глаза. Бодрит, усталость снимает еще больше. Мастурбация, кстати, тоже. (правильно поймите, а не так, как я.)
Он прислонился к стене, прикусив губу, чтобы не стонать, ну или хотя бы не делать это слишком громко, лишь несколько раз шумно выдыхая, когда водил ладонью по члену.
Вылез минут через 30, успев и подрочить, и быстро обмыться.
Из ванной он вышел голым и мокрым, задрожав и оставляя следы.
Быстро забежал в спальню, но там оказалось еще холоднее.
Мин закатил глаза, желая нырнуть под одеяло, но затем быстро нашел полотенце в шкафу, тут же вытираясь.
Затем подошел к рюкзаку со своими вещами, что был около кровати. Переоделся в домашнюю одежду и проверил телефон - он был на тумбочке со стороны, на которой спал Хосок. И конечно же, ему никто не написал. А кому он нужен?
На кухне пахло бульоном с курицей и старший облизнулся.
Хосок стоял за плитой и наверно не услышал, ни как тот мылся, ни как тот вошел на кухню.
Юнги слабо улыбнулся, подходя сзади и осторожно обнимая, касаясь чужой шеи губами, целуя.
Чон вздрогнул от неожиданности и резко выбросил нож из руки, потому что рефлекс сработал и парень повернулся к старшему.
Тот лишь виновато смотрел на младшего, пока Хо хмурился.
-Прости. Я испугал тебя, - Мин снова прижался к нему, водя носиком по шее.
Хосок тяжко вздохнул и приобнял парня, боясь заляпать его помидором, потому что он нарезал салат.
-Доброе утро, Юнги~я.
-Доброе утро. Зачетный орех, - старший посмеялся.
До младшего не сразу дошло, но когда он понял, то жутко покраснел, отворачиваясь.
Юнги снова засмеялся, не выпуская Чона из объятий, поглаживая по напряженному животику.
-Успокойся, я же уже видел тебя голым. А ты видел меня. Чего ты стесняешься?
Мин шумно вдохнул, отстраняясь и открывая крышку от кастрюльки.
-Вкусняшка. Спасибо, - он улыбнулся, а затем слегка прищурился, - Мне можно?
-Конечно, - Хо все равно немного недовольно бурчал, продолжая нарезать салат.
У Мина улучшилось настроение раза в два, так что, найдя тарелки для себя и младшего, он налил суп. Себе побольше мяса, а Хосоку, как тот попросил, побольше бульона.
А затем поставил на стол.
Чон следом за ним поставил салат и, вздохнув и помыв руки, плюхнулся на стул.
Мин сел перед ним.
-Я еще раз прошу прощения за то, что вчера свалил. Не знаю толком, что на меня нашло. Наверно, мысли, - Юн повел плечом и начал есть, прикрывая глаза оттого, что это было очень вкусно.
-Ничего, - Хосок слабо улыбнулся и тоже начал есть, вздохнув, - Сколько ты дома проспал?
-Часа два от силы. С постоянным просыпанием, - Юн поморщился, устало вздохнув, - Я умру, если завтра пойду на работу.
-А ты пойдешь, - Чон усмехнулся, а потом насупился, - Но не надо умирать, пожалуйста.
-Хорошо. Договорились?
Они оба тихо посмеялись, качая головами.
-Побудешь у меня немного?
-Да, конечно. Чем займемся?
Хо удивленно вскинул бровь, отчего Юнги непонятливо склонил голову набок.
-Надо же, со временем ты стал таким разговорчивым. А сейчас еще и заниматься чем - то хочешь, - Хосок засмеялся, когда старший нахмурился, смешно дуя губки.
-Решено, - он цокнул зыком, - Все решено мной, - парень выпрямился, роняя ложку в бульон, - Мы будем заниматься ничем.
Чон закатил глаза, а старший улыбнулся и продолжил есть.
-Можем посмотреть ужастики.
-Ты же после этого не заснешь? - старший удивленно вскинул бровь.
-Сейчас же день. Ты меня до вечера успокоишь, а я постараюсь не вспоминать. Если что, я тебе позвоню и ты снова будешь меня успокаивать.
В этот раз глаза закатил Юнги, а Хосок улыбнулся.
-Ну тогда давай так. Если какие - нибудь фильмы, что пробирают тебя дрожью до конца?
-Ни одного. Я даже трейлеры, если они по телевизору шли, или как реклама в телефоне, старался выключать.
Мин облизнулся и хихикнул.
-Ладно, посмотрим "Мама". Он не очень страшный, как мне кажется, но все равно.. Мой любимый.
-Согласен. В этот раз я лежу у тебя на коленках.
Юн хмыкнул.
-Как скажешь.
Они доели, а старший помыл посуду, пусть младший этому противился.
Но Юнги послал его нахрен, а если быть точнее, то в гостиную. Еще точнее - к ноутбуку на диване, чтобы он начал искать фильм.
Они чуть не поссорились, но потом Юн все же смог все уладить, успокоив Чона своими почти жалобными просьбами свалить отсюда нахер. Тот все же ушел искать фильм, недовольно бубня себе под нос.
На кухне Мин успел попить водички, протереть стол и почувствовать себя сукиной хозяйкой. Он вообще удивился, что лень на сегодняшний день испарилась. По правде сказать, в последнее время так у него получалось часто. Это ему не нравилось.
В гостиную он пришел почти через тридцать минут, потому что Хосок, разленившись, попросил его сделать чай и захватить оставшиеся вкусняшки. Остались конфеты, да и, в прочем, все.
Юнги, будучи в (опять же) в хорошем настроении, все принес, но кинул в Чона конфетами, а они рассыпались по дивану. Диван не был разложен, поэтому добрая половина упала на пол и Хо только фыркнул, собирая все обратно в пакетик, наклонившись.
А Юнги смеялся, ставя чашки около телевизора.
Затем он сходил на кухню и принес стул под удивленный взгляд младшего. Но затем Хосок цокнул языком, понятливо кивнул, когда Мин поставил на стул ноутбук, а затем протянул чашку Чону.
При фильме чаще всего Хо сидел с прикрытыми глазами, а при криках или словах шепотом слегка хмурился. Юнги же наблюдал за этим с полуулыбкой, но большую часть внимания уделил любимому фильму. Он действительно ему очень нравился (как и автору) и пересматривал Юн его.. Постоянно. Что не месяц, то пару просмотров. И фильм ему не надоедал.
Так как было уже далеко за день, а примерно около пяти вечера, Мин решил собираться домой.
Хосок остановил его, схватил за руку, пусть уже одетого, с рюкзаком и мишкой.
-Пожалуйста.. Полежи со мной немного?
Юн прикусил щеку изнутри.
-Я уже в уличной одежде.
-Ничего. Ну пожалуйста.
Юнги все же согласился, положив рюкзак и кумамона на диван, возле закрытого ноутбука и за ручку с Хосоком завалился к нему на кровать, обнимая младшего.
Чон только заулыбался, да так искренне и радостно, что Юна все же тоже пробило на улыбку.
-Ты так часто улыбаешься, Хо. И улыбка у тебя такая красивая, яркая. Будто светится. Ты солнышко.
Чон слегка смутился, но лишь вновь улыбнулся, прижимая к себе старшего, который только ойкнул от сильных объятий.
"Может, казать ему сейчас?" - мысль в голове Юнги испугала его же и он прикусил губу, - "Сказать, что люблю. И что будет дальше? Он мне признается? Я же ему не просто так нравлюсь?" - он слегка потянулся, шмыгнув носом.
Хосок же лежал с прикрытыми глазами, дыша Мину в макушку и думая, в принципе, о том же самом.
Ему не хотелось сейчас признаваться, потому что он все равно не чувствовал себя полностью уверенно, поэтому боялся. Он вообще всего боялся и именно сейчас чувствовал себя ужасным трусом - даже не может признаться человеку в любви. Хотя, не только для него это сложно.
-Я.. - Хо уж было хотел сказать, что любит, но осекся.
Мин удивленно вскинул брови, слегка отстранившись и глядя на младшего.
-Что ты?
-Я рад, что мы познакомились. Я рад, что ты надрал мне морду, а потом попил кофе со мной у себя в студии, - слабо улыбнулся, а затем вздохнул.
Юн прищурился, но потом все же улыбнулся в ответ.
-Я тоже этому рад.
"По - моему, он хотел сказать что - то другое, но.. Ладно."
-Думаю, Хо, я пойду. Хочу лечь пораньше, да и.. Уборку нужно сделать.
Хосок кивнул, отпуская Мина. Старший, пусть и нехотя, но встал, потягиваясь.
-Деньги еще нужны?
-Нет, спасибо, - Юн на это только улыбнулся, снова почувствовав себя никчемным, - Мне хватает. Стараюсь экономить.
Мин подмигнул младшему, что тоже встал и слегка пошатнулся.
Он забрал свои вещи из гостиной, натягивая лямки на плечи и обнимая кумамона.
-До завтра. Встретимся на работе, я к тебе зайду, - Хо хихикнул, целуя старшего в щечку.
-До завтра. И я не против.
Чон захлопнул за ним дверь, а затем, с пару секунд пометавшись по коридору, выглянул в окно, подперев подбородок руками, ожидая того, как выйдет старший.
Юнги шел достаточно медленно, потому что ему просто лень, да и домой вообще - то не хотелось. Ему вообще никуда не хотелось. Возможно, только в какой - нибудь уголок. Сесть туда и не вылезать, пока настроение не поднимется обратно.
Мин решил, что у него биполярность. Только он вышел из чужой квартиры, так сразу же начал злиться на все и всех просто так. Ну, вывод короткий - настроение упало. Сильно упало.
Парень вышел из подъезда, слегка поморщившись. Солнце, конечно же, не ушло, но спряталось за многоэтажками, но даже это раздражало его.
Облизнувшись, он ушел в сторону дороги. Остановился возле девушки с коляской, которая разговаривала с ребенком, кажется, успокаивая его. Но Мин не особо слушал. Да и по сторонам не смотрел, только на светофор, ожидая зеленый. Он был без наушников и это его злило еще сильнее. Парень решил, что уйдет в музыку, как только окажется в автобусе.
И вот загорелся зеленый. Юнги на всякий случай глянул налево и даже направо. Девушка уже пошла, переходя полосу, а Мин недовольно глянул на машину, что стремительно приближалась.
"Остановится. Зеленый же."
Парень пожал плечами и, лишь сделав пару шагов вперед, почувствовал острую и слишком неожиданную боль в области бедра и ребер и из - за этого вскрикнул, косясь направо на несколько шагов, умудрившись не потерять равновесие и не упасть, разводя руки в стороны, делая шажки "елочкой", роняя игрушку. Услышав скрипение шин, он почувствовал, что во рту скопилась кровь - прикусил щеку.
Это ему не понравилось и он медленно повернул голову налево. Водитель, округлив глаза и крепко сжав руль двумя руками, уставился на него через лобовое стекло, а где - то, но ему казалось, что в далеке, он услышал крик женщины и плачь ребенка.
Парень лишь сумел выдавить из себя слабую улыбку, чувствуя, что кровь скопилась у губы противным комом, который хотелось выплюнуть. Это он и сделал. А затем свалился. Ноги подкосились, потому что резко заболели и последнее, что он почувствовал, так это то, что разодрал себе лицо, закрывая глаза.
Женщина начала судорожно шарить в карманах сумочки, пытаясь найти телефон, водители повыбегали из машин, что - то неразборчиво крича. Почему неразборчиво?
Хосоку не было слышно и не было понятно. Он открыл рот в немом вскрике, судорожно цепляясь за подоконник, чтобы не упасть.
Чон выбежал, как был - в домашней одежде, успев кое - как влезть в кроссовки и не закрыв входную дверь, просто захлопнув.
Парень приземлился на колени с разбегу рядом с Юнги, чувствуя, как и из них пошла кровь, потому что он их разодрал.
Но ему было плевать. Он бесшумно заплакал и одна из слезинок упала на щеку старшему.
Кто - то позвонил в скорую, называя адрес. Но Хосок не обратил на это должного внимания.
Он поднял злобный взгляд на все еще застывшего за рулем мужчину лет 40 и почувствовал жутко сильное желание вмазать этой суке по лицу.
Чон рыкнул, резко встав и подходя к тойоте, резко открывая водительскую дверь, чуть не царапая соседнюю машину.
Схватил мужчину за тиски, вытаскивая из машины. Тот был чуть выше него, но сейчас Хо об этом точно не задумывался.
-Я.. Я.. - залепетал тот.
-Зеленый свет для людей, сука, куда ты попер. Куда?! - он тряхнул того, отчего мужчина ударился бедром об дверь, поджимая губы.
Хосок помнил, как от мужчины с уже разбитым носом его оттаскивал полицейский. Хосок помнил, что приехала скорая, которая хотела забрать и его, намекая на то, что стресс - дело серьезное, все дела, но полиция не пустила.
Скорее всего, то ли как свидетеля, то ли как долбаеба, который пытался набить виновнику лицо.
Этого Чон так и не понял.
Он вытер слезы, успокаиваясь и опуская взгляд на жутко разодранные коленки. Из некоторых ранок вытекала кровь. Сначала она отпечатывалась пятном, в виде асфальта, а затем текла дальше, приближаясь к кроссовку.
Хосок улыбнулся и у него ожиданно заболела голова.
Нет, конечно же, Мин Юнги умереть не сможет. Он всего лишь, возможно, сломал себе ребро и бедро, получил, возможно, конечно же, сотрясение мозга и отбитую почку. Ну, или что - то там еще отбитое.
Это приводило Хо в шок, когда его пытались о чем - то спросить - он не слушал. Он просто представлял себе Юнги в инвалидной коляске и у него дергался глаз, а затем задергался другой.
Кажется, он слышал, то сказал один полицейский.
-Надо было все же отдать его скорой. Кажется, у него шок. Кто это был - его друг?
Нет, сука, его парень.