Доброе дело.
Когда Филипп вернулся назад, в классе никого не было. Стулья были придвинуты к столам, на столах царила пустота. Только место Филиппа выглядело по-другому.
Он собрал свои учебники. Учитель Йорген на доске записал домашнее задание, и, хотя Филипп уже выполнил его, он старательно переписал заданные страницы в свой дневник.
Надевая куртку, Филипп покосился на место Миккеля. Стул был придвинут неровно, под столом валялись карандаши и сломанная линейка. Было видно, что Миккель очень торопился домой.
Другие мальчишки, размышляя о положении, в каком побывал Филипп, стали бы неистово ругаться, пожелали бы Миккелю самых страшных, смертельных болезней. Возможно, даже запланировали бы великую акцию возмездия с использованием веревки, железнодорожных путей и расписания поездов или обратились бы в полицию, потому что должен быть закон, запрещающий наносить людям «удары в спину», словом, рвали бы и метали.
Но Филипп не рвал и не метал. Он даже не очень сердился. Ведь Миккель сделал все это только потому, что его заставил Сёрен.
То, что Филипп претерпел, было неприятно, но в этом не было вины Миккеля. И к тому же ничего не случилось. Могло случиться, но Филиппу удалось выбраться из подвала целехоньким.
- Что за черт, Филипп! Ты еще здесь?
Йорген, учитель математики, вошел в класс. Растрепанные волосы, на брюках и рукавах следы мела.
- Какого дьявола, куда я ее поставил? - Он что-то искал.
- Я... Я... - Филипп остановился и посмотрел на Йоргена, взгляд которого блуждал по классу в поисках неизвестного предмета.
«Он даже не заметил, что меня не было, - подумал Филипп. - Прошел целый урок, а он этого не заметил».
- Да, вот же она! - воскликнул Йорген и подбежал к подоконнику. Взял кофейную кружку, засунутую между террариумом и большим кактусом, и облегченно вздохнул. - Остаться без кофейной кружки - это все равно, что остаться без ноги.
Учитель направился к двери.
- Хороших выходных тебе, Филипп!
- И вам тоже, - ответил Филипп и подумал, что через полчаса Йорген даже не вспомнит, что они виделись.
Филипп подошел к террариуму и посмотрел через грязное стекло. Из тени от зеленых листьев за ним наблюдали черные глаза паука.
* * *
Филипп увидел кота только после того, как тот увидел его. Филипп ехал по велосипедной дорожке парка, когда его взгляд скользнул по чему-то, что не сразу было воспринято его сознанием. Только через три секунды и тридцать пять метров он понял, что увидел. Развернулся и поехал назад.
Там, почти на самой верхушке бука, сидел черный кот.
Филипп положил велосипед и подошел к дереву.
Судя по его виду, кот явно не понимал, как оказался там и почему земля так далеко.
- Не можешь спуститься? - спросил Филипп, и зеленые, как яркая трава, глаза кота обратились к нему. Ветка, на которой сидел бедняга, закачалась, его когти глубже впились в кору.
Коту не нравилась эта история. Может быть, его туда загнала собака?
- Почему вы, коты, ничему не учитесь? Ведь собаки не лазают по деревьям. Достаточно подняться на два метра над землей, и вы в безопасности. Зачем же лезть на самый верх? Иди вниз, киска! Иди сюда! - Филипп поднял руку и пошевелил пальцами, как будто в них было что-то вкусное: - Кис-кис-кис...
Кот замяукал так, будто хотел сказать, что просто позвать его - еще не значит помочь.
Филипп не мог не отметить наличия у кота логики. Человек, оказавшийся на четвертом этаже горящего дома, не спустится сам только потому, что пожарные попросят его об этом.
- Спокойно, - сказал Филипп и бросил сумку на землю. Потом поплевал на ладони, подпрыгнул, ухватился за нижнюю ветку и повис на ней. - Я тебя сниму. Оставайся там, где сейчас.
На полпути наверх Филипп ненадолго задержался, чтобы полюбоваться видом. Рядом не было других деревьев, которые могли бы закрыть красивый вид на парк и ближние части города. Он увидел библиотеку, школу, водонапорную башню и людей, которые шли по тротуару каждый по своему делу.
Мысль о том, что он сидит на дереве и наблюдает за ними, а они об этом не знают, показалась Филиппу забавной. Казалось даже, что он может командовать ими. Словно город - его собственность.
Вверху замяукал кот, напоминая, что не намерен сидеть здесь целый день.
- Да-да, я сейчас, - Филипп стал карабкаться дальше.
Внезапно одна нога его соскользнула с сучка, и только моментальная реакция спасла мальчика от падения с высоты в несколько метров.
- Уф! - выдохнул он и посмотрел на землю. - Чуть-чуть не упал!
Кот еще раз мяукнул.
- Да, да! Немножко терпения. Я ведь мог насмерть разбиться. - Филипп продолжил подъем, и вот уже кот прямо над ним.
Филипп протянул к нему руки, но тот отскочил.
- Да нет же, не туда. Помогай тоже, если хочешь, чтобы у нас все получилось. Иди ко мне, я не сделаю тебе ничего плохого. Я просто хочу помочь.
Несколько секунд казалось, что кот ему не поверил. Потом стал медленно приближаться к спасителю.
- Вот так, да! Хорошо.
Филипп вытянулся как можно выше и, не теряя равновесия, схватил кота. Его пальцы утонули в мягкой, как бархат, шерсти, и он оторвал кота от ветки.
Потом мальчик стал медленно спускаться, одной рукой обняв ствол дерева. Другой он держал кота, от черной шерсти которого пахло чем-то очень странным. Почему-то горелым.
«Нет, не горелым, - мысленно поправил себя Филипп. - Это сера. От кота пахнет серой».
Спустившись на несколько метров, он выпустил кота, который дальше действовал самостоятельно.
Как черная тень он поскакал с одной ветки на другую, пока наконец не оказался внизу, и тут же стал приводить в порядок свою шерстку.
Филипп спрыгнул на землю рядом.
- Ну, и что полагается сказать? - отряхиваясь, спросил он.
- Спасибо за помощь, - ответил кот и исчез в зеленых кустах парка.