Часть 39
Маленькая девочка по имени Кассандра, с необычайно большими алыми глазами, как у матери, пышными для своих лет светлыми ресницами и густыми по плечи синими волосами, мирно спала в деревянной колыбельной, украшенной бутонами ярко-красных роз.
Безусловно, ее внешний вид не соответствовал ее возрасту и возможно пугал бы всех нас, если бы не случившиеся обстоятельства при родах.
Кларнерия рассказывала, что сначала она родилась обычным ребёнком и уже после использования магии у неё появились эти локоны с цветом океана и глаза.
Это дитя идеально сочитало в себе черты и господина Куффена, и Аластрайоны.
Чуствую, она вырастит очень сильной и независимой девушкой. А ее мать обязательно примет участие в жизни собственного ребёнка.
Королева также сообщила мне о том, что я могу спасти сестру. Для этого мне нужно взять под контроль силу леса. Я так и не решилась сказать ей о том, как во время освобождения Габриэля, я уже смогла наладить связь с лесом.
Не знаю даже, почему. Но в любом случае я скажу ей. Обязательно скажу.
— Эй, - произнёс чей-то голос позади и вскоре возле меня появилась Ита, укутанная в толстый плед с опухшеми от слез глазами.
Дрожащей рукой она дотронулась до перил кроватки и сильнее, подтянув плед, спрятала в него половину лица, оставив только глаза.
— Как самочувствие? - откашлялась я.
— Нормально... то есть, если не считать, что одна из моих сестер оказалась продажной шлюхой, а другая сейчас находится в коме, то нормально. Правда, нормально...
Наступило озадаченное молчание. Ита, кажись, ушла в свои раздумья, я же продолжала наблюдать за Кассандрой. Почему принц не хочет видеть ее? Как отец может так пренебрежительно относиться к родной дочери, к первому ребёнку?
Если посмотреть на него, то может сложиться впечатление, будто он потихоньку начинает сходить с ума от разлуки с Ал. Те чувства, которые он питал к ней, видимо, и вправду были настоящими...
— Забыла сказать, - разрушила тишину Ита, - король искал тебя, просил передать, что будет ждать в замке. Ещё он хотел, чтобы, как только я встретила тебя, сразу же отправила обратно в комнату. И, если бы ты противилась, чтобы позвала на помощь того симпатичного балбеса вампира. Ты важна ему. Важна им всем, - взглядом она указала на дверь и слегка улыбнулась. — Мне так жаль, что во время этой всей бойни ты не могла поделиться со мной своими переживаниями и страхами...
— Всё в порядке, Ита. Здесь нет твоей вины. Это было мое решение... и оно было неправильным. Я должна была рассказать все вам. Может быть тогда, мы бы смогли переубедить Лиан...
— Ох, прошу, не говори о ней и слова! Эта маленькая сучка ещё пожалеет обо всем содеянном! Ненавижу ее!
В кроватки послышалось тихое хныканье.
Кассандру, судя по всему, разбудил нашь разговор, теперь она вертелась в постели, ища прошлый сон.
— Тч, идём, нам тоже нужно отдохнуть, - шепнула я.
***
В комнате и правда меня ожидал Адриан.
Словно мальчишка, вертя ногами, он сидел на подоконнике, смотря в окно.
Растрепанные волосы с цветом пшеничного поля по своему обычаю поблескивали в слабом свете исходящего от свечи. Белая рубашка, растегнутая до груди, небрежно торчала из брюк.
Переодевшись в ночную рубашку, я взобралась на подоконник, присев рядом с ним. Лоб коснулся холодного стекла и по рукам пробежали мурашки.
Слышу его расслабленное и задумчивое дыхание. Интересно, о чем он размышляет?
— Как там господин Куффен? - продолжая смотреть в окно, спросил король.
— Он сломлен и потерян. Но я исправлю это. Я спасу сестру.
— И снова твои мысли заняты беспокойством о ком-то. А как же ты, Маринетт? Кто спасёт тебя?
— Меня уже спасли. Ты и Си. Я дома. Теперь моя очередь помогать другим.
— Почему ты продолжаешь держать все в себе? - он спрыгнул и, взяв меня под подмышки, легко спустил, поставив как статуэтку, напротив себя. — Я же знаю, ты винишь во всем себя. Я не хочу, чтобы ты делала этого. Просто переложи все на меня. Я убил тех людей, я позволил тебя украсть, я не рассказал об отце, давно таившем злобу на все королевство Льюн. Когда Си пришёл ко мне весь напуганный и совсем не похожий на себя, я готов был убить каждого на своём пути. Настолько ты мне дорога! Настолько я люблю тебя и боюсь потерять! Ты не можешь так поступать со мной!
Запустив руки в его мягкие и густые волосы, я протянула лицо к себе и поцеловала.
Ощущаю себя коброй, впившись в эти влажные, горячие от произнесенных слов, губы. Мое тело содрогалось.
Не хочу отпускать его. Наконец-то я чуствую, как овладеваю этим человеком. Отпустив волосы, перебралась к шее, обхватив ее. Целуя его, ощущаю как сильный голод вырывается наружу, от чего я невольно вдруг прикусила нижнюю губу короля.
Оторвавшись друг от друга, мы жадно разглядывали наши лица, будто готовились напасть.
— Я люблю тебя, - выпалила я, после чего прижала ладонь к своим губам.
— Что? Что ты сказала?
— Я сказала... сказала, что люблю тебя.
— Неужто сама принцесса Маринетт, прямо сейчас, признается мне в любви? - на лице появилась победная улыбка.
— К вашему сведению, ваше Величество, вы первый признались.
— И готов признаться ещё миллион раз в том, как я обожаю тебя. Как обожаю эти постоянно вьющиеся чёрные волосы и сверкающие уверенностью васильковые глаза. Ох, а как я обожаю это сексуальное тело! Эти бедра, руки, плечи... все это так сильно искушает...
Я почувствовала как вспотели руки, а температура в комнате резко поднялась.
Лицо горело от стыда. Боже, что он себе позволяет! Что говорит!
— И теперь, ты точно - моя, - быстрым движением подняв меня, он аккуратно уложил меня в кровать, встав надо мной.