Ceithre cinn is fiche
Худший способ скучать по человеку — это быть с ним и понимать, что он никогда не будет твоим.
В течении нескольких дней меня подкалывали студенты, а последний день тройки они хорошенько надо мной пошутили: обсыпали искусственной паутиной из баллончика, которая не отмывалась из моих волос несколько часов. Что сказать о Шерил? Ее все недолюбливают, но она нашла себе новую элиту из девушек-черлидерш, и теперь сидит с ними за одним столом в кафетерии. Найл с Синти вроде как снова вместе, но рыжеволосая до сих пор шарахается от его прикосновений, что смотрится странно. Теперь все обыденно: Лиам звонит Томлинсону по приложению, в котором можно подключаться нескольким людям, и устраивает игры в карты на желания. Томмо проиграл и ему на видео пришлось выполнять задание — прыгнуть со второго этажа дома братства в холодный бассейн.
— Чем сегодня займёмся? - Гарри берет сок и ставит на мой поднос, а себе молочный коктейль в упаковке.
— Может, посмотрим фильм на выходных? - забираю у парня с подноса салат, потому что там есть цитрусы, и ставлю ему другой.
Кто делает салаты с цитрусами?
— Мои родители предлагают всей семьёй съездить в Дроэду, - парень поворачивается ко мне и все равно берет этот салат с цитрусами, - поехали?
— Знаешь, мне как-то не хочется ехать в родной город, - забираю у парня тарелочку с едой, где, блин, есть цитрусы, - оставь в покое салат!
— С тобой хуже, чем с матерью и сестрой, - парень обиженно берет булочку с маком и уходит к нашей компании.
— Ну честное слово, ты как ребенок, - ставлю на стол свой поднос и сажусь напротив Зейна.
— Короче, мы едим в город без скандалов, Эс. Найл, ты с нами? - Стайлс поворачивается к другу, стуча зло своими зубами.
Блондин кивает головой, отпивая газировку, листая ленту в твиттере.
— Ребята, до выходных ещё несколько дней, угомонитесь, - Боже, дай Зейну прекрасную жизнь и ему волосам, потому что в черном цвете они выглядят бомбезно, - у нас собрание братства скоро.
— Ага, собрание, что мы будем делать? Благодаря кому-то у нас нету вечеринок, у нас нету акций и мероприятий. Война с сестринством закончена. Что мы будем обсуждать? - Хорти ставит на стол кашу, от которой я корчу нос.
Ко мне подсаживается Томлинсон, ставя свой поднос, на котором стоит только кофе и два маффина.
— Пересел к Зейну, - Гарри показывает вилкой на Луи.
— Почему это?
— Это моя девушка, ты для нее опасен. Я не шучу, Томмо. Бойся вилки, один удар — четыре дырки.
Парень закатывает глаза и садится возле Зейна, откусывая зло маффин. Диалог между ребятами продолжается, а я выедаю все цитрусы из салата, который забрала у Гарри.
— Кстати, нам остался один месяц учится, сдавая экзамены, и потом будут каникулы. Вы не думали, куда поедите? - смотрю на младшую Блоссом и понимаю, что нам и правду учится месяц.
— Эээс, - парень протягивает мое имя и я уже мысленно прощаюсь со своими планами: с пледом и имбирным печеньем.
Нет, пожалуйста, только не мой родной город.
— Давай сведём родителей в две семьи, чтобы провести время в городе?
Возле Зейна я слышу смех избитой кошки, которая качается по полу от валерьянки. Малик же слащаво охает, как будто это его самые любимые каникулы, и он всегда мечтал сделать так, как хотел Гарри.
— Тогда три семьи, ещё буду я, - Хоран машет рукой, поедая булочку, - и Синти будет.
Хорти давится кашей в смехе, и Томлинсон со всей силы стучит ему по спине, все ещё смеясь в виде кошки.
— Думаю, что нам нужно будет обсудить это в декабре, милый, - теперь Зейн давится соком, выплёвывая его обратно в стакан. В этот момент мне хочется убить эту больную тройку.
— Ну ладно, - отдаю парню салат без цитрусов, обдумывая наши каникулы, - но мы все равно поговорим про это, любовь.
Если так и случится, то нам придется арендовать домик и уехать за город, чтобы устроить прекрасное времяпровождения. А ради этого мне нужно будет наладить отношения с родителями, что будет для меня очень сложно, и привыкнуть к тому, что на рождество будет другая компания, а значит и другой праздник.
***
Не решаюсь выходить из машины Малика, потому что знаю, что на улице дико холодно, но парень не сдается. Зейн берет из багажника толстый, полосатый плед и открывает дверь с моей стороны:
— Выходи.
— Зейн, ты же понимаешь, что здесь холодно, зачем ты меня заставляешь?
Парень снимает очки и весит их на воротник толстовки, которая надета под низ коженки, а после протягивает мне свою руку.
— Я куплю тебе кофе, пойдем, - тяжело вздыхаю и беру парня за руку.
Зейн притягивает меня к себе так, что я ощущаю въевшийся запах никотина в куртку. На плечи ложится плед и я его обматываю вокруг себя.
— Здравствуй, море. Здравствуй, рай. - наступаю кроссовком на песок, и понимаю, что чистая обувь — это ошибка для такого дня.
Парень не отпускает мою руку и сильнее ее сжимает, поглаживая большим пальцем тыльную часть. Он ведёт меня к лавочке, которая, как ни странно, стоит на песке к виду на море, на его волны. Сажусь на место и Малик отходит на несколько минут, и я за это время я успеваю понять, насколько это место прекрасно: свежий воздух, нет ни людей и ни машин, только недалеко стоят кафешки и несколько домиков, музыка природы и поглаживания ветра.
Зейн садится рядом со мной и даёт мне мой стакан с кофе и опускает на лавочку пакет с пончиками.
— Бери, - достаю себе угощение и рассматриваю его перед употреблением.
— Ты такая наблюдательная, мне сразу вспомнилась ситуация с салатом в кафетерии, - парень откусывает еду и запивает своим напитком.
По выражению лица было видно, что Зейну неприятно это все. Как я обращаюсь с Гарри, как обнимаю его в присутствие Малика, как делюсь с ним своей едой — он все это терпеть не может, и теперь мне понятно, зачем меня я здесь.
— Ты ревнуешь, - утверждаю, а после запиваю горкость во рту.
— Почему ты так решила? - Малик смотрит прямо и он пытается не выражать никаких эмоций.
— По тебе видно, - откусываю пончик и наслаждаюсь вкусом.
Ладно, за пончики, кофе и вид можно остаться с Зейном и просидеть с ним так весь вечер и ночь.
— Ты мне не интересна, - парень вертит носом, а потом опускает свою правую руку на колено, стуча по очереди пальцами.
— Не думаю, Зейн. Зачем я тогда здесь? - наблюдаю за ним, за его глазами, которые продолжают смотреть в одну точку. В них как будто отражается ветер, мелькает солнце и играют волны.
— Может, мне одиноко и у меня нету друзей?
— Ну, не думаю, что ты проводил бы время в компании чужой девушки, Малик, если бы тебе было одиноко, - доедаю пончик.
После Зейн разворачивается ко мне и мы вместе смотрим друг на друга, как крупные идиоты. Хотя, мы и есть идиоты, которые сидят на холоде, едят и запивают все это сладким кофем. Странно, что я это все делаю с Маликом. Может, вместо него должен был быть Гарри, а моя судьба, у которой зрение очень плохое и она не видит даже в очках, подкинула мне не того.
Брюнет притягивает ко мне свою руку и стирает с моих губ большим пальцем сахарную пудру, заостряя свое внимание на моем лице. Ох чертов мир, здесь точно должен был быть Гарри, но моя судьбинушка слишком стара.
— Знаешь насколько мне не приятно видеть тебя с ним, хотя я понимаю, что он мой друг. Ты ходишь за руку, улыбаешься ему, целуешь в щеку или ниже подбородка, касаясь рукой волосами, немного смеясь. Эста, мне иногда кажется, что, если бы я был немного нежен с тобой, ты была бы моей. Но он продолжает тебя обнимать, оберегать от присутствия Томлинсона.
Мы оба понимали о ком говорит Зейн, что он пытается донести до меня и с какой целью. И парень так же понимает, что он говорит это в пустоту, перешагивая через себя, через гордость.
— Даже сегодня, ты пыталась уберечь его от аллергии, из-за которой приступ смог бы обостриться, - Малик выдыхает и передвигает мою руку на щеку, нежно ее поглаживая, - и ты не обращаешь внимание на меня.
Ставлю кофе, снимаю с себя плед и ухожу обратно к машине парня, обнимая себя за плечи. Тепло на щеке остаётся с резкими покалыванием, но я открываю дверь машины, которая не была на сигнализации.
— Эста, - Малик собирает вещи и подходит ко мне.
— Я хочу домой, увези меня пожалуйста.
Зейн кивает головой и через некоторое время мы оказываемся уже на дороге, которая ведёт к дому парня. Мои руки дрожат, но я пытаюсь это не показывать, делать вид, что мне все равно, но не получается, меня бьёт в дикую дрожь.
Тогда Зейн опускает свою руку на мои, и мне становится из-за этого легче, но осадок все ровно присутствует. Как будто меня взяли, взбалтнули, но песок, который был смешан с водой, так и остался в своем положении не тронутым.
Из-за этого становится страшно. Особенно, когда тебе признается человек в любви, осознавая, что у тебя есть уже любовь жизни.
Главное не оступиться, главное не оступиться — мантра на весь месяц. Если оступишься, упадешь и будет больно.