Locked up
— Что это значит? — спросил Чимин, смотря прямо в глаза своему другу. По нему было видно, что он разозлён, но вот причины младший ещё не знал. — Ты что, в детском саду находишься? Думаешь, наша площадка — это место, для развлечений? Мы здесь делом занимаемся, я думал, ты как никто это понимаешь.
— Чего ты так завёлся? — непонимающе уставился Гук на старшего. — Я не делаю ничего, чего бы не делал раньше. Ты просто закрывал глаза. Что случилось в этот раз?
— Да мне просто надоело, что ты ведёшь себя так. Постоянно перед всеми тебя выгораживаю. За то время, которые мы знакомы, я думаю можно было бы хотя бы немного измениться.
— Только не говори мне, что дело в Тэхёне. Я думал, тебе безразлично на этого мальчишку.
— Это ты мальчишка, глупый и самовлюблённый, — выдохнул Чим устало, разворачиваясь и уходя из комнаты.
— Спелись, значит? Ну и отлично, — крикнул Гук, раздражённо пиная бутылку с водой, что стояла на полу. — Как будто мне есть до этого дело.
Чонгук не знал, почему так вспылил, но это раздражение в нём как будто месяц копилось. И Чимин это тоже заметил. Если бы младшему было всё равно, то он бы поступил так же, как и всегда — либо просто забил, либо перевёл в шутку. Но сейчас... Сейчас что-то изменилось. Не сказать, что сильно, но для понимающих людей заметно.
В любом случае, все уже разошлись, и Гуку ничего не оставалось, как пойти в таком настроении домой.
***
— Что, почувствовал себя таким важным, заручившись поддержкой Чимина? — буквально выплёвывал каждое слово Чонгук, словно это яд, медленно, но верно надвигаясь на хёна.
— О чём ты? — непонимающе повёл бровью Тэхён, удивляясь, что Гук вообще с ним заговорил.
— Вот, значит, как поступают люди в этом мире: приходят на всё готовенькое, отнимают жизнь другого человека, его дальнейшую судьбу, друзей, да? — переходит на крик младший, сжимая руки в кулаки.
— Я ничего у тебя не отнимал, — дрожащим голосом отвечает Тэ, находя точку опоры в стене рядом с комнатой.
— Не отнимал? — громко хмыкнул Чонгук, с презрением посмотрев на брата. — А ты включи мозги и подумай. Старший сын вернулся, наследник компании, надежда всей семьи. Разве теперь кто-то подумает о том, чтобы выставить мою кандидатуру на это место? Ты знаешь, сколько лет я к этому готовился? А ты приходишь как ни в чём не бывало, и, мало того, что занимаешь главенствующее место, так ещё и настраиваешь людей против меня.
— Думаешь, я хотел возвращаться? — неожиданно кричит Тэхён, потеряв власть над своими эмоциями. Он видит как в одно мгновение меняется лицо Гука, и только сейчас начинает понимать, что сказал. — Нет. Нет, Гук, я не это...
— Так что тебя останавливает? — не дождавшись объяснений, спрашивает младший, и срывается на крик, когда влага начинает неприятно пощипывать глаза. — Уходи! Уходи прямо сейчас!
— Я бы с радостью ушёл из этого дома, — уже спокойней объясняет Тэхён, нервно перебирая пальцами кромку футболки. — Но, в отличии от тебя, у меня есть цель. Если я буду вести себя как надо, мне позволят увидеться с мамой. Этого я хочу больше всего, так что ты не сможешь выгнать меня сейчас.
— Неужели ты такой наивный? Или просто придурок? Почему веришь им? Мама никогда не позволит тебе встретиться с той женщиной, — Чонгук выглядит непривычно. Как будто у него действительно есть сердце, и старший его сейчас крупно задел.
— Не говори так...
— Убирайся из дома, пока есть шанс, — прошипел Гук, уходя из комнаты и уже не видя того, как по щеке Тэхёна скатывается одинокая слеза.
Тэ и не задумывался над тем, как же трудно приходится его младшему брату, что он чувствует, живя в этом доме, о чём думает. И, тем более, он не хотел настраивать его друга, видимо, лучшего, против него. Но как же это объяснить самому Чонгуку?
Парень смахнул влажную дорожку, и, пару раз шмыгнув носом, зашагал вперёд с ярой решимостью ещё раз поговорить с братом.
— Чонгук, — Тэ тихонько постучался в дверь его комнаты. — Можно войти?
— Убирайся, — донёсся приглушённый голос Гука, что заставило старшего сомневаться в том, что тот в порядке.
Тэхён дёрнул ручку и вдруг понял, что дверь не заперта, свободно выдыхая.
— Я никуда не уйду, пока..., — голос Тэ сорвался и он застыл на пороге, настежь открыв дверь. Чонгук лежал на кровати, уткнувшись лицом в подушку, и что он чувствовал в этот момент даже представить трудно. — Я так виноват перед тобой, Чонгук-и. Виноват, что оставил одного...
Ответа не последовало, поэтому старший неожиданно осмелился и подошёл к брату, присаживаясь на его кровать.
— Как бы я хотел всё изменить...
— Да кому нужно твоё нытьё? Заткнись и проваливай, — прорычал Гук, даже не смотря на парня.
Рука Тэ дрогнула в желании прикоснуться к голове брата и погладить того по волосам, успокаивая, но...
— Я в жалости не нуждаюсь, — всё так же прорычал младший, резко разворачиваясь и ударяя Тэхёна по руке.
Он тут же поднялся с кровати, заставив и Тэ от неожиданности поднять свою пятую точку, и отойти к стене, куда его теперь вжимал Чонгук. Парень опёрся руками о стену, расставив их по бокам от головы Тэ, и зло вглядывался в глаза напротив.
— Я не знаю, на каком языке говоришь ты, но мне кажется, я всё предельно ясно объясняю, — довольно спокойно сказал Гук, замечая, как открывается дверь и в проёме появляется кто-то из прислуги. — ДВЕРЬ ЗАКРОЙ С ТОЙ СТОРОНЫ!
Девушка испуганно вскрикивает и быстро испаряется, непроизвольно громко хлопнув дверью. Тэхён ещё никогда не видел своего младшего брата таким злым. И это не пугало, нет, наоборот, хотелось спрятать его в своих объятиях от этого жестоко мира, и позволить его чувствам, всю жизнь находившимся в заточении, вырваться на волю.
Не контролируя себя, Тэ поднял руку и протянул её к Чонгуку, еле касаясь его лица. Парень едва успел дёрнуться, делая пару шагов назад, иначе бы кто знает, к чему это привело бы. К драке или совсем наоборот... ? Младшему всегда не хватало его старшего братишки, которого он сам старался защищать от всего. А теперь что?
— Я не хочу уходить, — прошептал Тэхён, на которого внезапно нахлынули воспоминания об их тогда ещё счастливом детстве, не испорченном заботами о деньгах и статусе.
Больше десяти лет назад
— Кто последний — тот дурак, — провоцирует Чонгук, заливисто смеясь.
Мальчик срывается с места, пока старший братишка не успел его догнать, и бежит со всех ног, вывалив язык наружу. Тэхён немного опешивает, но принимает игру, так же радостно улыбаясь. В силу того, что он старше, Тэ с лёгкостью достигает парня и обгоняет, заставляя его вытянуть лицо от удивления.
— Не честно, — вновь кричит Гук, прибавляя усилий и, нагнав старшего, запрыгивает к нему на спину.
Тэхён то брата успел подхватить под ноги, но вот равновесия удержать не смог, заваливаясь вместе с ним на твёрдый пол. Даже в таком возрасте Чонгук практически догонял брата в росте, из-за чего совсем не складывалось впечатление, что он младший.
— Ай-яй, — простонал старший, потирая локоть, пока Чонгук вскочил на ноги, но, услышав стук каблуков, быстро поднялся, приводя себя в порядок. Ушибленное место неприятно саднило, но мальчик старался не обращать на это внимание.
Этот стук значит, что идёт мама, братья уже давно его выучили а просто так она к ним не подходит. Видимо, услышала, что они баловались, и пришла наругать. Тэ не помнит её злой, на её лице постоянно сияла улыбка, но слова, которые мальчики всегда слышали от неё, не были пропитаны большой любовью. К старшему так точно, Чонгуку она всегда больше внимания уделяла.
— Ты чего такой слабый? Тэхён, ты же старший, должен заботиться о Гуке, — произнесла госпожа Ким всё с той же улыбкой на лице, отряхивая от несуществующей пыли младшего.
— Я сам буду о нём заботиться, мама, ему не нужно быть сильным, — с готовностью выкрикнул Чонгук, смотря на брата взглядом, полным любви и уважения.
— Ох, ты мой малыш. Такой милый, — потрепала по голове Гука мама. — Пойдём, тебе к репетитору пора.
— Но мы же ещё не доиграли, — протестует младший, в то время, как Тэхён не издал ни слова. Он старше и именно поэтому понимает, что, если запланированы какие-то дела, то их желание уже роли не играет.
— Ничего страшного, потом доиграете, — улыбнулась госпожа Ким, беря сына за руку.
— Дождись меня, хён. Я обязательно вернусь, — очаровательно улыбнулся младший, в припрыжку уходя куда-то с мамой.
Сейчас
Это утро отличалось от всех других не только новой датой. Тэхён решил воплотить план, в результате которого ему позволят видеться с приёмной мамой, в жизнь. И первым пунктом подчинения была кровать, на которой он эту ночь и спал.
Тэ хмыкнул и перевернулся на спину, созерцая потолок и обдумывая сон, что ему только что приснился. А ведь это была последняя встреча с братом перед пропажей старшего. Последние слова Гука настолько сильно въелись в память Тэ, что он их и спустя десять лет не смог забыть. Интересно, помнит ли их сам Чонгук? Или уже забыл под прессом своей семьи и окружения?
Тэхён уже не помнит, что говорил ему вчера Гук, не помнит, как его вытолкали за дверь под отборные маты, и как он добрался до своей комнаты тоже не помнит, но, видимо, это и к лучшему. Теперь, когда он услышал своего брата, который явно ему открылся, хоть чуть-чуть, хоть и не хотел вовсе, просто на эмоциях, вернуть его прежнего является целью номер один на данный момент. И пока его не выгнали из этого дома, парень будет стараться эту цель достичь.
Форма, которая уже, образно говоря, покрылась пылью, наконец-то начала использоваться по предназначению, как только Тэ приготовился идти в университет. Своя одежда ему, конечно, дороже, но раз таким образом Тэхёну не позволяют видеться с важным для него человеком, то так уж и быть.
Парень вздохнул и поправил воротник, глядя на себя в зеркале. В этой форме он выглядит важным человеком, это он и сам понимает, но если бы он этого ещё хотел... Издалека было заметно, что Чонгук больше похож на серьёзного бизнесмена, чем Тэ, который всю жизнь занимался тем, что получал и дарил окружающим любовь. Разве сможет он быть тем, кто принимает порой такие сложные решения, что проще отказаться от фамилии и сбежать в другую страну, чем дать ответ?
Тэхён взял сумку и спустился вниз, невольно улавливая голос госпожи Ким где-то в районе кухни абсолютно точно с кем-то беседующей. Разговор, видимо, был по телефону, так как светловолосый, не слышал её собеседника, но слова, встречающиеся в репликах его матери, однозначно заинтересовали парня.
— Да я тоже была за его кандидатуру, но эти жадные старики в совете... Ты же знаешь их. Они теперь ни за что не будут рассматривать Чонгука... Да, это единственный вариант. Мне тоже он не нравится, но что поделать...
Тэ не заметил, как зашёл на кухню, вслушиваясь в разговор и пытаясь понять его суть. Что-то говорилось про Гука, но вот что именно Тэхён разобрать не мог.
— Ой, сынок, привет, — мило улыбнулась госпожа Ким, резко завершив звонок, когда заметила парня. — Кого-то ищешь?
— А где Гук? — не придумав ничего лучше, спросил Тэ, неловко потирая шею. Не говорить же, что он подслушивал, да и не понятно, как это воспримет его мать, разговор то был не самым банальным.
— А он уже уехал. Я думала, ты был с ним, — пожала плечами женщина, складывая телефон в кармашек на изысканном платье и поправляя причёску.
— Аа, вот как, — промычал Тэхён с некой обидой, и развернулся, чтобы уйти.
— Кстати, Тэхён, не задерживайся сегодня в университете. К тебе придёт репетитор.
— Какой ещё репетитор? — удивился парень, вновь оборачиваясь.
— Ну, как же? По ведению бизнеса. Ты, наверное, всё забыл.
— Но я не хочу этим заниматься, — возразил светловолосый, нахмурившись. Он вспомнил слова Чонгука о том, что забирает чужую судьбу, и уже хотел предложить не исключать младшего брата, как его перебили.
— А кто тебя спрашивает? — вполне спокойно спросила госпожа Ким. — Или ты забыл про... Эту женщину? Думаешь, твой отец столько лет пренебрегал здоровьем и вкалывал, чтобы потом услышать эти слова?
— Я уже не помню, как отец выглядит. Даже когда я вернулся, он не вышел меня увидеть, — раздражённо ответил Тэ.
— Он упорно трудится ради вас?! — попыталась возразить женщина.
— Он упорно трудится только ради вашей жадности, — неосознанно пробурчал Тэхён вслух.
— Да как ты смеешь, мелкий паршивец?! — воскликнула мать Тэ, уже потеряв всякое терпение, и, подойдя вплотную, ударила парня по лицу, резкой болью пронзившей его щёку.
— Мама... — прошептал парень, отворачиваясь из-за удара и хватаясь за покрасневшую часть лица.
— Что, вспомнил, кем я тебе прихожусь? — выкрикнула госпожа Ким. — Следи за своим языком, Ким Тэхён. Иначе последствия для тебя будут крайне неприятными.
Мать Тэ резко развернулась, и, обогнув сына, ушла прочь, а Тэхён всё ещё стоял на пороге комнаты, держался за щёку и пытался понять, как же эта женщина, которая только что ему мило улыбалась, без всякого сожаления ударила парня.
До университета Тэ добирался с непокидавшем его всю дорогу разочарованием. Он и не питал особых чувств к своей биологической матери, что даже очень странно для ребёнка, которого с ней разлучили, но всё это время в душе надеялся, что она лучше, чем видят её окружающие. Однако, это было лишним, особенно для таких ранимых людей, как Тэхён. Лучше уж и не верить во что-то хорошее, чем потом сильно в этом разочаровываться. Но на всех ли это людей распространяется?
— Чего такой хмурый? Как будто прямо перед тобой кто-то последнее мороженное купил, — хохотнул Чимин, хлопнув зашедшего в кабинет Тэ.
Парень пропустил мимо ушей шутку друга и, с ничего не выражающим лицом присел на своё место.
Сероволосый, конечно, удивился, но это же Тэхён, чего тут переживать. Он понимающе кивнул и легким движением запрыгнул на парту, за которой Тэ расположил своё безжизненное тело.
— Что-то случилось? — спросил старший, наклоняя голову в бок и внимательно изучая одноклассника.
— Вот, значит, как поступают люди в этом мире: приходят на всё готовенькое, отнимают жизнь другого человека, его дальнейшую судьбу, друзей, да?... — всплыло в памяти младшего, отчего он поморщился.
— Скажи, — неожиданно оживился Ким, подняв глаза на старосту. — Вы с Гуком поссорились?
— Нуу, я бы не назвал это ссорой, — пожал плечами Пак. — Просто твой брат всё принимает близко к сердцу.
— Из-за меня? — спросил светловолосый, чьи глаза смотрели так жалобно, что Чим не выдержал.
— Эй, прекрати. Это не из-за тебя, — довольно резко ответил Чимин, но тут же смягчился. — Просто он думает, что ему всё позволено, раз родился в такой семье, но это далеко не так.
— Я не хотел, чтобы это произошло, — грустно произнёс Тэхён, опустив голову.
— Да не бери в голову, у нас с ним вечные разногласия, — отмахнулся Пак, выглядя довольно бодро. Он ещё что-то хотел сказать, но в кабинет вошёл преподаватель и всем сразу пришлось замолчать, хоть на первые пять минут да создавая тишину.
Своего брата Ким не видел до самой репетиции, хотя и там подозревал, что тот не появится, уж слишком явно Гук опаздывал, а ведь для него это совсем не характерно.
Хотя Чонгук и пришёл, позволив Тэ свободно выдохнуть, выглядел он таким помятым, будто не спал всю ночь. А что делал, можно было догадаться без особых усилий, и не только Киму.
— Итак, — хлопнул в ладоши Чимин, привлекая внимание команды. — На время этих репетиций произошли некоторые изменения в расстановке. Чонгук уходит в самый конец, а Тэхён становится на его место.
— Серьёзно? — сразу же выкрикнул Гук, искренне не понимая этой ситуации. — Он же бревно полнейшее.
— Я сделал это не из-за танцевальных способностей. Просто стоя здесь он сможет большему научится, — спокойно ответил Пак, глядя как краснеет лицо Гука от злости, и развернулся к Тэ. — Не думай о других, сосредоточься на движениях. И не скромничай, у тебя получится, если ты станешь раскрепощённей. Понимаешь о чём я?
Тэхён неуверенно кивнул, стараясь не думать о том, что на него смотрят абсолютно все в этой комнате. С самого детства он особой уверенностью в себе не отличался, и понять, как же нужно двигаться, не знает, по крайней мере, пока не попробует. Но с таким хорошим учителем, как Пак, парень чувствует, всё пойдёт быстрее и легче.
— Мм, добавь пошлости в свои движения, — продолжал настраивать светловолосого староста. — Представь, что перед тобой стоит задача соблазнить самую неприступную девушку во всём универе, — после его слов послышались смешки, на что Чим лишь усмехнулся. — А ну прекратили. Или вам напомнить, дорогие мои, в каком состоянии вы сюда пришли?
Парни сразу замолчали, что заставило Кима немного удивиться. Неужели они танцевали так же плохо, как и Тэ? Но, вместе с удивлением, это дало и надежду парню, что у него получится научиться так же.
Музыка включилась очень неожиданно, по крайней мере, для Тэхёна, который в это время непонятно о чём думал, поэтому чуть не упустил тот момент, когда надо было вступать. Конечно, танец начинается не с самых первых секунд, но и начало не затягивается до середины мелодии, что было бы совсем неправильным. Лёгкий кач заставлял приготовиться к вступлению, а Тэ естественно начал без него и не настроился на тот тип танца, о котором ему до этого пытался говорить Пак: свободный и развязный. В любом случае, как бы настроен на эту репетицию парень не был, так же, как и у других, у него никак не хотело получаться. Может быть, всё дело в том, что он ещё не уверен в себе и своих силах, и то, что какие-то наглые богатеи, которые смотрели на него, как на мясо, ситуацию не спасало. Да, он действительно немного улучшился, стал запоминать последовательность движений и всё в таком духе, но, если бы перед ним стояла та самая неприступная девушка во всём университете, она бы явно обошла Тэхёна стороной.
Сам Чимин продолжал верить, что всё у этого светловолосого неловкого паренька ещё получится, ведь это только вторая его тренировка, а всё лучшее впереди, хоть и продолжал так думать только он один. Чонгук, понятное дело, стоял позади всех и вытанцовывал так легко, будто бы он по ночам в клубах совсем не напивается вусмерть, а отрабатывает движения у самых затёртых шестов, но на это у младшего есть отговорка — у него с детства всё прекрасно получается. И за это, не смотря на всё это восхищение от парней во время репетиций, многие его ненавидят.
Репетиция подошла к концу немного позже и только тогда, когда один из уже седьмым потом облившихся парней возмутился по этому поводу. Пак действительно немного затанцевался и не уследил за временем, при чём Гук и Тэхён возмущаться и не думали. Младший вообще ничего не говорил из-за мелочной ссоры с лучшим другом, сосредоточившись только на собственном теле и взгляде, прожигающем насквозь, а Тэ просто хотел научиться большему, чем умел в данный момент, поэтому тоже был не против.
— Что ж, ладно, вы правы, я и так вас задержал, поэтому можете идти домой,— хлопнув в ладоши, прямо как перед самым началом, сказал Чимин, выключая музыку и вытирая пот полотенцем, до этого мирно лежащим в стороне, после чего повернулся к Тэ. — Ты хорошо поработал. Будешь продолжать в том же духе и результат не заставит себя ждать.
— Ты правда так думаешь? Спасибо, — невольно смутившись, спросил Тэ и опустил голову, не в силах смотреть в глаза. Где-то рядом находится Чонгук, которому явно будет неприятно смотреть на такое, поэтому Ким старший старается не сильно выдавать свою радость. И почему он так волнуется о брате, когда тот плевать на него хотел?
Первый в раздевалку ушёл как раз Гук, так как находился ближе всех к ней. Последними зашли, пропуская весь народ, Чимин и сам Тэ, обмахивая себя руками, как опахалом. Эта троица выглядела самой странной из всех людей, собравшихся там. Чимин быстро переоделся, но всё равно сидел и ждал непонятно чего, поглядывая то на лучшего друга, то на его брата. Тэхён не мог найти себе места, от этого через некоторое время, когда большинство парней разошлись по домам, остался единственным, кто не успел переодеться. Чонгук тоже выглядел не очень естественно, нарочно медленно доставая одежду из своей сумки. Кто из них хотел остаться подольше, чтобы не упустить остальных, а кто, наоборот, задерживался, чтобы этих остальных уже не застать, не понятно, да и были ли вообще такие мотивы... Одно ясно точно, когда все остальные танцоры разошлись, а к выходу уже направлялись Тэ и Пак, младший остался сидеть в раздевалке в одиночестве.
— Ой, совсем забыл, Тэхён-а, — остановился у самого выхода в коридор Чим, натурально хватаясь за сердце, что аж Ким сперва подумал о чём-то серьёзном и испугался. — Я обувь, кажется, свою в раздевалке забыл. Не принесёшь?
— Тьфу ты, напугал, — воскликнул Тэ, но тут же мило улыбнулся. — Конечно, я сейчас.
— Спасибо большое, — донеслось до него уже из раздевалки, где парень столкнулся со своим братом, не ожидавшем такого поворота событий.
— Уйди с дороги, — прорычал младший,на лице которого не было и намёка на хорошее настроение, и пихнул старшего в плечо, освобождая себе путь.
Тэхён только и успел, что охнуть от неожиданности, сопровождая Гука взглядом. Но бежать он за ним не стал, сперва нужно было выполнить поручение старосты, чем Тэ и занялся, обыскивая пол под лавочками в поисках нужной ему вещи. Вот только обуви, про которую говорил Пак, нигде не было, и Тэхён даже бы и не почуял неладное, если бы не голос Чонгука на ряду с непонятным стучанием.
— Это ещё что такое? Кто там балуется? — крикнул младший, отчего Тэхён бросил своё занятие и вышел к двери, которую усердно колотил его брат. — Это ты устроил, мелкий? Признавайся.
— Что устроил? — Тэ даже пропустил мимо ушей так раздражающее его неуважение, не понимая в чём дело.
— Дверь. Она закрыта, — голос Гука становился всё громче, пока он для подтверждения своих слов пару раз дёрнул ручку двери.
— Что? Не может быть, — пробурчал старший, бросаясь к двери и, так же само, как делал это его брат, начал стучать. — Чимин, это ты? Чимин, открой дверь. Это не смешно.
— Так будет лучше, Тэхён. Поверь мне,— донеслось с той стороны двери, отчего Чонгук не смог сдержать себя в руках, вновь вымещая злость на бедном куске дерева, ограждающем его от Чимина.
— Ах ты серая шл...
— Чонгук! — выкрикнул Тэ быстрее, чем младший успел договорить.
— Открой дверь немедленно. Иначе я её выбью к чертям собачьим, — не сдавался Гук, толкаясь плечом в дверь, но, хоть парень и был сильным, получалось у него плохо. — Ну, погоди, Чимин, вот встретимся мы ещё, ты у меня так получишь.
— Гук, не надо. Перестань, покалечишься ведь, — пытался оттащить от двери брата Тэхён, пока тот размахивал своими локтями, всё норовясь заехать старшему в челюсть.
— Убери от меня свои руки, — прорычал Чонгук, пытаясь вырваться. — Я убью его, я его точно убью.
Тэ всё же удалось спрятать брата в раздевалке, плеская на него водой из умывальника и тем самым успокаивая, хотя он сам удивлён, что у него это получилось. Гук был очень зол, и даже не понятно, от чего больше: от того, что он заперт на всю ночь с Тэ в этой вонючей раздевалке, или то, что Чимин так решил над ним поиздеваться, ведь они ещё пока в ссоре. Это было не так важно, но, по крайней мере, Тэхёну удалось привести того в чувство без травм, что не могло не радовать.
Младший сидел у дальней стены, спустивший по ней на мягкое место и опершись руками о колени. Тэ долго смотрел на него, не решаясь что-либо сделать, ведь таких ситуаций в прошлом у старшего не было и как вести себя с ним он не знает. Но, когда тишина уже начала пугать, а шея затекла от того, что Тэхён то и делает, что смотрит на брата и вздыхает, он всё же решил на свой страх и риск присесть у той же стены, подобрав ноги к груди.
— Я уверен, он это не со зла, — сказал Ким, даже не пытаясь взглянуть на рядом сидящего парня, чем вызвал бы его гнев.
— Я не хочу о нём говорить, — коротко, но ясно произнёс Гук, отворачивая голову к окну.
Тэхён понимающе кивнул, осознавая, что и правда лучше не затрагивать эту тему. Поэтому ему на ум сразу пришла другая, вопрос по которой волновал его с самого прибытия в этот дом, в котором он просыпается каждое утро.
— Ты же видел отца? Почему он не выходит к нам? — спросил тихо старший, уткнувшись взглядом в свои руки.
— Он много работает, — коротко бросил Чонгук, недовольно цокая.
— Это я уже слышал, — усмехнулся Тэ, невольно прикасаясь к щеке.
— Раз слышал, зачем тогда достаёшь меня? — начал раздражаться Гук.
— Просто хочу понять...
— Его родственники, как настоящие падальщики, каждую секунду кружат над ним и ждут, чтобы отец налажал, тогда они смогут занять его место. К тому же, как я слышал, у отца сейчас ухудшилось здоровье, — уже спокойней ответил младший, не дав договорить брату, но тут же спохватился. — Только это никому знать нельзя. Понял? Любое неосторожное слово может стать его слабым местом.
Тэхён тут же кивнул, считая, что слова здесь будут лишними, хотя его собеседник этого и не увидел. За всё время, пока они здесь сидят, Гук ни разу не взглянул на старшего, пусть даже гневно, пусть рассерженно, никак, отчего Тэ только больше расстраивался.
— Как думаешь, это судьба решила, чтобы я вернулся именно сейчас? — спросил он еле слышно, чтобы дрожь в голосе не выдала его состояния.
— Я не знаю, почему ты вернулся сейчас, но, надеюсь, что причина совсем не та, о которой думаю я, — так же тихо ответил Чонгук, словно на одно мгновение вошёл в положение брата.
Больше Тэхён ничего не спрашивал, да это и не нужно было. Зачем портить ту практически идиллию, что была между ними, раздражающими вопросами? Терпение ведь у младшего не безграничное, а вновь слышать грубые слова в свой адрес светловолосый не хотел.
Парень поднялся в неловкой тишине и вышел в танцевальный зал, решив, что тратить столько времени впустую просто глупо. Чимин так старался научить его правильно двигаться, что Тэ сейчас даже немного стыдно за своё бездействие. Проигрыватель остался в комнате, что только на руку старшему, настроившемуся решительно. Он сделал звук потише и включил ту самую мелодию, под которую они танцуют на репетициях, начиная неловко покачиваться в такт и вспоминая, что за чем идёт. Начиная с самых первых движений, Тэхён смотрел на себя в зеркало, наблюдая за тем, как это смотрится со стороны, и увиденное пока что не радовало. Во время очередного сложного прыжка, Тэ развернулся и застыл на месте, чувствуя, как по телу проходит оцепенение, не позволяя даже вздохнуть. Чонгук стоял в проёме и смотрел на его жалкие попытки танцев, скрестив руки на груди. Лицо парня ничего не выражало, будь то презрение, ненависть, или нечто другое, Тэхён никак не мог прочитать. Время шло и от этой ситуации становилось очень неловко, отчего старший сглотнул и решил заговорить первый, беря всю волю в кулак.
— Может... покажешь мне свой танец? — произнёс он, вскидывая брови вверх в немой мольбе.
Гук тут же фыркнул, скрываясь в тёмной раздевалке, как будто его и не было сейчас, но, как только Тэ печально вздохнул и отвернулся обратно к зеркалу, принимая новую позу, сзади послышались шаги, при чём довольно уверенные и быстрые. В одно мгновение брат поравнялся со старшим, стоя перед зеркалом и смотря только на себя, тогда как Тэхён в открытую пялился на парня, открыв рот.
— Покажу один раз, так что не зевай, — быстро произнёс Чонгук, заново включая песню и начиная двигаться в такт музыке.
Тэ тут же кивнул, принимая условия, но так и остался стоять истуканом, не смея оторвать глаз, пока младший, не обращая ни на что внимание, показывал класс. Не смотря на свои слова, парень ещё не раз повторял движения, глядя на то, как неуверенно и неправильно показывает свои навыки Тэхён, чем вызывал лишь усмешки. Гук всё так же выглядел злым, но, по сравнению с тем, как он сидел в раздевалке, было видно, что он немного смягчился, поэтому старший почувствовал себя намного уютней. Движения стали получаться свободней, отчего со взмокшими волосами и периодически высунутым языком, что было давней привычкой Тэ, это выглядело даже волнующе, если не говорить иначе.
Чонгук вдруг почувствовал себя очень хорошо, осознавая, что проводить время вот так, пусть и немного ругаясь и споря, с братом ему даже приятно. Нет, он по-прежнему не видел в этом светловолосом чудике старшего брата, но чувство чего-то родного ощущалось всё более явно, позволяя давно спрятавшему сердце младшему искренне улыбнуться, глядя на то, как дурачится Тэхён.
Старший внезапно замер, наплевав на остаток танца, и с удивлением посмотрел на Гука, словно он увидел на его месте инопланетянина, а не человека. Младший сначала не понял в чём дело, но после, почувствовав, как напряглись мышцы его лица, тут же нахмурился и, развернувшись на все сто восемьдесят градусов, ушёл в раздевалку, оставив брата одного додумывать, что же сейчас произошло. А что произошло он и сам толком не знает. Главное, чтобы Тэ ничего себе не напридумывал про их отношения, потому что открывать своё сердце Чонгуку по-прежнему болезненно, и желания совсем нет.
***
— Эй, соня,просыпайся, солнышко уже встало, — послышался чей-то жутко раздражающий с утра голос сверху, отчего Тэхён промычал что-то невнятное и попытался достать рукой до этого гада. — Тебя лимузин уже ждёт.
Внезапное осознание происходящего заставило Кима буквально вскочить с нагретого места и посмотреть на парня, что сейчас будил его, потряхивая за плечо. Глаза никак не хотели подчинятся, слипаясь от недосыпа, и только запах дал Тэ одну маленькую подсказку, кто стоит перед ним.
— Чимин, — прошептал Тэхён, всё же открывая глаза и, щурясь от яркого света, высматривал сероволосую макушку, которая уже отошла подальше от греха подальше.
— Надеюсь, ты хоть без кулаков мне доброго утра пожелаешь, а то я вон уже одного так поднял, — рассмеялся старший, кивая куда-то в сторону.
— Чонгук? Где он? — тут же оживился Тэ, поднимаясь с лавочки и, немного пошатываясь, идя в раздевалку.
— Он уже вышел, если ты его ищешь, — сказал Пак, заглядывая следом за младшим. — Машина ждёт во дворе.
От этих слов, Тэхён резко развернулся, и, хватая на ходу свои вещи, выскакивает из танцевального зала, стараясь как можно скорей найти своего брата. Они больше и не общались в тот вечер, после того, как Гук сбежал от него, пряча свои настоящие чувства. Он расположился в раздевалке, а Тэ пришлось терпеть жёсткость лавочки в самой комнате, где он и танцевал, но не это его сейчас волнует. Парень подумал, что брат снова оставил его одного, как вчерашним утром, и, после того, как они немного нашли общий язык, он не хотел, чтобы это было правдой.
Выбежав на улицу, Тэхён быстро проехался взглядом по всему двору университета, не видя машины. Разочарование уже подкатывало к его горлу, словно вчерашний обед, пока он пытался сделать хоть шаг по направлению к воротам. Ноги его не слушались, даже больше, немного подкашивались от внезапного пробуждения, и Ким чуть не упал, почувствовав, как его подхватили чьи-то сильные руки.
— Ты давай ещё, упади на моих глазах, чтобы у меня было больше поводов над тобой издеваться, — усмехнулся Чонгук, крепко хватаясь за предплечье брата одной рукой, а второй подхватывая за талию, из-за чего старший начал покрываться румянцем.
Это серьёзно сейчас происходит? Чонгук помогает ему дойти до машины, спрятанной за непроглядываемым углом университета, вполне аккуратно поддерживая, чтобы Тэ не упал? Естественно, старший скорее поверил в то, что это сладкий сон, нежели явь, но тепло, расходящееся по телу от рук брата такого варианта не предоставляли.
Пока они шли к машине, Тэхён изловчился ущипнуть себя за руку и тут же громко вскрикнуть, отчего из-за неожиданности Гук его чуть не выронил, но теперь тот точно знал, что это всё по-настоящему.
— Не смотри так на меня, — произнёс Чонгук, усаживаясь вместе с хёном на заднем сидении. — Тебе что, никогда не помогали в этой жизни?
— П...помогали, — заикаясь, ответил Тэхён, пытаясь скрыть в руках своё смущение. — Но не ты.
На эту фразу младший ничего не ответил, уставившись в окно. Машина тронулась и уже минут через двадцать, парни оказались дома, что не могло не радовать. Им обоим нужно было принять душ, переодеться, привести себя и свою форму в порядок, и, в конце концов, взять необходимые для сегодняшнего учебного дня принадлежности. Но, как бы это не радовало, Чонгук с самого подъезда к дому выглядел хмурым и даже немного взволнованным. И, как оказалось, не зря.
— Ты где был? — с порога начала кричать госпожа Ким, шаркая тапочками к двери. Что странно, так это то, что смотрела она только на Тэ, младшего как будто специально не замечала. — Невероятно, я всю ночь не спала, а ты даже предупредить не соизволил. Тэхён, ты же старше, почему ведёшь себя, как маленький?
Тэ хотел подойти ближе к матери, чтобы высказаться, но Чонгук неожиданно перекрыл ему дорогу, оставляя за своей спиной. Как бы больно ему сейчас не было от такого поведения своей мамы, он всё равно не дал брату вставить хоть слово.
— Он был со мной, — ответил вместо старшего Гук, опустив голову.
— Что? С тобой? — не переставая, возмущалась женщина, теперь повернув голову к Чонгуку. — Я что тебе говорила по этому поводу? Не нагулялся ещё? Ладно ты, тебе по твоей же дурости теперь можно делать всё, что угодно, но не смей портить репутацию Тэхёну. Я теперь должна переносить встречу с репетитором по твоей вине.
— С репетитором? — спросил Гук, мельком взглянув на брата. Кажется, что ему было безразлично до того, что говорила про него госпожа Ким, но, когда она заикнулась про репетитора для Тэ, он поменялся в лице. Ну, конечно, наверняка, он всё это раньше уже слышал, но вот новость о том, что Тэхён займёт его место, никак не может принять. — Вот, значит, как...
Младший сорвался с места, оставляя и брата, напуганного этой ситуацией, и мать, кричащую ему вслед не самые наполненные любовью слова, одних на первом этаже. Тэ хотел побежать за ним, ощущая всё то, что сейчас чувствует его брат, но крепкая рука госпожи, обхватившей его запястье, не дала ему и сдвинуться с места, заставляя подчиниться. Да и что он бы ему сказал? Что не знал? Он уже знал об этой встрече ещё с утра, а вот то, что он этим не поделился, как раз таки и разбивает сердце, которое хоть немного, но всё же бьётся в груди младшего.