POV Тэхен
Ненавижу всех и весь этот мир. Хочу, чтобы все провалилось к чертям. Хочу родиться заново. Никогда еще не было мне так больно. Да гребаные помидорные дольки!
Закидываю их в салат и тщательно перемешиваю. Все вокруг напоминает Т/И, все как-будто пропитано ей. Терпеть не могу теперь этот дом и мою кровать, на которой мы занимались сексом. И на крыше мне теперь совсем не спокойно, мне не хочется теперь туда ходить.
Хочу чувствовать себя лучше, но не могу. Пытаюсь загрузить себя делами. Все время провожу в студии. Каждая песня, как это ни странно, напоминает мне Т/и. Это вообще когда-нибудь закончится?
-Тэхен, — с извиняющимся взглядом в кухню входит Чонгук и легонько прикрывает за собой дверь, — Как дела?
— В чем дело, Чонгук? — я сразу же раскусил его, ему что-то от меня нужно.
— К тебе гости, — тихо проговорил он, — Это Хосок.
Парень нагло открыл дверь и появился в проходе. И как вообще он может вот так приходить ко мне. Я вижу его насквозь, и даже его широкая жизнерадостная улыбка не сможет скрыть его сущность.
— Привет, — снова улыбается. Чонгук ушел
— Привет, — я пожимаю плечами, не понимая, что он вообще делает у нас в доме.
— Мы взрослые люди, и я не хочу ругаться. Хочу просто поговорить.
— Ну давай поговорим, — жестом приглашаю его сесть за стол, пока убираю недоеденный салат в холодильник.
— Ты поступаешь неправильно, — начал он.
-Что? — я почувствовал, как начал закипать от злости.
— Он не виновата, что не любит тебя, пойми это!
— Почему я должен понимать это?
-Потому что ты любишь ее, по крайней мере, так говоришь. И если ты действительно ее любишь, то отпусти ее, перестань заставлять ее страдать. Ты не видел этих слез, а я видел! Она очень подавлена и думает только о тебе, хотя я даже представить не могу, что у нее в голове сейчас.
— Переживает? Подавлена? — я наиграно посмеялся, потому что отказываюсь верить в этот бред.
-Да, и я не вижу здесь ничего смешного. Она моя девушка, и знаешь, я очень недоволен тем, что какой-то придурок заставляет ее плакать изо дня в день. Она не может быть счастливой из-за тебя. Как же ты не можешь понять.
-Она не может быть счастливой с тобой. Ты бросил ее, урод. Ты хоть знаешь, что с ней было. Тебе было плевать на нее. А теперь что? Заботливый оппа вернулся?
-Так было нужно. И теперь я здесь, и счастлива она именно со мной. Поэтому либо ты примешь все, как есть, либо все закончится дракой.
— Ты говорил, что не хочешь ругаться, — я издал краткий смешок.
— Так и есть. Поговори с ней и перестань мучать её, если ты, конечно, действительно ее любишь, — он резко встал из-за стола и ушел.
«Меньше пафоса, » — хотел крикнуть я вслед, но не крикнул, потому что пафосом там и не пахло.
Невыносимо мучительно прошли эти пара часов. Меня как-будто тронули за живое. «Если ты ее действительно любишь...» Люблю! И что с того? Она предала меня, как я могу простить это?
Сначала я ненавидел Хосока. Он заявился на мой порог, начал грубить, заставлял идти к Т/И и говорить с ней. Я всерьез уже думал о том, чтобы догнать его и дать кулаком в глаз, но я скоро успокоился и вдруг понял, что, возможно, он прав? Допустим, Т/и действительно мучается от чувства вины и совести. Она уже много раз пыталась поговорить со мной, а я убегал, как обиженный подросток. А что если она снова начнет пить. Ее новый бойфренд сможет вывести ее из этого состояния? Я слишком хорошо ее знаю, она может сделать все, что угодно. И я слишком ее люблю, чтобы допустить это. Нам, определенно, нужно поговорить...
Несколько раз я уже успел передумать, пока поднимался к Т/И в квартиру. А если теперь она не хочет меня видеть? Я зря это делаю, нужно, чтобы прошло больше времени.
Звоню в звонок пару раз. Она не открывает. Пора уходить. Я слишком нерешительный сегодня. Слышу какую-то суету внутри. Вероятно, она дома, хотя, может, это Чимин. Я слышу, как она замерла возле двери. Боится открывать. Я тоже боюсь. Но я все-таки беру себя в руки и уверенно произношу:
-Т/и, нам нужно поговорить.