126 глава
Когда стрела была выпущена, все в зале затаили дыхание. Чувствительные юные барышни прикрыли глаза руками, чтобы не видеть происходящего. Министры и чиновники были уверены, что, какой бы злой ни была эта Принцесса Мин Ань, она не посмеет подстрелить дочь Генерала Мин Ци в его стране и на глазах у всех.
Но одно дело – знать исход поединка, и совсем другое – смотреть своими глазами. Хоть они и были просто зрителями, их сердца все равно забились быстрее. Каково же было самой Шэнь Мяо?
Шэнь Мяо невозмутимо смотрела вперед и ни на секунду не зажмурилась. Она с серьезным видом проследила за тем, как стрела вылетела из лука. В глазах остальных такое поведение было признаком железной выдержки и мужества.
Стрела с легким свистом пролетела мимо ее уха.
До яблока ей не хватило совсем чуть-чуть.
Шэнь Цю, сидящий как на иголках, облегченно выдохнул. Шэнь Синь и Ло Сюэ Янь наконец разжали кулаки под столом. Фэн Ань Нин с Ло Тань, едва не потеряв сознание, обе держались за грудь, а Ло Лин трясущимися руками взял со стола чашку с чаем и сделал глубокий глоток, пытаясь скрыть от всех свои эмоции.
Повисла гробовая тишина. С лица Хуан Фу Хао сползла его вечная ухмылка.
Принцесса Мин Ань подождала несколько секунд, но не услышала ни возгласов восхищения, ни улюлюканий в сторону Шэнь Мяо. Она почувствовала неладное. Сорвав с глаз черную повязку, девушка увидела перед собой ни капли не изменившуюся, живую и здоровую Шэнь Мяо с яблоком на плече, и чуть в стороне – свою упавшую стрелу. Волосы девушки в пурпурном платье были в порядке, одежда – целой, а на лице не было и следа ужаса или паники. Она только посмотрела на Принцессу Мин Ань и улыбнулась:
– Ваше Высочество Принцесса промахнулись и не попали в цель.
Не попала в цель.
Слова эти были произнесены со спокойной интонацией, но в них слышалась самая настоящая, жестокая насмешка. Принцесса Мин Ань почувствовала, как ее щеки начинают пылать – однако быстро сориентировалась.
Взглянув на Шэнь Мяо, она злобно сказала:
– Ты, должно быть, отодвинулась. Тебе нельзя было двигаться! Бэнь Гун никогда раньше не промахивалась. Если бы ты стояла как положено, Бэнь Гун попала бы в цель!
Никто не ожидал, что Принцесса Мин Ань выдумает новую проблему. Даже Император не сдержался.
– Принцесса хочет сказать, что сотни людей на этом банкете смотрели недостаточно внимательно, правильно я понял?
Шэнь Мяо стояла прямо от начала до конца и не совершала видимых движений – это могли подтвердить все. Никто под Небесами ранее не видел такой храброй девушки. И тут уже было неважно, как Император Вэнь Хой относился к семье Шэнь – ведь они были гражданами Мин Ци, а он был Императором Мин Ци, так как мог он позволить Принцессе из страны Цинь ставить под сомнение честность Шэнь Мяо? Если бы он закрыл глаза на буйство Принцессы Мин Ань сегодня, завтра его бы уже не считали за Императора.
Принцесса Мин Ань была оскорблена до глубины души. Она бросила беспомощный взгляд на Хуан Фу Хао, но тот был чернее тучи, и от этого ей стало еще хуже. Она не осмелилась снова глянуть на брата и вместо этого повернулась к Принцу Жую, стоящему поблизости. Она обратилась к нему елейным голосом:
– Но хотя бы Ваше Высочество Принц Жуй видели, как Молодая Леди из семьи Шэнь увернулась от стрелы, ведь так? – говоря, она максимально смягчила голос и стрельнула глазками Принцу Жую. Все это казалось крайне неприличным.
Принц Жуй ухмыльнулся.
– Нет.
Принцесса Мин Ань ушам своим не поверила.
– Ваше Высочество Принц Жуй говорит, что Шэнь Мяо не уворачивалась?
– Вы сомневаетесь в моих глазах? – резко возразил Принц Жуй. Он все еще выглядел очаровательно и заставлял женские сердца трепетать, но когда в его голосе появился холодок, все вокруг почувствовали тревогу. – Или, может, Вы ставите под сомнение мою честность?
Принцесса Мин Ань дернулась от шока, но это было еще не все. Шэнь Мяо ласково посмотрела на нее и сказала:
– Ваше Высочество Принцесса, раз уж мы поспорили, стоит признать Ваше поражение. Или… Вашему Высочеству Принцессе сложно признаться, что Вы проиграли?
– Нахалка! – заорала Принцесса Мин Ань. Внезапно она заметила яростные взгляды публики и поняла, что окончательно перегнула палку. Ее выкрик в сторону Шэнь Мяо вызвал праведный гнев всех присутствующих жителей Мин Ци. Она посмотрела на Шэнь Мяо и хмыкнула. – Бэнь Гун может признать свое поражение, но… Не радуйся раньше времени. Бэнь Гун не попала в цель, а сможешь ли ты?
Принцесса Мин Ань была в гневе, потому что никто никогда не ставил под сомнение ее великолепные навыки стрельбы. К тому же, этот лук она использовала с детства, а стрельба вслепую много лет была ее любимым развлечением в стране Цинь – и она никогда не промахивалась до этого. Она хотела поставить Шэнь Мяо в невыгодное положение, преподать семье Шэнь урок за дерзость и, якобы целясь в яблоко, попасть в платье Шэнь Мяо, чтобы оно разошлось и та оказалась опозоренной. Такое простое задание – так почему в самый ответственный момент она не попала в цель? Еще и под пристальными взглядами сотен людей, уверяющих, что Шэнь Мяо стояла неподвижно. Она не понимала, в чем проблема.
Она заварила эту кашу, чтобы получить выгоду, но в итоге выгоду получила только Шэнь Мяо – в нее не попали, она не потеряла лица. Да если бы Принцы и Принцессы в стране Цинь узнали об этом, саму Принцессу Мин Ань подняли бы на смех! Думая об этом, Принцесса Мин Ань чувствовала, как внутри нее закипает самая настоящая ненависть к Шэнь Мяо.
Шэнь Мяо же смотрела на нее и ощущала злорадство. В прошлой жизни она прожила в стране Цинь пять лет, и столько же лет находилась бок о бок с этой Принцессой. Шэнь Мяо лучше всех остальных знала ее характер и методы. Принцессе Мин Ань нравилось насмехаться над ней таким образом, "играя" в луковую стрельбу на глазах у толпы. Первая стрела разрушала ей прическу, вторая – рвала одежду, а третья "случайно" цепляла ее тело. Когда Принцесса Мин Ань еще только поднимала лук, Шэнь Мяо уже знала, чего от нее ожидать, под каким углом она запустит стрелу и где она в итоге окажется. Все это повторялось множество раз, так что не запомнить ее тактику было сложно.
Она просто чуть наклонила плечо – этого было достаточно, чтоб стрела прошла мимо.
Сейчас никто не верил словам Принцессы Мин Ань так же, как когда-то никто не верил словам Шэнь Мяо. Недопонимание, стыд, осуждение толпы – все это еще предстояло испытать на своей шкуре этой выхолощенной и уважаемой Принцессе.
И не только это, разумеется.
Шэнь Мяо сняла с плеча яблоко и улыбнулась.
– Теперь очередь Вашего Высочества Принцессы подержать это яблочко. У себя во рту.
До этого люди в зале общались между собой, обсуждая происходящее, но после слов Шэнь Мяо все как один затихли.
Принцесса Мин Ань широко открытыми глазами уставилась на Шэнь Мяо и переспросила, надеясь, что ей послышалось:
– Что ты сказала?
В ее голосе теперь звучали еще более неприятные нотки, потому что она начала паниковать.
Шэнь Мяо с улыбкой глянула на нее и с невинным выражением сказала:
– Разве это не Ваше Высочество Принцесса говорили, что мы играем по правилам страны Цинь? Тот, кто стреляет, имеет право выбирать, куда жертва положит яблоко. Ваше Высочество Принцесса хотели, чтобы эта дочь чиновника положила яблоко на плечо, и это было исполнено. Теперь же… – она продолжала улыбаться. – Если Ваше Высочество Принцесса боится, мы можем поставить вместо вас кого-нибудь другого.
Все было бы не так плохо, если бы не последняя фраза. Она привела Принцессу Мин Ань в такую ярость, что та теперь была готова рвать и метать. Замена ее другим человеком означала бы, что она испугалась и боится проиграть, а это безнадежно испортило бы ее репутацию во всех обществах – и в Мин Ци, и в стране Цинь, и даже в Большом Ляне.
И Пэй Лань с шумом вдохнула воздух и шепнула Шэнь Юэ:
– Она что, с ума сошла? Как смеет эта девчонка дерзить Принцессе?
Во время академических экзаменов соперником Шэнь Мяо был Цай Линь, поэтому она могла позволить себе вольности – Цай Дажэнь был ниже по статусу, чем ее отец. Но теперь перед ней стояла Принцесса из другой страны, и Шэнь Мяо вела себя так же беспардонно. Такого не ожидал никто. Цай Линь и Цай Дажэнь обменялись взглядами и горькими улыбками. Изначально им казалось, что Шэнь Мяо имела что-то конкретно против них, но теперь стало ясно, что это просто часть ее натуры – она не волновалась даже о такой высокостоящей особи, как эта чужеземная Принцесса.
В зоне Принцев все тоже были ошеломлены. Принц Ли многозначительно улыбнулся.
– Эта Молодая Леди из семьи Шэнь умеет держать удар.
Принцесса Мин Ань не сводила глаз с Шэнь Мяо, но Шэнь Мяо лишь скромно улыбалась, встречая ее убийственный взгляд. Будучи в полном отчаянии, Принцесса Мин Ань повернулась к Хуан Фу Хао, ища его поддержки.
Хуан Фу Хао легонько кашлянул: видно было, что он очень недоволен нахальным поведением Шэнь Мяо. Принцесса Мин Ань все-таки представляла его страну, страну Цинь, так что он не мог позволить сестре ударить в грязь лицом. Он посмотрел на Императора Вэнь Хоя, потом снова на Шэнь Мяо.
– Это же все просто игра, так почему Молодая Леди из Мин Ци относится к ней так серьезно? – громко спросил он.
Император Вэнь Хой посмотрел на семью Шэнь.
Шэнь Синь и Ло Сюэ Янь были слишком увлечены чаепитием и вели себя так, будто ничего не происходит. Шэнь Цю и Ло Лин выглядели невозмутимо и спокойно, но только им одним было известно, как напряжены они были на самом деле. Фэн Ань Нин и Ло Тань буравили Принцессу Мин Ань взглядом, полным ненависти.
С отношением семьи Шэнь все было ясно. Они и не собирались забывать об этом и явно хорошо запомнили Принцессу Мин Ань. Глубоко внутри Шэнь Синь пылал гневом и желанием отомстить за свою дочь, которую Принцесса Мин Ань насильно заставила принимать участие в этой унизительной игре. Он сказал себе, что Принцесса за это еще поплатится. И добро, и зло возвращаются бумерангом – и раз Принцесса Мин Ань так любила причинять другим боль и страдания, она обязательно должна испытать их на своей шкуре. Раз семья Шэнь, как обычно, оказалось в самой пучине интриг, раз страна Цинь без всякой на то причины избрала ее своей жертвой – тем хуже для страны Цинь. Когда Шэнь Синь был зол, он всерьез задумывался о том, что простые смертные не должны бояться знати – даже если Шэнь Мяо сегодня пристрелит Принцессу Мин Ань, он не сильно расстроится.
Приблизительно понимая, о чем думает Шэнь Синь, Император Вэнь Хой в глубине души был рад этому. Шэнь Синь всегда защищал свое, особенно когда этим "своим" была Шэнь Мяо. Раз он хотел лезть на рожон – Император Вэнь Хой не собирался его останавливать. Его самого раздражала Принцесса Мин Ань, ее высокомерие и наглость и то, что она не ставит Мин Ци ни во что. Император с радостью посмотрел бы на то, как Шэнь Синь расправляется с ней. Император улыбнулся и повернулся к Хуан Фу Хао:
– Это же просто детская забава, почему Наследный Принц так переживает? Раз им так нравится эта игра, я не смею ее прерывать.
Хуан Фу Хао и предположить не мог, что семья Шэнь окажется таким крепким орешком – но больше всего удивляло его не это. Он был поражен, что даже Император, этот хитрый старый лис, получает настоящее удовольствие от происходящего. Из его головы моментально улетучились все идеи и планы отступления. Более того, чиновники из Мин Ци уже начали перешептываться, подозревая неладное, так что бросить начатое на полпути уже было невозможно – иначе бы страна Цинь оказалась в проигрыше. Он сокрушенно глянул на свою сестру.
– Мин Ань, ты все это затеяла – так играй с Молодой Леди Шэнь до конца, – он перевел взгляд на Шэнь Мяо и добавил: – Раз это игра, то Молодая Леди Шэнь не может причинить тебе вреда. Так ведь, Молодая Леди Шэнь?
Он очень недвусмысленно намекал на то, что, если вред Принцессе Мин Ань все же будет причинен – Шэнь Мяо за это поплатится.
Даже несмотря на обращенную к ней угрозу, Шэнь Мяо улыбнулась.
– Не волнуйтесь, Ваше Высочество Принцесса, мы же сейчас просто балуемся. Эта дочь чиновника не посмеет ранить Ваше Высочество Принцессу.
После этих слов ее сопернице стало совсем нехорошо. Но отступать уже было поздно, поэтому ей оставалось только сделать так, как велела Шэнь Мяо. Они с Шэнь Мяо поменялись местами, и, пока они шли навстречу друг другу, Принцесса Мин Ань прожигала Шэнь Мяо взглядом, полным мстительной злобы. Они встали друг напротив друга, и тут Принцессе в голову пришла идея.
– Но, Молодая Леди Шэнь, лук Бэнь Гун очень тяжелый, и мало кто может его поднять. Боюсь, что…
Но прежде, чем она успела закончить, Шэнь Мяо с легкостью подняла лук и натянула тетиву.
Она делала это совсем не так, как Принцесса Мин Ань. Движения Шэнь Мяо были очень грациозны и профессиональны, как если бы она тренировалась с этим луком всю свою жизнь. Она посмотрела на свою жертву и не удержалась от улыбки, встретив ее полный молчаливого шока взгляд.
– Хороший лук, думаю, что никаких проблем у меня с ним не будет. Большое спасибо.
Она махнула рукой, приказывая служанке повязать черную ленту на ее глаза. Едва служанка побежала выполнять приказ, все увидели нечто странное. Черной повязки на подносе не было – ее уже вертел в руках Принц Жуй. Не успел никто опомниться, как он подошел к Шэнь Мяо сзади, коснулся ее подбородка, слегка приподнимая ей голову, и аккуратно повязал ленту сам.
Глаза Ло Тань от удивления чуть не выкатились из орбит. Она толкнула Фэн Ань Нин под столом.
– Что… что это должно означать?!
Не только Ло Тань заинтересовало это странное действие Принца Жуя. Даже Император Вэнь Хой, сидевший на самом высоком месте, нахмурился, а Принцесса Мин Ань теперь смотрела на Шэнь Мяо со смесью гнева и ревности и, казалось, была готова ее разорвать.
У Шэнь Мяо на глазах была повязка, так что она не видела ничего – только ощутила, что касания человека сзади были нежными, а его пальцы – ледяными. Когда они коснулись ее щек, она даже содрогнулась. По непонятной причине после этого прикосновения щеки ее залились краской.
Шэнь Мяо дождалась, пока вокруг станет тихо, и снова подняла лук, на сей раз уже со стрелой.
Все затаили дыхание, наблюдая за ее движениями, и против своей воли ощутили тревогу. Были люди, которые осуждали Шэнь Мяо за то, что она приказала Принцессе Мин Ань держать яблоко во рту – им казалось это большим унижением. Это также означало, что если рука Шэнь Мяо дрогнет, она может с легкостью изуродовать или даже убить Принцессу. Если Принцесса страны Цинь погибнет в Мин Ци, страна Цинь этого так просто не оставит. Даже если Шэнь Мяо поплатится собственной жизнью, этого все равно будет недостаточно, и дело примет по-настоящему серьезный, международный оборот. Помимо точного попадания, у Шэнь Мяо был всего один выход – выстрелить вообще в сторону, но, выстрели она так, это опозорило бы честь Мин Ци.
Конечно, попади она прямо в яблоко, это была бы безупречная и великолепная победа. Но шансы этого стремились к нулю.
Хуан Фу Хао не сводил глаз с Шэнь Мяо. Принцесса Мин Ань была его младшей сестрой, он часто пользовался ее луком, поэтому из зрителей лишь ему одному было известно, насколько на самом деле тяжел этот лук. Обычная девушка не смогла бы даже поднять его, да и для девушки, владеющей боевыми искусствами, это было бы сложно. Даже некоторым мужчинам было тяжело поднять этот лук без предварительной подготовки, не говоря уже о том, чтоб выстрелить из него. Но Шэнь Мяо проделывала это с легкостью. Ее движения наводили на мысль, что она управлялась с этим луком бесчисленное количество раз.
Но это было попросту невозможно. Принцесса Мин Ань впервые гостила в Мин Ци, и Шэнь Мяо впервые держала в руках этот лук. Хуан Фу Хао неожиданно осознал, что его очень интересует происходящее – как если бы он увидел в Шэнь Мяо свою новую игрушку. Он начал следить еще внимательнее.
Шэнь Мяо, конечно же, не видела этого. Ее руки поглаживали резные узоры в виде цветочков и многолетние щербинки на древке лука.
Он такой же, как и в прошлой жизни.
Она держала его очень много раз. Когда Принцессе Мин Ань надоедало стрелять в нее, когда ее одежда уже была порванной, прическа – испорченной, а кожа – поцарапанной, Принцесса часто давала лук ей со словами: "Твоя очередь". На самом деле Шэнь Мяо тайно упражнялась в стрельбе и легко могла бы попасть, но каждый раз специально промахивалась. Тогда Принцы и Принцессы страны Цинь просто сгибались от смеха.
Все потому, что она была заложницей. Она не могла позволить себе дерзостей. Живя под чужой крышей и в чужой стране, она не могла быть жестокой или нахальной. Даже имея возможность выиграть, она была вынуждена раз за разом проигрывать, чтобы еще раз увидеть Фу Мина и Вань Юй.
Это было самое ужасное время в ее жизни, и этот лук, с его резными узорами в виде цветочков и щербинками, навсегда врезался в ее память. Молчаливые обиды, которые она затаила в своем сердце за все те годы, наконец могли вырваться наружу. Теперь она не была Императрицей Мин Ци и могла беспрепятственно усложнить жизнь Принцессы Мин Ань – так же, как та усложнила жизнь ей.
Она сказала:
– Большая просьба к Вашему Высочеству Принцессе: не уворачивайтесь.
После этих слов она отпустила тетиву, и стрела, натянутая до предела, с громким свистом улетела вперед.
Принцесса Мин Ань была в полнейшем ужасе. Стрела пролетела так быстро, что, даже если бы она захотела увернуться, то попросту бы не успела. Она почувствовала резкую вспышку боли у себя во рту. Стрела оказалась прямо у нее перед глазами. Она хотела закричать, но не могла, потому что держала яблоко в зубах. Внезапно ее тело обмякло, и она упала в обморок.
Дворцовая служанка, стоявшая позади, быстро подбежала и поддержала ее, а Хуан Фу Хао сорвался с места с мрачным выражением лица. Крики изумления послышались в Большом Зале. Шэнь Мяо неспешным движением сняла с глаз повязку, подошла к бесчувственной Принцессе и вынула яблоко из ее рта.
Острие стрелы вошло в мякоть, большую же часть наконечника было видно. Стрела не проткнула горло Принцессы, но это не имело значения.
Она попала!
– Кажется, удача сегодня на стороне этой дочери чиновника. Это попадание, – улыбнулась Шэнь Мяо.
Через короткое мгновение зал взорвался восхищенными криками. Чиновники Мин Ци сначала сидели, как громом пораженные, но после осознания начали скандировать и аплодировать стоя. Кто-то сказал:
– И правда, у отца-льва дочь не может быть собакой!
Принцесса Мин Ань устроила это соревнование по собственной инициативе, Шэнь Мяо была вынуждена принять в нем участие. Но в конце концов именно Принцесса Мин Ань промахнулась, а Шэнь Мяо попала в цель, да еще и как! Принцесса же была так напугана, что и вовсе лишилась чувств. С первого взгляда становилось ясно, кто выиграл, а кто проиграл. Даже Император Вэнь Хой, с опаской относившийся к семье Шэнь, не мог скрыть своей радости – Шэнь Мяо защитила честь его страны и утерла нос этим заносчивым нахалам из страны Цинь. Он был очень доволен. Он посмотрел на Шэнь Синя.
– Генерал Шэнь, вы отлично воспитали дочь!
Шэнь Синь почтительно поклонился и не нашел подходящих слов для ответа.
Шэнь Мяо стояла в центре зала, и легкий сквозняк из приоткрытых дверей обдувал ее платье. Она молча наблюдала за тем, как служанки приводили Принцессу Мин Ань в чувство, и в глазах ее читалось полнейшее удовлетворение. Внезапно, обернувшись, она встретилась взглядом с Принцем Жуем.
Было не совсем ясно, какие эмоции тот испытывает по поводу ее триумфа. Его взгляд был и теплым, и холодным одновременно, что приводило окружающих в недоумение. С подобием улыбки на лице он развернулся и направился в зону почетных гостей.
Хуан Фу Хао прекрасно осознавал, что их с сестрой репутации потерпели крах, но понятия не имел, как это исправить. Все произошло так быстро. Конечно, часть вины за это лежала на Принцессе Мин Ань, которая заварила эту кашу – но если бы не Шэнь Мяо, ничего плохого бы не случилось. Глядя на нее, Хуан Фу Хао с холодом в голосе произнес нечто похожее на комплимент:
– Не знал, что Молодая Леди Шэнь так хорошо владеет луком.
Шэнь Мяо благодарно поклонилась и вернулась на свое место за столом.
Шэнь Мяо всегда вела себя учтиво и казалась безвредной, но, когда она стояла напротив Принцессы Мин Ань, все почувствовали – это далеко не так. Сейчас же, вернувшись за стол к семье, она продолжала держаться с большим достоинством, и никто при всем желании не посмел бы отрицать ее победу – один ее взгляд, одно ее слово было способно растоптать оппонента со всеми его возражениями.
– Шэнь Мяо, ты сейчас просто… – Фэн Ань Нин схватила ее за руку. – Если бы ты была мужчиной, я бы вышла за тебя!
– Должно быть, это большое удовольствие – отплатить этой стерве ее же монетой, – добавила Ло Тань. – Младшая Сестра Бяо, я всегда знала, что ты себя в обиду не дашь! – в Городе Сяо Чунь все люди, приближенные к семье Ло, знали о характере Шэнь Мяо. Раз она слабая, то должна молча терпеть обиды? Так думали только глупые.
Шэнь Мяо опустила глаза. Все думали, что она разозлилась и отомстила Принцессе Мин Ань за то, что та давила на нее на банкете. Никто и не представлял, что она выпускала стрелу, пылая ненавистью за все свои мучения из прошлой жизни. Но такое положение вещей вполне устраивало Шэнь Мяо – среди гостей были очень подозрительные и умные люди, как, например, Фу Сю И. Нужно было вести себя очень осторожно. Но это не значило, что Принцессе не нужно было мстить – если бы Шэнь Мяо этого не сделала, ее перерождение утратило бы изрядную долю смысла.
Некоторых людей просто надо было терпеть, но иногда терпения не хватало. Она должна была действовать незаметно, но спускать с рук оскорбления было не в ее стиле. Имея за спиной целую семью Шэнь, готовую ее защитить, имея в руках все козыри, которых не было раньше – как можно было сдержаться и не пойти против Принцессы Мин Ань?
Иначе Шэнь Мяо считала бы себя трусливой неудачницей!
Ло Лин, держащий в руках чашку с горячим чаем, ласково поинтересовался:
– У Младшей Сестры Бяо все хорошо?
– Да, ничего страшного, – ответила она, слегка улыбнувшись. Девушка почувствовала на себе чей-то взгляд, обернулась, но не увидела никого, кто бы на нее смотрел. Наверное, показалось – решила она.
В зоне почетных гостей юноша в маске крутил в руках винный бокал. Кольцо из белого нефрита поблескивало на его пальце.
* * *
Никто не ожидал, что в разгар такого приятного и веселого банкета случится нечто подобное. Затеяла все Принцесса Мин Ань – с этим не спорил никто. Но это определенно пошло на пользу Шэнь Синю, едва успевшему вернуться в столицу – отважный нрав и великолепная победа Шэнь Мяо поместили семью Шэнь в центр внимания. Теперь Шэнь Синя боялись еще сильнее, чем раньше.
Фу Сю И, сидящий в зоне Принцев, с самого начала банкета старался принимать безразличный ко всему вид, но под конец и сам стал поглядывать на Шэнь Синя. Более того, его взгляд скользил с самого Шэнь Синя на его дочь в пурпурном платье.
Он был не единственным, кто делал это. Много кто в зале то и дело украдкой или явно посматривал на Шэнь Мяо. Среди них были и просто юноши, находящие ее красивой, и люди вроде Хуан Фу Хао, чьи взгляды явно не выражали добрых намерений. Через какое-то время даже рассеянная Ло Тань заметила это все и спросила:
– Почему это все пялятся на Младшую Сестру Бяо? Ты смотри, она им поесть нормально не дает!
Ло Лин улыбнулся и шепнул Шэнь Мяо:
– Младшая Сестра Бяо, поменяйся со мной местами.
Место Ло Лина было более изолированным, поэтому, когда Шэнь Мяо поменялась с ним и он заслонил ее от всех своим телом, ей стало намного комфортнее.
Больше ничего не происходило до самого конца ужина.
Хуан Фу Хао удалился раньше всех, сказав, что хочет проведать свою сестру, упавшую в обморок от страха. Никто не остановил его. Все понимали, что через несколько дней эта парочка развернет кампанию против Шэнь Мяо. И хотя Шэнь Мяо была под защитой Шэнь Синя, Принцессе Мин Ань не составило бы никакого труда устроить ей неприятности. Все, кто еще мог разглядеть Шэнь Мяо за Ло Лином, смотрели на нее сочувственно.
Только Шэнь Юэ и ее свита не испытывали к Шэнь Мяо никаких чувств, кроме злорадства. Вероятно, Шэнь Вань хотел восстановить отношения с Шэнь Синем, раз уж тот вернулся в столицу по милости самого Императора – это было бы намного выгоднее, чем продолжать друг друга презирать. К сожалению, Шэнь Синь уже крепко стоял на своем и даже смотреть на Шэнь Ваня не желал. При одном взгляде на них становилось ясно, что к чему.
Ранее, когда Шэнь Синя изгоняли в Город Сяо Чунь, новости о его отделении от семьи расползлись по всей столице. Очевидно было, что любой уважающий себя мужчина на месте Шэнь Синя тоже не стал бы отвечать на любезности Шэнь Ваня. Шэнь Синь хотел прояснить все раз и навсегда.
Шэнь Вань понял это и не настаивал на своем – поэтому двое братьев вели себя, как незнакомцы.
После банкета некоторые из старых коллег Шэнь Синя подошли к нему, чтоб поздороваться. Тем временем Ло Сюэ Янь взяла Шэнь Мяо за руку и вывела на улицу одной из первых. Остальные последовали за ними.
Ло Тань слонялась вокруг, рассматривая ночной Дворец, Фэн Ань Нин уже присоединилась к Фэн Фужэнь, а Ло Лин и Шэнь Цю шли позади. Когда они вышли из главных ворот, карета, заказанная Шэнь Синем, уже стояла где-то вдалеке. На полпути к ней Шэнь Мяо обернулась и увидела, что по длинному переходу Дворца, оставшемуся позади, двигается высокий стройный силуэт.
В свете фонарей на его лице блеснула серебряная маска. Рукава его мантии, обшитые золотом, тоже сверкали во тьме. Хоть разглядеть его одежду в подробностях было невозможно, очевидно было, что ткани эти исключительно редкие и дорогие.
Шэнь Мяо с опаской глядела на то, как этот человек остановился и медленно повернул голову. Складывалось впечатление, что он осматривается.
Шэнь Мяо исподтишка наблюдала за ним.
В ночном мраке далекий переход Дворца казался и вовсе недостижимым. Человек стоял на выходе из него в лунном свете, после чего тихо скользнул под тень качающегося в саду дерева. Его лица не было видно, но картина была завораживающей и без этого. Он протянул руку и три раза постучал по колонне на Дворцовых воротах.
Шэнь Цю и Ло Лин наконец обнаружили, что Шэнь Мяо отстала. Они вернулись за ней. Шэнь Цю подошел и спросил:
– Младшая Сестра Бяо, что ты там высматриваешь?
– Ничего, – вернувшись в чувство, ответила Шэнь Мяо.
– Иди и жди нас в карете. Ночью дует сильный ветер, мы не хотим, чтобы ты простудилась, – заботливо сказал Ло Лин.
Шэнь Мяо кивнула и направилась было к карете – но внезапно обернулась еще раз, снова глядя вглубь далекого перехода.
Лунный свет будто окутывал его своим мягким сиянием, а цветы, высаженные между камней, слегка трепетали на ветру. Там не было никого. Как если бы все увиденное секунду назад оказалось иллюзией.
Послышался звонкий голос Ло Тань, зазывающий отставших. Шэнь Мяо развернулась, быстро дошла до кареты и, приподняв полы платья, забралась внутрь.