74 глава
Уже очень долгое время Шэнь Мяо и Шэнь Цю так не говорили. В итоге Шэнь Цю собрал людей из армии, которые охраняли Западный внутренний двор и никому не позволялось туда заходить. Один шичэнь (1 шичэнь = 2 часа), не много и не мало, Шэнь Мяо продолжала слушать Шэнь Цю. Похоже, что он старался сделать Шэнь Мяо счастливой, Шэнь Цю продолжал говорить об интересных событиях, происходивших в армии, а также выпрашивал, что происходило с Шэнь Мяо за последний год, но она старалась избегать его вопросов.
Для некоторых вопросов еще не наступило подходящее время, поэтому она не могла сейчас ответить на них. Кроме того, сейчас в семье Шэнь, ситуация не была подобной той, которая была в прошлой жизни, где Первой домохозяйке никто бы не поверил, если бы она что-то говорила. В сложившейся ситуации, если кто-то примет меры, то это должен быть смертельный удар. Даже если воспользоваться тупым ножом, чтобы разрезать плоть, должна была быть уверенность в том, что прежде всего, от этого получиться избавиться.
Поговорив еще немного, на лице Шэнь Мяо появился признак усталости. Шэнь Цю старался заботиться о своей Младшей Сестре и, увидев это, быстро сказал:
- Младшая Сестра, ты еще не совсем поправилась, я не хочу тебя больше беспокоить. Иди отдохни пока, Мать и Отец, скорее всего, вернутся ближе к вечеру. Когда они появятся, то я к тебе загляну.
Шэнь Мяо кивнула в знак согласия.
Шэнь Цю встал, собираясь уйти, но неожиданно о чем-то подумал и, немного поколебавшись, снова взглянул на Шэнь Мяо:
- Младшая Сестра, ты сказала, что кто-то лишил невинности Шэнь Цин. Этого злодея поймали? В резиденции Шэнь есть неплохие гвардейцы, и чтобы защитить репутацию Шэнь Цин, они должны были провести тайное расследование.
Шэнь Мяо взглянула на него и прищурила глаза:
- Этот злодей оказался очень хитрым и ему удалось убежать.
- Похоже на это, - Шэнь Цю задумчиво склонил голову и, улыбаясь, посмотрел на Шэнь Мяо. - Тогда, я пойду, - он ушел, но как только он вышел из дома, его улыбка тут же исчезла, а лицо сразу помрачнело. Когда слуги увидели это, то не смогли сдержать дрожь, так, как они понимали, что за улыбкой этого человека скрывается молодой военный. Он обратился к гвардейцам, стоящих возле него. - Найдите двух человек, которые отправятся в Храм Во Лун, а также разузнайте все, что происходит в столице, - он взглянул на закрытую дверь в комнату Шэнь Мяо и, сжав кулаки, прошептал. - Младшая Сестра, что же все-таки произошло за этот последний год?
В комнате Шэнь Мяо обратилась к Гу Юй, которая пришла:
- Передай немного денег Чун Тао, и найди кого-то, чтобы отнести деньги врачу Чэну. Сейчас очень ответственное время, поэтому с ребенком в животе у Шэнь Цин ничего не должно случиться, - она провела рукой по шраму, оставшемуся от ожога. Шрам был хорошо виден на ее светлой коже, как будто сгорела часть очень дорогой парчи. Однако она не чувствовала себя из-за этого расстроенной, даже наоборот, казалось, что она была удовлетворена результатом своего плана. - Развивающиеся события будут полностью зависеть от моего пока еще не родившегося племянника.
- Молодая Леди, - заговорила Цзин Чжэ. - Почему бы сейчас все не рассказать Старшему Молодому Мастеру? - Шэнь Мяо все еще продолжала скрывать некоторые вещи от Шэнь Цю. Например, то, что тем злодеем был Принц Юй Первого Ранга. Цзин Чжэ продолжила. - Если Молодой Хозяин решит принять какие-то меры, то он, по крайней мере, не будет действовать опрометчиво. А если Фужэнь и Хозяин узнают обо все, то они тоже смогут защитить Молодую Леди.
- Если я ничего не скажу, то Старший Брат будет самостоятельно проводить расследование, - Шэнь Мяо смотрела в окно. - И я боюсь, что к этому времени, со случившемся в Храме Во Лун уже разобрались.
- Но Молодой Мастер действительно может начать самостоятельное расследование? - Цзин Чжэ выглядела обеспокоенной. - Если ему удастся все узнать, то, в конце концов, он также узнает и то, что Молодая Леди это скрывала от него.
- Принц Юй все дела проворачивает очень тщательно. Если я права, то монахи из Храма Во Лун уже давно замели все следы, как снаружи, так и внутри. Даже не говоря о Старшем Брате, сам Отец не смог бы найти там ни одной крошечной зацепки.
- Боже мой! - Цзин Чжэ прикрыла рот рукой. - Получается, что в этой жизни, никто никогда не узнает правду относительно этого дела? - злое сердце Второй домохозяйки семьи Шэнь, бесстыдный Принц Юй. Изначально, они думали, что когда вернутся Шэнь Синь и его жена, то смогут постоять за Шэнь Мяо, но теперь по словам Шэнь Мяо все, что произошло в Храме Во Лун, глубоко окутано тайной и никто никогда не сможет узнать правду.
- Я изначально не собиралась использовать честные методы, чтобы добиться справедливости, - тихо сказала Шэнь Мяо. - В мире существует множество других методов, с помощью которых можно достичь цели.
Справедливость и честность стоили не больше, чем солома. Для слабых справедливость была недоступной, а сильные были судьями. В те годы, во Внутреннем Дворце она смогла понять множество принципов. Все заключалось не в том, что не было хороших и добрых женщин, а в том, что все были как цветы, расцветшие зимой, поэтому они были слабыми и не могли устоять от порывов ветра и, в итоге, они оказывались втоптанными в почву. Так как она решила следовать темным и кровавым путем, то методы, которые она будет предпринимать во время этого пути, не обязательно должны быть светлыми.
- Но что может сделать Молодая Леди? - спросила Цзин Чжэ. - По крайней мере, Хозяин и Фужэнь смогут защитить Молодую Леди. Если бы появилась возможность, то Молодая Леди могла бы выразить свой гнев. Так как Молодая Леди еще не состоит в браке, то месть будет не очень удобной, - Цзин Чжэ искренне говорила Шэнь Мяо то, что думала.
- Отец и Мать будут сильно разгневаны и напрямую будут действовать против резиденции Юй. Только отступив, они смогут защитить меня и заставить Принца Юя опасаться последствий в будущем, - сказала Шэнь Мяо. - Нельзя допустить, чтобы семья Шэнь повредила хоть один волосок Принца Юя Первого Ранга. Разве что только запугать, но это не то, чего я хочу.
Чем больше слышала Цзин Чжэ, тем меньше она все понимала. Шэнь Мяо не хотела, чтобы Шэнь Синь выпустил весь свой гнев на Принца Юя, также не хотела, чтобы Шэнь Синь удерживал Принца Юя, но она хотела сделать так, чтобы Принц Юй не смог ничего предпринять против Шэнь Мяо. Смотря на Шэнь Мяо, было понятно, что она не собирается забывать об этом вопросе. Итак, что же Шэнь Мяо хотела с ним сделать?
Шэнь Мяо улыбнулась:
- Если меня кто-то оскорбит, то я уничтожу всю их семью.
Цзин Чжэ удивилась и неосознанно подняла голову, чтобы взглянуть на Шэнь Мяо. Она была окутана солнечным светом, но улыбка на ее губах походила на зверя в темных джунглях, который бесшумно обнажил свои клыки.
Она была в шоке, в тот момент она настолько испугалась, что не могла сказать ни слова и, в страхе просто склонила голову. Она вспомнила слова Шэнь Цю, который говорил, что Шэнь Мяо за этот год сильно изменилась. Не говоря даже о Шэнь Цю, все служанки, которые целыми дня были возле Шэнь Мяо, не могли найти и следа от старой Шэнь Мяо.
Шэнь Мяо с удовлетворением закрыла глаза. Люди вернулись и шахматная партия могла начинаться. Шэнь Цин был маленьким солдатом, Принц Юй Первого Ранга был колесницей, а Императорская Семья Мин Ци была похожа на белые шахматные фигуры. Каждый раз, когда экипаж будет поглощен, в матче будет наступать хаос. Все зависело от воли Небес.
В этот раз она будет той, кто будет контролировать волю Небес.
Резиденция Маркиза Линь Аня.
Даже в середине холодной зимы в резиденции Маркиза Линь было много цветов. Когда Фужэнь, Принцесса Юй Цин, была еще жива, она очень любила растения. Когда она была замужем за Маркизом Линь Анем, в их отношениях была нежность и верность. Се Дин любил Принцессу Юй Цин и перестроил всю резиденцию так, чтобы она стала похоже на внутренний двор, где ранее жила Принцесса. На какое-то время это событие стало настоящей сенсацией, поскольку было забавно видеть, что резиденция Генерала стала такой красивой.
Позже, когда Принцессы Юй Цин не стало, Се Дин приказал слугам все поддерживать в таком же виде, как и при жизни Принцессы. Поэтому, спустя столько лет, даже в зимний период, все выглядело превосходно.
Но, несмотря на ухоженный вид, здесь ощущалось запустение. Вещи остались прежними, но вот люди изменились, и с этим ничего нельзя было сделать. Даже если поддерживать все в идеальном порядке, все же в прошлое невозможно вернуться.
Се Чан У и Се Чан Чао практиковались на копьях во дворе. С тех пор, как в академии с ними случился неприятный случай, они почти все время находились в резиденции. Во-первых, когда Се Цзин Син бросил им вызов, им казалось, что они утратили свое лицо, поэтому не решались покидать пределы своего дома. Во-вторых, они еще не совсем оправились от повреждений и пока не могли выполнять физические нагрузки. Говоря об этом, можно отметить, что в тот день действия Се Цзин Сина выглядели совсем безобидными, но на самом деле были очень серьезными. Для того, чтобы срослись кости и сухожилия требовалось около ста дней. Несмотря на то, что они отдыхали уже несколько месяцев, они все равно иногда испытывали боль. Мадам Фан очень беспокоилась, но не решалась ничего говорить Се Дину. Но Се Дин по-прежнему продолжал ругать их.
Постоянно думая об этом, два брата начали испытывать сильную ненависть. Се Чан Чао махал руками. В тот день, Се Цзин Син повредил ему плечи, и он до сих пор все еще ощущал слабую боль. Он заговорил:
- Второй Старший Брат, ты слышал, что сегодня Шэнь Синь и его жена отправились во Дворец? У них такие великие военные достижения, что многие переживали, что Его Величество вознаградит Шэнь Синя.
Между двумя семьями Се и Шэнь всегда были разногласия. Се Чан У и Се Чан Чао не считали Шэнь Цю своим врагом из-за того, что он был из семьи Шэнь. Но эти два брата считали своими противниками всех молодых людей в столице, а Шэнь Цю был самым талантливым из всех. Несмотря на то, что Се Цзин Син тоже был очень выдающимся, но у него не было официального положения, да и с его защитой, все действия были бы бессмысленными. С Шэнь Цю было все по-другому. Се Чан У и Се Чан Чао занимали официальные позиции, и они переживали о том, что их могут начать сравнивать с Ди сыном Первой домохозяйки резиденции Шэнь.
И больше всего Се Чан У и Се Чан Чао злились из-за того, что они действительно были хуже этого человека.
- Чего ты так боишься? - с презрением спросил Се Чан У. - Он ведь военный, который хорошо разбирается в сражениях, убийствах, но ничего не знает о придворных делах. Кроме своего военного вклада, что еще Шэнь Синь может сделать для своей семьи? В данный момент семья Шэнь находится в очень хорошем положении, но в дальнейшем... - внезапно он замолчал и больше ничего не говорил.
- Второй Старший Брат прав, - Се Чан Чао рассмеялся. - Никто не сможет сказать, что семья Шэнь находится в нейтральном положении. В этом мире это мечта, если вы думаете только о моральном подъеме и не обращаете внимание на других. Но большое спасибо глупости семьи Шэнь, из-за которой в будущем станет меньше соперников.
Если бы кто-то услышал их разговор, то сильно бы удивился. В конце концов Се Чан У и Се Чан Чао в глазах окружающих всегда были благородными и доброжелательными молодыми людьми. Также семья Се не участвовала в битве за наследника. Но со слов Се Чан У и Се Чан Чао можно было понять, что они тайно от семьи вступили в группу.
- Кстати, семья Шэнь не боится, что в нашей семье кое-кто есть? - Се Чан У внезапно посмотрел в другом направлении. Там был внутренний двор, где ранее пыталась выздороветь Принцесса Юй Цин, а теперь это стал внутренний двор, где проживал Се Цзин Син. Вспомнив о том, как Се Цзин Син сражался с ним, его захлестнул гнев. Спустя мгновение, он продолжил. - Этот негодяй становиться все более и более высокомерным.
Втайне он называл его "негодяем", но при личной встрече всегда относился к нему с почтением. Их встречи заставляли его безмолвствовать.
- Точно, - Се Чан Чао согласился со словами Се Чан У. - В эти дни он себя вел так, что отцу пришлось уделить ему больше внимания. Если им никто не управляет, может, там какой-то заговор?
На протяжении этих лет у Се Цзин Сина всегда был непокорный характер, он приносил множество проблем, у него даже не было официального статуса, но именно все это и радовало Се Чан У и Се Чан Чао. Но даже при таких обстоятельствах, когда люди говорили о Маленьком Маркизе Се, они всегда упоминали о его героизме на поле сражения. Чтобы не сделал Се Цзин Син, Се Дин всегда к нему относился хорошо и искренне, а вот с этими двумя братьям у Се Дина были прохладные отношения. Проходило время, и ревность по отношению к Се Цзин Сину усиливалась.
Раньше, если Се Цзин Син находился в столице Дин, то каждые три-пять дней с ним происходили какие-то события, но теперь стало по-другому. После экзаменов в академии казалось, что этот человек сильно изменился, он уходил очень рано и возвращался поздно вечером, они не знали, чем он был занят. Такое изменение очень обрадовало Се Дина, он решил, что Се Цзин Син наконец смог исправить свой характер и начал усердно работать.
Из-за этого Се Чан У и Се Чан Чао нервничали еще больше.
- Я буду тем, кто будет управлять им, - Се Чан У усмехнулся. - Наступит день, когда он окажется у моих ног. Изначально та женщина была Принцессой, но закончилось все плохо, а это просто ее сын.
- В общем, нужно связаться с Его Высочеством Принцем Дином перед началом банкета в честь возвращения, - сказав это, Се Чан Чао взял копье и с силой бросил его в стог сена, находящийся перед ним.
* * *
В то же время, главный герой их разговора, сидел в комнате за столом.
Внутренний двор, в котором ранее проживала Принцесса Юй Цин, был зеленым, даже было несколько деревьев, которые и зимой оставались зелеными. Перед окном той комнаты, где сидел Се Цзин Син, были ветви деревьев, которые практически полностью закрывали вид, из-за чего эта комната всегда казалась мрачной.
Однако у молодого человека, который сидел во мраке, были очень ясные глаза. Гвардейцы передали ему письмо, внимательно все прочитав, он бросил его в камин. Спустя момент от него остался только еле заметный дымок.
- Что там было написано? - спросила фигура позади него. Джентльмен в белой одежде элегантно налил себе чай, создавалось впечатление, что он был великим чайным ценителем.
- В ситуации есть изменения, - ответил Се Цзин Син, даже не повернувшись, похоже, он что-то обдумывал.
- О? - джентльмен в белом остановился и с возрастающим интересом сказал. - Это же не может быть...
- Гао Ян, - внезапно перебил его Се Цзин Син. - Как на счет того, чтобы разрушить прежде, чем принять решение о полном уничтожении?
- У тебя не такой характер, - Гао Ян удивился, а потом покачал головой и сказал. - Ты не тот человек, который будет вести себя сдержанно и гарантировать, что ничего не произойдет до принятия решения. Если в результате ты не выиграешь, то ты это не примешь. Я удивлен, что ты сегодня вообще выглядишь таким коварным, - он спросил. - Ты встретился с кем-нибудь?
- Столкнулся с безумным человеком, - Се Цзин Син приподнял брови. - И он заставил меня ощутить, что неплохо было бы заключить пари, - он встал, и в темноте сверкнула золотая вышивка на его одежде. Если не присматриваться, то ее можно было и не заметить.
- Ты же не говоришь о дочери Ди из семьи Шэнь? - задал вопрос Гао Ян. - Я слышал, что в тот день говорил об этом Те И. Даже при том, что это было смело, но, все же сделано это было опрометчиво. Теперь, когда вернулся Шэнь Синь, учитывая его характер, многие бояться, что возникнут новые проблемы.
- Это не касается резиденции Шэнь, - ответил Се Цзин Син. - Я уже изменил свое мнение.
- Не собираешься использовать семью Шэнь? - Гао Ян был немного удивлен.
- Семья Шэнь стала переменной, - Се Цзин Син покачал головой. Его красивые брови не придавали его взгляду бесстыдства, каким он обычно был наполнен, хотя выглядел юноша всегда спокойным. Изящество и благородство всегда прикрывали его, как будто он был окутан таинственным блеском, который был ярче солнца.
- Что ты имеешь ввиду под переменной? - спросил Гао Ян.
Се Цзин Син приподнял брови:
- У меня есть некоторое предчувствие относительно отношения семьи Фу. семья Шэнь стала самой большой переменной в организации будущего Мин Ци.
Похоже, Гао Ян не сильно в это верил, но он доверял предчувствиям этого молодого человека. Он начал расспрашивать:
- Откуда ты знаешь? Почему вдруг семья Шэнь стала переменной? Шэнь Цю? Шэнь Синь? Даже если у них есть внутренние проблемы в семье, то они все равно не повлияют на отношение семьи Шэнь.
- В семье Шэнь появился умный человек, - лениво ответил Се Цзин Син. - Но судьба слишком жестока. Зачем бороться? - сказал он. - В любом случае, в плане нет изменений, просто изменился метод.
- Ты же не думаешь... - Гао Ян был взволнован.
- Я терпел уже столько лет, - сказал Се Цзин Син. - Из-за опасений было необходимо терпеть, но теперь... - он тревожно улыбнулся. Казалось, что темные тучи исчезли, и в комнату ворвался солнечный свет, освещая все вокруг.
Се Цзин Син сложил руки и продолжил:
- Гао Ян, я устал скрываться. В кратчайшие сроки я начну действовать.
- Но ты готов отделиться? - спросил Гао Ян.
- Нет ничего невозможного.
Гао Ян вздохнул и поднял голову:
- Раз так, то тогда все будет так, как ты планировал. Сначала скрой информацию на стороне и начни с Мин Ци. Из семьи Фу, с кем думаешь начать?
- По старым правилам, подбросим мяч. Тот кто поймает, тот и решит, - он рассмеялся. Неожиданно его пальцы коснулись чего-то в его рукаве. Он ощутил небольшое волнение, так как этим чем-то была бутылочка с лекарством, которую ему дал Гао Ян. Внутри было лекарство, с помощью которого, как утверждал Гао Ян, исчезнут любые шрамы, и говорил, что получить такое невозможно даже за тысячи золота. Эта травяная мазь заставит исчезнуть шрам, каким бы глубоким он не был.
Он сжал бутылочку в руке, а когда разжал, то она превратилась в множество мелких кусочков.
Точно так же, как сделала Шэнь Мяо - большой огонь сжег все равновесие, показав свирепую правду, и это действительно стало игрой, в которой можно делать шаги. Шэнь Мяо оставила себе шрам, чтобы сделать примирение невозможным. А что насчет него?
Его взгляд устремился в окно и он пристально смотрел на резиденцию Маркиза Линь Аня. Он столько лет смотрел на нее, и из-за теплых воспоминаний он также должен был поддерживать ложное равновесие.
Теперь настало время нарушить это равновесие.
Он закрыл глаза, его длинные ресницы были прекрасны, как весенние бабочки, но когда глаза были открыты, то они казались острее, чем самые острые ножи.
В данный момент перед ним на столе лежала развернутая карта. Если посмотреть поближе, то сразу стало бы понятно, что это была территориальная карта Мин Ци. Тринадцать провинций, от Ю Чжо до города Дин Юань в пустыне, от Цзян Нань до восточного побережья Дин Си, от древнего города Линь Ань до города Лу Ань, посреди всей этой территории находился самый процветающий город - столица Мин Ци.
Чтобы страна росла, героям нужно продвигаться дальше. Он вытянул руку и легонько коснулся пальцем центра карты.
Это было похоже на то, что кто-то решает взлет и падение целой династии.