Друзья по преступлению

Артур Шедвиг.

К удивлению, Альфа оказался совершенно безвкусным наркотиком. Конечно, что ещё можно было ожидать от наркотика, но я надеялся на вкус манго. Или хотя бы персика.

По началу, сразу после принятия Альфы, я совершенно ничего не почувствовал. Даже подумал, что та девчонка впихнула мне какую-нибудь таблетку от головы. Но потом начали появляться первые симптомы: мир стал чуточку ярче, красивее, завораживающее, а когда я на несколько секунд закрыл глаза, то в камере появилась светловолосая девочка лет пятнадцати, точно такая же, какой я видел Эмили на фотографиях в её ноутбуке. На ней были чёрные джинсы с рваными коленями и нежно-розовый свитер, а запах манго тут же ударил мне в нос.

- И оно стоило того? – обиженно спросила девочка, скрещивая руки на груди.

- Детка? – спросил я, и почувствовал, насколько сильно пересохли мои губы.

Её ресницы взмахнули вверх, а сердитый взгляд упёрся в меня. Боже, клянусь, её глаза ещё более яркие, чем у Эмили. Она подошла ко мне, всё ещё глядя на меня, как её взгляд внезапно сменился на насмешливый.

- Ты же сам знаешь, что я всего лишь твоя галлюцинация, - мягко произнесла она и дотронулась до синяка на скуле. – Только не надо звать меня «детка». Это так вульгарно.

Я усмехнулся и покачал головой. Даже в моём воображении маленькая Эмили оставалась Эмили.

- И всё же: оно того стоило? – спросила девочка, присаживаясь на лавочку рядом со мной.

- Да, - признался я и уронил голову на грудь. – Я увидел тебя. Конечно, ожидал совершенно не этого действия, но тем не менее. Если я не найду тебя, то этот наркотик и куча фотографий на телефоне – всё, что останется у меня от тебя.

- Так найди меня, - внезапно сказала девочка, и я вскинул голову, посмотрел на неё. – Ты же для этого принял Альфу. А теперь используй свой мозг на максимум.

И младшая версия Эмили протянула руку и дотронулась до моего виска. Именно в этот момент яркая вспышка освещения клуба осветила меня, и я прищурил глаза.

Какого хрена?

- А теперь думай, - произнесла девчонка, обходя меня по кругу и протянула руку к моему стакану с виски, но я успел перехватить его и отодвинуть от неё.

- Маленькая ещё, - пробормотал я, оглядывая всех людей. Я знал все эти лица, поэтому видел их чётко и ясно несколько сотен раз с камер наблюдения в клубе. А впереди, прямо передо мной, стояла Эмили, уже собираясь уходить в туалет.

Мягкая улыбка застыла на её губах, а одной рукой она поправляла волосы.

Так, отлично, это момент, когда я видел её в последний раз.

Но что я должен делать?

Как мне вычислить того, кто её похитил?

- Я не понимаю, - пробормотал я, вглядываясь в лица людей. Совершенно никто из тех, кого я видел даже не смотрели в её сторону. – Что я должен найти?

Девочка тихо рассмеялась.

- И ты называешь себя хорошим детективом? – уточнила она, в насмешке кривя губы. – Ты даже не осмотрел всю ситуацию в целом, а уже сдаёшься.

- Я не сдаюсь, - тут же вспылил я, а мой взгляд внезапно упал Эмили за спину. Раньше я смотрел только на неё, но теперь, оказавшись здесь, я всё же понял, что человеческий мозг действительно запоминает все лица людей, даже тех, которые были увидены совершенно случайно. – Какого хрена?

Я встал со стула и сделал пару шагов навстречу знакомому лицу, которого я точно не видел на камерах наблюдения. Но ошибки быть не могло.

Я распахнул глаза и сделал глубокий вдох, вновь оказавшись в тюремной камере, совершенно не веря во всё происходящее. Как такое вообще возможно?

- Ты выглядишь очень задумчивым, - заметила маленькая Эмили, вновь присаживаясь рядом со мной на скамейку. – Никогда не мог подумать, что это окажется этот человек?

- Но как? – тихо спросил я и поморщился, потому что от внезапной информации заболела голова. – Почему?

- Ты сам знаешь ответ на этот вопрос, - ответила Эмили и посмотрела на меня своими глазами океанами. – А теперь спаси меня.

Я перевёл взгляд на левую руку и, зубами вцепился в рукав своей футболки. Противный хруст раздался в камере, но я не издал ни звука, лишь сильнее стиснул зубы и высвободил одну руку. Чтобы высвободить вторую ушло не более тридцати секунд.

Растерев затёкшие запястья и решив, что палец надо вправить обратно сейчас, а уже после того, как найду Эмили можно будет обратиться в больницу, я одним резким движением вернул палец на место. Вся рука начала превращаться в одну сплошную гематому, но времени, чтобы пожалеть себя у меня просто не было.

Встав на лавочку, я здоровой правой рукой начал откручивать вентиляционную решётку.

Когда-то у нас проходили учения по побегам из камер и реагированию на них, поэтому теперь я прекрасно знал обо всех потайных ходах в участке. Да, было глупо сажать меня в камеру без присмотра.

Единственное что – пролезть в вентиляционный люк было для меня проблемой, потому что я был намного шире в плечах, а сломанный палец так же осложнял весь процесс.

Прикрыв за собой решётку и спрятав болты внутрь, я пополз по трубе, надеясь только на то, что я издаю не слишком много шума и моё исчезновение заметят хотя бы минут через двадцать, чтобы я сумел доползти до своего кабинета и проверить свою догадку.

И вот, через три минуты я вывалился из вентиляционного люка на первом этаже в подсобке. Отлично, оставалось только как-то незаметно пробраться на третий этаж. Я принялся судорожно оглядывать помещение, пока мои глаза не остановились на темно-синем комбинезоне и кепке, лежащими на одной из полок. Прекрасно, теперь самое главное, чтобы никто ничего не заподозрил.

Взяв с собой огромную каталку с несколькими вёдрами, швабрами, тряпками и кучей другой херни для уборки, я натянул на глаза кепку и двинулся к лифту. Никто не обращал на меня особо много внимания, потому что, спасибо хотя бы на чём-то, капитан, все были заняты поисками Эмили.

Оказавшись у себя в кабинете я первым делом поднял с пола ноутбук и включил его. Если кто-то пользовался моей программой стирания с камер наблюдения лиц – я узнаю об этом.

- Давай, давай, давай, - бормотал я себе под нос, надеясь только на то, что я не разбил ноутбук, и он будет работать после того, как я смахнул его со стола в порыве гнева.

К счастью, он включился практически моментально, и я тут же открыл программу и влез в недавно стёртые лица.

- Твою мать, - прошептал я, откидываясь на спинку стула. Было стёрто лицо Эмили... и лицо Адама. – Да быть этого не может.

Перерыв всю базу ФРБ, я всё же сумел найти кое-какую информацию об Адаме. И, что хуже всего – мне едва хватило на это доступа. Распечатав один листок, я едва сдержался, чтобы не смять его, а аккуратно сложить и убрать в задний карман.

Даже не думая вновь скрываться, я пробежал через весь третий этаж с ноутбуком в руках до кабинета капитана и распахнул дверь с ноги. Капитан резко вскинул голову вверх, и, увидев меня, его глаза округлились.

- Шедвиг, как ты... - начал было он, но я резко прервал его, поставив прямо перед его носом ноутбук.

- Вот почему я не мог поймать Бубонника так долго, - заявил я, тыкая пальцем в экран. – Потому что он наперёд знал все наши шаги.

- Ты совсем из ума выжил? – уточнил капитан, вскидывая вверх брови. И тут настал мой звездный час.

Я извлёк из кармана распечатанный ранее листок, и начал декламировать:

- Адам Сикрэв, при рождении Адам Пейтон, был рождён в семье Ника и Моники Пейтон, оба были наркоманами и умерли от передозировки, когда Адаму было полтора года. У ребёнка наблюдалась сильная педагогическая запущенность, но буквально через месяц органы опеки подыскали ему приёмную семью – Эдвард и Кейтлин Сикрэв, отец был химиком в правительственной лаборатории, а мать работала учителем в начальной школе... мне продолжать?

- Бери спецназ и найди их, - поджав губы, произнёс капитан Майлз, и посмотрел мне в глаза. – Но если ты ошибся и подверг сомнению компетентность моего сотрудника – поплатишься головой, Шедвиг.

- Так точно, капитан, - отрапортовал я, и быстро вышел из кабинета. Все люди, занятые поисками Эмили как раз были здесь, поэтому я, глубоко вдохнув, громко произнёс: – Слушай мою команду! Ищем Адама Сикрэва. Я хочу знать всё о его передвижениях за последние двое суток, что он ел, во сколько ходил в туалет и когда дышал.

Все начали удивлённо смотреть на меня, а некоторые даже перешептываться, потому что, думаю, многие ещё не забыли о том, как мы с Адамом сцепились прямо здесь.

- Что-то не ясно? – прикрикнул я, по очереди смотря всем в глаза, и уже через пару секунд все уставились в свои ноутбуки. Кевин спешил ко мне через весь этаж.

- Ты совсем из ума выжил? – злобным шепотом задал он тот же самый вопрос, что и капитан. – Адам?

- Он влез в мой кабинет и стёр своё лицо и лицо Эмили из программы распознавания лиц, - так же шёпотом ответил я, и стиснул зубы, когда прямо за плечом Адама вновь возникла маленькая Эмили. Только не сейчас. – Как думаешь, какова вероятность того, что он не планировал её похитить?

- Надеюсь, что ты не прав, но выглядит всё действительно хреново, - пробормотал Кевин и в задумчивости потёр подбородок. – Как ты выбрался из камеры?

Я показал ему левую руку с невероятно синим большим пальцем и криво усмехнулся.

- Спасибо, что это была именно та камера, - поблагодарил я друга, а он просто хлопнул меня по спине.

- Мы нашли! – закричал один офицер. – Около трёх часов назад он уехал из участка, а потом камеры нашли его входящим в недостроенный торговый центр.

Мы с Кевином переглянулись и кивнули друг другу.

***

Через двенадцать минут со спецназом, вооружённым до зубов, мы с Кевином входили в торговый центр.

- Стрелять разрешаю, но не на поражение, - тихо сказал я, а затем показал левой рукой знак, что можно идти.

В помещении было темно, но на автоматах у спецназа были фонарики, поэтому я пропустил вперёд двоих.

Мы достаточно долго ходили по подвальным помещениям торгового центра, пока один из впереди идущих парней из спецназа не вскинул руку, давая всем знал остановиться и указал на закрытую спереди дверь.

Вся колонна тихо подошла к двери, и я смог услышать едва различимый спокойный голос Адама:

- У нас мало времени. Послушай, сейчас за нами придут очень плохие люди. Ты же сможешь защищаться?

Я не стал дожидаться конца фразы, а без лишних слов с одного удара выбил дверь ногой.

В глаза тут же бросился Адам, который трепетно поцеловал Эмили в висок.

Ну всё, это уже переходит все границы.

Одновременно раздалось два выстрела: один пришёлся бы Адаму прямо в бедро, если бы в этот момент Эмили не выстрелила в меня и попала в меня чуть ниже ключицы ближе к плечу, как раз в том месте, где заканчивался мой бронежилет. Всё тело пронзила жуткая боль, и я внимательнее всмотрелся в затуманенные глаза Эмили, на её взъерошенные волосы и перепачканную когда-то белоснежную юбку. Да он накачал её Альфой.

Эмили вновь взвела пистолет и прицелилась. Если бы это действительно была Эмили, то я бы уже был мёртв.

- Боже, детка, да это уже во второй раз, - произнёс я, а затем прыгнул к ней, сбивая с ног и не давая выстрелить повторно. Она принялась вырываться из моих рук и кричать, но я лишь сильнее прижимал её к себе, одной рукой удерживая обе её руки. – Тише, детка.

Эмили резко замолчала и прислушалась к моему голосу, чуть повернув голову в мою сторону. Даже под действием наркотика узнала меня?

- Вот так, - прошептал я, вдыхая носом такой до боли знакомый запах её волос. Боже, как я скучал. – Всё, больше не будешь вырываться?

На какой-то краткий миг её взгляд стал совершенно осознанным, и она посмотрела мне в глаза, тихо произнесла:

- Пожалуйста, помоги мне.

А затем её глаза закатились, а по телу пробежала крупная судорога. Всё её тело начало дрожать, словно у неё случился приступ эпилепсии.

- Нет, нет, нет! – закричал я, вставая с пола и поворачивая её голову так, чтобы она не проглотила язык. Совсем рядом расхохотался Адам, которого держали трое человек. – Вызовите скорую!

Я подполз к Эмили и положил её голову себе на колени и провёл рукой по её лбу, оставляя на нём кровавый след. Вот чёрт, я уже забыл про то, что она подстрелила меня.

Судороги продолжались не больше минуты, а затем она внезапно обмякла.

- Детка? – позвал её я и дрожащими руками принялся искать пульс на её шее. Но так и не смог его найти. – Где эта скорая?!

Я подхватил её на руки и бегом направился к выходу, даже несмотря на то, что каждый шаг отдавался в простреленной ключице сильнейшей болью.

Это всё тоже было во второй раз, вот только теперь всё было намного более серьёзно, чем в предыдущий. Я даже не мог услышать её дыхание.

Вырвавшись на улицу, меня тут же ослепил яркий свет спец сигнала скорой помощи. Медики тут же окружили нас, а какой-то мужчина просил меня положить Эмили на каталку. Я послушался, и всего лишь на один краткий миг прижав её к себе чуть сильнее, отпустил её.

- Пульс и дыхание отсутствуют! – донёсся до меня обрывок крика врача, когда её увозили от меня. – Везём в реанимацию! И приготовьте дефибриллятор, мы должны её довезти!

Последнее, что я увидел перед тем, как закрылась дверь машины скорой помощи было лицо маленькой Эмили, которая печально покачала головой.

Врачи из второй машины скорой помощи обступили меня и увлекли за собой, чтобы обработать рану и сломанный палец. Они говорят что-то про госпитализацию, а я нахожу в себе силы лишь на то, чтобы отрицательно покачать головой, глядя на удаляющуюся машину скорой помощи. Я просто не мог думать ни о чём.

Светловолосая девушка в деловом костюме едва заметно танцует в вагоне метро в Торонто, а мой взгляд тут же приковывается к ней, и я понимаю, что она любой ценой будет моей.

Белобрысая засранка, которую, как мне кажется, я ненавижу больше всего на свете, самодовольно хмыкает после того, как в очередной раз оказалась права. Грёбанная зубрилка.

Эмили танцует в клубе, и, когда замечает, что я снимаю её, отворачивается от камеры и продолжает танцевать, а я наблюдаю за ней сквозь экран телефона, не в силах отвести взгляд от неё.

Девушка оборачивается и смотрит прямо мне в глаза, прежде чем чуть закусить нижнюю губу, прежде чем потянуться ко мне, и, едва касаясь губами мочки моего уха, тихо прошептать: «Арти».

Я открываю дверь, а на пороге стоит она, неуверенно переминаясь с ноги на ногу вся промокшая до нитки, не зная, позволю ли я ей остаться, потому что перед этим мы оба наделали кучу херни.

Она немного неуверенно подходит к моей машине, и я протягиваю её руку, чтобы она в полной мере продемонстрировала мне свой наряд.

«Чёрт, детка, насколько же ты красива».

А вдруг ничего из этого больше не будет?

Не будет глупых и неловких разговоров, не будет дружеских спаррингов в тренажёрном зале, не будет распития виски и пьяных танцев?

Ничего этого не будет?

А я так и не успел сказать ей, что так чертовски влюблён в неё.

- Артур! – наверное уже в который раз позвал меня Кевин и помахал перед моим носом рукой. – Всё хорошо?

Я лишь отрицательно покачал головой, глядя куда-то в пустоту.

Её правда больше нет?

- Я не знаю выживет она или нет, - пробормотал я, поднимая взгляд на Кевина. – А если нет?

- Ты сам всегда говорил, что Эмили сильная и что с ней не может случиться ничего плохого, - напомнил мне Кевин, и я медленно кивнул головой, зная, что те мои слова были чистой ложью. – Мы едем в участок, собираемся допрашивать Адама. Тебя ждать?

- Ему надо в больницу! – возмутился какой-то врач, а я злобно посмотрел на него.

- Перебинтуйте, я потом к вам обращусь, - отрезал я, и посмотрел на то, как Адама сажают в машину. В жизни бы не поверил, что это был он.

Но, как я уже успел понять, жизнь полна разочарований.

***

Мы сидели в кабинете для допросов вчетвером по две стороны стола: с одной Адам, а с другой Кевин, капитан Майлз и я.

Допрос вёлся уже четыре часа, но ничего особо дельного мы не узнали, кроме того, что первоначально, когда Адам вывел формулу Альфы, то хотел использовать её на допросах, но какой-то голос в голове призывал его к тому, чтобы выпустить этот препарат на улицы города.

Или у него действительно раздвоение личности, или он умело это изображает.

Моё терпение уже было на исходе, и единственное, чего мне хотелось сейчас – оказаться у дверей реанимации и ждать информации о состоянии Эмили.

Пару часов назад мне пришло сообщение, что её жизни ничего не угрожает, но из-за большого количества наркотика в организме она впала в кому.

- Спрашиваю в последний раз, - едва ли не рыча говорил я, смотря на спокойное лицо Адама. Мне надо было просто добиться от него признания. – Зачем ты похитил Эмили и накачал её наркотиками?

Адам внезапно посмотрел мне в глаза и усмехнулся, хотя до этого последние часа три вообще не выказывал признаков жизни.

Ну, хотя бы какая-то реакция.

- Хочешь знать какая Эмили в постели? – нарочно медленно и растягивая слова спросил он. В его глазах горел какой-то безумный огонёк. Я и раньше видел его, но всегда считал, что это какая-то общая черта судмедэкспертов, потому что порой, когда Эмили говорила про химические реакции, я видел такой же огонёк.

Я скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула.

- Тебе-то откуда знать? – насмешливо спросил я, поднимая вверх одну бровь.

Губы Адама внезапно изогнулись в безумной улыбке, и он громко рассмеялся.

- Чего только люди не сделают под действием моего наркотика, - тихо проговорил он, что создавало очень сильный контраст после его смеха.

Сука.

Я действительно убью его.

Хотя остаток его фразы потонул в грохоте упавшего назад стула, она снова и снова транслировалась в моей голове. Я не мог больше думать ни о чём.

Он изнасиловал мою девочку.

В голове не осталось ничего кроме этой фразы и мягкой улыбки Эмили на губах, когда она обычно говорила про то, как они с Адамом проводили какие-то очередные эксперименты на новом оборудовании в подвале.

Она доверяла ему, а он изнасиловал её.

Слепая ярость моментально переполнила меня, и я должен был найти её выход кулаками об его лицо.

Капитан Майлз и Кевин едва смогли удержать меня за плечи и оттащить к стене, из-за чего Адам снова начал смеяться. Я не дотронулся до него даже пальцем.

Шеф схватил меня за ворот пиджака и вытолкал из допросной, но прежде чем дверь за нами захлопнулась, я успел прокричать:

- Я дам тебе ещё второй срок за изнасилование, ты меня понял?!

Капитан остановился передо мной спиной к двери и сурово посмотрел на меня. Я ни о чём не жалею, поэтому не буду извиняться за своё поведение.

- Я думал, что в академии тебя учили не поддаваться на провокации, - разочарованно сказал он. – На сегодня ты свободен. Мы с Кевином закончим допрос.

Я кинул последний взгляд на закрытую дверь допросной и, даже не кивнув, развернулся на пятках и пошёл прочь.

Было необходимо запросить результаты анализов Эмили. И проверку на сексуальный контакт. Но, хорошо зная Адама, у меня не было причин не верить его словам.

А потом.

Может быть, всего на пару минут заглянуть в больницу.

***

Я стоял у двери капитана и сжимал в руке листок, глядя на него, но уже чётко осознав всё реальность происходящего. В последний раз посмотрев на него, я всё же нашёл в себе силы постучать в дверь и услышал тихое «войдите».

Зайдя в кабинет, я бросил мятый листок на его стол. Он не торопясь поднял его и забегал глазами по написанному тексту, а его брови с каждый прочитанным словом ползли вверх. Отложив листок в сторону, капитан Майлз сцепил пальцы в замок и посмотрел на меня очень внимательно, но как будто сквозь меня, обдумывая написанный там текст.

- Ты уверен? – вкрадчиво поинтересовался он. По моему лицу так заметно, что я шучу?

- Да, - только и произнёс я, кивнув головой. Я обдумывал это на протяжении нескольких часов, поэтому сейчас был полностью уверен в своём решении. И так же был уверен, что ни за что не пожалею потом о его принятии.

- Но ты живёшь этой работой, - продолжил капитан, чуть сузив глаза. – Не стоит делать такие опрометчивые решения, Артур.

- Значит найду себе новую жизнь, - спокойно и без эмоций сказал я. – Я шёл работать в полицию потому что верил, что таким образом смогу спасти дорогих мне людей, если это будет необходимо. А что в итоге? В итоге я двое суток искал её, тратя время на пустые и ненужные вещи.

- Так вот оно что, - пробормотал капитан Майлз и в задумчивости перевёл взгляд на свои руки. Теперь я точно понял почему он установил правило, что мы не должны влюбляться в своих напарников. – Но ты ведь спас её. Это ты нашёл её.

- Если бы не я – с ней могло этого не произойти, - отрезал я. Я внимательно анализировал события предыдущих двух суток и пришёл именно к этому выводу. Если бы Адам получил от Эмили хотя бы какой-то намёк на взаимность, то он вряд ли бы похитил её и накачал наркотиками.

- Если бы не ты – мы могли всё ещё искать её, - напомнил капитан, и я знал, что он прав. Но я уже всё решил для себя.

В жизни меня всегда волновали только две вещи: секс и работа.

Работа была для меня, чем-то вроде зыбучих песков, в которые я погружался всё сильнее и сильнее, а секс – устойчивыми островками, за которые я мог цепляться, когда уходил практически с головой. Это было своеобразным замкнутым кругом, который повторялся раз за разом, год за годом.

Помню, в детстве увидел, как двое полицейских задерживают преступника на улице. Будь это банальные новости по телевизору или какой-то детективный сериал, я бы совершенно не обратил на это внимания. Но меня завораживала эта работа, я мог много часов сидеть неотрывно, раскрыв рот и мечтать, когда я стану таким же. Как у меня появится напарник, и мы с ним, надев солнцезащитные очки, будем критично оглядывать место преступления, держа в руках по стакану с кофе.

А когда стал чуть постарше, то чуть ли не пулей летел домой, лишь бы не пропустить вечернюю программу, в которой рассказывали про работу в полиции.

Черт возьми, я даже прочитал Шерлока Холмса взахлеб, как только выучил буквы.

Много лет убеждался в том, что эта работа для меня: раскрывать запутанные дела, погоня, адреналин и эйфория, когда дело закрыто.

Только вот я не рассчитывал, что в один прекрасный момент, когда мои радужные представления о работе более-менее устоялись, и я получил работу своей мечты, на порог зайдет шикарная блондинка и превратит мой досуг в постоянную паранойю.

Каюсь, мои первые планы на нее были просто трахнуть для галочки, для подтверждения теории, но потом мне стало мало. И наши уединения с ней превратились в привычку, зависимость, страсть и блаженство.

Более того эта белобрысая засранка заставляя меня злиться, даже если к ней кто-нибудь прикоснется кроме меня, ее тело стало для меня чем-то большим, а вскоре и она сама. Что хуже всего в этой ситуации – я даже не мог сказать, когда именно всё вышло из-под контроля.

Она стала для меня третьим смыслом, и я не смог ее уберечь.

Казалось эта профессия призвана защищать дорогих людей, но это лишь слепой максимализм. Этот чертов мир хрупок, даже если его будут защищать с космоса.

- Я всё для себя решил, капитан, - тихо сказал я и встретился с ним взглядами. Эмили бы в жизни не отвела глаз во время такого разговора. – В мире есть множество других профессий, в которых я могу себя попробовать. И поэтому, засадив Адама за решётку, я прекращу работу в полиции.

Я замолчал на несколько секунд, давая ему время обдумать мои слова.

- Спасибо за всё, капитан. Я был рад работать под вашим началом.

Он встал со стула и протянул мне руку для рукопожатия.

Я незамедлительно пожал её.

- Я всё равно считаю, что ты совершаешь огромнейшую ошибку в своей жизни, - сказал капитан Майлз, всё ещё глядя мне прямо в глаза. – Но давно зная тебя, я так же знаю, что если ты что-то решил, то тебя уже невозможно переубедить. Спасибо за службу, детектив.

Коротко кивнув ему на прощание и в знак благодарности, я вышел из кабинета и тихо прикрыл за собой дверь.

Ну вот и всё.

Больше ничего этого не будет.

Прощай, работа в полиции.

Прощайте, друзья по преступлению.

Ну что же, здесь я должна написать какие-нибудь красивые слова про конец первой книги и жирное многоточие, но их не будет, потому что я совершенно не знаю что именно написать на этот счёт, поэтому просто скажу большое спасибо всем тем, кто был со мной на протяжении всей истории "Друзья по преступлению" или присоединился позднее, мне было приятно читать все ваши комментарии (я читала все, поверьте) и с нетерпением ждала вашей реакции на новые главы, я вас очень ценю;3
Как думаете, стоит создать отдельную ссылку на следующую часть или продолжить выкладывать главы здесь?