25
- ну ты и смотри - Мин закатил глаза и хмыкнул.
- ну все, перестань. А то сейчас ваше превосходительство будет закатывать их по другому поводу.
- Джин, пожалуйста, хватит... - младший лег на кровать и завернулся в одеяло - я же уже говорил.
- хорошо - альфа чмокнул его в макушку и вышел из покоев - мне говорить Тэян и Тэхёну о том, что мы помирились?
- нет.
***
Только на следущий день Юнги смог подняться с кровати. Вот именно, что только подняться. Сил еле хватило, чтобы выйти из дворца в сад, где сидел Тэ и разговаривал с омегами из гарема.
Увидев старшего в таком состоянии, парень подорвался с места и подпер Юна. У Кима даже пробежала дрожь. Ему еще не доводилось видеть вот такого Мина.
А именно: с большими синяками под глазами, немного лохматой прической и с лицом "даже убивать не хочется".
- хвандже, все в порядке?
- надеюсь, это риторический вопрос?
- да. Может, вам лекаря?
- нет. Лучше в деревню - омега потер глаза и уверенным шагом направился к выходу из сада.
Pov. Юнги.
Я чувствую такую слабость. Впервые в жизни. И это мне не нравится. А если мне что-то не нравится, я начинаю злиться, ну, а дальше понятно.
Не понимаю, что со мной? Все из-за того, что я не выполнял наставления доктора? Возможно. Хотя... Умереть тоже не плохой вариант.
В голове начал всплывать образ Лилу. Ли... Интересно, где этот ребенок. Нет, я не верю в рай и ад. Все это глупости. Имею ввиду, если они все-таки есть, где Лу могла бы оказаться?
Ноги подкосились, и я чуть не упал. Благо я уже стоял на пороге дома Сокджина. Не думаю, что обрадую его своим состоянием. И все же.
Дверь поддалась сразу. Как всегда, тут слишком тихо.
- Юнги? - ко мне подлетел Ким. Хах я даже испугался - пойдем - он завел меня в глубь комнаты и дал какой-то отвар, от вида которого мне сразу стало тошно - выпей.
Ну, а что мне еще делать? Я послушно выпил. После этого "чудесного" средства осталось неприятное ощущение на языке, который будто пленкой покрылся. Я поморщился, пытаясь сдержать рвотный рефлекс.
- Джин, я к тебе не за лекарством пришел.
Он повернулся и с недоумением посмотрел на меня.
Flashback.
Я лежал на кровати. Мне все хуже и хуже. В комнату зашел отец, хлопая дверями. Он снова не в духе. Хотя он всегда такой. У него бывают только припадки доброты. Раз в пять лет. В буквальном смысле слова.
Опять выслушивать что-то на подобие "как ты мне надоел!" "когда ты уже перестанешь вести себя как ребенок!?". Серьезно, от этого становится только хуже.
- ты совсем!? Что ты делаешь сам с собой!?
- отец. Пожалуйста, ответь. За что ты сейчас беспокоишься? За мое самочувствие, потому что я твой сын? Или за то, что я единственный продолжитель рода? - уже знаю ответ.
- глупый вопрос. Конечно, за второе. Так вот...
- отец. И еще вопрос. Лекарь сказал, что, возможно, мне что-то давали в детстве. Что?
- ничего.
- хоть тут скажи мне правду.
Конечно, я быстро распознал, что он врет мне. Слишком хорошо знаю своего отца.
- мне кое-кто дал отвар, чтобы изменить твой пол. Вторичный, конечно. Жаль, что это не помогло.
- ясно.
- впрочем, ничего нового.
- можешь оставить меня?
Он ушел, ничего не ответив. На глазах снова слезы. Так паршиво. Я будто бы игрушка... Чертова игрушка, которой только пользуются.
В горле застрял ком. Я даже сказать нечего не могу. В принципе, заплакать тоже.
And. Flashback.
Pov. Автор.
Юн не смог сдержаться и разревелся во всю, хватаясь за старшего. Никто его не поймет. Никто не поддержит. Кроме его любимого.
- я такой слабый! - Мин уже бился в истерике, крича - ненавижу свою жизнь, ненавижу себя! Ненавижу свой вторичный пол, свой статус! И вообще ненавижу сам факт того, что я кому-то что-то должен!
Слезы уже льют ручьем, лицо красное, а внутри так больно. Будто бы в тебя втыкают несколько тысяч ножей сразу. Ужасно. И на протяжении всей жизни парень скрывал в себе это под маской брутального и жесткого хвандже.
Юнги вжался в Кима и попытался остановиться, но не получилось чисто физически. Он уже не может держаться. Слишком долго терпел.
- чш, я с тобой - Сокджин прижал к себе напряжённое тело омеги и поцеловал в висок - ты не слабый. Никогда таким не был - он зарылся руками в макушку Мина и погладил его - никто такого не выдержал бы.
- а я плачу, как девчонка! Я ведь парень! За что мне!? - младший уже еле говорил.
Слез только больше, а истерика все нарастает и нарастает. Единственное, что хоть как-то утешает - это присутствие его альфы.
Джин лишь молчал и прижимал к себе дрожащего юношу. Ему самому было больно смотреть на Юна. Первый раз в жизни он видит человека, который так страдает. Но ему хочется, чтобы этого не было. По крайней мере, с его истинным, которого он любит до потери пулься.
Остается только шептать слова утешения и обнимать Мина, поглаживая его по спине в надежде, что это хоть как-то поможет.