Ким Тэхен случился

Спать на больничном стуле не такая уж и плохая альтернатива, конечно, не сравнится с удобной и принявшей за несколько лет очертания тела постелью, но точно лучше, во много-много раз лучше, чем с ногой в гипсе и на весу на больничной койке. И, по сути, не иметь сломанную пулей кость очень даже хорошо. А вот быть Тэхёном плохо.

В качественной характеристике Юнги полагает, что было бы хорошо держаться от Ви подальше. Пуля прошла в непосредственной близости от него, а вдруг стрелок бы попался с меткостью штурмовиков из "Звездных войн", тогда он мог бы пострадать сам.

Но Мин упрямо дежурит в больнице и, когда бодрствует (хотя он большую часть времени спит), чувствует максимально странную ответственность. Как будто он виноват хоть в чём-то. Но полицейские, которые разве что ковриком под здоровую ногу Ви не расстилаются, почему-то убеждены в обратном. Они своими каверзными вопросами долго пытают Юнги, и он на 90% становится уверенным, что является заказчиком покушения на Тэхёна и от чистосердечного его отделяет лишь встрявший вовремя больной:
- Не могли бы вы покинуть помещение? - смотрит невинно, - Мы уже ответили на все ваши вопросы.
- Господин Ки... - лепечут законники, но грубо прерваны громким цыком Ви, - Охранники будут поставлены на время вашего здесь пребывания, - и низко раскланявшись уходят.
- Господин Ки? - смотрит вопросительно Юнги.
- Забудь, - отмахивается Тэхён и погружается в игру на телефоне, а Мин вновь погружается в дрёму под звуки *пиу-пиу* и *арр*. Не удивительно, что ему снятся зомби.

Юнги приоткрывает один глаз и осматривается, с печалью понимая, что до сих пор в больнице. Вдруг Тэхён был сном.
- Я выписываюсь! - радостно сообщает Ви, отметая надежды в разные стороны.
- О, круто, - Юнги выдыхает это лениво-незаинтересовано, но внутри весь трепещет от скорой встречи с своим диваном и - о Боги! - постелью, - Куда двинешь?
Тэхён в лице вытягивается и, кажется, действительно очень удивлён:
- Как куда? К нам.
У Юнги в голове проскакивает мысль о том, чтоб позаимствовать у охранников пистолет и прострелить Тэхёну вторую ногу, так для симметрии. От греха подальше он плетётся за кофе.

Мин подслушивает разговор из-под двери, пока на него осуждающе косятся охранники, но молчат. На этот раз там заведующий отделение, и он лебезит перед Ви также, как и полиция:
- Простите, господин Ким, но я настоятельно рекомендую Вам задержаться здесь еще, как минимум на две недели.
- В этом нет необходимости, - а в голосе жесткость.
До Юнги доходит фраза задним числом тэхёновское 'я выписываюсь' означает, что это его решение. Обычно люди говорят 'меня выписывают', 'меня отпускают домой'. Ручка двери обещает быть расплавленной от гнева, завладевающим Мина.
- Да, но нога в домашних условиях не будет должным образом...
- Я так решил, - упрямо гнёт своё Ви.
- Но старший господин Ким велел...
- Хватит. Вы свободны, - начинается всё довольно громко и подавляюще, но весь гонор сходит на нет при появлении в палате Юнги.

Доктор ретируется, как и было приказано, а Мин нарочито добродушно интересуется:
- Ну что? Отпустили?
- Ага, - довольно улыбается Ви, сидя на кровати, засунув одну из ног под себя.
- Ясно, - говорит Юнги вместо 'какого хрена ты мне врешь? Ты сам себя отпустил! Да кто ты вообще такой, что даже полиция у тебя, как собачонки?' и в конце, как точку 'и в мою квартиру ты больше не сунешься'. Но говорит то, что говорит, и сам не может себе объяснить почему. И это бесит. Очень. Сильно.

Под дверьми квартиры Юнги стоит Намджун, и бросается помочь человеку в инвалидном кресле, и только потом замечает, что ведет её Мин.
- Хён? - удивлённо восклицает Джун и теперь более внимательно разглядывает человека в коляске, будто впервые видит.
- Что ты здесь делаешь? - Мин удивлён не меньше.
- Хён, ты уже недели три не объявлялся. Я забеспокоился, не случилось ли чего, - хоть и адресовано было это Юнги, но глаза были в контакте с колясочником.
- Ви, - не ждёт Тэхён, пока его представят, и протягивает руку.
- Что? - теряется Нам, думая, что не расслышал.
- Его так зовут, - цокает Юнги.
Протяжное 'а' читается на лице Намджуна и он пожимает руку.

Когда с приветствиями, знакомством, перемещением в квартиру, тэхёновской телепортацией на кровать и с варкой Юнги кофе было покончено, за закрытой дверью кухни шёл разговор о.
- Так давай всё уточним, а то я что-то не совсем понял. Этот Ви тебе кто?
- Никто.
- Но живет он у тебя?
- Меньшую часть времени, что мы знакомы.
- В него стреляли, и, по сути, кто-то на него охотится?
- Да.
- Но жить он всё равно предпочитает у тебя в квартире, которая и от холода-то не защищает, чего уж говорить о бронебойности.
- Я и близко не представляю, что творится у него в голове.
- Вы с ним любовники? - первый вопрос Намджуна, заставляющий закашляться Юнги.
- Нет.
- Но ты хочешь? - второй вопрос Намджуна, Юнги усиленно пытается откашляться.
- Открою окно, - Мин соскочил с табурета к форточке.
- Это значит да? - не унимается Намджун.
- Это значит - не твоё дело, - отмахивается Юнги, и закуривает сигарету.
- Значит да, - решает своё Намджун.
- Заткнись.
Мин отворачивается, показывая, что разговор окончен. На кухне на некоторое время воцаряется тишина.
- Тебе не пора домой? К своему уютному, - кривит лицо, - Джину?
- Действительно, - спохватывается Намджун и торопится покинуть квартиру.

Юнги смотрит на дверь, за которой скрылся Намджун, как на великое спасение людского рода, даже если это самый род в лице одного лишь его. Дилемма такова, что, если он сейчас войдет в комнату, а там Тэхён голый и отчебучит, что-то эдакое, то либо он изнасилует его, либо выйдет в окно. Третье дано. Оно перед ним. Дверь. Юнги парень простой и логичный, а на улице моросит дождь и до Чимина нужно добежать с наименьшими потерями.

Пушистый халат, зайчики-тапочки и в руках кружка ароматного горячего шоколада явно намекают, что гостей, на ночь глядя, не ждали. Чимин немного смущен своим внешним видом и визитом Юнги.
- Я думал, раз тебя так долго нет, то у вас что-то получилось с Тэхёном, - первое, что говорит Чимин после приветствия.
- С ним может получиться только больничная койка, - Мин говорит это на полном серьезе, а еще сразу с порога начинает снимать с себя одежду.
- Кажется, он сильно тебе нравится, - берет откуда-то совершенно алогичное Чимин.
Юнги от неожиданности даже путается в футболке. Ему помогаю снять футболку, а заодно и от остальную одежду, деликатно трахают, потом кормят, наставляют на путь истинный и отправляют восвояси.
Мин даже думает обидеться, за такой холодный и быстрый приём, но ему лень.

С порога уже своей квартиры он слышит:
- Это ты?
Юнги грузится чуток, к нему ли относится вопрос, потому что с Тэхёном никогда не знаешь.
- А ты кого ждал? - и ожидаемо не получает ответа.
- Поцелуй меня, - вместо этого, просит Ви.
И это первый намёк на близость со времен прошлого поцелуя. Аплодисменты. И года не прошло.
Юнги нависает на Тэхёном, медленно сокращает расстояние между их лицами, им всего пара сантиметров остается до губ друг друга, но Мин меняет траекторию и шепчет на ухо:
- Лезь в коляску, я тебе кое-что покажу.
Ви послушно садится в инвалидное кресло, Мин складывает на него все немногочисленные пожитки кимовские, толкает его к входной двери, хладнокровно оставляет на лестничной клетке, потому что:
- Ким Тэхён, ты надоел мне со своими выходками! Со своими тайнами! Со своим собой!
Хлопает дверью.
Да, Юнги сегодня стерва, но не та, что парнями крутит, по типу 'возбудим и не дадим', а та, что инвалидов выставляет из квартир. И плевать на всё. Облегчение разливается теплыми струйками от груди к конечностям. Таким удовлетворённым и расслабленным Юнги себя уже четыре недели как не чувствовал. Целый месяц Ким Тэхёна. Счастье длится ровно 96 секунд. А потом щёлкает внутренний переключатель, и Ви нет ни в подъезде, ни на улице, ни в радиусе трёх кварталов.
Черепную коробку Юнги сверлит дрелью один единственный вопрос: а был ли Ким Тэхён на самом деле?