Глава 19: Трещины
Прошло несколько дней.
Т/и, собравшись, снова поехала на работу.
Подъехав к зданию, она вышла из машины и машинально огляделась вокруг. И замерла. Около соседнего здания стоял Айзек, а напротив него — девушка. Робко, почти неуверенно, она поцеловала его в губы.
Внутри что-то неприятно сжалось. Руки непроизвольно сжались в кулаки, сердце забилось быстрее. Т/и, не в силах сдерживать эмоции, быстро направилась к кафе, пряча лицо. По глазам текли слёзы, и она машинально вытерла щёки, проходя мимо прилавка, за которым уже стоял Стив. Он посмотрел на неё, но она, не замечая его взгляда, быстро скрылась в раздевалке.
Молча взяла форму и начала переодеваться. Переодевшись, села на пол у стены, облокотившись спиной и поджав ноги, продолжая вытирать щёки.
— Если… есть кто-то… зачем говорить… — с трудом проглотила слова Т/и, — что я ему нравлюсь…
Стив вошёл и на мгновение остановился, удивлённо глядя на неё. Он тихо закрыл дверь за собой и присел напротив.
— Эй… что случилось? — тихо спросил он, стараясь не спугнуть её.
Т/и вытерла последние следы слёз со щёк и подняла взгляд.
— Всё нормально… — проговорила она, пытаясь улыбнуться, но голос дрожал.
Стив склонил голову на бок, серьёзно глядя на неё, будто пытаясь прочитать каждое чувство, скрытое в её глазах.
— Когда всё нормально, люди не плачут, — мягко заметил он.
— Айзек… я только что видела, как он с другой целуется… — выдохнула она, опуская взгляд, — а в тот день ливня он сказал, что… я ему нравлюсь, скажем так…
Стив сжал губы и отвёл взгляд, будто ему самому было тяжело слышать это.
— А он нравится тебе, верно? — осторожно спросил он.
Т/и медленно кивнула. Несколько слёз упали на колени, оставляя мокрые пятна на джинсах. Стив подсел ближе и обнял её, прижимая к себе, осторожно гладя рукой по спине. Т/и выдохнула, уткнувшись лицом в его шею. Лёгкий аромат духов ударил в нос, вызывая лёгкие мурашки по коже.
Стив постепенно провёл рукой выше, осторожно гладя её по голове, словно пытаясь передать, что всё будет в порядке. Т/и прижалась сильнее, ощущая его тепло и поддержку, позволяя себе ненадолго расслабиться.
Т/и тихо всхлипнула и постепенно подняла голову, устремив взгляд на Стива.
— С… спасибо… — прошептала она, голос дрожал.
Стив медленно водил глазами по её лицу, осторожно поднял руку и мягко провёл по её щеке, вытирая слёзы. Т/и чуть наклонилась к нему, и почти робко, осторожно коснулась его губ своими. Её губы слегка дрожали, оставаясь солёными от слёз.
Стив на мгновение удивлённо распахнул глаза, растерянно глядя на неё. Но затем мягко ответил на поцелуй, прижимая её к себе за затылок. Т/и углубила поцелуй сама, не до конца понимая, чего хочет: то ли искренне, то ли из-за обиды на Айзека.
Стив оторвался первым, но не отводя взгляда от её глаз. Глаза Т/и слегка дрожали, отражая внутреннюю бурю.
— П… прости… не знаю, что на меня нашло… — прошептала она, опуская взгляд.
— Всё нормально… — тихо ответил Стив, мягко улыбаясь, чтобы её успокоить.
В зале раздался звонок, нарушая их близость.
— Я пойду в зал… а ты смой следы слёз… — сказал Стив, осторожно отступая, чтобы дать ей пространство.
— А ты вытри губы от помады, — тихо сказала Т/и, слегка приподняв уголок губы в игривой улыбке.
Стив улыбнулся и кивнул. Выйдя в зал, он вытер губы от помады и спокойно направился обслуживать клиентов.
Т/и поднялась с пола, подошла к раковине и быстро умылась, ощущая, как прохладная вода снимает остатки слёз и напряжения. Затем аккуратно подкрасила губы и ресницы. Выйдя в зал, она зашла на кухню и принялась делать вафельные рожки, сосредоточенно и уверенно. Стив тем временем спокойно обслуживал клиентов, а между ними повисла тихая, едва уловимая гармония после недавнего эмоционального момента.
Она осторожно готовила вафли, следя, чтобы тесто не подгорело, и так же быстро, уверенными движениями, скручивала их в аккуратные рожки. Руки работали на автомате, мысли где-то далеко. Стив в это время спокойно обслуживал клиента.
К прилавку подошёл Айзек. Он выглядел напряжённым: плечи чуть приподняты, взгляд жёсткий, будто внутри кипело раздражение или тревога.
— Привет. Где Т/и? — спокойно спросил он, но в голосе чувствовалось напряжение.
Стив поднял голову и встретился с ним взглядом.
— Думаю, она не особо будет рада тебя видеть, — ровно ответил он.
— Это ещё почему? — Айзек приподнял бровь, сдерживая раздражение.
Стив тяжело выдохнул, упёрся ладонями в прилавок и чуть наклонился ближе.
— Она видела, как ты целовался с какой-то девчонкой.
Айзек резко округлил глаза, его взгляд метнулся к двери, словно он снова пережил тот момент.
— Блять… — он закатил глаза и провёл рукой по лицу. — Эта девчонка сама меня неожиданно поцеловала. Я не целовал её.
— Мне-то что? — Стив наклонил голову вбок. — Ты это Т/и докажи.
Айзек коротко кивнул и, не сказав больше ни слова, направился на кухню.
Т/и как раз аккуратно свернула очередную вафлю и с почти показной гордостью положила её к остальным. Когда Айзек вошёл, она заметила его сразу и машинально сделала шаг назад.
— Т/и…
— Уходи… — она резко выдохнула, не поднимая на него взгляда. — Я не хочу тебя видеть. Не стоило говорить, что тебе приятно со мной находиться…
Айзек растерянно посмотрел на неё и сделал ещё шаг вперёд, осторожно, будто боялся спугнуть.
— То, что ты видела… я не отвечал ей. Она сама… — голос его дрогнул. — Я клянусь тебе.
Т/и молча отвела взгляд, упрямо сжав губы, давая понять, что не хочет ни слушать, ни верить в оправдания.
Айзек опустил глаза, плечи его заметно поникли. Он сделал шаг назад и направился к выходу. Остановившись у двери, спокойно, почти глухо сказал:
— Я и правда люблю тебя.
Не дожидаясь ответа, он вышел.
Проходя по залу, Айзек даже не оглянулся. На улице хлопнула дверь. Стив выглянул в окошко на кухню.
— Всё нормально? — спокойно спросил он.
Т/и молча кивнула, взяла поднос с вафлями и с показной уверенностью поставила его перед Стивом.
— Смотри, какие красивые получились, — усмехнулась она.
Стив улыбнулся, кивнул и взял поднос.
— Хоть одну сломаешь — убью.
Стив хмыкнул.
— Не сломаю я твоё произведение искусства.
Т/и довольно кивнула, закрыла окошко и продолжила готовить вафли. Но, обдумывая слова Айзека, сказанные перед уходом, она не заметила, как по щекам покатились слёзы. Она быстро вытерла их тыльной стороной ладони и продолжила работать, будто ничего не произошло.
Через время она закончила и вынесла вафли в зал. Подойдя к витрине, осторожно выставила их на место. Стив отдал клиенту рожок с мороженым и повернулся к Т/и.
Она стояла, прищурив взгляд, и смотрела в зал, будто кого-то высматривала.
Стив усмехнулся и подошёл чуть ближе, упираясь руками в прилавок рядом с витриной.
— Что высматриваешь? — поинтересовался он.
— Да так… просто, — она прикусила губу. — Делать пока нечего, вот и смотрю, — сказала Т/и, не поворачиваясь.
Стив кивнул и тоже перевёл взгляд в ту же сторону, молча оставаясь рядом.
Т/и продолжала смотреть в зал, но на самом деле почти ничего не видела. Перед глазами снова и снова всплывал Айзек — его взгляд, пауза у двери, слова, брошенные слишком поздно.
«Я и правда люблю тебя…»
Эта фраза застряла где-то внутри, царапая грудь изнутри.
Она медленно выдохнула, сжала пальцы так, что ногти впились в ладони.
Если любит — почему тогда так больно? Почему я снова чувствую себя лишней?
Стив краем глаза наблюдал за ней. Сначала — мимоходом, без задней мысли. Но чем дольше она молчала, тем отчётливее он видел: её плечи напряжены, челюсть сжата, взгляд пустой, отрешённый. Такой она не была обычно.
— Ты зависла, — спокойно сказал он, не глядя прямо на неё.
Т/и чуть вздрогнула, словно её выдернули из мыслей.
— А? — тихо. — Нет… всё нормально.
Стив медленно повернул голову и посмотрел на неё внимательнее. Слишком внимательно.
— Ты так уже минуту смотришь в одну точку, — сказал он мягко. — И «нормально» у тебя сегодня звучит подозрительно часто.
Т/и хмыкнула, но в этом звуке не было ни капли веселья.
— Просто устала, — сказала она и отвела взгляд.
Стив не стал давить. Он выпрямился, скрестил руки на груди, но внутри что-то неприятно кольнуло.
Устала — не так. Это другое.
Он вспомнил, как держал её в раздевалке. Как она уткнулась в его шею. Как дрожала.
И как поцеловала.
Мысль вспыхнула резко — и тут же заставила его напрячься.
Это был не просто момент.
Стив глубоко вдохнул и снова посмотрел на неё. Сейчас Т/и стояла рядом, но будто на другом конце комнаты. Или вообще в другом месте. С кем-то другим. С Айзеком.
Это осознание ударило неприятно.
— Он сказал что-то ещё? — спросил он тише, чем собирался.
Т/и медленно повернула голову. Их взгляды встретились. В её глазах мелькнуло сомнение, потом — защита.
— Кто? — спросила она, хотя оба знали ответ.
Стив слегка усмехнулся — без насмешки, скорее устало.
— Айзек.
Т/и отвела взгляд, прикусила губу, словно решая, стоит ли говорить.
— Неважно, — наконец сказала она. — Уже не имеет значения.
Но голос дрогнул. Совсем чуть-чуть. И Стив это заметил.
Он ничего не ответил сразу. Просто остался рядом. Ближе, чем нужно. Ближе, чем позволял себе раньше.
И вдруг понял — слишком отчётливо, слишком честно.
Эта мысль заставила его напрячься. Стив медленно выдохнул, словно пытаясь вернуть всё на свои места.
— Знаешь, — сказал он наконец, спокойно, но твёрдо, — иногда люди говорят важные слова слишком поздно. И это не твоя вина, что ты не готова их принимать.
Т/и посмотрела на него. Долго. В её взгляде было что-то уставшее… и благодарное.
— Ты слишком умный для человека, который весь день жарит вафли, — тихо сказала она.
Стив усмехнулся уголком губ.
— Не говори никому. У меня репутация.
На секунду между ними повисла тишина. Не неловкая — тёплая. Но под ней чувствовалось напряжение. Новое. Неоформленное.
Т/и первой отвела взгляд.
— Я пойду… — сказала она. — Надо проверить тесто.
Она развернулась и ушла на кухню. Стив проводил её взглядом и остался у прилавка, чувствуя, как внутри что-то медленно, но уверенно меняется.
Айзек не ушёл далеко.
Он стоял через дорогу от кафе, опершись спиной о холодную кирпичную стену, и смотрел в одну точку. Проезжающие машины размывались в боковом зрении, звуки улицы почти не доходили до него. Перед глазами снова и снова вставала Т/и — её лицо, когда она сказала «уходи», и взгляд, которым она отказалась верить.
Айзек сжал челюсть и резко выдохнул, проводя рукой по волосам.
— Чёрт… — вырвалось у него сквозь зубы.
Дверь кафе тихо открылась.
Айзек сразу выпрямился, но не обернулся. Он и так знал, кто это.
— Ты плохо выбрал момент, — спокойно сказал Стив за его спиной.
Айзек медленно повернулся. Взгляд напряжённый, усталый, злость вперемешку с отчаянием.
— Я не для тебя сюда приходил.
— А я не для тебя вышел, — так же ровно ответил Стив, делая шаг ближе. — Но раз уж мы оба здесь — поговорим.
Между ними повисло напряжение. Ни криков, ни резких движений — только тяжёлая, сдавливающая тишина.
— Ты разбил её, — продолжил Стив, глядя прямо в глаза. — И теперь хочешь, чтобы она тебе поверила на словах.
Айзек усмехнулся коротко и зло.
— Ты вообще кто такой, чтобы мне это говорить?
— Тот, кто был рядом, когда она плакала, — ответил Стив без колебаний.
Это задело.
Айзек шагнул ближе, голос стал ниже:
— Я люблю её.
— Любовь — это не оправдания, — спокойно, но жёстко сказал Стив. — Это когда ты думаешь, прежде чем причинять боль.
Айзек резко отвернулся, сжал кулаки.
— Я не целовал её, — процедил он. — И если бы Т/и дала мне шанс объяснить—
— Она дала, — перебил Стив. — И ты его профукал.
Айзек повернулся обратно. В его глазах мелькнула ярость.
— Ты думаешь, я не вижу, как ты на неё смотришь?
Стив на секунду замолчал. Этого он не ожидал. Но взгляд не отвёл.
— Я думаю о том, как ей сейчас больно, — сказал он. — А ты — о том, как тебе плохо, что она не поверила.
Айзек тяжело дышал. Потом усмехнулся — горько.
— Значит, ты решил быть героем?
— Нет, — Стив сделал ещё шаг вперёд. — Я решил быть тем, кто её не сломает.
Они стояли друг напротив друга, почти вплотную. Если бы кто-то смотрел со стороны — подумал бы, что сейчас будет драка. Но вместо этого Айзек медленно отступил на шаг.
— Если ты хоть раз воспользуешься её состоянием… — начал он тихо.
— Я не ты, — перебил Стив.
Это было сказано спокойно. И именно поэтому больно.
Айзек отвёл взгляд, тяжело выдохнул и шагнул назад.
— Передай ей… — он замолчал, сжал губы. — Хотя нет. Не надо.
Он развернулся и пошёл прочь, не оглядываясь.
Стив остался стоять, глядя ему вслед. В груди было тяжело, но внутри появилась чёткая, ясная мысль:
Теперь это уже не просто сочувствие.
Теперь я не отступлю.
Он развернулся и пошёл обратно в кафе.
А на кухне Т/и стояла у стола, делая вид, что занята тестом и вафлями. Но мысли упорно возвращались к Айзеку...и поцелую в раздевалке.