3
Неловкость. Одним лишь этим словом можно было описать все последующие пару недель. Стайлз вернулся к друзьям и теперь, вроде как, состоял в стае Скотта, являясь его бетой, но МакКол, естественно, не собирался ставить себя выше него и выдавать какие-либо лидерские замашки. Стилински присоединился к волчьим тренировкам два раза в неделю, стал ближе общаться с Лиамом, научился хоть немного брать верх над внутренним волком и вообще, стал вполне себе приличным бетой. К этой куче радикальных изменений прибавилось еще одно, не столь важное, но тоже ощутимое. Стайлз не контактировал с Дереком с того самого первого полнолуния. Тот внезапный порыв привел в шок обоих, но Стилински действительно сильно испугался, в основном того, что ему понравилось чувство, которое он испытал, понравилось целовать мягкие, чуть потресканные губы альфы. Ну еще и тот факт, что благодаря этому поцелую он не разорвал Хейлу шею, тоже немаловажен.
Хотя с другой стороны, Дерек тоже не особо рвался устроить душещипательный разговор с новообращенным, в котором бы признался в своих нежных чувствах, скрываемых с самого начала. Даже звучит глупо и так не по дерековски, что уж тут говорить.
И вот, наконец, Стайлз решил наведать Хейла, просто посидеть, знаете ли, выпить по чашечке кофе, да обсудить последние школьные и стайные сплетни. Все правильно, именно с Дереком Хейлом, именно в его лофте с кучей цепей и шипованных ошейников, именно наедине.
— И снова привет, - Стилински старательно пытался изобразить на лице беззаботную физиономию, влетая в обитель оборотня.
— Последний раз ты здоровался со мной две недели назад, не думаю, что в такой ситуации стоит добавлять «снова», - альфа снова сидел за столом, медленно цедя из чашки горький кофе.
Изначально могло показаться, что это тот же самый день злополучного полнолуния, потому как поза Хейла абсолютно не отличалась от принятой тогда. Лишь только мокрая майка и брошенные рядом гантели указывали на то, что оборотень расслабленно развалился на стуле совсем недавно, до этого беспощадно тренируя свое тело.
— Не обижайся, хмуроволк, я просто пришел спросить, как тут у тебя дела, - если бы не учащенное сердцебиение Стилински, ничто не могло бы выдать его неспокойное состояние. Однако, оборотня в этом лофте было два, - Ты нервничаешь, Дерек.
— У меня все отлично, теперь проваливай, - грубо рыкнул Хейл, усилием воли устраняя заметные для Стайлза волны своего эмоционального напряжения.
Подросток хищно улыбнулся и уселся напротив альфы, сверкая желтыми радужками, словно огоньками.
— Скоро полнолуние...
— Времени еще много, Скотт всему тебя обучит, проваливай, - Хейл злился на Стайлза за то, что тот такой тугодум, и злился на себя, потому что оставаться одному совсем не хотелось.
А ведь все давно в школе. Все, кроме Стилински. Нахождение наедине с этим подростком выбивало оборотня из колеи, и все силы уходили на то, чтобы скрыть непонятные чувства от Стайлза. Хотя на данный момент, ярость ощущалась сильнее всего остального, и тратить силы на подавление эмоций стало бесполезно. К тому же, у новообращенного палитра всевозможных чувств казалась бесконечной, впитывать все ее оттенки стало вдруг неимоверно тяжело для Хейла, отчего у него даже заболела голова. Альфа раздраженно ударил кулаком по столу, спустился в гостиную, остановившись на полпути к выходу из лофта, и обернулся.
— Чего ты хочешь?
— Ну... мне нужен стимул, - медленно произнес Стайлз, тщательно обдумывая произносимые слова, — То, за что я смогу ухватиться потом, в полнолуние. То, что вспомню сразу, как только перестану контролировать себя.
— И что это будет?
— Ты.
Стилински слишком быстро оказался рядом с Дереком, глядя ему прямо в глаза, и рвано вздохнул, прежде чем накрыть губы альфы своими. Хейл не двигался и не отвечал, ожидая того, что подросток сейчас оттолкнет его и рассмеется, сообщив, что это всего лишь глупая шутка, но этого не произошло. Бледные тонкие руки обхватили шею Дерека, притягивая его ближе, и Стайлз тихо рыкнул, заставляя своего альфу ответить на жаркий поцелуй со всей страстью.
Хейл повалил несопротивляющегося подростка на диван и навис над ним, прикасаясь языком к пульсирующей сонной артерии и несильно сжимая рукой его налитый кровью член, болезненно упирающийся в джинсовую ткань, отчего Стайлз грязно выругался, выгибаясь дугой навстречу крепкой груди партнера.
— Просто не останавливайся, - глухо простонал Стилински, впиваясь когтями в подушку, когда оборотень стянул с него штаны и накрыл своим горячим ртом возбужденную плоть прямо через боксеры.
Хейл не спешил избавлять любовника от мешающей ткани, с каждой секундой все более интенсивно посасывая его член, заставляя Стайлза мокнуть как последнюю сучку. Стилински запустил длинные пальцы в волосы Дерека и гортанно зарычал, когда тот, наконец, стянул с него трусы и полностью взял в рот пульсирующий орган.
— О черт, да, да, да, продолжай, прошу, - подросток резко дернулся, подаваясь вперед, отчего Хейл сильно закашлялся, отстраняясь на секунду и вытирая рот рукой, — Чувак, вернись.
Но планы Дерека изменились, и теперь он плавно вводил сразу два пальца в дико разгоряченного Стайлза, вырывая из его рта протяжный рык.
— Дерек, смазка...
Хейл наклонился к уху подростка, проводя языком влажную дорожку от мочки до подбородка.
— Помолчи, Стайлз.
Альфа трахал партнера уже тремя пальцами, специально не задевая простату.
— Прошу, блять, Хейл.
Кончик среднего пальца на мгновение вжался в чувствительный комок нервов внутри Стилински, и тот издал нечто смежное со стоном и рыком, яростно насаживая на трахающую его руку.
Дерек снова наклонился к любовнику, прижимаясь колючей щетиной к гладкой щеке и нежно укусил подростка за ключицу.
— Ты такой охуительно развратный, Стайлз.
Хейл вошел в него резко, не предупреждая, чтобы боль не была ожидаемой и прошла немного быстрее. Стилински взвыл, обнажая острые клыки и неподвижно откинулся на подушки.
Казалось, время замерло, а все чувства вмиг обострились. Дерек не двигался, позволяя Стайлзу привыкнуть к новым ощущениям, но тот слышал только свое чересчур громкое дыхание, эхом ударяющее ему в голову и, на удивление отчетливый звук стекающих капелек пота по мускулистой груди альфы. Наконец, Хейл задвигался, набирая темп, и на смену боли пришло невероятное наслаждение, отдающее буйным желанием в каждой клеточке тела. Оборотень вдалбливал любовника в шаткий диван, заставляя того буквально кричать, рычать и выть от невъебенно приятных ощущений.
— Дерек, Дерек... - полушепот, словно в бреду, и рука Стайлза обхватила собственный член, двигаясь в унисон с толчками альфы.
Оргазм настиг обоих одновременно, накрывая волной наслаждения и отдаляя на несколько секунд от реального мира, казавшегося сейчас таким ненужным. Хейл упал рядом со Стайлзом, из-за недостатка места крепко прижимая подростка к себе, и утер мокрый лоб тыльной стороной ладони.
— Это было... чертовски божественно... охуитительно, Дерек. Блять, просто будь моим, - Стилински все еще нежился в послеоргазменном тумане, произнося непонятные фразы, в каждой из которых фигурировало имя Хейла и какое-нибудь грязное ругательство.
— Ну теперь-то ты сможешь контролировать себя в полнолуние? - альфа легко коснулся губами виска новообращенного и сильнее притянул его к себе, всем сердцем надеясь, что не упадет на пол.
— У меня есть чертовски хороший стимул, который будет проявляться каждый день, снова и снова, в разных местах и позах. Ты ведь не против?
— Я не дурак, чтобы отказывать тебе в этом, Стайлз.