Хроники нарнии

– Какое странное место! – воскликнула Омджи, – Сколько каменных животных.., и других существ! Как будто… как будто мы в музее.

– Ш-ш, – прошептала Джису –Посмотри, что делает Юнги.

Да, на это стоило посмотреть. Одним прыжком он подскочил к каменному льву и дунул на него. Тут же обернулся кругом – точь-в-точь кот, охотящийся за своим хвостом, –и дунул на каменного гнома, который, как вы помните, стоял спиной ко льву в нескольких шагах от него. Затем кинулся к высокой каменной дриаде позади гнома. Свернул в сторону, чтобы дунуть на каменного кролика, прыгнул направо к двум кентаврам. И тут Омджи воскликнула:

– Ой, Джису! Посмотри! Посмотри на льва!

Вы, наверное, видели, что бывает, если поднести спичку к куску газеты. В первую секунду кажется, что ничего не произошло, затем вы замечаете, как по краю газеты начинает течь тонкая струйка пламени. Нечто подобное они видели теперь. После того как Юнги дунул на каменного льва, по белой мраморной спине побежала крошечная золотая струйка. Она сделалась шире – казалось, льва охватило золотым пламенем, как огонь охватывает бумагу. Задние лапы и хвост были еще каменные, но он тряхнул гривой, и все тяжелые каменные завитки заструились живым потоком. Лев открыл большую красную пасть и сладко зевнул, обдав девочек теплым дыханием. Но вот и задние лапы его ожили. Лев поднял одну из них и почесался. Затем, заметив Юнги, бросился вдогонку и принялся прыгать вокруг, повизгивая от восторга и пытаясь лизнуть его в нос.

Конечно, девочки не могли оторвать от него глаз, но когда они наконец отвернулись, то, что они
увидели, заставило их забыть про льва. Все статуи, окружавшие их, оживали. Двор не был больше похож на музей, скорее он напоминал зоопарк. Вслед за Юнги неслась пляшущая толпа самых странных созданий, так что вскоре его почти не стало видно. Двор переливался теперь всеми цветами радуги: глянцевито- каштановые бока кентавров, синие рога единорогов, сверкающее оперение птиц, рыжий мех лисиц, красновато-коричневая шерсть собак и сатиров, желтые чулки и алые колпачки гномов, серебряные одеяния дев-березок, прозрачно-зеленые – буков и ярко– зеленые, до желтизны, одеяния дев-лиственниц. Все эти краски сменили мертвую мраморную белизну. А на смену мертвой тишине пришли радостное ржанье, лай, рык, щебет, писк, воркованье, топот копыт, крики, возгласы, смех и пение.

– Ой, – сказала Джису изменившимся голосом. – Погляди! Это… это не опасно?

Омджт увидела, что Юнги дует на ноги каменного великана.

– Не бойтесь! – весело прорычал Юнги. – Как только ноги оживут, все остальное оживет следом.

– Я совсем не то имела в виду, – шепнула сестре Джису.

Но теперь поздно было что-нибудь предпринимать, даже если бы Юнги и выслушал ее до конца. Вот великан шевельнулся. Вот поднял дубинку на плечо, протер глаза и сказал:

– 0-хо-хо! Я, верно, заснул. А куда девалась эта плюгавенькая Колдунья, которая бегала где-то тут, у меня под ногами?

Все остальные хором принялись объяснять ему, что здесь произош ло. Он поднес руку к уху и попросил их повторить все с самого начала. Когда он наконец все понял, он поклонился так низко, что голова его оказалась не выше, чем верхушка стога сена, и почтительно снял шапку перед Юнги улыбаясь во весь рот.

– Ну, пора приниматься за замок, – сказал Юнги. – Живей, друзья. Обыщите все уголки снизу доверху и спальню самой хозяйки. Кто знает, где может оказаться какой-нибудь горемыка пленник.

Они кинулись внутрь, и долгое время по всему, темному, страшному, душному старому замку раздавался звук раскрываемых окон и перекличка голосов: «Не забудьте темницы…» – « Помоги мне открыть эту дверь…» – «А вот еще винтовая лестница… Ой, посмотри, здесь кенгуру, бедняжка… Позовите Юнги!..» – «Фу, ну и духотища!.. Смотрите не провалитесь в люк… Эй, наверху! Тут, на лестничной площадке, их целая куча!» А сколько было радости, когда Омджи примчалась с криком:

– Юнги! Юнги! Я нашла мистера Тамнуса! Ой, пожалуйста, пойдем побыстрей туда!

И через минуту  и маленький фавн, взявшись за руки, весело пустились в пляс. Славному фавну ничуть не повредило то, что он был превращен в статую, он ничего об этом не помнил и, естественно, с большим интересом слушал все, что рассказывала Омджи.

Наконец друзья перестали обшаривать Колдуньину крепость. Замок был пуст, двери и окна распахнуты настежь, свет и душистый весенний воздух залили все темные и угрюмые уголки, куда они так давно не попадали. Освобождённые Юнги пленники толпой высыпали во двор. И вот тут кто-то из них, кажется, мистер Тамнус, сказал:

– А как же мы выберемся отсюда? Ведь Юнги перескочил через стену, а ворота по-прежнему на запоре.

– Ну, это нетрудно, – ответил Юнги и, поднявшись во весь рост, крикнул великану: – Эй!.. Ты – там наверху!.. Как тебя зовут?

– Великан Рамблбаффин, с позволения вашей милости, – ответил великан, вновь приподнимая шляпу.

– Прекрасно, великан Рамблбаффин, – сказал Юнги. – Выпусти-ка нас отсюда.

– Конечно, ваша милость. С большим удовольствием, – сказал великан Рамблбаффин. – Отойдите от ворот, малявки.

Он подошел к воротам и – бац! бац! бац! – заработал своей огромной дубиной. От первого удара ворота заскрипели, от второго – затрещали, от третьего – развалились на куски. Тогда он принялся за башни, и через несколько минут башни, а заодно и хороший кусок возле каждой из них с грохотом обрушились на землю и превратились в груду обломков. Как было странно, когда улеглась пыль, стоя посреди каменного, без единой травинки мрачного двора, видеть через пролом в стене зеленые луга, и трепещущие под ветром деревья, и сверкающие ручьи в лесу, а за лесом – голубые горы и небо над ними.

– Черт меня побери, весь вспотел, – сказал великан, пыхтя как па ровоз. – Нет ли у вас носового платочка, молодые девицы?

– У меня есть, –.сказала Омджи, приподнимаясь на носки и как можно дальше протягивая руку.

– Спасибо, мисс, – сказал великан Рамблбаффин и наклонился.

В следующую минуту Омджи с ужасом почувствовала, что она взлетает в воздух, зажатая между большим и указательным пальцами великана. Но, приподняв ее еще выше, он вдруг вздрогнул и бережно опустил ее на землю, пробормотав:

– О, Господи… Я подхватил саму девчушку… Простите, мисс, я думал, вы – носовой платок.

– Нет, я не платок, – сказала Омджи и рассмеялась. – Вот он.

На этот раз Рамблбаффин умудрился его подцепить, но для него ее платок был все равно что для нас песчинка, поэтому, глядя, как он с серьезным видом трет им свое красное лицо, Люси сказала:

– Боюсь, вам от него мало проку, мистер Рамблбаффин.

– Вовсе нет, вовсе нет, – вежливо ответил великан. – Никогда не видел такого красивого платочка. Такой мягкий, такой удобный. Такой… не знаю даже, как его описать…

– Правда, симпатичный великан? – сказала Омджи мистеру Тамнусу.

– О, да! – ответил фавн. – Все Баффины такие. Одно из самых уважаемых великаньих семейств в Нарнии. Не очень умны, возможно – я не встречал еще умных великанов, – но старинное семейство. С традициями. Вы понимаете, что я хочу сказать? Будь он другим, Колдунья не превратила бы его в камень.

В этот момент Юнги хлопнул лапами и призвал всех к тишине.

– Мы еще не сделали всего того, что должны были сделать сегодня, – сказал он. –И если мы хотим покончить с Колдуньей до того, как наступит время ложиться спать, нужно немедленно выяснить, где идет битва.

– И вступить в бой, надеюсь, – добавил самый большой кентавр.

– Разумеется, – сказал Юнги. – Ну, двинулись! Те, кто не может бежать быстро – дети, гномы, маленькие зверушки, – садятся верхом на тех, кто может, – львов, кентавров, единорогов, лошадей, великанов и орлов. Те, у кого хороший нюх, идут впереди с нами, львами, чтобы поскорей напасть на след врагов. Ну же, живей разбивайтесь на группы!

Поднялись гам и суматоха. Больше всех суетился второй лев. Он перебегал от группы к группе, делая вид, что он очень занят, но в действительности – только чтобы спросить:

– Вы слышали, что он сказал? «С нами, львами». Это значит, с ним и со мной. «С нами, львами». Вот за что я больше всего люблю Аслана. Никакого чванства, никакой важности. «С нами, львами». Значит с ним и со мной. – Он повторял так до тех пор, пока Юнги не посадил на него трех гномов, дриаду, двух кроликов и ежа. Это его немного угомонило.

Когда все были готовы – по правде говоря, распределить всех по местам Юнги помогла овчарка, – они тронулись в путь через пролом в стене. Сперва львы и собаки сновали из стороны в сторону и принюхивались, но вот залаяла одна из гончих – она напала на след. После этого не было потеряно ни минуты. Львы, собаки, волки и прочие хищники помчались вперед, опустив нос к земле, а остальные, растянувшись позади них чуть не на милю, поспевали как могли. Можно было подумать, что идет лисья охота, только, изредка к звукам рогов присоединялось рычанье второго льва, а то и более низкий и куда более грозный рык самого Юнги. След становился все более явственным. Преследователи бежали все быстрей и быстрей. И вот, когда они приблизились к тому месту, где узкая лощина делала последний поворот, Омджи услышала новые звуки – крики, вопли и лязг металла о металл.

Но тут лощина кончилась, и Омджи поняла, откуда неслись эти звуки.

Тэхен, Югем и армия Юнги отчаянно сражались с ордой страшных чудищ, которых она видела прошлой ночью, только сейчас, при свете дня, они выглядели еще страшнее, уродливее и злобнее. И стало их значительно больше. Армия Тэхена – они подошли к ней с тыла – сильно поредела. Все поле битвы было усеяно статуями –видимо, Колдунья пускала в ход волшебную палочку. Но теперь, судя по всему, она ею больше не пользовалась – она сражалась своим каменным ножом. И сражалась она против самого Тэхена. Они так ожесточенно бились, что Омджи едва могла разобрать, что происходит. Нож и меч мелькали с та кой быстротой, будто там было сразу три ножа и три меча. Эта пара была в центре поля. Со всех сторон, куда бы Омджи ни взглянула, шел ожесточенный бой.

– Прыгайте, дети! – закричал Юнги, и обе девочки соскользнули с его спины.

С ревом, от которого содрогнулась вся Нарния от фонарного столба на западе до побережья моря на востоке, огромный зверь бросился на Белую Колдунью. На мгновение перед Омджи мелькнуло ее поднятое к Юнги лицо, полное ужаса и удивления. А затем Колдунья и Лев по катились клубком по земле. Тут все те, кого Юнги привел из замка Колдуньи, с воинственными кликами кинулись на неприятеля. Гномы пустили в ход боевые топорики, великан – дубинку кентавры – мечи и копыта, волки – зубы, единороги – рога. Усталая армия Тэхена кричала «ура!», враги верещали, пришельцы орали, рычали, ревели – по всему лесу от края до края разносился страшный грохот сражения.