Пленённые.

От лица Сони.
' Сегодня, кажется, 10 июня, а также четвертый день моего заточения(если это можно назвать таким словом). Не знаю зачем, но я пишу это в своем старом маленьком блокноте, возможно, из-за одиночества. Но ведь я и раньше была одна, видимо в моей жизни все поменялось после того как я начала общение с Милой - перечеркнуто. - Максом. - зачеркнуто снова. - в общем-то неважно, этот человек мне безумно дорог и я хочу увидеть его вновь. Исписываю уже вторую страничку, но какой смысл писать? Какой смысл сидеть, держать эту ручку и тратить время? Хотя, зачем мне время, его может вовсе и не существует? Обыкновенный, придуманный людьми для своего же удобства отрезок, обозначающийся числами. Изнутри поднимается очень странное чувство и имя ему-тоска, безнадежность я не смогу найти выход сама, без чьей-либо помощи. Эти мысли убивают мой разум, еще одно напоминание о том, что я беспомощна.
На улицах начинает светлеть, часы показывают 6:25, в это время меня, по обыкновению, будили в школу. Я умывалась, надевала свою привычную одежду и покидала эту квартиру. Половина нашего города в данный момент делает тоже самое, кто-то варит кашу своим деткам, чтобы после отвезти их в детский сад. Одни только проснулись после шумной вечеринки, другие лишь потерев сонные веки, стремглав мчатся на свои рабочие места. А некоторые, возможно, возвращаются с ночных смен, чуть ли не падая с ног от усталости. Мои же сверстники сейчас, не испытывая мук совести и не взирая на проблемы своего обыденного безделья, беззаботно спят. Но всех объединяет одно - они возвращаются к повседневной однообразной жизни по звонку будильника. Каждый раз все повторяется, это бесконечно, как день сурка, рутина затягивает всех без исключения. И никто не задумывается в чем суть всего этого. В чем смысл наступления рассвета? Чтобы погрузиться вновь в то, что и так повседневно тебя окружает? Как было в знаменитом стихитворении Бродского?
" Не выходи из комнаты; считай что тебя продуло.
Что интересней на свете кроме стены и стула?
Зачем выходить оттуда, куда вернешься вечером таким же, каким ты был, тем более изувеченным? "
Кажется так. Возможно люди делают это исключительно для себя, не это ли называется эгоизмом? У большинства есть веская причина выходить из своего жилища и направляться куда-либо. И лишь некоторым для сего действа, мотивацией является дорогой сердцу человек. Который есть и у меня.
Сейчас утро, а значит Ник скоро принесет завтрак и благополучно вернет его на кухню. Не хочу видеть физиономию своего брата, вечно самодовольный взгляд свысока, грубый тон. Будто бы все люди, что его окружают - никто, созданы лишь для службы ему и я вхожу в их число, к сожалению. '
Слышу как он, шаркая ногами, направляется к моей комнате. Прячу листы, садясь на них, резко поворачиваю корпус к двери. Ключ в замочной скважине проворачивается дважды и массивный кусок древесины отворяется. Черный костюм, галстук, идеально отглаженные стрелки на брюках. Строгий, официальный, холодный, как обычно и только слегка взъерошенные волосы выдают его недавнее пробуждение. В руках поднос с блинчиками и фруктовым чаем.
- Может ты поешь?
Мотаю головой.
- Примешь душ?
И снова ответ в виде незамысловатого жеста.
- Что, даже умыться не желаешь?
Молча сверлю взглядом маленькую тарелочку в метре от меня, глотая скопившуюся слюну.
- Значит до конца решила идти, понятно. Зря ты так, от голодного обморока тебя уберечь будет некому, я уезжаю сегодня надолго.
Киваю. Недовольно вздохнув он ушел и закрыл дверь.
На улице начинается дождь, маленькие капельки освежают горячий асфальт и выцветшую траву. В такие дни мне особенно хочется спать, поэтому я не задумываясь легла в постель.

Следующий день.
Просыпаюсь и обнаруживаю что одеяло мирно лежит на полу, простынь подо мной не удобно собрана, а пара листов в сантиметре от меня нещадно скомканы.
" Что происходит со мной когда я сплю? "
Лениво поднимаю руку, чтобы поправить волосы, которые противными сосульками липнут к лицу. Слышу шаги и боязливо сворачиваюсь клубочком, не закрывая глаз. Ник звенит ключами в связке несколько секунд, открывает дверь и ставит тарелку на маленький столик. Стоит передо мной и устало смотрит в мои глаза, телефон в кармане его брюк разразился звенящей треллью. Уходит и запирает ненавистную дверь, которую мне гипнотизировать еще два дня. Ужасно.
Мгновенно сажусь в постели и не могу понять что меня настораживает. В комнате все как и всегда, брат не ведет себя по-другому.
Моё тело переносится к окну, ведь оно является единственной связью с внешним миром. Бездушное стекло заменило мне вербальное общение, а жестами не вербального служило дуновение ветра и шелест листьев. Но сейчас всё не так, по дороге и подоконнику барабанил дождь, создавая своеобразную музыку для моих ушей. Улицы были пустынными, возможно, из-за разбушевавшейся погоды люди отказывались покидать свои уютные дома. Большинство из них боится выходить на улицу когда леденящие капли увлажняют их лица, они находят в этом что-то ужасное. Но мне нравится дождь. Я не боюсь запачкать свои ботинки грязью, не боюсь намочить волосы и одежду, не боюсь серых туч. Люди, которые постоянно сидят дома, просто не знают каково это чувство. Чувство свободы. То, что кажется им обыкновенным и легко досягаемым на самом деле прекрасно. Те, кто внезапно лишаются такой возможности, начинают ценить красоту природы и каждую улыбку родного человека, подаренную им.
Сквозь ливень я вдруг ощущаю на себе пристальный взгляд, вплотную приближаюсь к окну.
Рита.
" Что она здесь делает? "
Она стоит облокотившись о ствол дерева и исподлобья глядит на меня. Смотрю на ее силуэт во все глаза, колочу по стеклу, хватаюсь за ручку, пытаясь открыть окно. Оно не поддается. И Рита уходит.
Устало выдыхаю. Мой взгляд падает на стул, который находится прямо напротив настенных часов.
Смешанные чувства заполняли тело и комком подступали к горлу. Глаза заполняла предательская влага. Холодные, немые стены давили на сознание, и, под громкий стук стрелок часового механизма, провожали разум окунуться в депрессивную триаду.
" Раз, два, три, четыре, пять, шесть... Триста семьдесят пять, триста семьдесят шесть. Сижу и считаю эти гребаные секунды и рыдаю. Идиотка! Почему всё так? Зачем это происходит со мной? Этот звук сведет меня с ума. "
Не обоснованное чувство тревоги пробралось в мозг, оно не покидает меня ни через час, ни через два. Какая-то непонятная сила заставляет меня переставлять ослабшие конечности и расхаживать по комнате. Внезапно мне становится холодно, я обхватываю себя руками.
" Почему мне так не спокойно? " Судорожно оглядываю комнату в поиске ответа. И нахожу. Причина в моей голове, потому что я явно потеряла рассудок. В углу плохо освещенной комнаты стоит мама. Её кожа мертвенно бледная, на правом виске гематома, вся одежда грязная, она улыбается.
- Здравствуй, дорогая. - её тело парит над полом, белое платье не касается поверхности.
" Что?! Что вообще происходит? "
Мои глаза вылезают из своих орбит, а челюсть мгновенно целуется с ледяным паркетом.
- Тебе здесь не место, Софья, идём со мной. Вместе нам будет хорошо, всё будет по-другому. Мы с отцом осознали свою ошибку. Ты-наша любимая дочь, я знаю что нужно.
" И что же? " - неосознанно хлопаю глазами и ноги сами несут меня к двери, медленно и осторожно.
- Любовь, настоящая, родительская, которую маленькая Соня так долго ждала.
" Она же мертва, мертва черт возьми и сейчас лезет в мою голову!! Я чекнулась! "
- Нет, твое заявление не корректно.
" Это же.. Мамина фраза. "
Призрачные руки с синим оттенком, окутаны дымкой и тянутся ко мне. Они такие красивые и изящные, пальцы медленно проходятся в миллиметре от моей холодной щеки. Я зажмуриваюсь и представляю что она со мной рядом и действительно касается кожи. Тепло расплывается по телу и наплевать что ее больше нет, она не призрак! Она настоящая, живая и такая мягкая.
Секундно слабею перед ней.
" Нужно лишь обнять её и это избавит меня от одиночества и бесконечной боли. Я хочу этой любви, хочу заботы, хочу! "
Тело, будто и не мое вовсе, поддается. Я не смело подхожу, а внутри все взрывается, маленький огонек горит в моих глазах. Понимаю, что это последняя надежда на спасение. Осторожно приближаюсь и вижу как мама меняется в лице. Улыбка, таинственная и зловещая вводит меня в транс.
- Ну давай же, милая.
Останавливаюсь и вижу как её образ вспыхивает ярким огнем, она кричит так громко, что закладывает уши. Силы начинают меня покидать, в глазах темнеет, с оглушительным треском валюсь на пол.
" Я потеряла свою надежду, вновь. "
Очухиваюсь в своем укрытии, стряхиваю с лица остатки вынужденного сна. Голова побаливает от удара о твердую древесину. Силы не вернулись ко мне, понятия не имею как могу устоять на ногах до сих пор.
" Я должна выбраться, обязана бороться за свою жизнь! "
Недавно состоявшийся обморок дает о себе знать в полной мере. Помутнение в глазах, мир будто плывет, ярко выраженный тремор и панический шок заставляют запустить защитный механизм организма. От голода желудок сводит судорогой, ноги едва держат. Маленькими шагами добираюсь обратно к окну и тяну на себя ручку. Различные линейки, указки, деревянные дощечки, все это лежит теперь передо мной. Но окно по-прежнему не выпускает меня туда. Навстречу холодной погоде.
" Я бы могла отдать сейчас все за возможность очутиться под этим не прекращающимся ливнем. "
Ладонь по-прежнему сжимает упрямое окно.
Кто-то посетил квартиру и похоже, не собирается уходить. Не трудно догадаться кто это. Ник заходит внутрь, его тушу шатает из стороны в сторону. Застываю на месте, держась за раму. В руке у него узорчатая посуда и стакан с водой, который уже через секунду спокойно стоит на столе.
- Ты снова не голодна?
Голос Ника, словно писк комара, неприятно ударил по ушам, заставляя досадливо поморщиться и передернуть плечами, отмахиваясь.
Наблюдаю за его не осторожными, но плавными движениями.
- Ну да, а чего бы следовало ожидать от такой упрямицы как ты.
Он не спеша достал пачку сигарет и закурил, едкий дым собирался сгущающимся клубком над люстрой. Даже ввиду своего не совсем трезвого вида и шатающегося положения тела, брат держался особняком. Все время пока причудливые узоры белой дымкой растворялись в воздухе, Ник молчал. Его глаза вмиг становятся черными, как уголь, они впялились в меня устрашающим взором. Когда фильтр ощутимо начал обжигать пальцы, он строго бросил:
- Подойди.
Не смело слезаю с подоконника и отправляюсь. Взяв меня за руку, продолжая сверлить глазами, брат затушил кусочек дымящейся бумаги и табака о мою ладонь. От этого я была готова вся сжаться в комочек, но сохраняя спокойствие, уставилась в его горящие "угольки", храбро не отворачивая головы. Обоняние четко уловило запах спиртного. В последний момент все-таки отскакиваю, шиплю от боли и энергично трясу рукой. Ядовитая ухмылка в ту же секунду украшает его до этого напряженное лицо. Незаметно для девушки тарелка оказывается у него в руках.
- Ну, раз ты не согласна принимать пищу как нормальный человек, значит. - содержимое посуды полетело на пол. - будешь есть как собака.
Как только ухмылка исчезает с физиономии и тут же тревога вонзается в мое тело острым кинжалом. В желудке возник неприятный спазм и я сгорбила спину, неожиданно для самой себя. У него поразительные глаза. Гипнотизирующие. Такое ощущение, будто он видит меня насквозь.
- Не нравится такое отношение, да? А зачем тогда я эту неделю старался быть лояльным, несмотря на наказание?
Опускаю взгляд.
- Опять ты молчишь?, - голос стал грубее и раздраженней. - Может, скажешь мне хоть что-нибудь?
Я молчала, мысленно прокручивая в голове, чего бы такого спросить у старшего, и не вызвать негодования, злости.
- Как провел вечер? - получилось сипло и еле слышно.
Он рассмеялся так, будто услышал новоиспеченную шутку.
- С разговорами у нас сегодня туго. - начинает расстегивать пуговицы на рубашке. - Значит, мы поиграем. - переходя на зловещий шепот протянул парень.
В своей комнате она чувствовала себя хоть и одиноко, но защищенно. А сейчас, когда дьявольский взгляд окинул мою слабую фигуру я поёжилась и поняла, что загнана в клетку. И самое страшное, в нее ворвался опасный хищник... К тому же еще и не трезвый.
И вдруг взор Ника пал куда-то позади меня. В одно мгновение его лицо становится неприятным, обозленным, налитым яростью. Не понимая причины, оборачиваюсь, все приспособления для моего не удавшегося спасения мирно лежали на своих местах.
- Ты пыталась сбежать от меня? - задыхаясь от гнева прошипел он.
Земля уходит из-под ног когда я вдруг понимаю что облажалась. Жуткий и совершенно не человеческий оскал пугал меня. Судорожно и грузно выдыхаю. Лишь одна мысль осенила мою голову.
" Сейчас будет больно. "

За два часа до этого.
От лица Никиты.
После довольно выгодной, хоть и недостаточно серьезной сделки с моим пощником, мы решили посетить клуб на соседней улице. После часа разговоров о работе, обсуждения дальнейших планов и бутылки спиртного, беседа изменила свое направление. Обстановка была совершенно не уютной, громкая музыка, развязная молодежь, куча дыма и выпивки. А ведь раньше, именно здесь, я чувствовал себя как рыба в воде. Сквозь пелену совершенно не трезвых глаз смотрю перед собой. Мой коллега бесцеремонно тискает свою спутницу пальцами под столом. Не могу этого видеть конечно, но точно знаю что с начала их флирта он и не прекращал трогать её. По бурной реакции Марины (кажется так она назвала себя) было видно что совсем не прочь уединиться прямо здесь и прямо сейчас. Невольно усмехаюсь, ведь со стороны это выглядит ужасно. На моих коленях также сидит очаровательная блондинка в короткой юбке и открывшейся взору, большой грудью. Битый час эта распутная девица жмется ко мне, накручивает локоны на тонкие пальцы, заигрывая, и звонко смеется. Действия и внимание девушки, у которой началось бешенство матки в молодом возрасте, совершенно не вызывали былого возбуждения и интереса.
" Неужели старею? "
Бездумно отвожу взгляд. В трех метрах от меня вижу девушку с темными кудрявыми волосами, миниатюрной фигурой и худыми ножками. Она стоит спиной, энергично и умело двигает своим телом. Немного наклоняю голову.
" Чувак, да ты бредишь. "
Медленно поворачивается и манит к себе пальцем. Соня. Подпрыгиваю на месте, учащенно моргаю и обезумевши вглядываюсь в толпу. Той девочки уже нет. Глубоко вдыхаю.
" Она ведь дома, да? Точно знаю что запер её на ключ в комнате. "
Махом осушаю стакан виски и решаю что на сегодня с выпивкой покончено, как и со всем развлечением в целом.
Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.
- Чего ты так напрягся, пупсик? Расслабься.
Ладонь светловолосой потаскухи крепко сжала мой член.
В этот момент почувствовал себя мерзко и грязно, будто я девственница, которую обесчестили без предварительного согласия.
Вскакиваю с места, девица с криком валится на бок. Выискиваю на столе ключи от машины, но не нахожу железную связку. Поднимаю голову на друга, он пристально глядит на меня, отвлекаясь от обоюдно приятных ласк.
- Куда собрался?
- Да какая разница, отдай их! - существенно повышаю тон.
- Влетишь куда-нибудь, охладись на улице пока я вызову такси.
- О'кей.
Громкий басс проводил меня за дверь, а никотин значительно успокоил, заполняя легкие.

" Привязанность к сигаретам и Соне душит. Впервые испытываю галлюцинации, может это и из-за алкоголя. Хотя, точно не уверен. Моя маленькая сестренка, я так соскучился по твоему личику. Дикая нежность пугает. Не хочу казаться влюбленным сопляком. Противно. - сплёвываю на асфальт от отвращения к себе. - Сегодня, воплощу в жизнь то, о чем так долго мечтал и заглушу на время свой голод. И пусть причиню ей боль, буду последним негодяем, но заставлю запомнить всё, от начала до конца. "
Тёмное такси подкатывает к зданию, выкидываю окурок и вваливаюсь в салон.
_________________________________________

Хриплое и протяжное дыхание, словно раскат грома, сковывает мои конечности. Не могу шевелиться, сдвинуться с места и пытаться оборонять себя. Хищный и плотоядный взгляд прошелся по мне.
- Отвечай, мелкая дрянь! Иначе я тебя прикончу!
Голова в ту же секунду наполнилась ядовитым ужасом, спутывающим мысли. Ноги заныли и тряслись так, будто бы я встала голыми ступнями в лужу, а на улице мороз -30°С. Вопреки этому, мои ребра горели из-за леденящего страха и не мнимой паники. Чувствую жар, прорывающийся сквозь тонкую сорочку и вдруг хочется кричать изо всех сил, но в то же время понимаю, в этом нет смысла.
Ник протянул руку и одним рывком пригвоздил меня к твёрдой поверхности. В голове взрываются сотни красок, отдавшись прерывистой болью по телу. Большая рука заставила осознать насколько я уязвима. Он может задушить меня и кто об этом узнает? Кого это встревожит? Его грубые пальцы окольцовывают моё горло, с силой пережимая сонную артерию. Крепкий захват перекрывает течение густой алой жидкости. Прижимая хрупкое тело к стене он рычал как дикий зверь, знатно проголодавшийся. Свирепый взгляд яростно наблюдал за моими жалкими трепыханиями и попытками освободиться. Сознание отключается на пару секунд, руки слабеют, я перестаю видеть. Затем размытый силуэт внезапно вспыхивает перед глазами. Мою непослушную тушку трясет в конвульсиях, а грудная клетка разрывается от недостатка кислорода. Я бы рухнула всем весом на колени, спустя половину секунды, но ладонь крепко обхватила мою челюсть.
- Беспомощная Соня ведь не хочет чтобы с ней так играли?
Глупо пялюсь в его глаза, рассчитывая найти хотя бы самую малость надежды на свое освобождение.
- Говори со мной! - сильнее сжимая чувствительную косточку, отчего она неприятно хрустнула, кричит он.
- Нет.
- Придётся примерно себя вести. Будешь для меня хорошей девочкой?
- Да.
- Умница.
С глухим стуком меня опускают на колени. Не теряя времени, брат спускает штаны до колен и смотрит на меня так, будто бы я и правда пёс, выполняющий все его указания. Он грубо терзал мои губы, вел себя жестоко, явно показывая кто здесь главный, кто всегда будет управлять ситуацией. Ник-тиран, хозяин, повелитель и никогда не позволит забыть об этом.
Мои самые страшные подозрения подтвердились, когда крупный эрегированный член оказался прямо передо мной. С чувством опущенной и совершенно униженной я прикрыла глаза. Вслух, едва слышно произнесла:
- Мила, прости меня.

От лица Никиты[2].
Твой неистовый страх, недоумение и ужас приводили меня в восторг. Всё смешение чувств разжигало запретное пламя в моих глазах, но это было настолько приятно, что я не смог отказать себе в таком удовольствии. Адреналин играл в моей крови, ощущение неправильности заполнило тело.
- Открой ротик. - слегка поглаживаю твои уста.
Жилистый пенис без труда проходит наполовину в твой не тронутый прежде вход.
" Ммм. Запретный плод и правда сладок. " - вдруг пришло в голову давнее изречение.
Чуть вынимаю его и снова вхожу, уже глубже. Пытаешься вырваться, мычишь, держишь глаза закрытыми. Твоя не покорность, даже сейчас, убивает меня. Недовольный рык вырывается из меня, слышишь его, лишь крепче зажмуриваешься. Чувствую твой страх кожей, покрывшейся мурашками от наслаждения.
- Ну же, подними глаза. - ласково шепчу, поглаживая голову. Твой взгляд, который полон той самой невинностью, прожигает меня. Шумно вдыхаю, фейерверк эмоций взрывается во мне.
Возбуждающее чувство власти и преимущества подступало к горлу, заставляя владельца гордиться своей победой.
" Я покажу чего на самом деле ты стоишь и научу послушанию. "
Как только её губки спешили выпустить, уже привыкшее к нахождению за ними инородное тело и сомкнуться, толкаю затылок ближе к своему животу. Перебарываю наивное сопротивление. Затем опять будто даю шанс на освобождение. И снова, и снова... Ты каждый раз надеешься что позволю тебе отодвинуться и вновь обрести свободу. Но не так быстро, глупенькая моя. Слезки блестят на твоих щеках. Прикусываешь кожицу, давая понять что тебе это не очень нравится. Глубоко, до конца запихиваю его. Сдавленно стонешь, отчего по возбужденной плоти проходит приятная вибрация. Такая не опытность умиляет меня, заставляя все больше заводиться.
Уже не вырываешься, а покорно подчиняешь себя моей воле, смотришь на меня снизу вверх. Боишься что снова возьму во власть твой ротик, всю тебя. Коленями возишь по паркету, плачешь, просишь прощения. Не прекращая сосешь его, выпуская из ротика вязкую слюну, боишься что снова отберу твою свободу. Все вместе выглядит очень жалко, но ты даешь знать о своей ненависти ко всему происходящему, отросшие ноготки то и дело царапают кожу моих ног до крови. Но ведь даже предположить не можешь что я начал восхищаться этой смесью ощущений. Боль и удовольствие.
Если до этого старался держать себя в узде, притупляя настойчивое желание владеть. То сейчас, подобно дорогой иномарке взревел, выжимая педаль, отвечающую за похоть и вожделение до конца. Чувства вертелись калейдоскопом, алкоголь добавлял масла в огонь, кровь кипела в жилах. К страсти добавилось назойливое ощущение обиды на себя, свою жалость к твоим дрожащим рукам. Слезам, которые лились рекой, попутно заливая шею. Но через мгновение на лице бедной девушки пробежала тень отвращения. Злость заиграла во мне с новой силой и заставила натянуть темные волосы так сильно, что из груди донеслись глухие стоны вперемешку с непонятными звуками. Бешено вдалбливаюсь в тебя, с каждым движением выбивая твой крик. Импульсивно, пылко, мощно. Совсем теряю контроль над собою, отдаюсь порывам, которые так неистово движут мной. В бешеном ритме забываю обо всем на свете. Сокрушительный и невероятный оргазм накрывает волнами, чувствую как влажная теплота обволакивает по всей длине, от яиц до уздечки. Крышу сносит окончательно, толкаюсь вперед, замираю, изливаясь с гортанным рычанием, сцепив худые плечи до побеления костяшек на пальцах. Понимаю, что такое удовольствие испытывал дважды в жизни, самый первый принудительный минет и сейчас.
Выхожу, избегая нового изнывающего желания, ведь ты не выдержишь. Небрежно вытираю пот с багрового от напряжения лица.
Ты падаешь навзничь, густая белесая жидкость струится с подбородка на темную ткань твоей одежды. Пытаясь откашляться, вытираешь бледное лицо ручками, но лишь больше пачкаешься. Очаровательно.
Помещение, окутанное горьким запахом дыма, свежестью и сладостным ароматом такого желанного орального секса, навеяло мой извращенный разум на свершение новой идеи.
- Не расслабляйся, моя хорошая. Есть то, что сделать просто необходимо. - притворно приветливым голосом пропел я. Меня всё еще трясло как под ледяным дождем, член не желал опускаться. Но несмотря на это, могу поспорить, что выглядел очень довольным, как кот, наевшийся сметаны.
- Лучше сразу убей меня.
Притворство раздражает. Ты боишься смерти, боишься моих намерений, тебе жутко даже воображать что еще я могу выдумать.
- Не торопись. У нас еще довольно много времени на выполнение твоей просьбы. А теперь, ляг на кровать и запомни, я не привык долго ждать.

От лица Сони[2].
Я выпрямляюсь, случайно покачнувшись в сторону. Хочется выглядеть сильной, но выходит паршиво. Колени до сих пор бьёт мелкой дрожью, как и в голове творится бардак. Никак не удается поверить в то, что произошло. Что со мной могло произойти. Обида взрывается в моих глазах, превратившись в живое существо, вскарабкивающееся по коже прямо к горлу. Забираюсь на кровать, укладываясь звездой.

" Пусть делает что хочет, хуже все равно не будет. Ему меня не испугать. "
Ник покинул комнату на неопределенное время и быстро вернулся. Одной рукой завязывая широкую темную ленту вокруг запястьев, закрепил их у изголовья кровати. Сохраняю непоколебимое отношение ко всему. Во второй руке он держал небольшую горящую свечу и... и... что еще? Внезапно свет, отражаясь от металла блеснул в мои глаза. Нож.
Это разбило вдребезги мое напускное спокойствие и храбрость.
Слова скатываются по пищеводу, словно кто-то заталкивает их кулаками.
- З-ззачем ты? - стараясь говорить уверенно, заикаюсь, мой голос звучит жалобно и со всхлипами.
- Хочу оставить отметины на всех частях атласной кожи, чтобы каждый раз смотря в зеркало, ты знала, кому принадлежишь.
Чувствую, как покрываюсь испариной и со всей силы сжимаю пальцы в замок. Парализующий ужас прокатывается по мне будто бритва.
Свеча потрескивала, накаливая нож, делая его невероятно горячим. С улыбкой законченного садиста, Ник повернул предмет к девушке остриём в угрожающем жесте. Тело окаменело, руки налились свинцом и застыли так крепко сцепившись, что неприятная боль пробегает вверх по запястьям. Уже в следующую секунду раскаленная сталь припадает к моему оголенному бедру с внутренней стороны. И я кричу, так истошно, что давлюсь собственным ужасом. Не узнаю себя, это не мой голос звучит так пугающе, нет, нет.. Пауза.
- Первый символ уже на месте. Терпи, сладкая, осталось всего 11.
Все возобновляется. Свободной ногой дергаю из стороны в сторону, изо всех сил пытаясь смахнуть колющую резь. Мотыляю головой так рьяно, что сводит шею. Окунаюсь в отвратительное ощущение, которое не проходит, к боли не привыкают. Мечусь на постели, гляжу на плавающий образ и кричу. Закрываю глаза когда безжалостные надрезы касаются меня в восьмой раз, и вдруг понимаю, что никогда в жизни мне еще не было так больно и страшно! И мой визг становится чем-то большим. Это уже не просто звук или не просто вопль. Это звуковая волна, которая вырывается из моего горла и разливается оглушительным звоном по стенам.
Меня неистово лихорадило и трясло, но это лишь больше раззадаривало его. Стискиваю зубы как можно сильнее, да так, что сводит скулы и ощутимым напряжением отдается в голову. По мне проносится невероятный разряд жгучей боли и мое тело молниеносно подбрасывает. Задыхаюсь в собственных эмоциях, захлёбываюсь ими.
Время тянется невероятно долго, кожа в некоторых местах онемела. Запах крови смешался с потом и солеными слезами, из-за которых невозможно было увидеть изуродованное бедро. Липкий страх овевает меня при мысли о том, что это никогда не кончится. Остается последнее испытание, конечное обозначение. Двенадцать.
Сердце у меня валится камнем вниз, когда он откладывает холодное оружие и дует на раненные места, довольно существенной протяженности. Ощущения были сродни ушату ледяной воды, пролитой на порезы.
- Теперь никто не посмеет дотронуться до моей собственности. Этот урок ты запомнишь на всю жизнь. - шлёпнул по ягодицам младшую, которая находилась на грани обморока. - Отдыхай, сестренка.
Он ушел прочь удовлетворенно улыбаясь.
" Ему удалось перевернуть мой мир вверх дном, оставляя после своих омерзительных слов и действий, лишь хаос и пошатнувшуюся от издевательств психику. За что? За что мне это? "
Я уснула лишь под утро, бессильно справляясь с приступами острой и отвратительной боли.