двенадцатая глава
Ресторан принадлежал абсолютно другому миру, отличному от того, где существуют неопрятные общежития колледжей. Здесь была уютная, дружелюбная атмосфера. За столиками о чем-то тихо беседовали посетители. В доме Треборнов всегда отдавалось предпочтение именно итальянской кухне - спустя много лет Эван вспоминал вечера по средам как «вечера пасты», - и ресторан «У Джиотто» был гостеприимным оазисом в его полной стрессов жизни.
Андреа промокнула губы салфеткой и улыбнулась.
- Ммм. Это тирамису было великолепным. Слишком калорийным, но все же невероятно вкусным.
Она глотнула минеральной воды из высокого стакана.
- Как ты нашел этот ресторан? Это не совсем твое место.
- Здесь я назначаю особенные свидания, - ухмыльнулся Эван. - Ты не поверишь, но Тампер здесь работал летом и мыл тарелки. Иногда он приносил объедки, и это было вкусно.
Он указал на свою пустую тарелку.
- Они здесь делают отличную лазанью. Хотя, конечно, не настолько вкусную, как твоя.
Его мать улыбнулась, поправив прядь седеющих волос.
- Льстец. Хотя за это я оплачу счет.
Когда один из официантов унес тарелки, она взяла счет со стола.
- Мама, тебе не обязательно это делать.
- Меньшее, что я могу сделать, это оплатить ужин моему гениальному сыну. Кроме того, тебе понадобятся деньги, чтобы рассчитаться за обучение.
Она подписала счет и, подчиняясь импульсу, наклонилась и поцеловала сына в щеку. Он слегка покраснел.
- Прекрати, мама, - сказал он, застеснявшись. - На нас люди смотрят!
- Не могла сдержаться, - с теплотой в голосе сказала она. - Я так тобой горжусь! У тебя лучшие оценки.
Эван робко улыбнулся и отвел глаза в сторону. Весь вечер вопросы вертелись на языке, но каждый раз, когда он уже готов был произнести один из них, нервы в последний Момент сдавали и он не решался. Мать была в прекрасном настроении, и у него не хватало духу начать разговор на тему, которая могла испортить им обоим вечер. Он понимал, что его матери совсем не хочется ворошить угли старого пепелища, оставшегося где-то в прошлой жизни, но не спросить - значит не получить ответы на мучающие его вопросы. Он сделал осторожный глоток кофе и спокойно посмотрел на мать.
- У моего отца... - он едва не поперхнулся, сказав это. - Э, у Джейсона тоже были хорошие оценки в школе?
На какую-то долю секунды в глазах матери мелькнуло беспокойство.
- Ну что ты! - улыбнулась она. - Ему даже не приходилось брать в руки учебники, в то время как остальные продирались через каждую страницу. Здесь память никогда его не подводила.
В ее голосе проскользнула завистливая нотка.
- Мам, - поднажал Эван. - Я просто думал о нем. Ну, о том, что случилось, и все такое. Он никогда не говорил, что нашел способ восстанавливать потерянные воспоминания спустя годы после затмений?
Улыбка исчезла с лица Андреа.
- Почему ты меня об этом спрашиваешь?
Эван постарался, чтобы его голос звучал как ни в чем не бывало.
- Нет, просто странно. Он же такой супермозг, и все такое. Мне просто любопытно, нашел ли он способ вспомнить то, что забыл.
Андреа обеспокоено на него посмотрела. Она не была готова обсуждать то, как вел себя в последнее время Джейсон со своим сыном, особенно в переполненном ресторане, но что-то в его глазах, какое-то непонятное томление, заставило продолжить разговор.
- Когда он был примерно твоего возраста... - она остановилась на середине предложения. - На самом деле, когда Джейсон был именно твоего возраста, подумать только, он сказал, что нашел способ вспомнить прошлое.
Умные, задумчивые глаза Эвана, смотревшие на нее со спокойным интересом, Напоминали ей о Джейсоне.
- Способ? - Эван постарался ничем не выдать своего волнения. - Что он имел в виду?
- Я не уверена, - сказала Андреа. - Он сказал, что может делать это, но я не знала, были ли это его настоящие воспоминания или фантомы.
Она посмотрела на сына.
- Понимаешь, ему могло только казаться, что он на самом деле все вспомнил. Это могла быть иллюзия.
- Конечно, - ответил Эван. - Продолжай.
Следующие слова дались ей с трудом:
- А потом... Как раз перед тем, как все стало так плохо, что ему пришлось лечь в клинику, он сказал, что может...
Она замолчала, и ее глаза потемнели.
- Что? Что он может? Сердце Эвана быстро стучало.
- Мне нужно знать!
Андреа покачала головой, как бы отгоняя какую-то нелепую мысль.
- Забудь. Ничего, - она вздохнула. - К тому моменту он уже был сильно болен.
Эвана так и распирало от любопытства, но он понял, что мать более ничего не скажет на эту тему. Он кивнул.
- А почему ты меня об этом спрашиваешь? Что-нибудь случилось?
- Не, - слишком быстро ответил он. - Я просто о нем вспомнил почему-то. Папа и Саннивейл... Кейли, прошлое и все такое...
Это была неуклюжая попытка усыпить ее бдительность, и он это понимал.
Мать напряглась. Разговор принимал опасное направление, чего ей вовсе не хотелось.
- Теперь это все позади, малыш, - сказала она. - Тебе нужно смотреть в будущее. Я получаю новую работу в отделении для раковых больных, а у тебя есть реальный шанс пробиться наверх.
- Знаю, - ответил он. - Но иногда я все же думаю об этом. О Кейли...
- Эван, в этом нет смысла, - ровным голосом сказала Андреа. Ее настроение начало портиться. - Ты не видел Кейли шесть или семь лет. Возможно, ты ее даже не узнаешь сейчас. Ты пошел дальше в своей жизни, так же как и она.
- Ты не знаешь, что с ней? Мать Эвана помолчала.
- Кажется, она переехала в Риджвуд, - она пожала плечами. - Послушай, я просто хочу сказать, что все прошло. Чем чаще ты вспоминаешь прошлое, тем больше сожалений, - сказала она траурным голосом. - Не живи прошлым, Эван. Твой отец всегда оборачивался назад, и это его уничтожило. Я не переживу, если это случится с тобой.
Он нежно коснулся ее руки. - Не бойся, мам. Я просто спросил, и все. Эван удивился тому, как легко у него получилось солгать ей.
Опираясь на одну руку, Тампер лежал на кровати и наблюдал за тем, как его сосед нервно ходил из угла в угол по комнате, рылся в кучах бумаги, переворачивал старые, пожелтевшие страницы тетрадей и журналов и хмурился, если ему не удавалось найти то, что нужно. Тампер издал неприличный звук неодобрения.
- Чувак, ты меня начинаешь беспокоить своей одержимостью. Сядь и успокойся.
Эван бросил на него пустой взгляд и ничего не ответил. В конце концов, он нашел то, что искал, - перетянутую резинкой стопку тетрадей. Сорвав резинку, он начал их листать.
- Серьезно, Эван, - добавил Тампер. - Я начинаю думать, что ты потихоньку съезжаешь с катушек. Я уже вижу, как в вечерних новостях говорят: «Да, мы знали Эвана Треборна. Такой был тихий парень...» - после того, как ты с «Калашниковым» захватишь химлабораторию.
- Заткнулся бы ты, Тампер, - ответил Эван, доставая один из дневников и разворачивая его на заложенной странице. Прочистив горло, он начал читать вслух: - «Мне все равно никогда не хотелось сниматься в кино, к тому же было холодно, и я не хотел раздеваться, но мистер Миллер снял с меня рубашку».
- Что это еще за херня? - перебил его Тампер, вскочив на кровати. На его лице было написано отвращение.
- Я же сказал тебе заткнуться! - крикнул Эван. - Мне нужна тишина.
Тампер соскочил с кровати. Эван не успел и моргнуть, как варвар выхватил из его рук тетрадь и поднял ее высоко над головой, как баскетболист мяч.
- Ты вообще сдурел, что ли? - поинтересовался он. - Ты вообще понимаешь, с чем ты связываешься?
- Что такое? Отдай мне чертову тетрадь, Тампер!
- Зачем? Чтобы ты мог как следует выебать себе мозг? Нет, чувак, этого не будет.
Эван попытался выхватить у него тетрадь, но промахнулся.
- О чем ты говоришь?
Тампер сделал якобы сконфуженное лицо.
- Ой, блин! Ну, я даже не знаю! Но, возможно, существует хорошая причина, по которой тот день, когда какой-то больной урод переодевал тебя в беленькие колготки, заблокирован твоей памятью, черт бы тебя побрал!
Он бросил взгляд на заложенную страницу и начал читать. Потом горько засмеялся над прочитанным.
- Вот дерьмо! Я бы дважды подумал на твоем месте, прежде чем это читать. Можешь очнуться еще более ебнутым, чем ты сейчас. Уж поверь.
- Это мой выбор! А теперь отдай мне мой дневник! - разозлился Эван.
На секунду ему показалось, что Тампер собирается выкинуть дневник из окна, но сосед пожал плечами и сунул тетрадь ему в руки.
- Послушай, старина, мы друзья, и все такое, и это твой выбор, но я хочу тебе сказать, что все это дерьмо с копанием в прошлом - билет в один конец на экспрессе, который едет в дурдом.
- Спасибо за совет, доктор Фрейд, - неубедительно сказал Эван.
Открыв страницу, он вздохнул и снова начал читать с того места, где остановился. Его пальцы чувствовали тугие углы страниц, и внезапно по ним пробежала дрожь. Дневник затрясся в руках, и кровь застучала в ушах, грозя переполнить его этим звуком.
Движением запястья он закрыл тетрадь и уронил ее на пол.
- Черт! Я не могу это сделать.
- Ты так говоришь, будто это что-то ужасное, - покачал головой Тампер. - Знаешь, что тебе нужно со всем этим сделать? - Он ткнул толстым пальцем в стопку тетрадей. - Тебе просто нужно пойти в подвал и сжечь, к ебеням эту хуйню. Избавься от них и забудь.
- Не могу, - выдавил Эван. - Ты не знаешь, что это такое - жить с дырой в голове, не иметь возможности вообще ничего вспомнить о каком-нибудь определенном дне!
- Да ты шутишь! - резко хохотнул Тампер. - Я курил столько травы, что не помню происходившее в течение месяцев!
Эван оставил без внимания это легкомысленное высказывание.
- Если существует способ заполнить пробелы в моей памяти, то я должен его найти.
- И в процессе поиска свихнуться? Не слишком ли велика цена? - поинтересовался Тампер. - Ты же психиатр, Эван, и ты прекрасно разбираешься в мозгах. Будешь продолжать - свихнешься, как и твой старик, - он покрутил пальцем у виска. - Mui loco.
- Я должен попытаться, - тихо сказал Эван.
Тампер со всего размаха упал на кровать.
- Наверняка существуют более легкие пути достучаться до прошлого... - он сделал рукой волнообразное движение. - Поговори с кем-нибудь, кто был там. Твоя мама не захочет терять...
- Не впутывай ее сюда, - резко оборвал его Эван.
Тампер кивнул.
- Хорошо, ты не можешь поговорить с мамой и уж точно не можешь поговорить с твоим старым дружком Ленни, потому что он надолго ушел пообедать. А как насчет твоей школьной подружки? Как там ее, Кейти, что ли?
- Кейли. Я не мог с ней увидеться. Мы разговаривали с ней последний раз, когда мне было тринадцать. Я с ней расстался...
- Ну, вот тебе и прекрасная возможность с ней все наладить. Ты же знаешь, где она живет?
- Риджвуд. Рядом с Саннивейлом. Несколько домов и пара магазинов.
Эван вспомнил о том, что рассказала ему мать. Тампер развел руками.
- Классно. Тогда ее легко будет найти, не так ли?
Эван молча смотрел на мраморную обложку закрытой тетради, затем, подчиняясь внезапному порыву, он схватил ключи от машины и выбежал из комнаты, оставив позади удивленного Тампера.
- Двадцать долларов в час! Всегда пожалуйста! - крикнул тот ему вдогонку.
>>
Эван ехал весь день, остановившись лишь раз на заправке, чтобы сделать несколько звонков. Как ни странно, но он очень быстро выследил Кейли. В глубине души он надеялся, что ее будет невозможно найти и у него будет оправдание, чтобы развернуться и поехать обратно, но он почувствовал, как забилось сердце, когда узнал, что она действительно там, что она жива и что он на самом Деле снова увидит ее.
Эван поговорил с дружелюбной женщиной в офисе шерифа Риджвуда, притворившись, что разыскивает одноклассников для вечера встречи выпускников, и с язвительным пожилым джентльменом - хозяином «Лесного парка», стоянки трейлеров, в одном из которых жила Кейли. Старик сказал, что она там практически не появлялась, так как работала в вечернюю смену. Ее можно найти на выезде из города, в забегаловке для дальнобойщиков. Эван записал адрес на бумажке и уехал.
Чем ближе он подъезжал к закусочной, тем сильнее нервничал. Когда мимо проехал грузовик, осветив его фарами, он посмотрелся в зеркало заднего вида и отметил про себя, что выглядит измученным и нездоровым. Эван безуспешно пытался отогнать беспокойные мысли. Убрав пятерней грязные волосы со лба, он крепко сжал руль и прибавил газу, словно скорость могла развеять его беспокойство и страх.
Когда в конце концов Эван свернул с дороги и подъехал к закусочной, на Риджвуд опустилась ночь. Это был пустынный островок хромированной стали и грязного стекла посреди моря асфальта. Он выключил двигатель и посидел минуту. Место было одиноким и казалось заброшенным, хотя Эван не был уверен в том, что не проецирует собственные чувства на здание, стоящее перед ним.
Столовая отбрасывала маслянистый свет, собиравшийся вокруг нее, словно лужа подтаявшего воска, и над ней светились ярко-розовые неоновые буквы, пульсировавшие без всякого ритма. Эван некоторое время смотрел на тени в окнах, неясные очертания людей в кабинках и за длинной стойкой. Время от времени между ними пробегал светлый силуэт. Официантка?
Кейли работала в этом месте. Эван попытался совместить эту мысль с воспоминаниями о ней, печальной и красивой Кейли, и ее жестокой и несправедливой жизни.
Дверь столовой внезапно распахнулась и извергла из себя двух водителей-толстяков во фланелевых рубашках и бейсболках.
- За каким хреном мы остановились в этой дыре? - прохрипел один из них. - Еда здесь воняет.
Другой дальнобойщик пожал плечами:
- Это единственное место на пятьдесят миль. Хотя ты прав: еда здесь воняет, как жареная блевотина.
Водители засмеялись. Их голоса затихали по мере того, как они удалялись по направлению к стоянке грузовиков.
Сердце Эвана упало. Он явно не ожидал найти Кейли в такой забегаловке. Может, в каком-нибудь дорогом ресторане, где ее ценят и хорошо платят, но не в «Закусочной Риджвуда».
«Это моя вина, - сказал он себе. - Я мог помочь ей устроить жизнь по-другому».
Грузовики проехали мимо него, осветив габаритными огнями хромированную сталь столовой. Из-под их колес вылетал гравий. Он снова увидел пробежавший по залу белый силуэт, вспыхнувший, подобно яркой бабочке, в грязном окне.
- И что я здесь делаю? - вслух спросил себя Эван. - Я что, и дальше буду сидеть здесь и тайком наблюдать за ней или все же зайду внутрь и поговорю с ней?
Надев на лицо уверенную улыбку, он вышел из машины и пошел к столовой. По пути он уже не в первый раз мысленно повторил слова, которые намеревался ей сказать. «Я тут мимо проезжал... Ну и совпадение, что ты работаешь именно в этой столовой! Я тебя искал, и...»
Все слова звучали плоско. «Я просто поговорю с ней, - решил он. - Этого будет достаточно».
Дверь жалобно скрипнула, когда он вошел внутрь столовой. Внутри «Закусочная Риджвуда» была такой же неприятной, как и снаружи. В этом придорожном кафе почти за всеми столиками сидели криминального вида типы из Риджвуда и Саннивейла, а также, естественно, дальнобойщики, поглощающие с волчьей жадностью пережаренную еду и ядовито-крепкий черный кофе. В воздухе висело облако сигаретного дыма, а все поверхности были серыми от грязи.
Едва Эван успел переступить через порог, как из дверей кухни выбежала Кейли, неся в руках несколько тарелок. На ней была застиранная красно-белая униформа, напоминавшая о пятидесятых и выглядевшая так, словно ее протащили пятьдесят миль по грязной дороге. Ее растрепанные волосы падали на бледное и потное лицо.
Она выглядела измученной и истощенной. Крутящаяся дверь кухни отпружинила назад, как флиппер в бильярде-автомате, и ударила ее по ноге. От удара она уронила тарелку с чили на грязный бетонный пол.
- Ради всего святого... - раздался скрипучий мужской голос. - Ты можешь хоть один день отработать, не разбив чего-нибудь?
Эван выскочил обратно, спрятавшись за рядами телефонных автоматов, стараясь не попасть ей на глаза. Он видел, как она покраснела от смущения, наклоняясь, чтобы убрать с пола. Ее унижение заставило Эвана сжать кулаки.
Здоровенный лысый мужик в поварском белом халате выглянул из кухни.
- Не стой там. Убери все это дерьмо и возвращайся обратно к работе! - Он толкнул ее в грудь. - Сотни таких вот королев трейлерных стоянок готовы встать на четыре точки, чтобы получить эту работу, так что будь аккуратнее!
Кейли не ответила. Она просто молча вернулась к уборке. Эвану хотелось войти внутрь и сказать что-нибудь, но он не решался. Он не мог вот так вот ниоткуда влететь в ее жизнь, как белый рыцарь, подвергая ее риску увольнения. Он должен поговорить с ней наедине.
Она собрала с пола еду и осколки тарелки и понесла к мусорному ведру на кухне. По пути ее ущипнул за попку один из клиентов, жирный урод в кепке Mach, в котором Эван узнал одного из типов, ошивающихся в «Грязном Хэнке».