часть 2.
эмма кое-как добралась до своего подъезда, дрожащими пальцами достала ключи, открыла дверь, вошла в тёмный холл. лифт, слава богу, работал. она нажала кнопку, опираясь на стену, пока тот ехал. когда кабина отворилась, эмма ввалилась внутрь, прислонилась к холодной стенке, глаза закрыла. сердце стучало где-то в горле, ноги не слушались, в животе — пустота и тупая боль.
на десятой минуте долгого, как вечность, подъёма до 10 этажа, она уже почти вырубалась на ходу.
лифт зазвенел, двери открылись. эмма медленно вышла, шаркая ногами. подошла к своей двери, кое-как попала ключом в замочную скважину, открыла.
внутри тепло. её сразу встретил уголёк — чёрный кот, маленький, гладкий, с жёлтыми глазами. он замяукал, прижался к её ногам, заурчал, виляя хвостом.
— прости, малыш… — прошептала эмма и опустилась на колени, погладила его по голове. — ты тоже голодный, да?..
она встала, пошатываясь, прошла на кухню, достала из шкафчика пакетик корма, насыпала в миску. уголёк тут же набросился на еду, а эмма с трудом дошла до своей комнаты.
сняла мокрый свитер, шорты, переоделась в сухое — топик и домашние мягкие шорты. села на кровать, закуталась в плед, потом всё же встала и, собрав последние силы, пошла на кухню.
в животе скручивало от голода.
эмма поставила воду, достала сухой рис и варёное яйцо из холодильника — единственное, что у неё было. этого хватит. по её нормам — даже перебор.
когда еда была готова, она села за стол, ела медленно, осторожно. руки дрожали. уголёк снова пришёл, терся о её ноги.
эмма гладила его левой рукой и ела правой. глаза были усталые, но в них чуть теплее — дома было безопасно. хотя в груди всё равно было странное чувство. тяжёлое.
она вспомнила, как дженна несла её на руках, мокрая, злая, крепкая. и как смотрела на неё — сначала с ненавистью, потом… с непониманием.
эмма покачала головой, выдохнула.
— ненавижу её... — сказала вслух, шепотом.
уголёк мяукнул, будто не поверил. эмма фыркнула, взъерошила ему шерсть.
— и всё равно… как дура перед ней рухнула. круто, правда?
кот не ответил. он просто улёгся на её ноги и замурлыкал.
а эмма доела свой скромный ужин и уронила голову на руки.
завтра опять в универ. и опять, возможно, с этой… дженной.
утро следующего дня было серым и сырым. эмма проснулась разбитая, но впервые за несколько дней нормально поела — просто чтобы не свалиться опять. немного овсянки, чай, половина яблока. надела тёплый чёрный оверсайз-свитер, серые широкие джинсы, почти скрывающие объёмные чёрно-белые кеды. выглядела, как всегда, хрупкой и тихой.
в универе было шумно. студенты толпились у входа, кто-то курил, кто-то ел на ходу. эмма просто прошла сквозь толпу, как тень, и зашла в аудиторию, заняв своё обычное место у окна.
через пару минут в дверь, как буря, влетела дженна ортега. чёрный обтягивающий топик с длинными рукавами подчёркивал её фигуру — идеальный пресс, тонкая талия, крутые бёдра. на ней были свободные чёрные джинсы и фирменные кроссовки. волосы распущены, губы чуть поджаты, взгляд — колючий.
рядом с ней ввалились её пацаны, шумные, ржущие, кто-то жевал жвачку, кто-то травил тупые шуточки. дженна ржала вместе с ними, кидая фразы направо и налево, будто вся аудитория её личная сцена.
препод резко поднял голову от бумаг:
— ортега, к майерс.
смех тут же стих. дженна прищурилась.
— чё, опять?..
— без обсуждений. садись. я больше не собираюсь терпеть твои шоу с утреннего захода.
аудитория притихла. эмма замерла. глаза округлились.
дженна злобно выдохнула, качнула головой:
— ну охуеть..
она нехотя двинулась к ряду, села рядом с эммой, бросив тяжёлый взгляд. сумку швырнула к её ногам, задела плечом.
— ахуенно. с утра пораньше — пытка. спасибо, блядь, преподу.
эмма ничего не сказала. она сидела прямо, смотрела в тетрадь, пытаясь дышать ровно.
дженна, хотя и была открытая лезбуха, с пацанами всегда держалась ближе — тусовки, движ, ржач. а встречалась только с девушками. и все её бывшие были эффектные, яркие. не такие, как эмма. и уж точно не такие тихие.
теперь же она сидела рядом с этой мышью, с которой у неё война с первой пары.
эмма сидела тихо, опустив взгляд в тетрадь. ей было неловко. неловко не из-за того, что опять рядом с ортегой — к этому она уже как будто привыкла за вчера. неловко из-за того, как всё закончилось. то, как она глупо упала прямо в объятия той, кого ненавидит. и как та, злая, резкая, но сильная, несла её на руках.
в груди щемило от стыда.
она изо всех сил старалась не смотреть в сторону дженны.
та вначале сидела, уткнувшись в телефон. пальцы быстро бегали по экрану, хмыкала то и дело. может, кому-то писала. может, листала инсту. эмма не смотрела. просто сидела и делала вид, что её нет.
когда препод начал лекцию, дженна всё ещё не убирала телефон. а потом вдруг с шумом закинула ногу на ногу, откинулась назад и, как будто вспомнив, кто рядом, толкнула эмму плечом.
— ну что, шлюшка, сегодня без обморока? — прошипела она с язвой. — а то вдруг опять меня носить тебя придётся.
эмма вздрогнула, сжалась, но молчала.
дженна ухмыльнулась.
— ой, прости, я забыла — ты ж разговаривать не умеешь.
она снова толкнула эмму плечом. не сильно, но настойчиво. как будто проверяла, как та среагирует.
препод с самого начала косился в сторону дженны — она, как обычно, шумела, хихикала с пацанами, сидя уже на своём новом месте рядом с эммой. в какой-то момент он не выдержал:
— ортега, ещё одно слово, и пересажу тебя к джексону.
дженна резко подняла голову, прищурилась.
— чё, серьёзно?..
препод кивнул строго:
— абсолютно.
в аудитории прокатился лёгкий смешок. все знали, кто такой джексон — вечно воняющий чем-то химозным, прыщавый задрот в обтягивающих джинсах и жилетке из другого века. сидеть с ним — хуже, чем смерть.
дженна фыркнула, закатила глаза и на время замолчала, уставившись в окно.
пара продолжилась. через минут десять кто-то с задней парты вполголоса бросил:
— было бы смешно если мацерс опять в обморок упадёт, прям у доски, прикинь?)
вся компания зашепталась, посмеялись. эмма напряглась, втянула голову в плечи, прикусила губу. ей было чертовски обидно — она не хотела этого, просто плохо себя почувствовала, не специально. она сжалась в кресле, опустив взгляд.
но тут резко, неожиданно, дженна повернулась через плечо, её голос был злой, режущий:
— успокойтесь, придурки. упала в обморок — прям, пиздец, смешно, ага.
тишина накрыла аудиторию.
даже препод не стал ничего говорить.
все уставились на дженну. а она просто снова откинулась на спинку.
эмма сидела с огромными глазами. ей было так странно — дженна ортега, которая называет её шлюхой, которая всё время издевается и толкает, вдруг... встала на её сторону?
пара наконец-то закончилась, и эмма сразу вышла в коридор, кутаясь в свой свитер, опустив голову. она старалась не привлекать внимания, но, как всегда, не повезло. у стены её уже ждали три девицы с потухшими взглядами и телами, в которых зависть кипела сильнее, чем утренний кофе в буфете. одна из них прищурилась и фальшиво усмехнулась: — ну чё, майерс, ортега за тебя вписалась — теперь, значит, крутая стала? звезда, да? эмма замерла, не понимая, что происходит. — или вы теперь вообще подружки? — добавила другая, а третья уже подошла ближе и резко рванула у эммы рюкзак с плеча. его дёрнуло, и всё содержимое — тетради, ручки, кошелёк, бутылка с водой — рассыпалось на пол. — эй!.. — только и успела выдохнуть эмма, но следом одна из девчонок, не колеблясь, вылила на неё стакан с остатками кофе. прям на грудь, в серое худи. ткань сразу потемнела, и жидкость стекала по худенькому телу, впитываясь в свитер. эмма вся сжалась, попыталась закрыться руками, но было уже поздно. — тупо кость на ногах, зато теперь у неё защитница, — хохотнула одна из них. эмма в ужасе, с мокрой грудью, с дрожащими руками, слезами в глазах смотрела на них, не зная, что делать.
и тут резкий голос прорезал воздух: — вы чё, блядь, творите?
все обернулись. по коридору, как буря, шла дженна. волосы чуть растрёпаны, лицо злое, глаза сверкают. эмма растерялась, отступила на шаг и почти инстинктивно спряталась за ней, схватившись за спину дженны, сжав её чёрный топик дрожащими пальцами. дженна даже не обернулась. она стояла прямо перед этими тремя и смотрела на них как на кучу мусора. — вы ебанутые, что ли? коровы. — её голос был хлёсткий, громкий, без тени шутки. — она вам что сделала? упала в обморок? и теперь это повод выливать на неё кофе? она, блядь, виновата в том, что вы жирные и вам завидно?
вся тусовка вокруг замолкла. девчонки переглянулись, замерли. они явно не ожидали такого. дженну все боялись. с ней не связывались.
— валите отсюда, пока я вам не сделала так же, — процедила дженна и на секунду повернулась к эмме. — ты в порядке?
эмма, не отпуская её топ, тихо всхлипнула, мокрая и униженная, но в какой-то дикой растерянности и тепле. она не ожидала. совсем.
они ушли в библиотеку, потому что там было тихо, тепло и никого. дженна шла быстро, злая, сжимающая челюсть. эмма чуть позади, прижимая к себе мокрый свитер, в кроссовках хлюпало, от холода она вся дрожала. дженна распахнула дверь, затащила её внутрь, закрыла за собой и сразу начала копаться в своём рюкзаке.
— держи. — она бросила эмме в руки большое чёрное худи, — запасное. на всякий. теперь пригодилось.
эмма смотрела на него, дрожа, её руки были ледяные. — с-спасибо... — пробормотала она.
— переоденься, пока не заболела, — дженна отвернулась, будто просто смотрит в окно, но было видно, как она сжала кулаки.
эмма медленно сняла мокрый свитер, прячась за полкой и спиной к дженне. под ним на ней остался только тонкий белый кружевной лифчик. её тонкая талия, острые ключицы, худые бёдра, плоский живот — всё выглядело хрупко. она быстро натянула на себя это худи — оно было огромное, чуть ли не до колен, рукава свисали, как у ребёнка. ткань пахла чем-то приятным, свежим, пахла дженной.
эмма села на стул и, прижимая рукава к лицу, всхлипывая, прошептала: — с-спасибо тебе... правда... я... я не думала, что ты...
— я не для тебя, — отрезала дженна, не поворачиваясь. — просто не люблю тупых коров, как они.
но в голосе всё равно было что-то мягче обычного.
эмма опустила голову и, кутаясь в худи, продолжала тихо всхлипывать. ей всё ещё было плохо, но где-то глубоко внутри разлилось странное тепло.
эмма всё ещё сидела, сжавшись в огромном худи, и плакала тихо, всхлипывая и утирая слёзы рукавом. глаза покраснели, нос тоже, она даже дышала прерывисто, будто изнутри всё сжалось.
— они… они всегда так, — прошептала она дрожащим голосом. — я даже не понимаю, за что. каждый день. сумку пинают, могут волосы дёрнуть, постоянно шепчутся, смеются... я никому ничего не сделала...
дженна, стоявшая с телефоном в руках, резко обернулась. — господи, майерс! — раздражённо, но не по-настоящему злым тоном. — успокойся уже. ты чё, реально веришь, что это из-за того, что ты какая-то не такая?
эмма подняла на неё заплаканные глаза.
— они просто завидуют, — дженна вздохнула, подходя ближе. — у них одна ляжка как четыре твоих.
эмма вздрогнула от неожиданности, даже чуть всхлипнула снова, не зная, то ли смеяться, то ли ещё больше плакать.
продолжила дженна, глядя на неё сверху вниз. — ты худая, красивая, у тебя фигура, о которой половина этих "девочек" мечтает, пока давится маффинами в столовке.
эмма совсем опустила голову, щеки покраснели. — мне не нравится быть такой. мне постоянно холодно… и все думают, что я… слабая...
— ты просто хрупкая, а не слабая, — буркнула дженна. — это не одно и то же.
эмма всхлипнула. — спасибо… я просто…
вдруг дженна, немного помявшись, села рядом и, не глядя, обняла её одной рукой за плечи.
— не реви уже, блин. ты ж прям дрожишь вся.
эмма сначала застыла, ошарашенная, потом медленно прижалась ближе, очень осторожно, как будто боялась, что дженна передумает. она уткнулась лбом ей в ключицу, вжавшись в худи, пряча слёзы.
— я просто… не ожидала, — прошептала она, — что ты…
— не строй из этого драму, майерс, — тихо бросила дженна, но не отстранилась. — я всё равно тебя терпеть не могу.
эмма тихо всхлипывала, будто старалась сдержать остатки слёз, но ничего не выходило. в библиотеке стояла тишина, вокруг было пусто, только лампы на столах жужжали еле слышно. дженна сидела рядом, всё ещё с рукой на её плече, немного напряжённо — будто сама не верила, что вообще позволяет ей быть так близко.
эмма прижалась крепче, тонкими пальцами медленно обняла дженну за талию, будто просила о тепле, которого ей так не хватало. пальцы чуть дрожали. она аккуратно прижалась щекой к ключице дженны, глаза прикрыла, щёки пылали от смущения. даже дыхание стало тише, мягкое, как будто боялась, что дженна оттолкнёт.
дженна почувствовала её движения, нахмурилась, но не отстранилась. наоборот, слегка сдвинула руку с плеча на спину эммы, осторожно похлопала пару раз, неуклюже, но почти заботливо.
— ну всё, не плачь уже, — пробормотала она, закатив глаза, но голос звучал мягче, чем обычно. — это всего лишь три тупые коровы, ты чё...
эмма чуть плотнее прижалась, будто пряталась в этом чужом худи.