12.
Грант не пришел на ежевичный пирог. А зря, подумала я, вылизывая дно формы для выпекания следующим утром. Пирог был вкусный.
Я поставила форму в раковину, и тут дверь черного хода открылась и вбежала раскрасневшаяся Элизабет. Ее волосы были распущены, и я вдруг поняла, что ни разу не видела ее без тугого пучка, хотя прошел почти год. Она улыбалась, а глаза так и лучились счастьем. Такой я ее никогда не видела.
- Я все поняла! - воскликнула она. - И странно, что мне раньше в голову не пришло.
- Что? - спросила я. Увидев ее такой радостной, я почему-то занервничала. Слизывая с ложки загустевший ежевичный сок, я наблюдала за ней.
- Когда я училась в интернате, мы с Кэтрин писали друг другу письма - а потом моя мать стала их перехватывать.
- Пере... что?
- Забирать себе. Она все их читала - не доверяла мне, думала, что мои письма каким-то образом плохо повлияют на Кэтрин, хотя я была ребенком, а Кэтрин в то время уже почти взрослой. И вот много лет мы совсем не переписывались. Но вскоре после того, как сестре исполнилось двадцать, она нашла на полке у деда старый цветочный словарь Викторианской эпохи. И стала присылать мне изображения цветов с аккуратно выписанными латинскими названиями в нижнем правом углу. Она послала несколько, а потом отправила короткую записку, в которой говорилось: «Ты поняла?»
- И ты поняла?
- Нет, - ответила Элизабет и покачала головой, точно сокрушаясь, какой глупой была в юности. - Я всех библиотекарей и учителей расспросила, но лишь через несколько месяцев прабабушка моей соседки как-то приехала ее навестить и увидела на моей стене рисунки. От нее я и узнала про язык цветов. Тогда я нашла словарь в библиотеке и сразу же отправила сестре записку, вложив в нее цветы, а не нарисовав их, потому что рисовать никогда не умела.
Элизабет пошла в гостиную, вернулась со стопкой книг и разложила их на кухонном столе.
- В течение нескольких лет мы общались только таким способом. Я писала стихи и рассказы, нанизывая сухие цветы на ниточки и перемежая их словами на кусочках бумаги: и, если, он. А моя сестра присылала рисунки, иногда целые пейзажи с десятками видов цветов, и все они были подписаны и пронумерованы, чтобы я поняла, какой прочесть первым, и могла установить последовательность событий и переживаний. Ради этих писем я жила, по десять раз в день проверяя почту.
- Но как это поможет тебе заслужить ее прощение? - спросила я.
Элизабет направлялась к саду, но, услышав мой вопрос, резко обернулась.
Это она должна просить у меня прощения, - сказала она. - Не забывай. - Сделав глубокий вдох, она продолжала: - Я скажу тебе, как это поможет. Кэтрин вспомнит, как близки мы были; вспомнит, что я понимала ее лучше, чем кто-либо другой в целом мире. Допустим, подойти к телефону ей не позволяют угрызения совести, но цветами она ответит. Я точно знаю.
Элизабет вышла на улицу. И когда вернулась, в руках у нее был букет из трех разных цветков. Она взяла разделочную доску, поставила ее на кухонный стол и положила цветы и острый нож сверху.
- Я тебя научу, - сказала она, - а ты мне помогай.
Я села за стол. Элизабет все время учила меня чему-то новому про цветы и их значения, но бессистемно, без определенного распорядка. Например, вчера мы увидели на рынке кошелек из ткани с рисунком из белых цветов. Кто же украшает кошельки символом бедности, сказала Элизабет и покачала головой. А потом показала мне белые цветы и рассказала подробно про клематис.
Сейчас, сидя рядом с Элизабет, я буквально ерзала от предвкушения урока. Подвинула стул как можно ближе. Она взяла темно-фиолетовый цветок размером с грецкий орех, с солнечно-желтой серединой.
- Примула, - проговорила она и покрутила цветок, как колесико, зажав стебель большим и указательным пальцами. Затем лепестками вверх положила его на свою гладкую белую ладонь. - Детство.
Я склонилась над ее рукой, держа нос всего в паре дюймов от цветка. У примулы был сильный запах сладкого спирта и духов, которыми душились матери других детей. Я отдернулась и сильно выдохнула через нос.
Элизабет рассмеялась:
- Мне тоже не нравится запах. Слишком сладкий, как будто цветок пытается спрятать свой настоящий, не слишком приятный аромат.
Я кивнула.
- Итак, если бы мы не знали, что перед нами примула, как бы мы это выяснили? - Элизабет отложила цветок и взяла книгу карманного формата. - Это справочник североамериканской дикорастущей флоры с разделением на цвета. Примула относится к сине-фиолетовым. - Она протянула мне книгу.
Я открыла раздел сине-фиолетовых цветов и стала листать страницы, пока не нашла рисунок, очень напоминавший наш цветок.
- Примула кусикиана, - прочла я. - Семейство первоцветов, Primulaceae.
- Хорошо. - Она взяла второй цветок из трех: крупный, желтый, с шестью остроконечными лепестками. - Лилия. Величие.
Я поискала в желтых цветах и нашла рисунок, соответствовавший нашему цветку. Ткнула в книгу мокрым пальцем и стала смотреть, как на странице расплывается пятно. Элизабет кивнула.
- Теперь давай представим, что картинку ты не нашла или не уверена, что это та самая. Именно тогда пригодятся знания о частях цветка. Цветочный справочник - как книга, где ты сама выбираешь, что случится с героями. Все начинается с простых вопросов: есть ли у цветка лепестки? сколько? И каждый ответ ведет к новым вопросам, все более сложным.
Элизабет взяла кухонный нож и разрезала лилию пополам. Лепестки рассыпались по доске. Показав на завязь, она прижала кончик моего пальца к липкому торчащему рыльцу.
Мы сосчитали лепестки и описали их форму. Элизабет объяснила, что такое симметрия, в чем разница между нижней и верхней завязью, как цветы располагаются на стебле. И проэкзаменовала на примере третьего цветка - фиалки, маленькой, подвядшей.
- Молодец, - сказала она, когда я ответила на пулеметную очередь ее вопросов. - Умница. Быстро учишься. - Она отодвинула мой стул, и я сползла с сиденья. - Теперь иди в сад, пока я готовлю ужин. Перед каждым знакомым цветком останавливайся и задавай себе те же вопросы, которые мы только что обсуждали. Сколько лепестков, какого цвета и формы? Если видишь розу, подумай - что делает ее розой, а не подсолнухом?
Элизабет по-прежнему перечисляла вопросы, а я бежала к двери.
- Выбери что-нибудь для Кэтрин! - крикнула она.
Я сбежала по крыльцу и скрылась в саду.