one less goodbye [l.h.]

В какую-то из пятниц апреля две тысячи, кажется, пятого года, поздно вечером окно в моей комнате разбилось, что заставило меня вскрикнуть.

Но боятся было нечего.

— Корнелия, — со всхлипом произнёс Люк, — Корни...

Я подбежала к нему. Мне повезло, что я была в носках, вокруг было так много осколков.

— Люки, что... Как? Кошмар, — я взяла в одну руку его разбитый кулак, вторая моя рука была на его щеке и вытирала большим пальцем слезу. — Присядь на кровать, я сейчас.

Мне очень повезло, что мамы не было дома.

— Дурачок, — я сидела на полу и вытаскивала пинцетом осколки из его руки.

Он усмехнулся и шмыгнул носом.