дополнение III.
Эта глава должна быть перед той частью, когда мама Эль сказала ей, что та отправится в психиатрическую клинику, но Дина удалила эту часть, так как не хотела делать историю длинной и скучной.
Вторая удаленная часть.
— Когда ты встала с кровати? — спросила мама Эль, когда ее дочь вошла на кухню.
Миранда сидела за столом, в ее руках была кружка кофе, а перед ней находилось много бумаг, занимающих весь стол.
— Утром мне звонил доктор Стивенс. Он сказал, что мне надо прийти к нему как можно скорее, — объяснила Эль, ища в кладовой и холодильнике что-то для завтрака. Она не нашла чего-то достаточно интересного, так что решила просто сделать себе апельсиновый сок.
— Оу, так он звонил? — тихо пробормотала она, как будто разговаривала сама с собой, смотря безучастно.
Эль не обращала много внимания на странное поведение матери, поскольку была озабочена предстоящей встречей со своим терапевтом. У нее внутри было странное чувство, что новости, которые он ей расскажет, не будут хорошими.
Она глубоко вздохнула, прежде чем продолжить собирать апельсины из корзины с фруктами. До десяти часов утра оставалось несколько минут, и Зейн должен быть здесь очень скоро, чтобы забрать ее и отвезти в офис доктора Стивенса.
— Что с твоим запястьем? — взволнованно спросила ее мама, смотря из-за своих бумаг на руку Эль.
Девушка опустила взгляд на свою руку, не имея понятия, о чем говорила Миранда.
Она с трудом задышала, когда увидела огромный ушиб на правом запястье. Эль аккуратно положила на тумбу апельсин, который прежде держала в левой руке, а затем провела пальцами по фиолетово-синему пятну. Она съежилась от боли, когда нажала сильнее.
Минуту Эль пыталась вспомнить, что делала последние десять часов и из-за чего мог появиться ушиб. Ничего не приходило в ее голову, весь вчерашний день она провела в кровати, смотря телевизор и переписываясь с Зейном.
— Не знаю, — честно ответила девушка.
— Уверена? — настаивала ее мама, и Эль растерянно посмотрела на нее. Она имела что-то в виду?
— Может, я случайно поранилась, когда спала, — наконец отмахнулась она. Миранда открыла рот, чтобы сказать что-то, но в последнюю минуту передумала и закрыла его.
Когда Эль услышала звонок в дверь, она уже бежала в зал.
***
— Доброе утро.
— Привет, — сказал Зейн и нежно поцеловал Эль в губы. Когда они оба отстранились, он взял ее руку в свою, а затем начал идти в сторону офиса доктора Стивенса.
Даже хотя Эль все еще довольно нервничала из-за своего разговора с доктором прямо сейчас, она старалась сфокусироваться на счастье в виде небольшого поступка Зейна, который вел ее туда. Небольшая вещь вроде этого, вроде того, как он взял ее руку в свою, что заставило ее верить в то, что Зейн заботился о ней и любил ее, а не сотня "я люблю тебя" или посвященная песня. Но это не означало то, что она также не ценила вышеперечисленное.
С широкой улыбкой на лице Эль смотрела вниз, на их переплетенные пальцы, только чтобы заметить на запястье Зейна ушиб, похожий на ее.
— Откуда это у тебя? — задала вопрос она, поднеся их руки ближе к лицу и тщательно изучая ушиб Зейна.
— Ушибся, когда работал прошлой ночью. Ничего страшного, — сказал он, и Эль кивнула, прежде чем опустить руки в их прежнее положение.
— Просто будь осторожен.
Зейн пообещал ей это, а затем перевел тему на новый альбом Эда Ширана, говоря Эль свое мнение и делясь своими мыслями по поводу каждой песни.
***
Эль осторожно постучала в дверь доктора Стивенса.
— Проходи, — она услышала его вздох, прежде чем войти в кабинет.
Закрывая за собой дверь, она с трудом дышала, когда осмотрела комнату. Или то, что было слева.
Книги, которые доктор Стивенс обычно разделял по имени автора на огромной книжной полке у двери, сейчас лежали на полу; крошечные листки бумаги заполняли всю комнату.
Рамки для фотографий, обычно стоящие на его столе у кресла, где он сидел, пока разговаривал и помогал Эль, сейчас были разбиты, стекло было повсюду.
— Что здесь случилось? — шокировано спросила она, а затем помогла своему терапевту поднять одну из подушек и положила ее обратно на кресло, где она и должна была лежать.
— Эм, — он колебался, — кто-то ворвался сюда прошлой ночью, — ответил он, избегая смотреть ей в глаза. Затем мужчина положил другую разорванную книгу в черный мешок для мусора, который держал в руках.
Доктору Стивенсу было около пятидесяти, но выглядел он намного моложе, несмотря на его теперь бледнеющую бороду. У него были темные черне волосы и серо-голубые глаза, которые все еще притягивали через очки, которые он никогда не снимал. Он всегда был одет в простые темно-синие джинсы и рубашку, которая была либо серой, либо белой, и всегда встречал Эль с улыбкой... но не сегодня.
— Это ужасно, мне так жаль, — честно сказала она, помогая ему выбрасывать книги.
— Причина, по которой я тебе звонил, это то, что случилось прошлой ночью, — он глубоко вздохнул. — Я не могу больше видеться с тобой; пока я не позабочусь об этом, по крайней мере, и встану на ноги, — объяснил мужчина, размахивая руками, и Эль кивнула, говоря, что все понимает. — Этот лист для тебя, — он протянул ей листок бумаги, — с другими докторами из этой области, которых я лично знаю, и думаю, они способны помочь тебе, — добавил он, а затем провел рукой по волосам. — Ознакомься с этим и позвони им, ладно?
— Конечно, я позвоню. Спасибо большое, — ответила она и свернула лист, прежде чем убрать его в задний карман джинсов.
Правда была в том, что Эль была грустной и разочарованной тем, что должна искать нового терапевта. Чувствовать себя комфортно рядом с ним и начать доверять ему заняло много времени, а после, когда она наконец сделала это и начала чувствовать себя лучше, это случилось.
Она не хотела печалить свою семью или Зейна, так что пообещала себе, что ознакомится с листом и очень скоро найдет нового терапевта.
— Мне надо идти убираться, — он мягко улыбнулся, и Эль поняла, что таким образом он говорил ей, что пора уходить.
— Тогда я пойду. Опять же, мне жаль, — снова сказала она ему, прежде чем пойти к выходу.
— Если возникнут вопросы, просто позвони мне или напиши на моей e-mail. Я здесь для тебя, — поддержал ее мужчина, грустный к концу прощания.
— Хорошо, доктор Стивенс, — заверила его Эль и закрыла за собой дверь.
Она не могла указать на это, но что-то здесь было.
От автора: Ладно! Итак, эта глава была перед той частью, как мать Эль начала собирать ее сумки и сказала, что ей нужно отправиться в клинику, так же известной как часть, когда Эль убила себя.
Как я говорила прежде, у меня было много идей для частей с доктором Стивенсом, которую я в конце удалила. Это одна из них. Во время этого Эль получила звонок от доктора Стивенса, который звучал взволнованно, и сказал ей, что им надо встретиться. Затем, когда она приехала, она увидела, что офис разрушен. Хотя доктор Стивенс лгал о том, кто натворил этот беспорядок, так как это была Эль, которая фактически ворвалась туда прошлой ночью. Она все разрушила и также предупредила доктора Стивенса, чтобы он позвонил ей утром сказал, что больше не может быть ее терапевтом. Хотя утром Эль ничего не помнила, так что она была удивлена/опечалена, когда он позвонил ей и сообщил новости.
Насчет ее ушиба, она получила его, когда разрушала кабинет терапевта. Она также заметила его на руке Зейна, так как он — воплощение ее демонов/плохая сторона Эль.
Ее мама знала правду, так как доктор Стивенс позвонил ей, прежде чем поговорить с Эль, и посоветовал ей (ее маме), что для Эль будет лучше отправиться в психиатрическую клинику.