𝐌𝐢𝐬𝐭𝐚𝐤𝐞 | [𝒉.𝒔]

«Нет ничего плохого в том чтобы черпать энергию из тишины. Тишина не статична.»

Ева сидит напротив меня,помешивая сахар в кружке. Она немного нервничает,наверное,чувствует себя некомфортно наедине со мной. Я тоже чувствую неудобство,доставляя ей дискомфорт. Её фраза засела в моей голове «Просто нужно помнить о том,что всё возвращается бумерангом» правило бумеранга работает совсем не всегда. Хотя,возможно,я просто не замечал его действия в жизни.

–Как тебе книга?– сероглазая мать Тереза развеяла тишину,достав меня из мыслей. Её безумно светлые глаза смотрят на меня и заглядывают в душу,пытаясь забрать всю боль и разочарование.

–Она очень впечатляющая.– я киваю головой и делаю глоток горячего напитка,что бы подумать, о чем с ней можно поговорить.

–Когда я читала её впервые ,то просто не понимала её,но перечитав несколько раз,я всё же выделила для себя главную сюжетную линию.– прядь светлых волос спала на лицо,прикрывая черты её белой кожи. Она чертовски привлекательна.

Тишина вновь настигла нас и мы не знали о чем нам разговаривать. Мы знакомы всего пару дней и не имеем общих тем,кроме этой чертовой книги.

–Знаешь,я бы не хотела,что бы подобные вопросы журналистов причиняли тебе боль. Я видела,как ты смотрел на неё и смогла уловить каждую твою эмоцию. –вновь заговорила она и поправила волосы. Она чертов добродетель. Хочет помочь всем. И даже мне–человеку,которого все отвергают,когда он просит о помощи.

–Я не могу совладать эмоциями,слушая этот бред– я рассматриваю девушку,пытаясь уловить её мысли,которые быстро бегают по ее глазам. Сам не понимаю почему я сейчас сижу здесь, в квартире совершенно чужой и незнакомой мне девушки,когда у меня есть Кендалл. Я мог бы позвонить ей и рассказать обо всём,что меня волнует,но вместо этого, я еду к какой то мать Терезе и разговариваю с ней за чашечкой кофе и парой вкусных эклеров.

В эту же секунду в квартире раздаётся звонок мобильного. Для Евы он был каким то спасением,да и для меня тоже. Неловкое молчание было невыносимым.
Мун отвечает на вызов и меняется в лице.

–Я...я сейчас приеду...– тихо шепчет она и бросает трубку на столешницу.

–Довези меня до больницы,пожалуйста– она говорит безумно тихо,так,что я еле могу услышать.

Не задаю лишних вопросов и просто выхожу на улицу,снимая машину с сигнализации. Девушка идёт с абсолютно пустым взглядом и о чем-то думает. Что могло случится такого? Она ведь как будто выпала из жизни. Кто черт возьми позвонил ей? Что сказал? Любопытство сожрёт меня изнутри,если я не узнаю,но мне знакомо такое состояние,я знаю,что лучше ничего не спрашивать,а просто делать всё,что просят. Если она сможет/захочет,то расскажет сама.
Мы едем до больницы в полной и тишине. Слышно только дыхание Евы и шуршание её ветровки, которую она мнёт в руках. Минуты езды кажутся вечностью. Я не понимаю,что нужно сказать. Может совсем не нужно ничего говорить? Мы заезжаем на улицу,в конце которой находится больница и я слышу тихие всхлипывания с соседнего сидения. Ева сильно сжимает руки в кулаки,как будто мысленно говорит себе «Соберись тряпка!» и подносит ладонь к лицу,отворачиваясь к окну.
Я не умею успокаивать людей. Обычно,я делаю только хуже,вбрасывая свои хреновые шутки,которые только расстраивают,а не смешат.

Мы останавливаемся возле больницы и Ева,как сумасшедшая выбегает из машины,как только я её останавливаю. Мне приходится быстро ставить тачку на сигнализацию и бежать за сероглазой девушкой,чтобы в конце концов понять что мать его произошло?

–Ева,нет!– Люси выбегает из за стойки регистрации и мчится за Мун. Какую же суматоху светловолосая здесь навела!

Ева бежит в операционное отделение,но её не пускают и девушка обессилено падает на колени.

–Заберите моё сердце! Заберите! Я хочу,что бы она жила!– мелодичный голос сероглазой срывается и она кричит на всё отделение,привлекая к себе внимание,мимо проходящих врачей и пациентов.

Я наконец подхожу ближе к девушке и кладу руку ей на плечо,от чего она немного вздрагивает и наклонив голову к полу,всхлипывая,выдаёт:

–У Энни порок сердца и только что у неё был приступ.– Мун говорила намного тише и прикрыла глаза ладонями,шумно вздыхая– ей была нужна срочная пересадка сердца,но в очереди на сердце она была далеко не первой.– светловолосая поднимает голову на меня и я вижу,как несколько слезинок выкатываются из её глаз. Она кусает нижнюю губу,пытаясь успокоится,но это только сильнее действует на неё и ещё пару капель скатывается по щекам Евы.

Я не знаю,что предпринять,поэтому просто беру её на руки,как маленького ребёнка и поднимаю с пола,усаживая сероглазую на диван рядом с собой. Она сама кладёт свою голову мне на плечо,утыкаясь лицом в мою серую толстовку и шмыгая носом. Я слегка приобнимаю её и поглаживаю спину девушки своей тёплой ладонью,пытаясь успокоить её. В коридоре возле операционной полная тишина. Слышен только звук тихих шагов врачей,которые проходят здесь и сожалеюще смотрят на нас с Евой.

Я не представляю,что дальше будет с Евой,ведь судя по всему,с ней такого ещё не было,но Майк говорил о её матери,которая Умерла на руках у бедной девушки. Энни была красивой девочкой со светлыми глазами,короткими чёрными волосами и милой улыбкой,которая растягивалась на её пухлых,детских губах. Ей было всего 6 лет. Я знал малышку всего две минуты,но мы уже стали друзьями. Пару раз я видел,как она проходила мимо моей палаты,идя на какие то процедуры. Мне безумно жаль Энни,ведь она была слишком маленькой,что бы так быстро умереть.