Пролог
Машина неслась, словно бешеная, по-ночному Токио. В квартирах и офисах все ещё горел свет, иллюминисцентные вывески ярко кричали, зазывая народ к себе.
Машина резко остановилась, и водитель, быстро бробормотав по-японски, на беглом английском сказал:
- Пробка, минут десять простоим.
Она кивнула в ответ и повернулась к окну.
Сейчас, она, зареваная и в одном кардигане, сидела в старом потрепанном такси, без знаний японского, с минимальными знаниями английского, продрогшая и замерзшая, и без него.
Таксист достал старую, истрепавшуюся книжонку и, усевшись поудобнее, стал читать, переводя взгляд с неё на девушку.
В его глазах смешалось отвращение и жалость, но он молчал.
Мужчине было за пятьдесят, и он немало людей перевозил в своей излюбленной Тойоте. Обычно он не рассматривал своих клиентов, но девушка на заднем сидение, пару минут назад, так истошно рыдала, что упустить из виду ее старый японец просто не смог.
Иностранка, в длинном платье миди и в чёрном кардигане, сидела на заднем сидение авто, неистово протирая опухшие глаза. Он хотел было полюбопытствовать, что с ней случилось, но свойственная японцам молчаливость не позволила прервать, едва непоколебимую ее всхлипами, тишину.
Велосипедист, рисуя восьмерки, и, обгоняя машины на проезжей части, свернул в переулок. Она приоткрыла окно. Зазвонил мобильник.
Нервно копошась в сумке, она достала телефон.
На экране высветилось - Джэ - сбросила. И снова звонок. Выключила.
- Извините, - потревожила водителя она, - я выйду здесь. Сколько с меня?
- Да, конечно, - отложил он книгу, - Нисколько, - добавил по-японски, - Ganbatte!
Она вышла из авто и поклонилась. Что теперь? Куда идти?
Позвонить Мэри, нужно позвонить Мэри - пронеслось у неё в голове. Включив телефон, она набрала Мэри и, услышав голос подруги, зарыдала.
- Мэри, мне нужна твоя помощь, забери меня...
Ошарашенная, на том конце провода, подруга, спросила адрес и, взяв машину своего жениха, выехала.
Стоя под крышей ночного токийского клуба, она ещё раз вспомнила произошедшее. Вспомнила его изумленные глаза, некое отвращение, смешанное с разочарованием. Вспомнила как он, развернувшись, хлопнул дверью новой квартиры, в которую они переехали три месяца назад, и ушёл.
Прождав ещё 20 минут и окончательно околев, она почувствовала как пальцы на ее ногах начали неметь. Она забыла, что выбежала за ним в домашних тапках и, не справившись с нахлынувшими эмоциями, села в первое попавшееся такси.
Только сейчас до неё дошло, что она не закрыла дверь. Дом остался нараспашку. На столе уже остыл, приготовленный ею ужин, над которым она корпела весь вечер. Лёд для вина наверняка растаял, а печенье с сюрпризом сгорело в духовке. Она вновь зарыдала, и уже не от того, что между ними произошло, а от того, что вложила столько сил, которые пропали даром.
Была зима, январский ветер был суров.
Сердце Кэтрин Норт было разбито, сегодня, в прекрасном городе Токио, на 23 этаже шикарного пентхауса.