XII
Прошло уже пол месяца. Уже через пару недель будет проводиться казнь, а Джисон должен будет отсиживать срок ещё 4 года и 2 месяца.
Начальники полицейского и тюремного отдела разговаривают по поводу того безрассудного мальчишки, что так убивается по из-за чужой казни, и насчёт убийцы, которого так стремиться увидеть Мистер Ли.
— Почему ты так хочешь увидеть его? — Открывая жестяную банку, начальник тюремного отдела поинтересовался у близкого коллеги-началника полицейского отдела.
— У него больше информации чем у других.
Шон, поднеся алкогольный напиток к губам, смотрел на него, ожидая немного больше оправданий, чем только что услышал. — Разве не Ким Сынмин упраыляет компаней?
Пара секунд молчания заставивила почувствовать жар. Если облажается, больше не будут доверять. — Ты разве не видел? Он самый опытный из всех, и у него больше всего было информации.
— А Со Чанбин? — Он сделал глоток горьковатой жидкости и продолжил. — Так уж и быть, — Засунув руку в неглубокий карман синего пиджака достал оттуда набор ключей. Гван, услышав металлический звон, почувствовал небольшое облегчение за чужое к нему доверие, но ни какой из эмоций не показал. — Я могу тебе доверять? — Шон посмотрел на Ли Гвана слегка прищурившись, изподлобья.
Гван сразу же перевёл взгляд с ключей на сидящего напротив, глядя с осторожностью.
— Да ладно! — небрежно положив ключи на деревянный, потертый стол перед коллегой, приглушенно посмеялся над ним. — Столько уже лет вместе работаем. Тем боее уж, ты самый опытный в опросе. — Сказал с широкой улыбкой, через секунду закрыв её краем банки, отпивая немного пива.
Гван кивнул взяв ключи и засунув их в поясную сумку.
— Я конечно иду против небольших правил, но тогда, взамен на это, подежуришь за меня денёк? Жена немного скучает. — Сделав голос немного тише, несмотря на то, что они сидели в кабинете одни.
— Без проблем. Езжай отдыхай.
— Как же ты выручил меня, Гваночка.
— Ой перестань.
Диалог заканчивается дружеским негромким смехом и небольшой трапезой состоящей из пива и острых рисовых палочек.
* * *
Каждая капля, падающая через окно в маленькую скопившуюся лужицу, действовала на нервы. Сняв ботинок, заключённый поставил его на место куда капала вода.
Тяжёлый выдох сопровождается усталостью от борьбы, не сбывшихся мечт, и даже жизни... Ничего уже не хочется, но почему-то он до сих пор имеет выбор между «Сдаться» и «Бороться». Почему этот просвет все ещё есть? Почему он продолжает думать о попытках идти до конца?
— Спасибо брат, меня это тоже раздражало.
Лино не ответил. Он продолжал сидеть, смотря в пространство и думать о своем.
Хани, Хани... это имя крутится в голове не оставляя его в покое. Будто мед, просочился в мозг, слепив все извилины, своей сладкой, тягучей массой.
Но вдруг снова этот хрипловатый, басистый голос доносится откуда-то слева.
— Хей, ты как вообще здесь оказался? — Сосед по камере, решил поинтересоваться им, но тот, будто не слышал его.
— Слыш, — Собеспыльчивым оказазся однако. Он продолжает донимать Минхо своим выпендрозным тоном. — Ты чё игноришь?
Все молчат, держа тишину каждый у себя в маленькой прохладной комнате. Особенно те, кто знают его доминантную сторону.
— Тя че, за немоту посадили, или че?
Тишина продолжала въедаться в кожу. Все сильнее и громче тюремщику хотелось напомнить о себе и выкрикнуть что-то в адрес своего соседа.
— Слыш, инвалид б-...
— Заткнись уже. — Подняв с колен голову, Бан сказал громким голосом, смотря устало исподлобья на стоящего напротив в отдельной камере.
— Тебя кто-то в разговор включал, я не понял? — Он был лысым с большой татуировкой на левом плече недоходя немного до локтя.
Чан просто опустил голову на колени, желавши хоть немного подремать.
— А? Чё молчим!?
Бан, гудя басом, выдохнул в колени — Заебал... — Он не желает тратить на того время, поэтому просто продолжил неподвижно сидеть, опираясь о стену спиной, закинув руки на колени.
— Если не заткнешься, будешь следующим — Наконец ответил тому Ли. Сидя на холодном полу с одной подогнутой ногой и закинутой на неё рукой, Лино отвернул ранее повернутую к тюремщику голову.
— Следующим? — Мужик усмехнулся над ним. — Это ещё каким, собаченок?
Минхо было поебать на этого обобранца, кто он там такой и чего он добился, но напомним вам, что если Минхо скучает, и у него нет никаких интересных занятий кроме как плевать в потолок, он находит то, чем способен сломать терпение другого, то, чем он насыщается слово вампир и увлекается больше чем остальным — играть с чужими эмоциями и питать неимоверное удовольствие.
Через силу, он натянул кривую ухмылку, специально усмехнулся на нервы другому.
— Че смеёшься, собака?
— Хах, извини, но мне чуточку жаль тебя, хахах.
— Че?
— У тебя такие печальные глазки, наполненные болью...Тебя в детстве обижали?
Чанбин сидевший где-то там, в дальней камере, вслух усмехнулся, опустив голову.
— Или неблагополучная семья? Ох, а зачем я это говорю? Все и так очев-..
— Слыш собачёнок — Повысив тон голоса, громко перебил Ли. Бандит, поняв что становится посмешищем среди других, взбесился сильнее. Подойдя к окошку, что разделяло две камеры между ним и молодым, бесячим парнем — Я сейчас выверну твою маленькую головку.. Понял!?
— Боюсь моя головка больше твоей, — Хихикнул, ехидно улыбаясь — Не говоря уже об остальном. Сказал он, неторопливо поглаживая себя по бедру, жду реакции собеседника с татуировкой.
— Хочешь убедиться у кого больше!? — Тот словно разгорается, а минхо будто продолжает лить на него масло.
Встав с места, он подошел на середину своей камеры.
— А что если хочу...? — Едко улыбается, говоря раздражающим, спокойным тоном показывая свой ровный белый ряд зубов. Да ещё и переглянулся с насмешкой с Чаном, который чуял, что дело идёт к более откровенному конфликту. Он знает что Минхо не отступает, и не всегда сохраняет границы. И только Чан чуял, что Минхо какой момент может снять маску уверенного интроверта, начав показывать всех тараканов в голове, которые никто не отменял.
Лысый хотел что-то сказать, но Ли, громко опередил его.
— Ох! Совсем забыл что ты старый, мне лучше не тратить свои молодые силы, тебе все-равно недолго осталось — Он продолжает и продолжает лить на того яд, потпитывая себя, и все больше разгорая костёр напротив татуированного соседа.
— Слышь, собака! Я твою семью найду и вырежу, ублюдок!
— Даже меня не тронешь? Какой ты добрый~
Минхо неспеша подошёл к нему от бедра, ухмыляясь через окошко. — Только я это уже за тебя сделал — Сказал тихим голосом — Но осталась ещё жена этого убитого президента — Продолжил так же обычным весёлым тоном, наблюдая за реакцией напротив него. — На всякий случай. Если хочешь, найди.
В расширенных глазах тюремщика читались злоба и удивление.
Сам Минхо не хотел желать что то плохое невинной женщине, которая и так многого натерпелась до и после потери сына, но вот по злить идиота хотелось, он ведь все-равно ничего не сделает.
— Ну так что...? Вернёмся к размерам? — Ехидно сказав это, Минхо положил руку на середину пояса черных обтягивающих брюк, едко ухмыляясь.
Он и не шутит. Если дело до этого дойдёт, он пойдёт до конца. И Ян это тоже знает.
— Мужики... — Чонин не любит конфликтовать, тем более лесть в чужие дела. Его просто раздражает кого-то перекрикивать, но в данном случае ситуация вынуждает, ведь даже в таком возрасте он не выносит пошлостей на публике.
— А что!? Давай посмотрим! — Выкрикнув, отзеркалил действия молодого парня.
— Выродок бл'ть, заткнись уже! — Не выдержав, воскликнул Бан; из-за своей работы он никак не мог по-человечески выспаться, так и перед смертью не дают это сделать. — За"бал!
— Кого ты это выродком назвал!? Ты знаешь сколько я человек убил!?
— Блять... — Чан обратно опустил голову на согнутые расставленые колени. Все тщетно. Рано он раскатал губу, придётся ещё пободроствовать.
— Ну и сколько же ты убил, лысая бошка? — Хо с усмешкой оскалился.
— Когда я до вас троих доберусь, будет двадцать, щенки малолетние!
— А если мы до тебя доберёмся? Хах — Бин тоже не решает оставаться в скуке, поэтому подключается к Минхо. — Лично у меня ты будешь... 301-м. Да.
Бандит ещё не врубился, точнее отказывается принимать его слова на веру. — Ты че мелишь?
— Не веришь? Спроси у... блять, как его имя?
— Хуйню не неси, ебас'с — Он повернул голову к окну молодого соседа — А тебя, котёночек, — Скрепя зубами, он взялся руками за решётку и выплюнул — Через окно раком поставлю и до рта выебу!
В ответ на это Минхо искренне рассмеялся. — Это было забавно слышать ведь.. как ты это сделаешь, много-неуважаемый ...гей?
— Ты сука женоподобная, с бедрами и жопой!
— Я бы кстати подкачал бы её побольше, а то мне кажется что плосковата...
— Давай! Будет мне над чем повеселиться!
Звук открывающегося железного замка прерывает их диалог.
***
Страницы паспорта, по обе стороны придерживаются толстоватыми пальцами, грубой руки, не давая ветру перелестнуть их. Ладони были немного важными из-за небольшого беспокойства, но тут же, вместе с телом покрывается мурашками, и, одновременно облегчением при услышанном металлическом щелчке, за чем, через 3 сек последовал короткий скрип открывающихся ворот.
...
— Мистер Сохун?
Выдерживается недолгая пауза, после чего идёт ответ.
— Он самый.
Ответ человека, от которого зависит конец истории.