Глава 84
Заглянув в абсолютно невинные глаза парня, куда бы уместнее смотревшиеся на лице младенца, Нами поняла, что словами тут ничего не добиться: Луффи сегодня явно был в ударе и намеревался веселиться дальше. Именно веселиться. Нами знала, что если бы Луффи действительно намеревался что-то от них скрыть, то никто бы из них ничего бы и не заподозрил. Так что девушка, не став больше ничего спрашивать, внаглую навалилась на своего капитана и, запустив руку в его нагрудный карман, извлекла уже знакомую большинству присутствующих записную книжку их капитана. И этот факт только ещё сильнее укрепил веру Нами в том, что Луффи особо и не собирался от них ничего скрывать, иначе бы он не таскал с собой подобный компромат. А его записная книжка была компроматной дальше некуда. Первая же запись, -- Пункт первый: Испытать на новом члене семьи ускоренное пробуждение Воли, -- расположенная на первой же странице, оказалась зачёркнута, а рядом поставлена галочка. -- Первый пункт зачёркнут, -- подняв взгляд от книжки, изрядно напуганным голосом, оповестила всех присутствующих заметно побледневшая Нами. Зоро, Нами, Джонни и Йосаку дружно уставились на Усоппа. Однако длинноносый парень, на их взгляд, выглядел совершенно нормально. В смысле, удар Санджи его, конечно, изрядно напугал, но он не выглядел человеком, который бы подвергся чему-то настолько ужасному, что это бы пробудило его Волю. Хотя, надо признать, и на человека, которому бы Луффи рассказал свою историю про "Пароходик, который смог!", Усопп тоже не тянул. Собственно, этот факт стал едва ли не самым первым, что Джонни, Зоро и Йосаку отметили после того, как проснулись и увидели Усоппа, -- самым первым они отметили то, что длинноносый парень вообще всё ещё жив. -- Первый пункт? Что ещё за первый пункт? -- закономерно заинтересовался Санджи, ведь он не присутствовал, когда вскрылась вся "ужасная правда" о дальнейших планах Луффи. -- Луффи завёл себе дневник, куда он теперь записывает все пришедшие ему в голову идеи, -- усевшись обратно на своё место за столом и взявшись за недопитую бутылку вина, "любезно" просветил блондина Зоро. Сигарета Санджи выпала из его раскрытого в ужасе рта, а сам он уставился на книжку в руках Нами, как... как в своё время на неё смотрели все остальные члены семьи. И только Усопп всё ещё пребывал в блаженном неведении, относительно серьёзности всего происходящего. -- Не сравнивай мою записную книжку с дневником, -- Луффи недовольно посмотрел на своего первого помощника. -- Дневники -- это для девчонок, настоящие мужики пользуются записными книжками! -- Я думал настоящие мужики вообще ничем таким не пользуются, -- произнёс Йосаку... и только отсутствие пистолетов под рукой Луффи спасло его от очередного выноса мозга... в буквальном смысле. -- Молчу, молчу! -- поспешил поднять руки парень, когда заметил шарящий по столу взгляд Луффи: парень явно искал, чем бы таким в него смертельно бросить. -- Ну и? -- дрожащими руками вставив в рот новую сигарету и с трудом её подкурив, спросил Санджи после нескольких глубоких затяжек. -- Какой там следующий пункт в этой дьявольской книжке? -- посмотрел он на Нами. -- Второй и третий пункты отсутствуют, -- опустив взгляд обратно в книжку, ответила девушка. -- Четвёртым пунктом идёт уничтожение какой-нибудь секретной организации... тут ещё написано, что "Барок Воркс" сойдёт... что ещё за "Барок Воркс"? -- Неужели я и вправду написал "Барок Воркс"? -- явно озадачился Луффи, заглядывая через руку Нами в собственную книжку. -- Вот блин, точно! Как это я так ошибся? И никто меня главное не поправил, позор вам! -- это уже было адресовано Зоро, Джонни и Йосаку. -- Нами, ну-ка, дай-ка мне сюда эту книжечку, надо в ней кое-чего подправить. -- Так что за "Барок Воркс"? -- вернув Луффи его книжку, в которой он тут же начал что-то чиркать огрызком карандаша, припасённом в ленточке его шляпы специально для подобных случаев, спросила у парней Нами. -- Что-то я не помню никакого "Барок Воркс". -- Для начала, не "Барок Воркс", а "Бардак Шваркс", -- оторвавшись от бутылки, слегка усмехнулся Зоро, и эту его усмешку охотно подхватили не только Джонни с Йосаку, но даже Санджи. -- Я в тот раз был вместе с ними, -- пояснил Санджи, стоило ему поймать на себе вопросительный взгляд Нами. -- Мы в тот день как раз только-только собрались в очередной раз обчистить Багги, -- начал рассказывать Джонни, -- когда к нам заявился этот Мистер номер семь... -- Неопознанный труп номер семь -- с улыбкой вставил Йосаку. -- ...и начал капать нам на мозги -- невозмутимо продолжил Джонни, -- этой их организацией, "Барок Воркс". -- Она же, с легкой подачи Луффи, "Бардак Шваркс". -- Принялся рассказывать нам о том, какие они там все невероятно сильные, насколько нереально их много и что все их базы располагаются только на Гранд Лайн, потому что настолько фантастически крутые парни могут жить лишь в самом опасном море из всех. -- В общем, мужик пел обычные дифирамбы. -- Собственно говоря, ничего такого интересного и оскорбительного, за что бы стоило его убить, он не говорил. -- По крайней мере, в начале, но потом ему пришлось немного умереть. -- Я что-то не поняла, так чем они занимались? -- недоуменно спросила Нами. -- И зачем им понадобились конкретно вы? -- Я как раз об этом собирался сказать, -- кивнул Джонни. -- "Бардак Шваркс" -- это организация битком набитая охотниками на пиратов. -- Ага, теперь ясно, зачем вы им понадобились, -- понимающе кивнула девушка. -- Под их контролем находится несколько целых городов, куда они заманивают пиратов, а затем либо берут в плен, либо убивают, -- продолжил рассказ Йосаку, когда Джонни решил промочить горло пивом. -- Всё оставшееся от пиратов имущество, они, понятное дело, так же продают или оставляют себе. -- То есть, прямо как мы сами до недавнего времени, -- вставил Джонни, поставив опустевшую кружку на стол. -- Наши действия заинтересовали их Босса, так называемого Мистера Ноль. -- Будущий неопознанный труп номер зеро. -- Вот он и отправил к нам седьмого трупа, чтобы тот нас завербовал, -- в этот момент Нами опять понимающе кивнула, наконец, прояснив для себя, почему парни называли номеров трупами. Попытка подчинить Луффи? "Ворксу" или "Шварксу" действительно было не место в этом мире. Йосаку, меж тем, продолжал рассказывать: -- Причем, в качестве признания наших заслуг на поприще охотников за вознаграждениями, нам, если мы решим вступить в их организацию, были обещаны должности сразу в числе Миллионс, а не Биллионс. -- Миллионс? Биллионс? -- невольно приподняла бровь Нами. -- В смысле, Миллионы и Миллиарды? -- Ага, -- усмехнулся Джонни, -- вот только, как потом выяснилось в процессе допроса с пристрастием, на самом деле первых насчитывалось всего пара сотен, а число вторых едва перевалило за полторы тысячи человек. Соответственно любой Миллионс может отдавать приказы любому Биллионсу. -- Иначе говоря, нам было обещано, что, стоит нам вступить в их клуб по интересам, как в нашем подчинении сразу же окажется более полутора тысяч человек. Помимо этого нам ещё пообещали, что если мы хорошо будем трудиться, то, со временем, у нас вполне может появиться возможность оказаться в числе номерных агентов. -- Таких всего двенадцать, плюс у каждого номерного агента есть своя пара, названная в честь дней недели и различных праздников. -- Есть ещё тринадцатая пара, пара чистильщиков, которые устраняют агентов проваливших задание и предателей. -- В случае смерти номерного агента, замену ему находят среди Миллионс. -- Так что, несмотря на тот факт, что все Миллионс должны подчиняться номерным агентам, любой из них с куда большей радостью собственноручно вскроет череп любому номерному агенту, чем выполнит его приказ. -- И вот обещанием, что мы, в будущем, сможем попасть в число номерных агентов, нас и пытались заманить в их организацию, ведь это такая честь, быть номерным агентом! -- По крайне мере, пока он говорил об этом сам, то всё выглядело именно так, а вот когда Луффи стал жечь ему пятки, так он запел совсем по-другому. -- Едва стоило запахнуть жаренным, как он тут же рассказал нам о том, что половина номерных агентов дохнет не от рук пиратов, а от ударов в спину своих же людей из Миллионс. -- Важное уточнение, -- приподнял палец Йосаку, -- дохнущие агенты относятся к так называемой "второй половине". -- Ага, "вторая половина", -- согласно кивнул Джонни, -- то есть агенты, начиная с шестого номера и по двенадцатый, -- пояснил парень в ответ на молчаливый вопрос Нами. -- Я так понимаю, если есть "вторая половина", то должна быть и "первая"? -- вопросительно приподняла бровь девушка. -- И чем они отличаются друг от друга? -- Думаю, ты и сама всё понимаешь, -- привычно раскурив свою сигару от пальца Джонни, Йосаку откинулся на спинку стула и закинул ноги на стол. -- Всё дело в силе, -- сделав глубокую затяжку, выпустил он вверх струю дыма. -- Вроде как, все номерные агенты и их пары, начиная с Мистера Зеро, и заканчивая парой Мистера Пять, являются самыми крутыми ребятами в "Бардак Шваркс", -- снова пояснил Джонни. -- По-другому говоря, все в их организации нереально круты и пафосны, но первая пятёрка особо крута и пафосна даже среди таких фантастически невероятных ребят, -- довольно попыхивая своей сигарой, саркастично произнёс Йосаку, не оставляя ни малейшего сомнения в том, что он на самом деле думает об этих "крутых и пафосных" ребятах. -- И что? -- спросила Нами после небольшой паузы, когда убедилась, что словесный фонтан Джонни и Йосаку иссяк. -- Мы будем выслеживать эту группу, чтобы затем её уничтожить? -- этот вопрос девушка адресовала непосредственно Луффи. -- А почему бы нет? -- прозвучал беспечный ответ парня. -- Я решил стать пиратом по той простой причине, что так я смогу быть абсолютно свободен в принятии решений... в разумных пределах, конечно. -- Это в каких же? -- невольно заинтересовался Джонни, да и по лицам остальных можно было легко прочесть, что они тоже совсем не прочь услышать ответ на этот вопрос. С точки зрения всей семьи Луффи был ещё тем... беспредельщиком. Поэтому им было странно слышать о каких бы то ни было пределах. -- Разве не очевидно? Я могу поступать по собственному желанию только до тех пор, пока мои поступки не приведут вас всех к смерти. Будь я совершенно один, то давно бы уже вовсю веселился в Новом Мире, но у меня есть вы, и это накладывает на мои действия определённые ограничения. Не сказать, чтобы эти ограничения были такими уж сильными, но, например, не имеет смысла плыть в Новый Мир, пока каждый из вас не овладеет двумя типами Воли... Вернее никто не мешает нам отправиться в Новый Мир хоть сейчас, но тогда мне придётся ограничивать себя практически во всём... иначе вы все умрёте... Ваших сил пока ещё недостаточно, чтобы я мог не задумываться о последствиях своих действий в Новом Мире... Откровенно говоря, я даже не уверен, что моих сил достаточно для подобного поведения. Я имею кое-какое представление о силе наших будущих противников, и некоторым из них хватит одного лишь чиха в сторону того же Зоро, чтобы его распылило в кровавую пыль... И я бы даже не сказал, что сильно утрирую -- его Воля всё ещё не достаточна сильна. Как вы понимаете, в таких условиях я не смогу со спокойной душой пинать в задницу каждого не понравившегося мне козла, и подобное совершенно точно нельзя назвать свободой... Так что, приплыв на Гранд Лайн мы ещё долго будем ошиваться в первой его половине, так почему бы не потратить немного времени и не уничтожить... ммм... привлёкшую к себе моё внимание организацию? Всё равно нам надо будет искать себе развлечения, возможности напоминать миру о себе и испытывать собственные силы, так почему бы тогда не начать с "Бардака"? Семья Луффи совершенно не ожидала услышать от парня, по сути, целую речь, в ответ на столь тривиальный вопрос. Да ещё настолько серьёзную речь. Словами Луффи загрузились все без исключения. Однако атмосфера за столом вовсе не стала тягостной. Безусловно, в своей речи парень затронул по-настоящему серьёзные вопросы, но, помимо них, он так же продемонстрировал свою заботу о своей семье, об их семье. И подобное происходило чрезвычайно редко. Слишком уж сильно Луффи любил валять дурака. Нет, все они знали, что их капитан никогда не позволит причинить им настоящий вред, -- совсем другое дело вред небольшой, для обучения и закалки характера, такое Луффи мог проделать и сам, -- но парень редко демонстрировал свои истинные чувства. Тем не менее, когда это происходило, никто из семьи не мог остаться равнодушным. Так в своё время было с "Козырной Семьёй", когда, только стоило Джонни и Йосаку на самом деле оказаться в смертельной опасности, Луффи тут же перемешал в кровавую кашу всех врагов рядом с парнями. Так было с Крейгом, когда Луффи не пустил Нами участвовать в кровавом побоище. Так было с родным островом Нами, когда участь всех рыболюдей была предрешена тем простым фактом, что они поспели поднять на девушку свои перепончатые руки. Их ждала смерть даже вздумай Нами неожиданно их простить -- Луффи верил в прощение только после смерти, в любом другом случае у него должны были быть по-настоящему веские причины оставить своих врагов в живых. Например, если бы смерть этих врагов гарантировала смерть его семьи. Но даже в этом случае, окончательно его врагов это бы не спасло: они бы просто получили небольшую отсрочку. Едва стоило бы ситуации измениться, и Луффи бы мгновенно вернулся к "незаконченным делам". На фоне Нами, Джонни, Йосаку и Зоро немного в стороне оказались Усопп и Санджи. Первый едва успел вступить в семью, поэтому ещё знать не знал свидетелем насколько редкого события он сейчас стал, а Санджи, несмотря на прошедшие два года, всё ещё более-менее сохранял ясный ум относительно Луффи... Или, если говорить откровенно, Санджи не был настолько же неистово предан своему капитану, как Нами, Зоро, Джонни и Йосаку, поэтому подобное открытое проявление заботы значило для него несопоставимо меньше, чем для них. И этому имелось вполне простое объяснение. Несмотря на всё проведённое со своей новой семьёй время, Санджи, мало того, что находился рядом с Луффи не постоянно, так ещё вдобавок он до сих пор оставался в окружении своей первоначальной семьи -- старика Зеффа и остальных поваров. В отличие от Зоро, Джонни и Йосаку, у которых вообще не было никакой семьи кроме их теперешней, и Нами, для которой её новая семья стала настоящим спасением из беспросветного мрака, чувства Санджи к своей старой семье были, пожалуй, даже более сильными, чем к его новой. Старик Зефф был для Санджи примерно тем же самым, кем был Луффи для Нами, Джонни, Йосаку и Зоро. Как и в их случае, узы Санджи со стариком Зеффом и остальными поварами не были кровными, но, как и в случае семьи "Соломенной Шляпы", это не значило ровным счётом ничего. В свою очередь, это совсем не говорило о том, что Санджи, в случае необходимости, не был готов отдать жизнь за любого члена своей новой семьи. Нет, был, и ещё как! Однако, если Нами, Джонни, Йосаку и Зоро на полном серьёзе считали, что их жизни целиком и полностью принадлежат Луффи, то Санджи считал, что его жизнь принадлежат старику Зеффу. Ведь, в своё время, именно из-за Санджи старик потерял свою ногу, корабль, людей, славу и силу... на самом деле, конечно же, нет, но для Санджи дела обстояли именно так. Одна из основных причин, почему Санджи за два года так и не перебрался на Нечто, на постоянное место жительства, так это потому, что он считал себя должником Зеффа, из-за чего не имел права покинуть "Барати" навсегда. Санджи верил, что он, во что бы то ни стало, должен защищать ресторан, ведь для Зеффа "Барати" был самым дорогим из всего, что у него есть... опять же, на самом деле, конечно же, это было совсем не так, но только не для Санджи. Вера вообще страшная штука... как Надежда и Любовь. Тем не менее, жизнью Санджи уже давным-давно руководствовала именно Вера. Вера Санджи в то, что его жизнь принадлежит Зеффу. Вера Санджи в то, что для Зеффа, самым главным в жизни, был его ресторан. Вера Санджи в то, что если понадобится, он должен отдать жизнь за "Барати", ведь его жизнь принадлежит Зеффу, а для Зеффа самое главное его ресторан. Замкнутый круг вины. И именно из-за чувства вины Санджи не видел того, что было очевидным практически для всех, кто хоть немного знал старика Зеффа и самого Санджи. Самое дорогое, что было у Зеффа -- его ресторан? Да как же! -- И как мы будем искать этот твой "Бардак Шваркс"? -- спустя весьма продолжительное время, нарушила установившуюся тишину Нами, когда вновь устроилась под боком Луффи. -- Насколько я знаю, ты Гранд Лайном не интересовался... в смысле, информацию ты там получать не сможешь. -- Естественно не смогу! -- несколько возмущённо фыркнул Луффи. -- Какой прикол знать всё наперёд? После всего, что я слышал о Гранд Лайн, я ожидаю от этого моря сюрприз за сюрпризом, иначе пусть весь мир пеняет на себя! -- Принимая во внимание, что ты умудрился, пусть и немного, повлиять на мир из слабейшего моря из всех, то, сюрпризы или нет, миру всё равно не повезёт, -- теперь фырка удостоился сам Луффи, только не возмущённого, а саркастичного. -- ...По крайней мере, если будут сюрпризы, то я буду к миру более снисходителен, -- после небольшой паузы, не очень успешно попытался оправдать себя парень. За разговором о том, что они будут делать по прибытию на Гранд Лайн прошёл ещё целый час. За это время Санджи, вместе с вызвавшейся помочь ему Нами, прибрался на столе, а затем заставил его различными сладостями собственного приготовления. У вроде бы и так уже давно обожравшихся парней немедленно нашлось дополнительное место, поэтому сладости, как и еда до этого, не залежалась. Хотя Зоро, разрывающийся между своим вином и чаем выглядел крайне забавно... правда, в итоге, он просто смешал чай с саке, из-за чего Санджи чуть удар не хватил. А ближе к трём часам ночи случилось то, что просто не могло не случиться: -- В смысле за пять дней? -- недоуменно переспросил Йосаку у рядом сидящего Усоппа. -- Какие ещё пять дней? Нас не было почти месяц! -- Почти месяц? -- Усопп посмотрел на Йосаку таким взглядом, словно тот полный идиот. -- Один день до Гаймона, пару часов на острове, пару часов до Барати, и четыре дня на самом ресторане, получается, что вас не было всего пять дней... какой ещё месяц? -- ... -- Я так и знал, что не могло всё быть настолько просто, -- почти с облегчением вздохнул Джонни, в то время как Йосаку не знал, что тут вообще можно сказать. Разговор мгновенно привлёк внимание всех остальных членов семьи, а едва попытавшегося что-то там вякнуть Луффи, взяла на себя Нами -- девушка накрыла рот парня ладонью, не дав ему и слова сказать. Луффи возмущённо замычал, но этим и ограничился, что, в свою очередь, было равносильно разрешению на свободный допрос Усоппа. -- Усопп, хочешь сказать, для тебя прошло всего пять дней? -- спросила Нами. -- Что значит для меня? Пять дней они и есть пять дней! -- Гм... -- озвучил общее мнение Йосаку. -- Так, давай-ка разберёмся, -- незамедлительно взял дело в свои руки Джонни, чрезмерное любопытство которого уже давным-давно не поддавалось никакому контролю. -- Я правильно понял, что, по твоему мнению, прошло только пять дней с момента нашего расставания? -- ...Я так понимаю, вы хотите меня убедить в том, что прошло не пять дней, а почти целый месяц, так? -- подозрительно осведомился Усопп. -- Вы реально думаете, что после всего произошедшего я поверю в подобную чушь? -- презрительно фыркнул Усопп. -- ... -- Получается, ты тренируешься только пару дней, и только после вашего прибытия на Барати? -- спросил Йосаку, когда Джонни, как и он немногим раньше, не нашёлся, что ему сказать. -- Ну да... а что? -- Хочешь сказать, ты овладел Волей за пару дней, просто плавая вокруг ресторана с небольшим грузом? -- усмехнулся Йосаку. -- Эй, груз у меня довольно большой! -- искренне возмутился Усопп. В конце концов, Луффи заставлял его плавать со специальными утяжелителями, совокупный вес которых равнялся полутонне... Откровенно говоря, Усопп до этого знать не знал, что он вообще способен на подобный подвиг. Ещё неделю назад ему не хватало сил оторвать от земли сто килограмм, а сейчас он умудрялся плавать с полутонной дополнительного веса. И хотя он не понимал, как такое возможно, реальность говорила сама за себя. -- Ладно, пусть будет большим, -- кивнул Йосаку, -- но как насчёт Воли? -- Что ещё за Воля? -- ... -- Ты умудрился увернуться от удара Санджи, и при этом не знаешь, что такое Воля? -- спросил Джонни, тогда как Йосаку уставился на длинноносого парня немигающим взглядом. -- Причём тут какая-то Воля? -- недоуменно спросил Усопп. -- Меня хотели пнуть в голову, конечно же, я увернусь! Любой бы увернулся! -- И каким же образом ты это сделал? -- В смысле? Он попытался пнуть меня в голову, так что я взял да увернулся. -- ...Ты что с ним сделал? -- наконец, озвучил Зоро общие мысли, посмотрев на Луффи. -- Он использует Волю, но не понимает, что он использует Волю? Такое разве вообще возможно? -- Конечно же нет! -- радостно ответил Луффи, когда Нами слегка приоткрыла ему рот. -- Тогда как он это делает? -- ткнул Санджи пальцем в сторону явно ничего не понимающего Усоппа. -- Это ведь явно не случайные проявления Воли, а полноценное умение. -- В смысле, как делает? -- приподнял бровь Луффи. -- Берёт и делает! -- ... -- Если он всё понимает, как он тогда может не знать, что такое Воля? -- снова озвучил общие мысли Зоро. -- Это же, фактически, предвиденье... как можно не понимать, что ты обладаешь предвиденьем? На лице Луффи проступило самодовольное выражение по типу: "А я знаю то, чего не знаете вы, но вам я об этом всё равно не скажу!". Впрочем, стоило Нами понять, что больше они от него ничего не добьются и вновь закрыть его рот рукой, как его самодовольное выражение уступило место выражению незаслуженно обиженного щенка... во всяком случае, глаза были точь-в-точь! Остальная часть семьи незамедлительно попыталась разобраться с тем, что умудрился Луффи сотворить с Усоппом, но, довольно предсказуемо, не добилось каких-либо особых результатов. Однако они сумели выяснить, что, во-первых, Луффи не рассказывал Усоппу о Воле, а, во-вторых, несмотря на тот факт, что длинноносый парень крайне успешно применял Волю Обнаружения, сам он её осознавал совсем не так, как её осознавал тот же Зоро. Если для мечника использование Воли Обнаружения было сродни предвиденью, -- собственно, всё именно так и должно быть, -- то Усопп не отличал своё предвиденье от реальности. Иными словами, с его точки зрения, от удара он уворачивался не из-за того, что предвидел его, а из-за того, что он его видел. И убедить его в обратном не представлялось возможным. Теоретически можно было бы проявить намерение, но не нанести удар, дав Усоппу возможность увернуться от несуществующего удара и тем самым доказать его способность предвидеть. Вот только на практике, как и всегда, всё оказалось несколько сложнее. Для начала, не один человек, не владеющий Волей Наблюдения, не мог сознательно обмануть человека владеющего этой самой Волей, то есть, за исключением Луффи и Зоро никто в семье не был способен обмануть Усоппа. И всё бы хорошо, но довольно быстро выяснилось, что длинноносый парень видел дальше, -- или правильнее будет сказать глубже? -- чем Зоро, то есть Усопп реагировал только на реальные удары, полностью игнорируя ложные намерения ... и это было уже совсем за гранью Добра и Зла! Однако, прежде чем все вокруг окончательно поверили в "Чёрную Несправедливость Мира", Джонни произнёс сокровенную фразу: -- Даже для истории про пароходик, который смог, подобный результат чересчур! -- произнёс парень с дикой смесью обиды, раздражения, злости и тоски в голосе. Эффект оказался моментальным. Никто и понять ничего не успел, как лицо Усоппа стало белее мела, а затем начало стремительно и совсем не здорово синеть. Крупные капли пота выступили на лбу резко помертвевшего Усоппа, но самым главным был взгляд. Секундное недоумение, -- словно парень не понимал, что с ним происходит... вероятнее всего потому, что он действительно не понимал, -- начало стремительно уступать место накатывающему ужасу. Взгляд Усоппа потерял чёткость, его рот начал раскрываться в беззвучном крике ужаса, словно он видел то, что другие видеть не могли... Прежде чем пугающие метаморфозы успели зайти ещё дальше, в лоб парня прилетела вилка. Прилетела довольно сильно -- достаточно, чтобы пустить кровь и вывести длинноносого из его жутковатого транса. -- Три-четыре! Три-четыре! Мы едим на каникулы! Усопп, приём! Приём, как слышишь меня? -- это всё сказал широко улыбающийся Луффи. Парень улыбался настолько широко, что его глаза превратились в две едва заметные щелочки, в то же самое время Луффи без проблем удерживал под мышкой отчаянно трепыхающуюся Нами, которой теперь уже он зажал рукой рот. Впрочем, трепыхания девушки довольно быстро сошли на нет, когда она осознала, что сопротивление бесполезно. Замерев, девушка недовольно насупилась. -- А? -- немного заторможено произнёс всё ещё мёртвенно-бледный Усопп. -- Ты хочешь спать, -- непреклонным голосом заявил Луффи, всё так же не переставая широко улыбаться... у всех присутствующих мурашки от такой улыбки забегали, настолько омерзительно фальшивой она выглядела. -- Я хочу спать? -- недоуменно переспросил Усопп, который, из-за своего состояния, был единственным, кто не мог должным образом оценить ситуацию. -- Ты хочешь спать, -- кивком головы подтвердил Луффи. -- Я хочу спать, -- согласно кивнул Усопп, и, выбравшись из-за стола, несколько потерянно побрёл в сторону входа в ресторан, в дверях которого он вскоре и скрылся.