8. Церемония
Фру, одетая в черное как ночь платье-футляр от известного дизайнера, широкий пояс которого ломал ее прямоугольную фигуру пополам, ворвалась на кухню. На ходу комкая бумажный носовой платок и, метким броском, отправляя его в мусорное ведро, она упала на табуретку за столом из хирургической стали, на котором готовились холодные блюда. И разрыдалась. За ее спиной дважды прожужжал механизм автоматической открывающейся двери.
- Я прихватил тебе замороженный пудинг из личи. Без лактозы, без красителей, как ты любишь.
Поставив вазочку с угощением на стол, напротив опустился Рокфор - управляющий поместьем «Herz». Его ярко-синие волосы были уложены в идеальный косой пробор. Фру отложила траурную шляпку с вуалью в сторону и придвинула вазочку к себе. Роко, который всегда щеголял в идеально белых рубашках, как и все сегодня, был одет во все черное. Веки припухли - он тоже проплакал все утро.
- Очень красивая церемония. Ей бы понравилось, - сказал он, протягивая Фру бумажный носовой платок.
- Ты ее знаешь... Она бы устроила разнос, если бы была здесь. Удаленно подключилась бы к инвалидному креслу мсье Пауля и заставила бы его кататься по павильону. Или запустила бы в церемониальный зал нано-роботов, которые забирались бы дамам под длинные юбки.
Рокфор улыбнулся и накрыл руку Фру своей. Их дружба началась когда Фру еще не существовало. Вместо нее существовал Анри Дюбуа Франжипани, мужчина двадцати восьми лет, белый, ростом примерно шесть футов. Еще в раннем детстве Анри начал понимать, что по ошибке носит мужское тело. Корпорация «Herz» буквально подарила ему новую жизнь - и семью, заодно. В двадцать восемь лет Анри Франжипани перестал существовать, и появилась Фру.
- Где Джози и девочки?
- Я их отпустила. Сегодня был тяжелый день.
- С незапамятных времен семейство Бонфамили использует труд людей, на этой кухне никогда не работали роботы, - сказал Роко, оглядывая помещение. - Не знаю, зачем я все это говорю. Может быть потому, что будь иначе - девочку окружали бы только суррогаты. Но у нее были мы.
- Будь иначе - мы бы так же пострадали во время бунта андроидов, как и все остальные. Но ты прав. Иначе девочка бы выросла хладнокровным чудовищем, учитывая ее интеллект и страсть к наукам.
- Поэтому ты научила ее ломать коды кресла дедушки Пауля, - Роко запустил пальцы в волосы, растрепав левый висок, выкрашенный в миниатюрный радужный флаг. - Я догадался чей это почерк, сразу же.
- А ты тайком учил ее гонять на левибайке, - улыбнулась Фру. - У мадам совсем не было времени на воспитание внучки. Мы были отличной командой.
- Она сейчас была бы с нами, - Роко замолчал. - Я не успел с утра. С днем рождения, Фру. Мы всегда отмечали твой второй день рождения вместе. Ты, я и...
- ...Герци, - закончила за него Фру, снова разрыдавшись. - За что нам это, Роко. За что это все мадам. Она пережила столько горя. Сначала скончалась ее дочь, теперь внучка. Мадам в скверном состоянии - я слежу за ее анализами и как могу поддерживаю ее здоровье. Что же будет с империей? Что будет с нами...
Рокфор поставил локти на стол, подергал манжеты черной рубашки - фрак он оставил где-то в церемониальном зале. Пожав плечами, он наклоился над столом и прошептал:
- Если честно, мне и подумать страшно. С нами, конечно, ничего не случится. Компания уйдет с молотка. Нас могут заменить, но скорее всего оставят - потому что кто еще, как ни я и не ты знают всю кухню изнутри, - он развел руками с растопыренными пальцами в стороны.
- С чего ты взял? - Фру шумно высморкалась и положила крупные мужские руки на стол.
- Ты один из лучших специалистов по биоимплантам. Я управляю этим поместьем достаточно давно, и еще ни разу мадам не высказывала нареканий моей работе. Однозначно оставят Эдгара - он служит семье Бонфамили в пятом поколении и лучше всех знает мадам. Но этот дом уже никогда не станет прежним. Мне было семнадцать, когда я пришел на службу Бонфамили. Когда родилась Герци, - Рокфор провел руками по лицу, будто стирая завесу воспоминаний. - Я помню ее мать, она была очень добра к нам.
- Жаль, что девочка не знала свою мать. Ей не исполнился и годик, когда ее не стало. У мадам совершенно не было времени на внучку, и Герци просто слонялась по дворцу.
- Она была очень умной девочкой.
- Гениальной девочкой, Роко. Просто умные девочки не изобретают протез в тринадцать лет. Он не пошел в серию, конечно. Но она не сдавалась.
- Я видел ее работы. Почему «Herz» принял только единицы из всех проектов?
- Из-за того, что Герци проектировала долговечные вещи, их производство требовало бы затрат. Такте протезы бы носились годами и не ломались. А это, ты знаешь, не очень хорошо повлияло бы на продажи.
- Знаешь... - Роко протянул руку и коснулся пальцев Фру. - Как бы это не прозвучало, но ты заменила девочке и отца и мать. Сначала отца, а потом мать.
- Я знаю, Роко. Ты видел, как безмятежно она выглядела на голограмме. Как будто спала.
Фру, шелестя юбкой, закинула ногу на ногу и промокнула растекшуюся тушь платком.