13
Меня качнуло, я едва удержалась на ногах и села на край сиденья.
Внутри было слишком светло.
Слишком громко.
Каждый звук бил по голове.
Глеб лежал неподвижно.
Глаза закрыты.
Лицо бледное, чужое.
Аппарат рядом монотонно пищал.
Ровно. Холодно. Без эмоций.
Я: Он в сознании?
спросила я, почти не слыша свой голос.
Фельдшер коротко покачала головой.
:Нет. Состояние тяжёлое.
Эти слова будто провалились внутрь меня.
Тяжёлое это как?
На сколько?
Насколько страшно?
Я подсела ближе.
Взяла его за руку.
Она была холодной.
Слишком холодной.
Я: Глеб...
прошептала я.
Я:Ты же обещал, что вернёшься.
Он не шевельнулся.
Сирена выла, за окном мелькали огни.
Я смотрела только на него.
Боялась отвести взгляд будто тогда он исчезнет совсем.
Телефон завибрировал.
Неизвестный номер: «Он не приходит в себя.»
Я резко вдохнула.
Я: «Я знаю. Я с ним.»
Ответ пришёл не сразу.
«Будь готова. Всё может пойти не так.»
Пальцы сжали телефон до боли.
Я: С ним всё будет хорошо
сказала я вслух, не зная, кому.
Я: Слышишь? Ты просто спишь.
Фельдшер обменялась взглядом с медсестрой.
— Давление нестабильное. Готовьте носилки.
Я: Что это значит?
резко спросила я.
Она посмотрела на меня прямо.
— Это значит, что сейчас мы не можем ничего обещать.
Слова врезались глубже любого крика.
Скорая резко остановилась.
— Приехали!
Двери распахнулись.
Холод больницы ударил в лицо.
Глеба быстро повезли по коридору.
Я шла рядом, не чувствуя ног.
— Подождите здесь, — сказали мне у дверей реанимации.
Я: Я с ним!
сорвалось у меня.
— Нельзя.
Двери закрылись.
Тишина накрыла мгновенно.
Я осталась одна в длинном белом коридоре.
Лампы гудели.
Пахло антисептиком.
Колени подкосились, я села на стул.
Руки дрожали так, что я едва держала телефон.
Если он не очнётся... — прошептала я и замолчала.
Слова не хотели выходить.
Из-за двери вышел врач.
Остановился напротив меня.
— Вы близкий человек?
спросил он спокойно.
Я:Да
ответила я сразу.
Я:Очень.
Он кивнул.
— Состояние крайне тяжёлое. Ближайшие часы будут решающими. Мы не можем дать прогнозов.
Я смотрела на его губы, но почти не слышала слов.
— Вы можете подождать здесь.
Он ушёл.
Я осталась сидеть.
Время перестало существовать.
Ладонь сама легла на живот.
Медленно. Осознанно.
Я: Что бы ни было... — прошептала я.
Я: Ты не один. И он тоже.
Я подняла взгляд на закрытую дверь реанимации