48 part
Аля попыталась приподняться на локтях, но голова тут же отозвалась тяжелым гулом, а тело показалось налитым свинцом. Алина мягко, но настойчиво надавила ей на плечи, возвращая на подушки.
Ал- И не думай. Врач сказал: лежать. Если я увижу, что ты коснулась ногами пола, я тебя к этой кровати скотчем приклею, ты меня знаешь, — Алина погрозила ей пальцем, хотя в глазах всё еще стояли слезы. — Сейчас я принесу тебе чай и бульон. Ребята просили сразу сообщить, как ты придешь в себя. Юра за эти сутки постарел лет на пять, Аля.
Аля виновато опустила глаза, рассматривая свои ладони.
А- Я не хотела, чтобы так вышло... Просто... там такой накал на трассе был, я хотела всё отследить, каждый зацеп, каждую ошибку атлетов. Как мы будем судить полуфинал без полной картины?
Ал- «Картины»... — Алина вздохнула, присаживаясь на край кровати и профессионально проверяя пульс подруги. — Ты чуть сердце не посадила, судья ты наш принципиальный. Стас места себе не находил. Вадим с Максом вообще как тени ходят. Вы же команда, Аля. Если один выбывает — рушится всё.
В этот момент дверь тихо скрипнула. В проеме показался Стас, а за его спиной — заспанный, но мгновенно протрезвевший от сна Юра. Увидев, что Аля открыла глаза, Юра буквально оттолкнул Стаса и в два шага оказался у кровати, опускаясь на колени рядом с ней.
Ю- Аля... — он осторожно взял её руку, прижимая к своим губам. — Слава богу. Не пугай так больше, слышишь? Никогда.
А- Прости, Юр... — прошептала Аля, переплетая свои пальцы с его. — Я подвела вас. Сегодня же вторая часть полуфинала, а я здесь...
В- Глупости не говори, — подал голос Вадим, заглядывая в номер вместе с Максом. — Мы распределили твои блоки. Стас возьмет на себя техническую часть, мы с Максом — аналитику. Главное, что ты пришла в себя.
Стас подошел к Алине и обнял её за плечи, притягивая к себе.
С- Ну что, реабилитолог, — обратился он к невесте, — какие прогнозы? Нам через час нужно быть в судейской рубке, моторы уже греют.
Алина выпрямилась, принимая свой рабочий вид.
Ал- Прогноз такой: Аля остается под моим жестким контролем. Я сейчас поставлю ей капельницу с витаминами и глюкозой. Юра, тебе разрешаю остаться еще на десять минут, а потом — на трассу. Вы — судьи «Суперниндзя», на вас смотрит вся страна, и вы не можете сорвать эфир. А за Алей я присмотрю так, как ни одна камера не присмотрит.
Юра нехотя поднялся, но руку Али не отпустил.
Ю- Я буду присылать тебе видео спорных моментов, если силы будут — посмотришь, — тихо сказал он ей. — Твой голос в судействе нам всё равно нужен, пусть и дистанционно.
А- Иди, — улыбнулась Аля, чувствуя, как тепло разливается по груди. — Порвите там всех. И судите честно, я проверю!
Стас поцеловал Алину, пообещав заказать ужин прямо в номер, как только закончатся съемки, и парни, во главе с Юрой, который напоследок еще раз обернулся в дверях, направились к выходу. Сегодня им предстоял сложнейший съемочный день — вторая часть полуфинала требовала предельной концентрации, ведь ставки были высоки как никогда.
Алина дождалась, пока за ними закроется дверь, и тут же достала из сумки тонометр.
Ал- Так, а теперь серьезно, — деловито сказала она. — Рассказывай, когда ты ела в последний раз? И если соврешь — я узнаю по анализу крови.
Аля слабо рассмеялась, понимая, что с таким «реабилитологом» шансов на побег у неё нет, а вот на быстрое выздоровление — более чем. Кровь в жилах начала бежать быстрее, а в голове уже прокручивались заходы атлетов, которых ей предстояло оценить, пусть и из этой постели. Шоу должно продолжаться, даже если один из судей временно «вышел из чата».
Дверь за мужчинами закрылась с глухим щелчком, оставив в комнате звенящую тишину, нарушаемую только мерным гулом работающего кондиционера. Алина глубоко вздохнула, стряхнула остатки слез и тут же превратилась в того самого жесткого профессионала, которого в Москве боялись и уважали все пациенты реабилитационного центра.
Ал- Так, Кокорина, — Алина деловито открыла свой медицинский кейс. — Сейчас я поставлю тебе систему. Глюкоза, витамины и мой «секретный коктейль» для тех, кто решил, что он бессмертный атлет, а не хрупкая девушка.
Она ловко перетянула руку Али жгутом, и через мгновение тонкая игла вошла в вену. Аля даже не поморщилась — на фоне общей слабости это был лишь комариный укус.
А- Алин... спасибо, что приехала, — тихо сказала Аля, наблюдая, как первые капли прозрачного раствора побежали по трубке. — Стас вызвал?
Ал- Стас позвонил мне в три часа ночи. Голос дрожал так, будто он сам только что сорвался с тридцатиметровой вышки, — Алина присела на край кровати, поправляя одеяло. — Сказал: «Аля упала, врачи говорят — истощение, Юра в ауте, я не справляюсь». Я бросила дежурство, перепоручила своих спинальников коллеге и прыгнула в первую же машину до аэропорта. Ты же мне как сестра, дурында. Кто еще тебя в чувство приведет?
Тем временем на съемочной площадке обстановка накалялась. Огромные краны-камеры плавно скользили над трассой, залитой неоновым светом. Сотни зрителей на трибунах скандировали имена участников, но в судейской рубке царило тяжелое напряжение.
Юра сидел перед мониторами, его взгляд был прикован к картинке, но мысли постоянно возвращались в ту тихую комнату.
С- Юрец, соберись, — Стас хлопнул его по плечу, надевая наушники с микрофоном. — Сейчас пойдет первый атлет. Нам нужно отсудить этот полуфинал так, чтобы комар носа не подточил. За Алю не переживай, Алина — зверь, она её за день на ноги поставит.
Ю- Я знаю, — глухо отозвался Юра, поправляя микрофон. — Просто... я видел, как она отключалась. Это было страшно, Стас.
Реж- Внимание, начали! Мотор! — прозвучал голос режиссера в наушниках.
На трассу вышел один из фаворитов сезона. Вадим и Макс внимательно следили за каждым движением на препятствии «Труба». В конце пути атлет допустил спорный момент — его нога коснулась кубиков в бассейне, но он быстро поднялся на верх. Он зотел дойти до конца, ведь его соперник упал в самом начале.
В- Стоп! — Вадим нажал на кнопку связи. — Юра, Стас, видели? Касание или нет?
В судейской возникла пауза. Обычно именно Аля со своим «рентгеновским» зрением первой замечала такие нюансы. Юра несколько раз пересмотрел повтор.
Ю- По правилам — это дисквалификация, — жестко сказал он, стараясь выключить эмоции. — Если мы дадим ему пройти, это будет нечестно по отношению к другим.
С- Согласен, — кивнул Стас. — Но нам не хватает Алиного вердикта. Она всегда видела угол зацепа лучше всех.
В номере-палате Аля, которой Алина все-таки разрешила взять планшет с прямой трансляцией (под строгим обещанием не нервничать), внимательно смотрела этот же эпизод.
А- Алина, дай телефон, — попросила она.
Ал- Нет.
А- Алина, это важно! Они сейчас заспорят и могут совершить ошибку.
Алина посмотрела на подругу, увидела в её глазах прежний профессиональный блеск и, вздохнув, протянула смартфон.
Ал- Только на минуту. Иначе я выключу и планшет, и свет, и тебя.
Аля быстро набрала номер Юры. В судейском уголке зажужжал телефон. Юра вздрогнул, увидев имя на экране, и тут же вывел звонок на громкую связь.
А- Юра, это касание, — голос Али был слабым, но уверенным. — Посмотрите камеру номер восемь, нижний ракурс. Там четкий контакт с краем. Не сомневайтесь, это фол. Можете дисквалифицировать его. Все по правилам
В рубке на секунду воцарилась тишина. Юра невольно улыбнулся, почувствовав, как в груди потеплело.
Ю- Понял тебя, судья Зайка. Камера восемь... Да, ты права. Спасибо. И... Аля, отложи телефон. Алина, если ты слышишь — забери у неё гаджет!
Ал- Уже забираю! — послышался в трубке бодрый голос Алины, и связь оборвалась.
Стас посмотрел на Юру и Вадима.
С- Ну вот, команда в сборе. Продолжаем.
Съемки второй части полуфинала шли полным ходом. Атлеты падали в воду, преодолевали невозможные препятствия и рыдали от поражений, а за стенами съемочного павильона, в тихом номере, Аля постепенно возвращалась к жизни. Она знала, что её ребята там справятся, а Алина уже заказывала «самый полезный в мире завтрак», игнорируя все попытки Али попросить хотя бы чашечку кофе.
Ал- Кофе будет через два дня, — отрезала Алина. — А сейчас — овсянка на воде и сон. И не спорь со специалистом, у которого в руках твоя капельница!
***
Съемки затянулись далеко заполночь. Холодный ночной воздух проникал под куртки, а пар от дыхания судей смешивался с дымом спецэффектов. Юра сидел, вцепившись в поручни судейской вышки. Каждый раз, когда очередной атлет срывался в ледяную воду, он невольно вздрагивал — в голове всё еще стоял образ падающей Али.
Реж- Последний участник на сегодня, — объявил режиссер. — Соберитесь, парни. Финальный проход — и в люли.
На старте появился один из самых опытных атлетов, ветеран движения, которого все прочили в финалисты. Трибуны взревели. Но на середине трассы, на «Воздушных перекладинах», парень замер. Его мышцы забились, руки начали дрожать. Это был момент истины. соперник догонял.
Ю- Давай, родной, не отпускай... — прошептал Юра, неосознанно повторяя те же слова, что Аля говорила в микрофон сотни раз.
Он поймал себя на мысли, что судит теперь «за двоих». Он старался замечать каждую деталь, каждый вдох атлета, словно Аля смотрела на него через экран и оценивала его собственную работу. Когда атлет, из последних сил вырвав победу у гравитации, нажал на финишную кнопку, Юра выдохнул так тяжело, будто сам прошел эту трассу.
Реж- Снято! Всем спасибо, завтра в десять сбор на планерку, — скомандовал режиссер.
Парни, не снимая микрофонов, рванули к выходу. Юра бежал к отелю первым, обгоняя Стаса и Вадима. Ему плевать было на усталость и на то, что ноги гудели от многочасового стояния на вышке.
В номере горел только торшер, создавая уютный полумрак. Пахло травяным чаем и какими-то аптечными препаратами. Алина сидела в кресле с книгой, а Аля... Аля спала. Её лицо, наконец, приобрело естественный розовый оттенок, дыхание было ровным и глубоким.
Юра замер в дверях, боясь нарушить этот покой. Алина подняла голову, приложила палец к губам и жестом позвала его в коридор.
Ал- Давление в норме, — шепотом отчиталась она, когда они вышли за дверь, где их уже ждали запыхавшиеся Стас и остальные. — Я скормила ей полтарелки бульона и заставила выпить настой. Она порывалась встать и пойти к вам «на помощь», но я пригрозила, что введу ей снотворное для слонов. Успокоилась.
С- Спасибо, Алин, — Стас приобнял невесту, целуя её в макушку. — Ты наш ангел-хранитель.
Ал- Ангел-хранитель сегодня Юра, — Алина хитро посмотрела на друга. — Она сквозь сон дважды звала тебя. Просила «не судить слишком строго того парня на кольцах». Даже в бреду о работе думает.
Юра неловко кашлянул, пряча улыбку.
Ю- Идите отдыхайте, ребят. Я посижу с ней.
В- Юр, ты сам с ног валишься, — начал было Вадим, но Макс вовремя дернул его за рукав.
М- Пошли, Вадим. Пусть сидит. У них там свои судейские протоколы.
Когда все разошлись, Юра тихо вернулся в номер. Он придвинул стул к кровати Али и сел рядом. В тусклом свете лампы она казалась такой маленькой и беззащитной — совсем не той «железной леди» судейского корпуса, которая могла поставить на место любого дерзкого участника.
Он осторожно коснулся кончиками пальцев её волос, убирая выбившуюся прядь со лба. Аля шевельнулась, её ресницы дрогнули. Она приоткрыла глаза и, увидев его, слабо улыбнулась.
А- Юра... — её голос был едва слышным хриплым шепотом. — Сколько времени? Кто прошел?
Ю- Половина четвертого утра, егоза, — Юра взял её руку в свою, согревая холодные пальцы. — Все прошли, кто должен был. И ветеран твой затащил, на последних секундах. Мы всё сделали правильно. Спи.
А- Ты пахнешь дождем и металлом трассы... — Аля прикрыла глаза, не выпуская его руку. — Расскажи мне... про последний заход. Только медленно.
И Юра начал рассказывать. Тихо, монотонно, описывая каждый прыжок, каждый хват, каждую эмоцию на трибунах. Это была лучшая колыбельная для человека, который живет этим спортом. Под его негромкий голос Аля окончательно провалилась в целебный сон, а Юра так и остался сидеть, держа её за руку, чувствуя, как внутри него, вопреки всей усталости, рождается странное, забытое чувство абсолютного покоя.
Он знал: завтра будет новый день, новые препятствия и новые падения. Но сегодня они победили. Все вместе.
__________
решила выпустить такую не большую часть