22 part
Ал- Стас, ты неисправим, — Алина вытерла выступившую от смеха слезинку, глядя на то, как брат её лучшей подруги с самым серьезным видом пытается «наладить контакт» с молочными продуктами. — Творог не может на тебя смотреть, у него нет глаз. Но ладно, берем этот. В нём хотя бы белка больше.
Стас с победным видом забросил пачку в тележку. Он чувствовал, как внутри всё поет. Обычно Алина разговаривала с ним, как со старшим братом или как с безнадежным пациентом, но сегодня... сегодня что-то изменилось. Может, общая беда с Алей их сблизила, а может, его тактика «быть полезным и чуть-чуть придурковатым» наконец начала давать плоды.
С- Алин, — он вдруг стал серьезным, когда они подошли к рядам с овощами. — Спасибо, что решила взяться за нее. Я за сестру места себе не находил. Родителям пока не всё говорим, чтобы не пугать... Если бы не ты, я не знаю, как бы мы справлялись.
Алина остановилась у ящика с авокадо, и её взгляд смягчился. Она знала Стаса всю жизнь — он всегда был шумным, вечно лез на рожон, но его преданность семье и Алевтине была безграничной.
Ал- Она и моя семья тоже, Стас, — тихо ответила она. — Мы её вытащим. И Юра... он молодец. Я сначала скептически к нему относилась, думала — очередной звездный мальчик, но то, как он на неё смотрит...
С- Как на восьмое чудо света? — подсказал Стас, подходя ближе. — Да, он поплыл капитально. Но они круто смотрятся вместе, правда? Как будто две детали одного пазла.
Алина кивнула, и на мгновение между ними повисла странная, почти интимная тишина среди гула холодильников супермаркета. Стас решился:
С- Знаешь, нам бы тоже не мешало... ну, иногда выдыхать. А то Алька поправится, а мы с тобой в зомби превратимся. Может, когда ей станет лучше, сходим куда-нибудь? Просто кофе выпить. Без обсуждения связок голеностопа и дозировок обезболивающего.
Алина посмотрела на него — взъерошенного, с тележкой, полной «правильного» творога и шпината, и вдруг поймала себя на мысли, что ей этого действительно хочется.
Ал- Посмотрим на твоё поведение, «диетолог», — усмехнулась она, но в её глазах уже не было прежнего холода. — Пошли на кассу, а то Юра там, наверное, уже сам уснул на посту.
Когда они, обвешанные пакетами, тихо открыли дверь квартиры, их встретила абсолютная тишина. На кухне тускло горела лампа над плитой, которую Юра забыл выключить.
Стас и Алина на цыпочках прошли в гостиную и замерли в дверях спальни. Картина была настолько мирной, что у Алины защемило в груди. Аля спала, её лицо во сне разгладилось, а рядом, поверх одеяла, примостился Юра. Он так и уснул, держа её за руку, уткнувшись носом в её плечо.
С- Смотри-ка, — шепнул Стас, наклоняясь к самому уху Алины. — Настоящая спящая красавица и её принц. Только принц в спортивном костюме и с синяками под глазами.
Алина не стала его одергивать. Она осторожно прикрыла дверь, отрезая спящих от внешнего мира.
Ал- Пошли на кухню, — так же шепотом ответила она. — Поможешь мне всё разложить по контейнерам.
Они стояли в узком пространстве кухни, плечом к плечу, разбирая продукты. Стас старался не шуметь пакетами, а Алина сосредоточенно диктовала, что куда ставить. В какой-то момент их руки столкнулись над пачкой овощей, и Стас не отстранился сразу. Он накрыл её ладонь своей.
С- Мы справимся, Алин. Все вместе.
Она не убрала руку. Лишь коротко кивнула, и в полумраке кухни Стас увидел, как на её щеках появился едва заметный румянец.
План Али и Юры работал даже тогда, когда они сами видели десятый сон. В ту ночь в квартире Али, заживали не только физические раны, но и строилось что-то очень важное — для всех четверых.
Разложив последний контейнер в холодильник, Алина устало оперлась о столешницу. Тишина квартиры, нарушаемая лишь мерным гулом холодильника, располагала к откровенности.
Ал- Стас, — тихо позвала она, не глядя на него. — Ты ведь понимаешь, что ближайшие полгода будут адом? Для неё. И для нас тоже. Она будет срываться, будет хотеть всё бросить. А мне придется быть «злой училкой», которая заставляет её тренироваться через боль.
Стас подошел ближе. Его обычная веселость исчезла, уступив место взрослой, спокойной уверенности.
С- Понимаю. Поэтому я и здесь. Буду работать «хорошим полицейским». Пока ты будешь её тренировать, я буду ворчать, готовить этот ваш правильный шпинат и напоминать ей, ради чего всё это. А если она на тебя накричит — кричи в ответ на меня. Я привык, я же старший брат. Получать оры от Али за то что ее напугал, это просто база
Алина наконец подняла на него глаза и невольно улыбнулась.
Ал- Ты иногда бываешь удивительно мудрым, Станислав.
С- Только по четным числам, — тут же вернул он свою фирменную ухмылку. — Сегодня как раз такое.
Они еще немного постояли в тишине, пока Алина не заметила на кухонном столе небольшой клочок бумаги, придавленный сахарницей. Она протянула руку и прочитала написанное размашистым почерком Юры:
*«Ребята, в морозилке есть мороженое. Не для Али — ей нельзя холодное для связок. Это для группы поддержки. Вы лучшие. P.S. Стас, не тупи».*
Алина прыснула, прикрыв рот ладонью, и протянула записку Стасу. Тот быстро пробежал глазами текст и густо покраснел, проклиная проницательность Юры.
С- Этот «герой льда» слишком много о себе воображает, — проворчал Стас, стараясь скрыть смущение. — Но мороженое... это мысль. Будешь?
Ал- Буду, — неожиданно для самой себя согласилась Алина.
Они устроились прямо на подоконнике, деля одну большую банку на двоих и глядя на редкие огни ночного города. В этот момент они были не «суровым врачом» и «непутевым братом», а просто двумя людьми, которые очень устали и очень нуждались в тепле.
Утро началось не с будильника, а со звука работающей кофемашины и приглушенного смеха на кухне.
Аля приоткрыла глаза. Солнечный зайчик прыгал по подушке Юры, который уже проснулся и с нескрываемым любопытством прислушивался к звукам за дверью.
А- Слышишь? — прошептала Аля, слегка толкнув его локтем.
Ю- Ага, — Юра широко улыбнулся и потянулся. — Кажется, наш план работает эффективнее, чем система Плющенко. Твой брат там вовсю заливается соловьем, а Алина... погоди, она что, только что хихикнула? Сама Алина «Железная леди» ?
Аля довольно зажмурилась.
А- Я же говорила. У Стаса есть суперсила — он может рассмешить даже камень. А Алина просто слишком долго была одна. Им обоим это нужно.
Ю- Как и нам, — Юра осторожно притянул её к себе, стараясь не задеть поврежденную ногу. — Знаешь, я тут подумал... Когда тебе разрешат вставать на костыли, мы устроим двойное свидание. Потащим их куда-нибудь, где нельзя обсуждать медицину.
А- Например, на каток? — подмигнула Аля.
Ю- Боюсь, после катка Алина нас обоих прибьет прямо на льду за нарушение режима. Давай лучше в кино. На какой-нибудь очень длинный и очень скучный фильм, чтобы у Стаса было три часа на то, чтобы набраться смелости и взять её за руку.
В этот момент дверь спальни осторожно приоткрылась, и в щель просунулась голова Стаса с сияющими глазами.
С- Проснулись, заговорщики? — бодро спросил он. — Алина Викторовна требует, чтобы вы явились на завтрак. Юра, твоя задача — доставить чемпионку к столу в целости и сохранности. И учтите... — он понизил голос до драматического шепота, — она приготовила овсянку на воде. Так что я рассчитываю на вашу моральную поддержку.
Аля и Юра переглянулись и одновременно рассмеялись. Жизнь, которая еще вчера казалась разрушенной, начала наполняться новыми смыслами. Впереди была борьба, но теперь в этой квартире пахло не только лекарствами, но и свежесваренным кофе, надеждой и чем-то очень похожим на любовь.
Юра осторожно, одним отточенным движением, подхватил Алю на руки. Будучи топовым атлетом и судьей «Суперниндзя», он привык контролировать каждый мускул, но сейчас его движения были пронизаны запредельной нежностью. Аля, привыкшая быть «летающим» либеро и доставать мертвые мячи в падении, всё еще чувствовала себя странно в этой роли хрупкой ноши.
Ю- Привыкай, чемпионка, — подмигнул Юра, неся её на кухню. — Пока твоё колено не скажет «ок», я — твой личный экзоскелет.
На кухне Алина уже вовсю хозяйничала. Она расставила тарелки с дымящейся кашей и, вопреки шуткам Стаса, всё же добавила туда немного орехов и ягод. Для профессионального волейболиста питание сейчас было так же важно, как и упражнения.
Ал- Садитесь уже, — улыбнулась Алина. — Юра, посади её так, чтобы нога была на возвышении. Стас, подушку!
Стас, который на трассе «Ниндзя» мог за секунды преодолеть отвесную стену, сейчас с какой-то особенной бережностью подкладывал валик под травмированную ногу сестры.
С- Четыре дня назад ты вколачивала мячи в пол на финале, — Стас присел на край стола, глядя на сестру. — А сегодня мы обсуждаем овсянку. Алька, это просто тайм-аут. Ты сама представляешь как так случилось?
Аля вздохнула, глядя на свою забинтованную ногу.
А- Тот блок был лишним, Стас. Я же чувствовала, что, что-то не так пойдет.Приземлилась — и как будто свет выключили. И давайте закроем эту тему? не хочу чувствовать себя инвалидкой.
Ю- Это спорт, родная, — Юра сжал её ладонь. — Мы со Стасом на «Суперниндзя» видели сотни таких моментов. Важно не то, как ты упала, а то, как Алина заставит тебя встать.
Алина, услышав свое имя, сразу перешла в профессиональный режим:
Ал- Кстати, о «встать». После завтрака у нас по плану первая пассивная разработка сустава. Стас, Юра, мне понадобится ваша помощь. Поскольку вы оба знаете анатомию не хуже врачей, будете страховать. Юра — держишь корпус, Стас — следишь за углом сгиба.
Парни -Есть, босс! — хором ответили парни.
В этой маленькой кухне сейчас собралась идеальная команда. Два атлета-ниндзя, привыкших преодолевать невозможные препятствия, профессиональный реабилитолог, знающий каждое сухожилие, и волейболистка, чья воля к победе была сильнее любой боли.
А- Алин, — тихо спросила Аля, — я успею восстановиться к началу следующего сезона Суперлиги?
Алина посмотрела ей прямо в глаза. Как подруга, она хотела обнадежить, но как медик — обязана была быть честной.
Ал- Если будешь слушаться меня, а не этих двоих экстремалов, которые привыкли лезть на стены через «не могу», — шансы отличные. Но сегодня твой главный кубок — это съеденная каша и десять минут ЛФК. К тренировкам вернуться сможешь месяца через 3, не меньше. А вот к сезону ты запросто сможешь вернуться и вернуть себе форму
Стас рассмеялся, разряжая обстановку:
С- Слышал, Юрец? Мы теперь в официальном списке «плохих парней». Ладно, едим эту чудо-овсянку и приступаем. Алька, не дрейфь. Ты у нас из породы выживших, а с такой группой поддержки у этой травмы просто нет шансов.
Аля улыбнулась, впервые за эти четыре дня по-настоящему искренне. Она знала, что впереди месяцы изнурительной работы, но глядя на брата, на Юру и на Алину, она поняла: её «команда» уже на площадке, и этот матч они точно не проиграют.
___________
ну что-то на таком, и грустно и весело