Дыхание на двоих
Тьма в заваленном штреке была абсолютной, пока Леон не зажег единственный уцелевший фонарь. Луч света выхватил из хаоса Каспиана. Он лежал у самой груды камней, его левая нога была придавлена обломком арматуры, а лицо залито кровью.
— Каспиан! — Мира бросилась к нему, падая на колени. Её пальцы дрожали, когда она нащупала пульс на его шее. Он был слабым, но ритмичным.
— Живой, старый черт... — выдохнул Маркус, привалившись к стене. Он тяжело дышал, прижимая руку к ребрам. — Леон, скажи мне, что у нас есть выход, а не просто комфортабельный склеп с видом на известняк.
Леон обвел фонарем своды.
— Основной путь завален. Воздуха хватит часа на три, если будем дышать экономно. Маркус, помоги мне поднять эту плиту. Если мы не освободим его ногу, он потеряет её до того, как мы найдем свет.
Мира села на землю, положив голову Каспиана себе на колени. Она стирала пыль с его лба краем своей разорванной рубашки. Каспиан приоткрыл глаза — мутные, подернутые пеленой боли. Он посмотрел на неё, и в этом взгляде было столько неприкрытой, детской уязвимости, что сердце Миры сжалось.
— Уходи... — прошептал он, едва шевеля губами. — Оставь меня здесь, Мира. Это... справедливый финал. София ждет...
— Замолчи! — она наклонилась и прижалась своим лбом к его. — Ты никуда не уйдешь. Ты слышишь? Ты обещал мне, что покажешь, как выглядит мир без пуль. Ты не смеешь бросить меня в этой темноте!
— О, ну началось! Предсмертные клятвы в исполнении хора мальчиков-зайчиков! — Маркус натужно кряхтел, упираясь плечом в плиту вместе с Леоном. — Рик, если ты сейчас сдохнешь, я женюсь на Мире и потрачу все твои офшоры на розовые фламинго для сада! Слышишь? Вставай, ископаемое! У нас еще ящик коньяка в Альпах не допит!
С жутким скрежетом плита поддалась. Леон рванул Каспиана за плечи, вытаскивая его из-под завала. Каспиан глухо застонал и снова потерял сознание.
— Нога сломана, — констатировал Леон, накладывая временную шину из обломков досок. — Маркус, бери его под правую руку, я под левую. Мира, свети вперед. Нам нужно идти вглубь штрека. Там должен быть технический колодец.
Они двигались в вязкой тишине. Каспиан бредил, иногда выкликая имя Софии, а иногда сжимая руку Миры так крепко, что кости хрустели.
— Посмотри на него, — прошептал Маркус, кивнув на Каспиана. — Сорок два года он бежал от теней, а в итоге нашел свет в багажнике своего авто. Ирония судьбы, Леон. Если мы выберемся, я напишу об этом книгу. «Как приручить монстра и не сойти с ума».
— Если выберемся, — сухо отозвался Леон. — Впереди вода. Слышите?