Vkook

***
На следующий день, когда Тэхён пришёл в кабинет, его ждал сюрприз. На его рабочем столе, рядом с монитором, стояла небольшая, изящная коробка печенья ручной работы в шоколадной глазури и скромный, но очень красивый букет. Не розы, а нежные белые фрезии и веточки эвкалипта — свежие, пахнущие весной. Рядом лежала простая карточка без подписи.

Тэхён замер, смотря на это. Сердце ёкнуло от чего-то похожего на радость и смущение одновременно. Он обернулся. Чонгук сидел за своим столом, делая вид, что изучает документ, но было видно, что он наблюдает за его реакцией краем глаза.

— Это… вам? — неуверенно спросил Тэхён, указывая на подарок.
— Тебе, — подтвердил Чонгук, наконец подняв на него взгляд. Его выражение было нейтральным, но в глазах теплилась искорка. — В знак благодарности за вчерашние… советы. Они были ценными.

Тэхён рассмеялся, смущённый и польщённый. Он взял коробку печенья, почувствовав её вес, потом осторожно прикоснулся к лепесткам фрезий.
— Спасибо! Очень красиво и, наверное, вкусно, — он улыбнулся, и его лицо озарилось искренней благодарностью. Но почти сразу же улыбка сменилась выражением лёгкой, добродушной обеспокоенности. — Но, господин Чон… — он сделал шаг ближе, понизив голос, будто делился большим секретом. — Вы же не должны дарить такие вещи мне.

Чонгук приподнял бровь.
— Почему?
— Ну как же! — воскликнул Тэхён, жестикулируя. — У вас же есть та самая Омега, которая вам нравится! Во-первых, если она узнает, что вы дарите цветы кому-то другому, ей может стать обидно или неприятно. Ревность — штука опасная. А во-вторых, — он посмотрел на букет с видом эксперта, — эти цветы и это печенье… они должны были бы быть для неё. Вам нужно копить эти маленькие жесты, эти знаки внимания, и адресовать их прямо ей! Иначе как она поймёт, что вы о ней думаете?

Он говорил так убедительно, с такой горячей заинтересованностью в успехе чужого романа, что Чонгуку пришлось прикусить внутреннюю сторону щеки, чтобы не выдать смеха или чего похуже. Ирония висела в воздухе настолько густая, что её можно было резать ножом.

— Я учту, — с невозмутимой серьёзностью произнёс Чонгук. — Но эти — именно за советы. Отдельная благодарность. Считай их… гонораром консультанта.
— Консультанту платят деньги, — парировал Тэхён, всё ещё не оставляя тему. — А цветы… они несут другую энергию. Их дарят, когда хотят выразить что-то личное, тёплое. Вы должны беречь эту энергию для неё.

«О, я берегу, — подумал Чонгук, глядя на то, как ванильный аромат Тэхёна смешивается с запахом фрезий. — Я берегу всё самое личное и тёплое именно для тебя. Ты просто пока не знаешь, что ты — и есть конечный пункт назначения».

Вместо этого он сказал вслух:
— Твои слова записаны. В следующий раз я проявлю внимательность к адресату. А эти… можешь считать их тренировкой. Налей воды, пока они не завяли.

Тэхён, наконец сдаваясь, снова широко улыбнулся. Он нашёл в подсобке небольшую вазочку, налил воды и бережно поставил в неё букет. Скромные цветы на его столе сразу преобразили строгий уголок, сделали его уютнее.
— Спасибо ещё раз, — сказал он, уже откусывая печенье. — Оно потрясающее! Правда. Ваша… та Омега будет в восторге, если вы найдёте то, что любит именно она.

«Он любит домашнюю еду, простые жесты и смеётся, когда помогает друзьям, — мысленно перечислил Чонгук, наблюдая, как Тэхён с наслаждением ест печенье. — И он обожает фрезии, хотя сам ещё не знает об этом. Я выясню всё».

— Я постараюсь, — ответил он вслух, и в его голосе прозвучала твёрдая, тихая уверенность.

Тэхён, удовлетворённый, что его «урок» услышан, вернулся к работе, изредка поглядывая на цветы с довольной улыбкой. А Чонгук смотрел на него и на эти цветы, которые стояли на столе у их настоящего адресата, и в его душе крепло твёрдое решение. Он будет следовать всем советам своего невольного консультанта. Скрупулёзно и точно. Просто все цветы, вся забота, все взгляды и все тайные мысли уже имели одного-единственного получателя. И однажды, он надеялся, Тэхён сам поймет, что все карты в этой игре уже давно были раскрыты, и он находится в самом центре этой тихой, упорной осады, которую ведёт его собственный, внезапно сентиментальный, босс.

Продолжение следует...