Coraline piange.

- Время вышло, Игорёк, - холодный голос бежит по позвоночнику, парень боязливо жмётся в плечи, медленно разворачивая голову в сторону звука.

Сырой переулок мрачно давит в глаза, неприятный запах щипит нос и хочется собственные органы вырезать. Но вырезать органы Абдиева будет сегодня не свои.

- Я же говорил, что отдам, - снова бухой. От этой мысли Мафтуна брезгливо щурится, всё ближе настигая свою цель.

- Говорил, - улыбается, - Месяц назад.

Парень только огромные от запрещённых веществ зрачки выпучивает, пытается из себя слова выдавить, но единственное что выходит - мягкий лепет. Даже не вслушиваясь в его слова, девушка достаёт из кармана раскладной нож, незаметно подносит к впалому животу. Игорь тут же замолкает, не двигается. Тело его от страха дрожит и колотится.

- Выбирай. Кошелёк, - шепчет тихо-тихо, с хрипотцой, - Или жизнь.

Молодой парень готов упасть в обморок, или на колени перед Абдиевой. Он тяжело дышит, рот открывает в немом звуке, но ничего стоящего от него брюнетка не получает.

Негласное правило номер один: если к твоему телу приставлен нож, есть два варианта. Либо ты платишь, либо умираешь.

- Я обещаю, - сорвано, - Я верну! Клянусь!

Маф только глаза закатывает. Негласное правило номер два: в криминальном мире - слова обещания по типу "Я верну", а дальше перечисление времени - полный вагон лжи и блефа. Человек либо отдаёт тебе деньги за товар здесь и сейчас, либо погибает от твоих рук где-нибудь в подворотне через неделю, максимум, два месяца.

Мир жесток, и жесток он со всеми. Правила для всех равны. Есть долг - отрабатывай. Как всё же жалко, что некоторые решают платить своей жизнью. Хотя их никчёмное существование даже жизнью не назовёшь.

- Вроде твоя подружка уже говорила тебя о том, что это последний срок, - вздыхает, - И мне не важно, это срок твоего денежного долга или срок твоей отвратной жизни!

С этими слова остриё ножа впивается в пьяное тело. Парень ломается на глазах, издаёт истошный стон. Пытается её от себя отвести, но ничего не выходит.

Негласное правило номер три: если в тебе нож, живым ты не выберешься.

Маф вытаскивает предмет, затем с большей силой повторяет свои действия.

Раз.

Два.

Три.

Четыре.

Пятого он не выдержит, поэтому Абдиева бьёт шесть. Чтобы наверняка. Последний вздох летит с губ и тяжело тело падает ей в ноги. Противно. Как же противно.

Маф вытирает рукавом кофты усталое лицо, шею мнёт. Если честно, всё это уже по горло стоит, но ничего с этим она сделать не может. Ну мёртв и мёртв, может ещё переродится.

Тихое ломание ветки в пустом переулке, как гроза среди тишины и покоя. Абдиева резко оборачивается, в тени замечая мелкую фигуру девушки.

Голубые глаза внимательно за ней наблюдают, изподтишка. В миг её зрачки расширяются, и блондинка со всех ног уносится в обратном направлении.

Сердце Маф пропускает миллиард ударов от страха. Медленно подходит к тому месту, где стояла свидетельница и смотрит в пустое пространство. Немного оглядевшись, замечает на земле интересную вещь.

Наклоняется осторожно, поднимает, внимательно рассматривая.

Банковская карта.

А на ней серебряными буквами написано:

Софья Григорьева.

....

Соня бежит уже минуты три куда глаза глядят. Увиденное только что заставляет кровь в жилах затвердеть. Она так просто сделала это! Будто убить человека как рукой махнуть. Даже не засомневалась. Когда та девушка её заметила, Соне казалось, что она умрёт вслед за тем парней, но вроде ей удалось сбежать.

Вот чёрт! И как ей теперь спать, когда перед глазами холодный оскал и мёртвое валяющиеся тело. Ужас просто! Хочется стереть это из памяти.

Григорьева оседает на ближайшую скамейку, учащённо душит, пытается в себя придти. Грудь вздымается от поступающего в организм кислорода и Соня пытается заставить свой мозг немного успокоится. А что она хотела увидеть в криминальном районе, здесь уж точно не будут тебя встречать с хлебом и солью.

Блондинка откашливается, очищает бронхи. Упавшие волосы за ухо убирает и на небо смотрит. Что она только что увидела?! Это же пиздец!

Полный пиздец.

Шум в кустах заставляет насторожиться, Соня пугливо оглядывается. Неужели эта ненормальная её догнала?! Страх пробирается под кофту, маня за собой холодный пот. Часто дыша, девушка бегает глазами по окрестности, и никого не заметив, выдыхает облегчённо.

Внезапно ледяные руки зажимают ей рот ладонью, к крепкому телу прижимая её. Соня кричит, но звуки оглушены и Григорьеве становится по истину страшно.

Огромных размеров мужчина грубо прижимает её к стене, всем своим весом давя на неё. Соня чувствует запах въедшего алкоголя, активно пытается выбраться, но всё тщетно.

- Да ладно, малышка,  - противный голос доносится где-то рядом с ухом, и блондинка пытается прикусить его руку, пока его пальцы блуждающе забираются под одежду,  пытаясь расстегнуть бюстгальтер

- Помогите!, - удаётся выкрикнуть когда она всё таки кусает его, - Помогите!

Мужчина сразу осекается, снова прикрывает ей рот, только на этот раз в разу сильнее. Своими грязными руками пытается отыскать молнию джинс, пока перед глазами Сони проносится вся её жизнь.

Кровь стынет в жилах от страха. Григорьева слёзно мычит, просит остановится, но всё безуспешно. Из глаз градом льются слёзы и Соня прямо здесь и сейчас готова продать душу дьяволу, лишь бы ничего не испытывать.

Отвратительные прикосновения расстёгивают джинсы, довольно улыбается, сволочь.

- Всё не так страшно, да?, - проникает внутрь ткани, в ответ получая огромную волну выдёргиваний и противоречий, - Ладно тебе, расслабишься, отдохнёшь.

Тошнотворный смешок слетает с губ. Григорьева молится всем богам и чертям. Хоть бы пронесло. Хоть бы пронесло. Её рот до сих пор закрыт, она пытается его пинать ногами, бить, впиваться в его лицо ногтями. Но ничего не выходит, он больше её раз в пять. Слёзы больше не идут, его руки давно блуждают там, где хотят. И любые попытки выбраться оканчиваются одинаково - ничем.

Соня перед своей моральной смертью вспоминает больную маму, за которой нужен уход. Своих семью и друзей. А потом горько плачет снова. Толи от того, что её сейчас изнасилуют. Толи от того, что даже в такой ситуации она думает о ком угодно, но не о себе.

Блять. Была бы воля, Григорьева врезала бы ему прямо сейчас.

После этих мыслей держащие его руки внезапно слабеют и его тело обессиленно падает на землю. Соня перепуганно смотрит то на человека перед собой, то на лежащего урода. Дыхание задерживает, огромными глазами смотря на своего спасителя.

- Это ты!

- Вообще-то в таких ситуациях говорят "спасибо".

Григорьева назад пятится, видя в своём спасателе ту, которая буквально пятнадцать минут назад зарезала одного человека. А потом Соня резко направляет взгляд вниз и ужасается. Двух зарезала! 

Девушка угрожающе двигается на неё, играясь со своим раскладным ножом. Подходит вплотную, и девушка снова прижата к стене. Маф над ней немного нависает и они так близко, что Григорьева ощущает её дыхание на своём лице.

- Не трогай меня!

- И не собиралась, - оскорблённо закатывает глаза, - Я тебя спасла, между прочим.

- Ты убила человека!, - выкрикивает, и от шума Абдиева морщится, в своих мыслей мечтая заткнуть этой блондинке рот.

- И что?

- И что?!, - Соня смотрит на неё, будто перед ней псих. Такая спокойная, такие люди существуют вообще?!

- Не кричи, блять, - шипит, подходя ещё ближе,  пересекая любые попытки жертвы убежать.

- Ты его зарезала!

- И тебя зарежу, если не замолчишь!, - выходит резко, быстро. Соня вжимается в собственные плечи, боится даже вдохнуть. Маф тяжело дышит, внимательно разглядывает каждую частичку на миловидном лице и хитро улыбается.

- А ты ни чё такая, - берёт её подбородок, ближе к себе двигает, а блондинка от страха ежится, - Симпатичная.

Григорьева впивается рукой в держащую её лицо конечность, высвободиться пытается. Вот только ладонь сжимается сильнее, а взгляд карих напротив становится агрессивнее.

- Ты ничего не видела, - тихо, монотонно произносит, медленно поднося нож к чужой шее, - Усекла?

Соне хочется заплакать от безысходности, она дышит рвано, пытается в себя придти. Пальци на подбородке давят и Григорьева быстро положительно кивает, после чего Абдиева резко её освобождает.

- Как так можно?, - хмурится, слёзы со щеки стирая, - Ты человек вообще?

Маф только цокает, такие слова она слышит часто. Единственное, что ей сейчас хочется это пойти домой и лечь спать, а не выслушивать очередные сопли мягкодушных.

- Слушай, Сонь, - замечает, как та дёргается при упоминании имени, сразу страх читается в её зрачках. И этот факт Мафтуны очень веселит, - Человек я или нет - не твоё дело. Иди давай!

- Откуда ты знаешь моё имя?

- Если не съебёшься я тебе и дату твоей смерти скажу, - устало, - Например, сегодня.

Григорьева, от греха подальше, сломя голову бежит в каком-то направлении, а Маф снова смотрит ей вслед.

- Вот дура, - глаза закатывает. А потом мысли продолжают: хотя и правда ничего.

.....

Абдиева быстро шагает по аэропорту уверенно, до вылета осталось буквально пятнадцать минут. В ускоренном темпе пройдя регистрацию, она мчится на посадку. Не хватало ещё опоздать.

В самолёте неприятно пахнет потом. И единственное, о чём жалеет девушка, это то, что не купила люкс билет. Она смотрит на бумажку и пытается своё место отыскать. Тот ещё лабиринт. Кто-то заслоняет путь собой, кто-то уже ругается насчёт места у окна, кто-то просит кого-то заткнуть его ребёнка. И Маф готова повесится тут же, при виде всего этого.

Хотя нет. Повесится она готова тогда, когда видит того, кого видеть уж точно не хотелось...

- Ты что здесь делаешь?!, - прежде чем Маф успела хоть что-то сказать, Григорьева выразилась недовольно.

- Самолёт захватить хочу, - тихо произносит, проверяет номер места и вздыхает. Да, сидеть с той, кто увидел как ты зарезала двух, не самое приятное занятие. Абдиева свой рюкзак на верхний отсек ставит, пока Соня с места боязливо поднимается.

- Я позову охрану!

Блондинка решительно пытается пройти к экипажу, но резко её хватают за запястье, грубо сажая обратно.

- Ты ебанутая?, - девушка садится рядом, всё ещё смотря на перепуганные голубые, - Могу я блять сесть в самолёт и улететь куда-то?

Соня смотрит на неё несколько секунд, дышит часто. Абдиева от неё не отстаёт. Разглядывает яркую радужку её глаз. Несколько дней назад, в темноте, они не казались такими сверкающими. От страха.

Неужели она до сих пор боится?

- Не ссы, - подстёгивает ремень безопасности, всё ещё не отрывая взора от её омутов, - Никого я убивать не собираюсь.

- Слабо в это верится, знаешь ли!, - Григорьева никак не может успокоить тревогу внутри себя и колотящяеся сердце. Ей действительно страшно. Лицо этой девушки не выглядит таким пугающем, как её возможности.

- То, что ты увидела, было долгом, а не выбором, - Маф тихо шепчет, только чтобы они слышали, - Мне бы всё равно пришлось это сделать.

- Ты убила двоих!, - Соня до сих пор пытается донести до неё эту мысль. Жаль, что это не поможет.

- Блять, тебе объяснять бесполезно, - Абдиева благополучно забивает, поворачивая голову в другую сторону. И почему она вообще должна отчитываться перед ней.

Соня тоже отворачивается, смотря в окно. Полёт в Италию - решение, которая она приняла за один день. Там работает её подруга, и она предложила ей вакансию. Зарплата её очень привлекла, так что Соня не засомневалась ни на секунду. Оставив маму с тетей, она уже сидит в самолёте, ожидая вылет. А вот что делает эта ненормальная здесь - не понятно.

- Ой, чуть не опоздала!, - миловидная девушка, забитая до нитки татуировками, подходит к ним. Приветливо улыбается, - Привет! Это же 5E?

Соня и Маф одновременно кивают, и брюнетка им лучезарно уголки губ поднимает, ставит свою сумку на место и садится между ними, на каждую по очереди смотря.

- Я Виолетта, - поворачивается на Соню, - Но можно Вилка.

- Соня, - отвечает на рукопожатие, - приятно.

Виолетта ей кивает, поворачивается на Абдиеву, что совсем не горела желанием заводить новые знакомства.

- Маф.

Соня хмурится от этого имени.

- Как меф, - думает в своей голове, усмехаясь этому.

Малышенко оказывается довольно разговорчивой личностью. Она постоянно о чём-то увлечённо рассказывает, бурно жестикулируя. В основном болтала она с Соней, так как Мафтуна, надев наушники, спокойна слушала музыку, игнорируя присутствие остальных.

Соне Виолетта понравилась. Такая добрая и милая. И рассказы у неё интересные. Весь час в полёте они обговорили всё, что было можно и нельзя.

- Ну, рассказывай.

Григорьева на это не понимающе хмурится, волосы поправляя.

- Вы с Маф встречаетесь?

Соня, которая наклонилась к своей сумке, находящейся под сидением, ударилась головой от неожиданности.

- Что?!, - быстро поднимается, смотря на новую знакомую, как на приведение, - Нет, конечно.

Вилка только залив что смеётся, прикрывая рот рукой. Она правда пришла к этой мысле. Эти постоянные злобные взгляды и фырканья напомнили ей поссорившуюся пару.

- Я думала вы вместе и просто посрались.

- Нет, ты чего?!, - удивлённо, - Да я с ней никогда!

На этом моменте Абдиева снимает с себя наушники, на них двоих странно поглядывая. Григорьева тут же замолкает, всматриваясь неловко в её лицо.

- Что-то случилось?, - брови вопросительно хмурит.

Виолетте мотает головой, а блондинка вовсе её игнорирует, говорит, что скоро вернётся и теряется между рядами. Через минуту, татуированная начинает расспрашивать вторую жертву:

- Тык вы с ней мутите?, - Малышенко никак не хочет верить в то, что эти двое не встречаются. Ну не может такого быть!

- Чё?, - Маф переспрашивает, не понимая о ком речь, затем получив кивок туда, где скрылась Соня, догоняет, а потом хитро улыбается, - Да. Она тебе не сказала?

Виолетта торжественно охает, хлопает в ладоши, якобы говоря, а я знала. Маф очень сильно веселит вся эта ситуация. Хочется увидеть разъярённое лицо Сони. Безумно.

- Она сказала, что это не так!

- Мы поссорились просто, - Абдиева продолжает лгать, издалека наблюдая за фигурой блондинки, что уже возвращалась к ним, - Вот и пиздит много.

Соня эти слова слышит, но не придаёт значения. Она проходит мимо брюнетки, ощущая запах её духов. Трепкие, которые сразу же запоминаются. Григорьева вдыхает глубже. Неплохие.

- Ты, врушка!, - Малышенко весело начинает. Маф на эти слова только усмехается, всматриваясь в каждое движение девушки.

Соня садится обратно, хмурится, задаваясь логичным вопросом:

- В смысле?

- Почему ты солгала, что мы не вместе?

Соня, кажется, выпала из вселенной. Она смотрит на на одну, то на другую. Злость заменят непонимание и Григорьева хочет ударить эту дуру посильнее. Прям по лицу. Что она ей наговорила?!

- Мы что?!, - блондинка почти выкрикивает, а Абдиева только шире ухмыляется. Протягивает руку к чужой ладони, обхватывает.

- Ну что же ты так?!, - играется с тёплыми пальцами. Приятно, - Подумаешь поссорились, это не повод говорить незнакомцам, что мы не пара.

Виолетта разрывается от счастья, подпрыгивает на месте, задорно улыбаясь. Соня же совсем не разделяет её радости. Она готова убить эту чёртову Маф здесь и сейчас. А брюнетка же только получает удовольствие от данной ситуации. Упивается её реакцией. Стоит Григорьеве немного позлится и нахмурить брови, начать язвить, Маф будто испытывает особый вид экстаза.

- Ты ебанутая?, - выдёргивает ладонь, грозно начиная, - Да я бы с такой как ты...

- Вот видишь, Вилка, - машет ладонь, призывая упомянутую обратить внимание, - Совсем обижена. Что же мне сделать, а?

Виолетта согласно что-то выкрикивает, а потом меняется с Абдиевой местами, так как перед этим сидела посередине. Соня за этим наблюдает, и мысленно выпрыгивает с этого самолёта.

- Ты дура?, - Григорьева бьёт Маф по плечу, а та только пуще прежнего улыбается, - Это когда мы с тобой встречаться начали?

Мафтуна поворачивается к ней лицом, смотрит ей в глаза. Такая яркие и блестящие. Засмотришься - утонешь.

- Мне нравится, когда ты злишься, - улыбается, - Классно же, теперь у тебя есть такая девушка, как я.

Маф снова пытается взять её руку в свою, но Соня грубо выдёргивает конечность, раздражённо пискнув:

- Нахуй пошла.