Изгнанник

P.S. Дорогие читатели, на редактуру данной главы было потрачено меньше времени, чем обычно, поэтому очень прошу вас известить о наличии ошибок. Так же, хочется сказать, что ваши комментарии помогают понимать какие эмоции вызывают новые главы. Как и для любого писателя , для меня очень важен любой отклик о проделанной работе. Если не сложно, уделите несколько минут, чтобы рассказать о своих впечатлениях. Заранее спасибо.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

⁃ Что ты себе позволяешь, Мадлен?

Мой голос был тихим и равномерным, но сдерживаемая ярость буквально уже готова прорваться через последние нотки здравого рассудка, и выплеснуться наружу. Она ослушалась меня. Дважды. По большей части, я злился на то, что никак не могу повлиять на это. Что мне с ней сделать? Ударить? Угрожать? Нет, и, видимо, она умело этим сейчас пользуется.

Мадлен испугано впилась в меня взглядом. Дрожащими руками, она держалась за книжку, как за основной центр опоры.

⁃ Это всего лишь две тренировки, - запинаясь прошептала она.

Да дело не в тренировках! Она испытывает меня на прочность, делая то, что ей вздумается. А ведь именно сейчас нигде нельзя было показывать слабину. Воруя ящик, я начал большую игру. Мне нужна ее поддержка, а не дополнительные трудности.

⁃ Мадлен, - устало начал я, понимая, что в этом случае лучше спокойно все объяснить, нежели пугать, - Я дал чёткий приказ. У тебя не было абсолютно никаких причин нарушать его. Ты жива, здорова и, как вижу, ничем не занята. Скоро ты уйдёшь, так будь добра, делай последнее дело на совесть.

Она опустила глаза и стала нервно жевать губы. Мне жаль, что я расстроил ее, но как иначе донести важность послушания? Мадлен до сих пор оставалась папиной дочкой. Когда она была маленькой, то самым страшным наказанием для неё являлся отцовский недовольный взгляд. Поставишь ее в угол - она уйдёт. Заберёшь куклу - она скажет, что никогда и не любила ее. Но когда Шевкет угрюмо качал головой и говорил: «Не ожидал от тебя такого, доченька», слёзы начинали наворачиваться на ее глаза, и она размышляла о своём поступке ещё долгое время. Для Мадлен не было ничего хуже, чем разочаровать близких ей людей.

⁃ Прости, - ее брови опустились, и она крепче вжалась пальцами в книгу, так что костяшки побелели, - Это глупо и по-детски, я просто устала, вот и все.

⁃ Ты могла сказать об этом мне, и я отпустил бы тебя, - смягчился я.

⁃ Но ты избегал меня! - девушка подняла полные отчаяния глаза. Мне захотелось прижать ее к себе, и сказать, что избегать ее - это самая тяжёлая вещь в мире.

⁃ Я скажу это сейчас и больше повторять не буду, Мадлен. Ты нужна мне. Полностью и целиком. Мне нужно знать, что я могу положиться на тебя. Я могу сомневаться в чем угодно, но прошу тебя, пускай это будешь не ты.

Пару прядей упали ей на глаза. На ярком свету они отливали золотистым цветом. В голове сразу возникла картина, как моя рука перебирает ее волосы и, скользя через пальцы, они переливаются, снова исчезая.

⁃ Клянусь, - нахмурив брови, произнесла Мадлен, - что такого больше не повторится.

Получив желаемый ответ, я удовлетворенно кивнул. Борьба эмоций и здравого смысла - загадка, которую мне больше всего хотелось разгадать. Бывали моменты, когда отчетливо можно было отследить влияние обеих сторон. Это похоже на судебный процесс. Сторона защиты и обвинения спорили и приводили аргументы. Центр сознания, в качестве судьи, должен принять решение. За всю жизнь я пришёл к точному выводу, что эмоции - это фальшивка, которая даёт нам чувство радости от того, что мы ей потакаем. Но это мгновенно и, обычно, несёт не самые приятные последствия. Здравый же смысл - машина, тренированная годами. Благодаря прожитому опыту, она выводит точные формулы. Решать и следовать им бывает тяжело, но в итоге приходишь к логичному результату. Он верный и не изменится никогда.

Мадлен оглушала весь судебный процесс. Она проникала в мои мысли, не спрашивая разрешения. От ее поступков меня поочерёдно охватывали приступы нежности или же, наоборот, ярости. Но абсолютно точно, я не мог спокойно реагировать на все, что касалось девушки с золотистыми волосами и солнечной улыбкой. Благо, это ускользало от ее внимания. Она просто жила, не пытаясь влиять на меня. Делала это непроизвольно. Если однажды занавеса откроется и, осознав своё превосходство, девушка начнёт этим пользоваться, давка усилится, а я заранее знаю, что противостоять ей не смогу. Но сейчас у меня была фора. Ещё есть возможность отследить истоки ее влияния, и искоренить их, пока я не превратился окончательно в раба этих изумрудных глаз.

⁃ В машину, - рявкнул я, злясь на самого себя. Снова как под гипнозом поддался ее взгляду, и начал думать о ней. О нас. О рабстве, которое было слишком сладким, чтобы пытаться его прекратить.

⁃ Зачем? - Мадлен опешила от резкой смены настроения, но приказу подчинилась, и быстрым шагом последовала за мной, к машине.

Есть вещи, которые лучше иногда просто увидеть. То, что я хотел показать Мадлен, было как раз такого рода вещью. Она должна посмотреть собственными глазами, а не стать жертвой моих сухих пересказов.

По этой самой причине, я не стал ничего объяснять. Просто открыл ей дверь, приглашая сесть, и, обойдя машину спереди, занял водительское место. Мадлен молча пристегнула ремень. Она так спешила догнать меня, что не успела оставить дома свою книгу. Чертыхнувшись, девушка отстегнулась, и кинула роман на заднее сидение.

⁃ Не забудь пристегнуться, - хмыкнул я.

Не смотря на быструю езду, водил я аккуратно. Но мне все равно хотелось использовать все возможные способы, чтобы защитить ее.

⁃ Знаю, знаю, - закатила глаза Мадлен, - Ты же постоянно об этом говоришь.

Убедившись, что ремень надежно застегнут, я стартовал с разгона, от чего Мадлен резко кинуло вперёд, и она повисла на защищающей ее полосе.

⁃ Если бы не он, ты бы вылетела в лобовое стекло.

⁃ Может, просто ездить не нужно так быстро. Тогда и в ремне необходимости не будет, - скорость уже была комфортной и девушка, удобно раскинувшись на сиденье, упрямо сложила руки на груди.

⁃ Какой бы не была скорость, соблюдай все меры безопасности, - я кинул на неё угрюмый взгляд, и она поежилась.

Часто замечал страх в ее глазах. Нет, не безумный, какой обычно бывает у трусов, что боятся за свою шкуру. Мадлен боялась смены моего отношения к ней. Что однажды она смешается со всеми остальными, и перестанет быть особенной для меня, станет предметом злости и разочарования. Этого не случилось бы никогда, но иногда такое осознание отрезвляло меня. Потому что так должно быть. Моя привязанность к ней неестественная и разрушительная для нас обоих.

Девушка коснулась пальцем кнопки на мониторе, и стала перебирать песни из списка. Остановив свой выбор не каком-то ритмичном треке, она довольно потёрла ладонями и плюхнулась обратно на сиденье.

⁃ Эх, почему в моей машине нельзя включать музыку, - девушка мечтательно закрыла глаза и двигалась в такт музыке.

Музыкальный дисплей - редкая функция. Ее добавляли только в ограничение количество машин, созданных в Нареции. Мой матовый монстр - одна из последних моделей. Таких было всего пару штук на весь Липинкнот. Но в нем сочеталось все, что мне так нравилось: стиль, скорость, удобство. Поэтому пришлось раскошелиться, чтобы купить его, и перегнать в Баретту. Что поделать, машины являлись одной из моих самых больших слабостей.

⁃ Хочешь новую машину? - спросил я, не отводя глаз от дороги, и сразу же рисуя план, как можно доставить сюда тачку. Из-за жестких правил пересечения границ, перевозить машины было ещё тем геморроем.

⁃ Да нет, мне и моя нравится. - Мадлен засуетилась, будто не ожидала, что я услышал ее слова, - Просто разработчики круто придумали добавить возможность слушать музыку. Я и так рада. В Баретте мало у кого есть машины. Особенно, такие крутые как моя.

У Мадлен спортивный автомобиль темно-фиолетового цвета, с матовым покрытием. Дизайн его был вдохновлен шестигранный формой. Полностью светодиодная система освещения придает ему ультратехнологичный вид, позволяя безошибочно распознать спорткар даже в темноте. Прекрасный автомобиль понравился мне сразу же, но показался более женственным. Так он и стал подарком для Мадлен. Жаль, на момент покупки, система дисплея ещё не была добавлена. Сейчас, на сколько мне известно, там уже есть такая функция. Надо все-таки, обновить ей тачку.

Остаток дороги мы ехали не разговаривая. Мадлен танцевала под все треки, которые играли по пути. А я, боясь спугнуть, молчал, и умилялся боковым зрением ее беззаботностью. Забавная она. Только что пугалась меня, а уже танцует во всю, да ещё и смешно подпевает.

Ехать нам было недалеко. Соседний порт. Поэтому, где-то через пять треков я припарковал машину, и заглушил мотор. Девушка не ожидавшая, что путь будет таким коротким, стала оглядываться, когда вышла из автомобиля:

⁃ И зачем мы приехали в соседний порт?

⁃ Сейчас сама все увидишь, - спокойно ответил я, и направился к противоположному краю стоянки.

Честно говоря, меня пугала предстоящая реакция. Знаю, что, приведя ее сюда, коснусь самого болезненного и чувствительного участка сердца Мадлен. Она хочет затушить боль от глубокой раны и не думать о ней. Но не рассказать ей о своей находке будет предательством. Хотя эта мысль меня посещала. Не говорить ей ничего, защищая от нового удара. Только потом пришлось честно принять факт, что защищаю не ее, а себя, ведь виной всему произошедшему был я. Меньшее что можно сейчас сделать - вернуть Мадлен то, что ей принадлежало.

⁃ Это же...- девушка застыла на месте, прикрыв рот ладонью от шока. Распахнутые глаза уставились на огромное судно, которое превосходило своими масштабами любой корабль, находящийся поблизости. Да что там, это был самый большой галеон во всем Липинкноте. Сбоку корпуса красовалась золотая надпись, выведенная аккуратными буквами с изящными завитушками «Галеон Капитана Шевкета».

⁃ Я гонялся за ним год по всему Липинкноту, - горько улыбнулся я, - Пираты уже раскатали губу в надежде, что им все-таки достанется эта гроза морей.

⁃ Почему ты мне не сказал? Я бы помогла забрать его, - Мадлен развернулась ко мне с застывшим на лице отчаянием. Она будто не могла поверить своим глазам, и боялась моргнуть, чтобы иллюзия не исчезла.

Так и знал, что она спросит об этом.

⁃ Поэтому и не сказал. Не хотел, чтобы ты переживала преждевременно.

Уверен, она даже не услышала этих слов. Только продолжала смотреть, погружаясь в пучину воспоминаний, связанных с кораблем. Когда увидел его впервые, сам окунулся в них против воли. Здесь прошло мое детство. Здесь я встретил ее.

⁃ А...он?- слова вырывались из ее губ, но застывали, стоило их только произнести. Она не могла озвучить вопрос полностью, ведь не знала, хочет ли услышать ответ.

⁃ Его нигде нет, Мед, - твёрдо ответил я.

Все же это лучше, чем если бы мы нашли его тело. Капитан Шевкет исчез как морская пена. Если на поиск корабля ушло огромное количество сил и времени, то о безуспешной гонитве за стариком, вообще стоило молчать. Я начал искать его, как только у меня появились возможности и связи, но казалось будто отец Мадлен действительно испарился. Ни следов жизни, ни трупа, ни единого упоминания.

⁃ Хочешь зайдём внутрь? - я коснулся ее руки и дрогнув, она отстранилась.

⁃ Я сама. - твёрдо ответила она и направилась медленным шагом в сторону корабля.

Тяжело признавать, что этот жест подкосил мою непоколебимость. Из-за меня она потеряла отца. И корабль служил этому напоминанием.

Я пошёл за ней, удивляясь тому, какой сильной была девушка, идущая к месту забытых воспоминаний. Ее взгляд блуждал, а руки незаметно тряслись и из-за этого ей приходилось сжимать их в кулаки. Но ступала Мадлен уверенно. Как бы больно ей не было, она умела быть стойкой.

Корабль не изменился. Такая же огромная махина, похожая, скорее, на дом, чем на средство передвижения. Тут есть все: кухня, библиотека, несколько спален. Для меня это было извращением. Все вещи обязаны служить своим целям. Но Мадлен унаследовала у отца любовь к путанице назначения предметов.

Сейчас она поднималась наверх, легонько касаясь нежными пальчиками лакированных перил. Этот жест возбудил момент из прошлого, который верно хранила моя память.

⁃ Если догонишь меня, я подарю тебе свою удочку, - хитро улыбалась девчонка в мальчишеском одеянии.

Вместо платьев, папа нарядил ее в матроску и серые брюки, которые явно были размером больше необходимого. Она забавно повисла на трубе и с ожиданием смотрела на меня, пока я читал книгу.

⁃ Я читаю, Медди, - тепло улыбнулся я. - Давай в следующий раз.

Она отлипла от трубы и сложила руки на груди, забавно нахмурив брови. Очень грозно, нужно сказать. Я прямо задрожал от страха.

⁃ Ну же, Рет, - губы обиженно надулись, - тебе что, совсем не хочется забрать мою удочку?

Удочка – меньшее, что вообще имело для меня значения. Но девочка была такой милой. С этой, по-детски, расстроенной позой и забавным костюмом маленького моряка. После отказа она грустно поплетется в свою комнату и будет раскладывать заново надоевшие игрушки. Мадлен не заплачет. Не проронит даже слёзы. Такая она, упрямая, хоть и ранимая.

В одну секунду я хмыкнул и, кинув книгу, побежал за ней. Медленнее, чем мог бы, чтобы у неё было время убежать. От неожиданности она дёрнулась, но поняв, что игра началась, сразу же рванула к лестнице. Пространство заполонил ее заливистый детский смех. Ради этих звонких ноток стоило бросить книгу, стоило бежать, даже когда ты устал от того, что весь день пришлось перебирать снасти старика. Девочка хохотала и быстро топала по шаткой лестнице, хватаясь пальчиками за перила, чтобы не упасть.

⁃ Чего стоишь? - уже взрослым, непривычно тихим голосом, Мадлен вырвала меня из пучины воспоминаний, - Идём.

Она стояла наверху и смотрела непонимающим взглядом. Прокашлявшись, чтобы убрать стоящий ком в горле, я последовал за ней. В мёртвой тишине она заходила в каждую комнату и пустым взглядом проводила по знакомым стенам. Мне пришлось быть тенью. Чувствую, что сейчас ей не нужны слова и пустые жесты. Мадлен хочет погрузиться сама в свои воспоминания. И пускай стоящая атмосфера давила болью от утраты, я молча шёл за ней. Не мог уйти, хоть и хотелось. Забыл, что значит ощущать себя непривычно. Моя, уже такая естественная, гордость и самоуверенность осталась там, за бортом корабля.

Последней была ее комната. Только тут она приостановилась, прежде, чем открыть дверь. Но это была всего лишь секунда. Крепко сцепив зубы, наверняка, чтобы не заплакать, Мадлен нажала на ручку, открывая вход в свой прошлый мир. Там все было почти по-прежнему. Даже странно, что пираты не тронули старые фотографии и ненужные им вещи. Наверное, они не успели воспользоваться кораблем и держали его для лучших дней.

Мадлен медленно прошагала с кровати и взяла в руки фотографию в серебряной рамке, что всегда стояла у изголовья. На ней изображены старый капитан в своём самом парадном костюме и сидящая на его руках малышка. Снимок так хорошо передавал ее вредный нрав. Она провела пальцем по силуэту отца и горько улыбнулась:

⁃ Я ведь не видела его уже целых восемь лет, - мёртвый голос разорвал тишину, что стояла все это время.

Он был как лезвие. Каждая секунда здесь вторила: «И во всем этом виноват ты». Мадлен поставила фотографию и обернулась ко мне, пронзая тяжестью зелёных глаз.

⁃ Знаю о чем ты думаешь. - она сделала паузу, выжидая реакции, но ее не наступило, - Ты не виноват в этом, Рет. Я сама ушла с тобой. Силком ты меня не тащил.

Грудь сдавило спазмом. Так много раз я размышлял о том, как все могло бы случится. И точно знал, что мог бы сделать так, чтобы Мадлен осталась с отцом. Мог, но не захотел. Так отчаянно желал, чтобы она была рядом. Чтобы я сам мог защищать ее, такую хрупкую, от этого поганого мира. И оправдывал это тем, что она сама решилась уйти. Но подсознание отвечало: «Ты мог сбежать, не сказав, и она была бы счастлива вместе со своим отцом». Но в те дни меня лишь оглушали собственные чувства. Непреодолимое желание было таким поглощающим, что голос здравого рассудка исчез. Я лишь думал, что так нужно. Это правильно. Шевкет уже стар и немощен. Он не сможет ее уберечь.

⁃ Ты жалела когда-то? - неожиданно хриплым голосом спросил я.

⁃ Нет, - и в этом ответе не было ни капли сомнения. В глазах читалась решимость, а губы превратились в уверенную линию.

Она вновь развернулась, проводя рукой по предметам в своей комнате. Мадлен прошла все ещё раз, по второму кругу. В этот раз я оставил ее одну. Не потому что мне было скучно. А потому что мы оба нуждались в уединения на этом корабле.

Сидя на палубе со стороны открытого моря, я вновь вспомнил как много времени проводил здесь в юности. Мне хотелось твёрдой земли и привычного дома, а не жизни в плавающем корыте. Но Шевкет взял меня в свой дом и воспитал как полагается. Я не стал для него сыном. Скорее, воспитанником. Хоть и стариком он был добрым и сердечным. И многому меня научил. Это он привил трудолюбие, внимательность к деталям, чувство справедливости. И точно знаю, что такой наставник - это настоящий подарок. Если бы не Шевкет, я бы не достиг многого из того, что у меня есть. За это в моем сердце всегда будет место воспоминаниям о сердечном старике. Я хотел найти его, не только ради Мадлен. Мне и самому это было нужно.

⁃ Его хватил бы удар, если бы он увидел, какими мы стали, - подойдя сзади, Мадлен приземлилась рядом со мной. Теперь она выглядела не такой бледной и даже голос приобрёл нотки жизни. Все таки уединение иногда чертовски необходимая вещь.

⁃ У такого-то честного человека и такие паршивые дети, - хмыкнул я, размышляя над жестокой иронией судьбы.

⁃ Но он был понял. Он всегда все понимал.

Мадлен вновь грустно улыбнулась и подобно мне устремила свой взгляд на синее море. Сегодня из-за ветра, были небольшие волны, но корабль устойчиво стоял и даже палуба не содрогалась из-за их накатывания.

⁃ Думаешь он жив? - осторожно молвила она.

Я не знал ответ на этот вопрос. Но точно знал, что должен сейчас сказать:

⁃ Разумеется, Медди. Наверняка, взял себе небольшой корабль и выходит на нем, ловя русалок и открывая новые острова.

Мягко улыбнувшись, девушка притянула колени и обхватила их руками:

⁃ Помнишь, в детстве ты рассказывал мне сказку о мужчине, что влюбился в русалку?

⁃ Конечно.

⁃ Ты никогда не рассказывал до конца.

⁃ Потому что ты постоянно засыпала, - я улыбнулся, вспомнив как она отключалась после пары предложений.

Мадлен засияла:

⁃ Я же не виновата, что голос у тебя такой убаюкивающий.

⁃ Вот как? - я вскинул бровью от удивления, - Убаюкивающий, значит?

Ее лицо снова приняло вид детской игривости, которая не отнималась у неё с годами:

⁃ Это вообще-то прекрасный навык. Здорово помогал, когда я не могла уснуть.

⁃ А сейчас в сон не клонит? - с издёвкой спросил я.

⁃ Клонит, но я держусь, - она перекривила меня и будто кидая вызов, приподняла одну бровь.

Я вновь очутился в детстве, где несносная девчонка постоянно провоцировала меня. Но потом сладко улыбалась и своими маленькими ручонками, обхватывала за шею, и нежно шептала: «Я люблю тебя, Рет. Обещай, что никогда меня не оставишь». «Обещаю» - отвечал я с полной серьёзностью. И ведь не врал же. Так и не смог оставить.

Мы провели весь день на корабле. Снова и снова исследовали прежнее жильё и кидались в воспоминания, находя очередную значимую вещь. Это могло быть что угодно: старая игрушка, трухлявая полка, покрытые пылью картины. Мадлен больше не грустила. Она хватала очередную находку и заходилась в эмоциональном рассказе истории, что конечно же связывала их. Лишь изредка девушка умолкала и грустно смотрела не предмет своих воспоминаний. Потом она встряхивали головой, прогоняя дурные мысли прочь и снова становилась прежней.

Когда на город опустились сумерки, мы с неохотой решили вернуться. Все же здорово было оказаться здесь, в нашем светлом прошлом, где не было проблем, убийств и грехов, которые лежали тяжелым грузом. На время мое место занял прежний юноша, что любил читать книги в маленькой библиотеке старого корабля и любоваться как маленькая девочка, танцует рядом, не замечая никого вокруг.

Я отдал ей связку ключей от судна, чтобы она могла возвращаться в любой момент, когда ей захочется. Теперь по пути домой мы не молчали. Болтали обо всем. Таких разговоров у нас давно уже не было и на душе стало тепло. Будто вернулся в дом. Не тот, где спишь и ешь. А тот, где уютно и тебя всегда ждут. Сердце вновь стучало и напоминало, что оно живо. Оно еще чувствительно к эмоциям и любви, что заполонило в эти секунды все вокруг.

⁃ Знаешь, Рет, - Мадлен тепло улыбнулась, - Я думаю, что он все-таки был бы рад за нас. Мы ведь вместе и счастливы. А этого он хотел больше всего.

И в этот момент я знал, что сейчас действительно счастлив. Счастлив, что у неё есть причины улыбаться. Несмотря на все прожитые испытания, она смотрела на меня таким же нежным взглядом, как и восемь лет назад. В книгах часто говорится, что главная героиня пробуждала в любимом светлую частичку и поэтому была такой особенный. Но Мадлен другая. Она досконально знала мои плохие и хорошие стороны и не хотела их менять. Просто любила за то, какой есть. Принимая целиком, а не какую-то понравившуюся частицу.

Любуясь ею, я вовсе забыл о дороге. Уставился в ее яркие глаза, под пушистым обрамлением ресниц. А она подарила в ответ скромную улыбку. И разрывая, зрительный контакт развернулась к окну. На запотевшем стекле, ее палец нарисовал кривое сердечко. Она довольно осмотрела его и кинула в меня вопросительный взгляд, будто бы говоря: «Правда красиво?». Я шуточно нахмурился:

⁃ Потом помоешь окна, художница.

Она вновь звонко рассмеялась и в этот раз у меня не вышло сдержаться. Вместе с ее смехом, звучал в унисон и мой.

Когда пришлось глушить машину у порта Бастиона, накатила неизвестная тяжесть. Не хотелось завершать этот вечер. Но завтра новый день и новые дела. Как не крути, реальный мир ждал, когда ты снова в него вернёшься и начнёшь его проживать.

Я вышел вслед за Мадлен и проводил ее до двери. Она грустно глянула на свой дом и вздохнула:

⁃ Может всё-таки зайдёшь?

По пути девушка трижды предлагала ещё выпить чаю, но мне, к сожалению, приходилось отвергать все эти приглашения. Я прогулял с ней весь день, а дела не ждали. Ради хотя бы какого-то равновесия нужно было ещё уладить дела с документами, которые томно ждали меня на столе кабинета.

⁃ В следующий раз, - твёрдо ответил я и собираясь уходить, пожелал: - Спокойной ночи, Медди.

⁃ Спокойной.

Не успел я развернуться, как она кинулась обнять меня, порывисто захватывая руками. Я опешил, но инстинктивно заключил ее в ответные объятия. Прийдя в себя от неожиданной нежности, моя рука провела по ее темным волосам. Хорошо, что она не видит, какую тёплую улыбку у меня вызвал этот ее уютный жест.

⁃ Ну же, Медди. Мы ведь не на всю жизнь прощаемся.

⁃ Точно, - промычала она мне в грудь.

⁃ Беги спать, малышка. Завтра ещё встретимся.

Она расцепила объятия и вновь пожелав спокойной ночи, побежала к двери, уже более не оглядываясь в мою сторону.

Дома ещё бурлила жизнь. Со столовой слышался смех, а по коридорам встречались парочку людей в ночных пижамах. Никто не торопился спать. Я успел проследовать мимо охраны, как кто-то из них догнал меня.

⁃ Босс, - голосом робота проговорил широкий мужчина, что всегда сидел на посту, - Вам сегодня доставили письмо. Я оставил его не столе.

⁃ Благодарю, Том, - устало произнес я.

Считаю, что очень важно обращаться к людям по имени. Так ты проявляешь уважение и показываешь, что относишься к ним как к личностям, а не обычному обслуживающему персоналу.

Письмо не сулило ничего хорошего. Зайдя в свою комнату, я плюхнулся на кресло и сразу же стал изучать загадочный белый конверт. К огромному удивлению, в нем говорилось о том, что Грегхард вызывает меня на немедленную аудиенцию. Дело это срочное и не требует отлагательств. Всю усталость как рукой сняло. Пару начерканных предложений несли в себе угрозу. Только что-то крайне срочное могло заставить его торопить меня со встречей. Не откладывая это дело в долгий ящик, я перепроверил оружие в кобурах и снова направился к выходу из комнаты. Да уж, отдохнуть сегодня не судьба. Тот самый реальный и опасный мир вновь захватил меня, стоило только переступить порог своего здания.

Грегхард жил в уединённом поместье со своей семьей. Дом его скорее напоминал замок. Большая территория, колоннообразные сооружения, огромная усадьба с кучей кустов различных форм. Он не сможет убить меня в своём доме. Правила не позволят. Если кто-то из главы триады хотел начать войну, ему стоило вначале известить об этом противника. И что-то подсказывало мне, что именно для этого я сюда и явился. Его человек встретил меня у входа и провёл прямо к кабинету. Как бы там ни было, я готов к тому, что он сейчас мне скажет. Воевать приходилось не впервые. Думать, что в этот раз меня это обойдёт было бы глупо и безрассудно.

Старик сидел в бархатном алом халате, изучая какие-то бумаги через увеличительную лупу. Он не был сейчас похож на представителя бандитской группировки. Больше на дедулю, что читает сводку новостей.

⁃ Ах, это ты сынок, - заметив меня, старик отложил свои документы и оставил лупу. Обманчиво радушный голос не мог сбить меня с толку, - Я уже тебя заждался.

⁃ Должно быть что-то срочное, раз ты вызвал меня в такой поздний час, - грубо ответил я, не желая ходить вокруг да около.

⁃ Что ж, - Грег почесал переносицу, - Если хочешь, то можем приступить сразу к делу.

Взгляд его ожесточился. Убийца вернулся, отодвигая доброго дедулю далеко на задний план. Его рот растянулся в опасной улыбке:

⁃ У меня есть кое-что для тебя, сынок. Я нашёл твой маленький секрет.

***

Катарина впорхнула в «Хиганте Негро» словно бабочка. Ещё никогда она не чувствовала такого счастья и легкости. Груз сомнений и переживаний уже не давил на неё. После откровенного разговора с Филиппом, даже мрачная Баретта казалась красивее и ярче. Она думала о том, что до встречи с улыбчивым юношей, не жила и вовсе. А сейчас хотелось думать о будущем, хотелось танцевать от счастья и скорее уснуть, чтобы на утро снова его встретить. Улыбаясь, Катарина неслась сквозь парадный вход. Угрюмый охранник сегодня виделся ей особенно милым.

⁃ Приветик, Том, - пропела она.

Пускай и ему будет так же радостно как ей. Все ходят тут такие серьёзные и злые, а она подарит старине Тому свою яркую улыбку. Кто бы что не говорил, эта мелочь обладает чудодейственной силой.

Танцуя, Катарина облетела через все этажи и зашла в свою комнату. Она не заметила, что тот самый Том следовал за ней по пятам, не скрываясь. Стоило ей войти, дверь за ней громко закрылась и послышалось как прокрутились ключи в замке. Сперва она не поняла, что произошло и удивлённо попыталась нажала на ручку, с целью проверить, не показалось ли. Но ручка не двигалась. Дверь заперта с обратной стороны.

⁃ Эй, - испугано крикнула она, - Что происходит?

⁃ Прошу прощения, мисс, - послышался низкий баритон охранника, - Приказ босса.

***

Сегодня Мадлен было спокойно возвращаться домой. Она не могла описать, что же именно в ней переменилось. Вначале, увидев корабль отца, внутри будто что-то рухнуло. Надежда, увидеть отца, которая теплилась в сердце, звонко разбилась как зеркало. Увидеть «дом» было одновременно больно и трепетно. Страшно ощущать пустоту, царящую в стенах, что раньше вмещали столько жизни и любви. Но реальные предметы прошлого воскрешали давно затертые временем картины. Она телепортировалась в детство и хоть сегодня не было рядом любимого отца, Мадлен радовалась от того, что с ней был Рет. Он погрузился в пучины памяти вместе с ней. Да и вообще, сегодня Рет был совершенно другим. Не таким холодным и закрытым, каким она привыкла видеть его в последние годы. Казалось, что это место тронуло и в нем какие-то струны души. Мадлен даже смогла полностью расслабиться и стать прежней девчонкой, что смеялась и не боялась нести бред в компании вечно серьезного и сосредоточенного Рета.

Девушка заперла дверь и сразу же пошла на кухню, где любила возиться Алиса. Она не видела ее с самого утра. Ушла, не предупредив. Интересно, чем девчонка была занята весь день. Может, убежала на тайное свидание с Марко?

⁃ Алиса! - громко крикнула Мадлен, оповещая о своём приходе.

Ответа не последовало. Не слышался и привычный звон тарелок, к которому она так привыкла.

⁃ Алиса! - снова повторила она.

Снова молчание. Мадлен нахмурилась и осмотрела кухню. Девушки не было. Неужели уже уснула? Мед начала переживать и мигом поспешила в каюту гостьи. Дверь оказалась открытой, а комната пустой. Пришлось обойти весь корабль, но все было безуспешно. Подозрения нарастали подобно снежной лавине, что котится и становится все больше и больше. От прежнего спокойствия не осталось и следа. Лишь страшные предположения о том, что Алиса в опасности. Она всегда была дома. Что такого должно было случится?

Вдруг новая догадка больно кольнула сознание Медди. Она помчала в свою комнату, чтобы опровергнуть ее и застыла на месте, увидев, что дверь, которую она всегда закрывала, сейчас была отворена. Сразу же появились сотни оправданий этому нелепому совпадению. Они возникли как средство защиты. И все же, несмотря на них, девушка пошла проверить на месте ли сундук. Она охраняла его денно и ночно, словно там хранилось ее сердце. Ни разу не заглянула, ведь Рет настоятельно просил об этом. Мадлен сдвинула потайную стенку. Пространство оказалось пустым. Сундук исчез, а на его месте лежала одинокий белый лист с рисунком величественного герба «Алого Змея».