Дремлющий демон Рида

Сейчас я стою перед университетом и пытаюсь понять, где совершил ошибку. За моей спиной осталась автомобильная парковка, а я в последний раз поправляю ворот белоснежной рубашки перед тем, как встретиться с блюстителем правопорядка у входа в здание. Хоть он и одет в гражданское, его выдает внешний вид одежды, который не подходит под температуру местного субтропического климата. Черный, немного мятый пиджак, закрытые ботинки, которые покрылись пылью, и темные брюки. Мужчина уже два раза проверил наличие кобуры на поясе, тем самым выдав свою тревожность.

Все мое поведение не показывает легкой опасности, которая сейчас внутри. Я адекватно понимаю, что все было идеально, следов я не оставлял, свидетелей — тоже. Но чернокожий мужчина стоит у двери и встречает меня слишком напряжённым взглядом. Внутреннее веко немного дрожит, отчего на коже пульсирует венка под глазом.

Если бы они подозревали меня, то скорее всего меня бы ждал другой прием. С группой захвата и наручниками. Встречаясь глазами со мной, полицейский немного отводит взгляд.

Ты боишься.

Не знаю еще чего. Его брови немного подняты, но имеют прямую форму, их внутренние углы сдвинуты, и через лоб проходят горизонтальные морщины, черные зрачки немного увеличены.

— Профессор Рид, — я пожимаю немного влажную ладонь полицейского. — Детектив Стивенс.

Тучное лицо мужчины немного блестит от сального налета. А под его глазами мелкая россыпь выступающих черных родинок. Внешний вид мне не нравится. А ладонь хочется протереть платком.

— Чем могу быть полезен?

Я не встречал его раньше, выходит, он не вел дела в Майами. Значит, есть вероятность, что город жары и дорогого жилья посетил интересный субъект, который бежит от правосудия.

Мне это нравится. Отличное продолжение дня.

— Профессор Рид, давайте выпьем по чашке кофе. Я только с самолета и хотел бы промочить горло.

Странно, что он не оговорился и не сказал про виски. Откуда же Вы? За кем Вы бежите? Почему Вы с самолета пришли ко мне? Я не единственный во Флориде.

Но совершенно точно лучший.

А вы знаете, какой это грех? Чувствовать превосходство?

Верно.

Да здравствует гордыня.

Раскрытие преступлений, по которым я работал, составляет восемьдесят четыре процента. Остальные шестнадцать или безвестно пропали в недрах черного целлофана и океана, или сбежали.

— В моем кабинете есть кофемашина. Думаю, там разговор будет более уместен, чем в столовой.

Детектив кивает и молча следует до кабинета за мной. Когда я уже собираюсь открыть дверь, меня останавливает милая Роза.

— Профессор Рид, я бы хотела поговорить с Вами, — она осматривает детектива, но не понимает, кажется, кто это. — Наедине.

Хочешь спросить, трахнул ли я твою дочь? Хочешь, чтобы я трахнул тебя? Хочешь постоять на коленях, заглатывая мой член? Ну, давай! Скажи, чего ты хочешь?

— Миссис Мур, если Вы не против, я бы хотел побеседовать с детективом.

Он не ждет, что я его представлю. Он, как и со мной, протягивает руку Розе и представляется. А я вижу, как она вытирает ладонь об излишне короткую юбку для ее статуса декана.

Мне нравится, что ты тоже любишь опрятность, но твоя одежда не возбуждает меня и не будет.

— Из-за моей небольшой командировки мы не обсудили план обучения. И Ваше поведение на лекциях.

Интересно. Твои губы поджаты, подбородок немного подергивается. Ты пытаешься не заплакать? Мне так и не посчастливилось встретить Розу в университете, она будто решила прогулять работу без причин. Но теперь я вижу, что они были. Дейзи рассказала о том, что я трахнул ее в машине. Захотела на ее место? Ревнуешь? Завидуешь дочери?

— Миссис Мур, — вмешивается детектив, — я отвлеку профессора на не более чем пятнадцать минут. Это касается ЗодакаЗодак — Зодиа́к (англ. Zodiac) — псевдоним неустановленного американского серийного убийцы, действовавшего в Северной Калифорнии, по крайней мере с конца 1960-х до начала 1970-х годов., — шепотом заканчивает он.

Зодак. Великая удача для меня, трагическое несчастье для Майами. Раз детектив тут, значит, уже собрана оперативная группа по его поимке. Значит, он объявился в моем городе. Идеальное утро.

Я ощущаю этот волнительный трепет, предвкушая ознакомление с делом и фотографиями с места убийств, которые доступны только тем, кто подписал соглашение о неразглашении. Как я буду пролистывать каждую страницу, наслаждаясь информацией, которая для меня откроется. Большинство сведений, которые я мог получить, были из интернета, но там невозможно было найти его посланий в прессу и полицейские участки, не было фотографий с места убийств. Возможно, милая Роза, я загляну к тебе на десять минут, и не только для разговора.

— Я зайду перед первой лекцией.

Она кивает и уходит. Короткая юбка и высокие каблуки. Что же ты хочешь доказать самой себе? Что у меня встанет на тебя? Встанет. Мы уже проверяли.

Жестом приглашаю детектива пройти в кабинет. И пока он устроился на небольшом кожаном диване, я выступаю в роли бариста. И нажимаю кнопку на аппарате. Жужжание кофемашины заполняет кабинет. Я не спросил, какой кофе будет мистер Стивенс, я это уже знаю. Чтобы проснуться и поднять тонус, он пьет черный. А чрезмерные сальные железы на лице и обрюзгшая фигура выдают явную любовь к сладкому. Я ставлю белую чашку на кофейный столик и устраиваюсь в кресле для посетителей, чтобы детектив мог общаться на равных, не обращая внимания на разделяющий нас стол. До лекции остался час. А в планах еще появилась Роза, и мне бы очень хотелось посмотреть в глаза Софии без разделяющего стекла на стадионе. К моему удивлению, полиция молчит и о находке детей, и о возгорании господина Дункана.

— Профессор, по нашим данным, в Майами приехал человек, которого прозвали Зодак. Вы слышали о нем?

Что за бестолковые вопросы? Это нашумевшие дела, про них знают все.

— Убийца-мужчина, который орудовал в Северной Калифорнии, совершил тринадцать установленных нападений в Бениша, Вальехо, Напа и Сан-Франциско в период с декабря 2016 года по октябрь 2020, из которых двенадцать закончились смертью жертв. Он нападал на пары молодых людей. В ходе преступлений использовал нож, пистолет и удавку.

Детектив перебивает меня. Очень невоспитанно.

— Он отправлял шифры в газеты, последний пришел вчера утром в местную. Вы слышали про это его увлечение?

Увлечение? Серьезно?

— После второго нападения он разослал серию издевательских писем в местные газеты, в которых использовал в качестве подписи псевдоним «Зодак» и специфический символ, напоминающий кельтский крест. Аналогичный символ он оставил на месте одного из преступлений в Вельехо. В письмах Зодак озвучивал угрозы новых убийств и намерение взорвать автобус. Письма также содержали несколько криптограмм, в которых, по словам убийцы, были зашифрованы данные о нём. Один из шифров якобы содержал имя преступника. Но они так и не распознаны. Он уже убил пару в Майами? Не так ли?

Я уже знаю ответ. Из-за этого СМИ не спешат рассказывать о малоизвестном педофиле, они ждут рыбу покрупнее.

А детектив отводит глаза и проводит толстыми пальцами по короткому ворсу волос.

— Да. Сегодня ночью он совершил нападение на молодую пару, они снимали номер в мотеле, зарегистрировались на вымышленные имена. Документов при них обнаружено не было. Приехали они туда на такси в нетрезвом виде. С водителем расплатились наличными и оставили хороший чай. К нашей удаче, мужчина, на которого было совершено нападение, еще жив. Хоть и находится в тяжелом состоянии.

Второй промах Зодака. После первого был составлен примерный фоторобот, который ничего не дал, кроме перерыва в нападениях почти на год.

— Вы опознали жертв?

Все же решаюсь уточнить, хоть ответ очевиден.

— Нет, но мы работаем над этим, — конечно. — Профессор Рид, мы бы хотели привлечь Вас к расследованию и пригласить быть консультантом оперативной группы.

Это и хорошо, и нет. Это даст мне больше информации, но и свяжет мне руки обязательствами — не юридическими, нет. Я буду на виду, каждый мой шаг будет оцениваться и отслеживаться.

— Мне нужно подумать, детектив Стивенс, и обсудить с деканом. Начало учебного года, большой объём работ.

Я лгу. Я соглашусь, но не так быстро.

Очень хочется закурить. Пропустить горький дым в легкие и на секунду задержать его в себе. Как жаль, что я бросил.

— Да, конечно, понимаю. Но я настаиваю, чтобы Вы согласились. Возможно, Вас есть кому заменить на некоторое время?

Вот чего ты боялся в начале нашей встречи. Тебя послали уговорить меня. Но почему именно я? Из-за процента раскрываемости?

— Как я уже сказал, мне нужно обсудить это с деканом.

Возможно, находясь непосредственно в ней.

— Процент раскрываемости дел, в которых Вы участвовали, на сегодняшнее утро составляет почти девяносто процентов. Вам уже сообщили, что похищенных детей, по делу с которым Вы работали, нашли? Они в порядке.

Они не в порядке, мистер Стивенс, и с вероятностью более шестидесяти процентов не будут никогда. Один из них, с вероятностью тридцать семь процентов, попробует наложить на себя руки, когда станет старше. Второй будет переживать эту неделю своей жизни вечно. Он или станет следующим господином Дунканом, чтобы ощущать власть в своих руках, или будет сидеть на психотропных веществах и разговаривать с голубями в парке. Их спасение — оно не освободило их от ужаса. Они не в порядке.

— Рад слышать, не видел этого в новостях.

Детектив немного проводит пальцем по кончику носа, будто почесывая.

Готовишь ложь?

— Там новые обстоятельства, которые пока что не разрешено освещать в СМИ. По поводу Зодака, Вы бы могли высказать свои мысли на его счет сейчас? Может, у вас есть гипотезы по поводу его жертв.

Без документов по делу, без фото с места преступления? Без опознания жертв? Я не фокусник, мистер Стивенс. Будто прочитав мои мысли, мужчина вынимает небольшой планшет из внутренней части пиджака, открывает на нем некий файл и протягивает мне.

— Листайте слева.

Что я и делаю. Обнаженная рыжеволосая девушка, которая лежит на бежевом ковролине, пропитывая его кровью. Яркие картины на стене мотеля, дорогое белье на кровати. Это не дешевая ночлежка, это хорошее и дорогое место, просто на окраине города. Лицо девушки почти невозможно разглядеть из-за положения ее тела. Фото мужчины в деле нет. Только описание светлых волос. На прикроватной тумбе лежит наличка и несколько фишек.

— Было ли что-то еще? Откуда таксист забирал эту пару?

Мне не нравится моя идея. Вы тоже уже догадались?

Детектив отрывает спину от дивана и пытается сесть прямо, но живот мешает такому положению. Чревоугодие — тоже грех.

— Тут недалеко есть небольшой парк, эта пара вчера вечером поймала такси, как я уже сказал, платила наличкой, оставила чаевые.

Чего-то не хватает.

— Это все?

Детектив смотрит на меня как на умалишенного. Я буквально слышу, как шестеренки в его мозгу шевелятся, пытаясь работать. И в последний момент, когда он уже отчаивается, к нему точно приходит осознание, что он забыл мне сказать.

— Они дали водителю такси фишку.

Я быстро поднимаюсь с кресла: становится все любопытнее. Пара молодых людей, которая хотела скрыть свою связь, и из-за этого едет на такси в самый дальний уголок города. В место, где они скорее всего уже были. У этой пары не оказывается с собой документов, но они им и не нужны, они пьяны, они все еще не могут отойти от кутежа Вегаса. Как много людей я знаю, которые были в Вегасе за последнюю неделю? Из информации, которую я узнал о мисс Петерсон, у нее есть родной брат и подруга, с которыми она зажигала в казино.

У них еще есть наличка и фишки для продолжения веселья. Она скорее всего остановилась у родителей, но это не точно, мне про нее ничего неизвестно, кроме ее имени. А вот он точно живет в доме отца и матери. И было бы глупо приводить девушку в дом, если хочешь скрыть, что трахаешь ее с определенной регулярностью. Но Зодак нападает обычно на пары, в которых один из партнеров изменяет...

Я быстро иду по коридору, не обращая внимания на студентов, которые здороваются через одного. Детектив бежит за мной и что-то кричит мне в след. А я не жду его, хочу узнать, верно ли я понял. И я знаю человека, кто скажет мне сейчас. Дверь в каморку мисс Петерсон не заперта, но ее там нет. Библиотека.

— Профессор, что происходит?

Мистер Стивенс уже задыхается. Но мне все равно. Я игнорирую его вопрос, у меня есть дело поинтереснее. Библиотека встречает тишиной, дверь открывается бесшумно, и я вижу затылок своей цели. Мисс Петерсон стоит ко мне спиной и что-то нажимает на телефоне.

— Паркер, вы с Кейт оставили у меня все свои документы, я не знаю, где вы там пропали, но научитесь уже брать трубки, черт вас подери.

Милая София отключает вызов, переставая записывать сообщение и разворачивается, почувствовав на себе взгляд. Детектив догоняет меня и теперь стоит за моей спиной и издает неприятный запах после легкой пробежки, который оседает у меня в носу. Мерзость. А София стоит и хлопает голубыми глазами, будто утром не смотрела, как человек умирает в агонии. Будто не наслаждалась процессом.

— Профессор Рид, Вы меня искали?

Да, милая, искал, и сейчас я задам тебе самый важный вопрос в это утро. Вопрос, который убьет ту легкую улыбку на твоих пухлых губах. Заставит тебя заполнить голубые глаза слезами, осесть на пол и прислониться спиной к стеллажам с книгами, поджимая под себя ноги. Зря, милая, ты надела юбку сегодня.

— Мисс Петерсон, Ваша подруга Кейти, как вы ее назвали, была замужем?

Ох уж это непонимание. Она еще не сопоставила времена моего вопроса. «Была».

— Да, у нее есть муж, но он не здесь, она приехала на несколько дней ко мне.

Не к тебе, София, не к тебе.