Глава шестая - Коллега
То, что я сейчас пишу, я адресую лично тебе. Я бы очень хотел, чтобы ты прочитал это, потому что для меня это важно. Я постараюсь не очень долго, правда. Но, ничего не могу обещать. Я не умею выражаться кратко, ты же меня знаешь.
Сейчас уже час ночи и мне просто хотелось бы немного отвлечься. Не знаю нормально ли, что я о таком пишу, но я не обязываю тебя читать. Пускай это будет просто дополнением к моим основным отчетам.
О том, что компания "Кибертойс" принимает на работу новых сотрудников я узнал совершенно случайно. Я тогда только-только закончил обучение в университете и хотел найти работу. По своей специальности я работать не мог. Да, и, специальностью я это назвать не могу. Скорее просто образование, просто диплом с соответствующей надписью и печатью. Мать с самого моего рождения копила деньги на обучение, так что "его величеству Рэю" повезло и он оказался в престижном учреждении на весьма специфическом факультете... философском. Как ты понимаешь, философ из меня такой себе, что я и доказал пока учился. Нет, меня не исключили, да и в целом, учился я достаточно примерно, к тому же я могу поумничать и переспорить людей старшего поколения. Если так подумать, то везде есть плюсы.
Когда я закончил университет моя мать сразу дала мне понять, что мне в доме она не особо рада. Я понимал ее, как и понимал то на, что она меня обрекает. Она думала, что в университете я образумлюсь, найду девушку и женюсь на ней. Словом: стану взрослее и из моей головы выветрится вся инфантильность. Она была слишком хорошего мнения обо мне. Вместо этого я никак не могу оплатить ипотеку. Я не нашел себе девушку, но зато нашел работу и подружился там с одним придурком, который иногда даже спасал меня из трудных жизненных ситуаций. Ну, и наконец: вместо работы по специальности, я стал клеить коробочки на фабрике детских андроидов. Ты и представить не можешь, в каком шоке была моя мать, когда узнала об этом. Я ничего не отрицал, я просто смирился со всем, что происходило в моей жизни.
Сейчас я лежу на мягком пуфике и пытаюсь уснуть. Знаешь, постепенно мне начали вспоминаться дни, проведенные на работе. И мне от этих воспоминаний так тоскливо, словно бы это было недавно, пару дней назад. И кое-что из них я бы хотел рассказать и тебе.
Тот придурок, о коем упоминал ранее, был моим коллегой. Вернее, технически он был моим коллегой, работал-то он в другом отделе. Мы познакомились с ним случайно. Он не намного старше меня, всего года на четыре. Он работал в отделе тестирования и мы редко пересекались, естественно, до того, как начали общаться. Он очень располагал к себе и был крайне общительным человеком. Я никогда особо не интересовался его работой, однако справедливости ради, он подписывал подписку о неразглашении. Главы компании не очень-то любили, когда мы обговаривали происходящее. Но иногда, когда мы собирались у меня дома по выходным, немного выпив, он пару раз пробалтывался о своей работе. Из-за него я и знаю про тестирование и некоторые факты о... главе отдела инноваций, под чьим крылом мой бывший друг и работал.
Пару раз мне даже удалось увидеть, малую часть процесса тестирования, тоже только потому что он позволял мне это. Тем не менее, большего о его работе я не знал. Да, и бьюсь об заклад, что и он не мог знать всей подноготной. Он мог общаться с роботами исключительно во время работы, а я — вообще не имел никакой возможности подобраться к ним. Иногда он пробовал заговорить с ними и, почти, за каждой такой попыткой его ловило начальство, делало выговор, но в конечном итоге снова позволяло вернуться к работе.
Я понимал, чем занимается этот человек. Я прекрасно знал, что есть моменты в его работе, которые никогда в жизни мне не раскроют. И опережая твой вопрос: да, я знал это, но продолжал дружить с ним. Потому что с ним мне всегда было весело. Хоть порой я все же чувствовал себя немного одиноким. И он просто любил проводить время со мной. Он был просто веселым придурком. А я по большей части был унылым придурком. И, как ты понимаешь, мы идеально друг друга дополняли.
С тех пор, как я перестал работать на "Кибертойс" его и след простыл. Все его соц. сети, после закрытия фабрики, пустовали годами, а по телефону звонить и вовсе было бессмысленно. Современные технологии позволяют найти человека достаточно легко и быстро, но я не пытался. Я просто не мог знать, что на самом деле все куда сложнее. Тогда я лишь верил в то, что раз мы больше не работаем вместе, то и пути наши разошлись.
Ты, наверное, помнишь, как в первых записях, Хади сказал фразу: "— ...ты боишься меня? Разве ты не работал здесь?". Вообще, были моменты, которые я, скажем оставил на потом. Дело в том, что у меня есть одна небольшая, но красочная история того, как мне все же удалось повзаимодействовать с Хади во время туров по фабрике. Сейчас я тебе ее расскажу. Представь будто мы в походе, сидим у костра или же... в общем, устрой себе наиболее атмосферную обстановку. Это происходило довольно давно, так что, надеюсь эта история вызовет у тебя ностальгию.
* * *
Я, как обычно занимался тем, что складывал коробки. Ко мне по конвейеру подъезжала гора картона, а я должен был собрать из нее коробку и отправить дальше по ленте. На сей раз это были маленькие коробки для, каких-то мелких деталей, которые шли в комплекте с роботами. Должен уточнить, что в основном коробка нужна была, либо для доставки, либо для презентации в магазинах. Очень часто андроида включали прямо на месте покупки и уходили с ним домой. Упаковку использовали для хранения документации, запасных деталей, которые производитель помещал, как самые быстро теряющиеся, однако сами роботы там не хранились. Подзарядные станции и вовсе продавались отдельно (это еще один пунктик к гениальности мистера Лютера).
К тому моменту, когда фабрику открыли для посещения у меня, как раз был обед. И в мой обед меня позвал мой друг и коллега. Давай я наконец раскрою тебе его имя, чтобы не создавать вокруг этого, какой-то дурацкий ореол таинственности. Его звали Норман Мартинссон. Он не был ни коем образом приближенным к верхам компании, хоть и должность его была в разы серьезнее моей.
— Здоров, Рэй, — сказал он и оперся спиной о стену. На это я лишь молча кивнул, — они опять собрали народ. Скоро будут запускать, так что я пока свободен.
— Как раз пришел в мой обед, — сказал я и улыбнулся, — предлагаю взять по стаканчику кофе.
Норман уже хотел было согласиться, однако его голову озарила новая мысль. Это было очень явно видно по его просиявшему лицу.
— Пойдем-ка ненадолго в главный зал? — неожиданно предложил он.
— Кофе-аппарат не там. Зачем? — протянул я.
— Увидишь.
Я пожал плечами и отправился вслед за ним. Мы вышли из невзрачного отдела, в котором работал я, в совершенно другую часть фабрики — презентабельную и красивую, где, как раз и были сами роботы. Я очень редко здесь бывал. Конечно, ремонт тут и правда был хорош, все-таки для посетителей старались. Мы прошли по коридорам, миновали несколько других залов (в том числе и зал с "Машиной для создания андроидов") и вышли в главный, который представал перед посетителями сразу после входа и магазинчика с сувенирами.
В центре зала располагался стенд с Хади. Норман уверенно подошел к нему.
— Опять выключили, — с наигранной досадой проговорил он, — скоро будут приглашать людей, нам бы включить его.
— Норман, — опешил я, — тут же везде камеры, — я стал рефлекторно оглядываться по сторонам.
— Рэй, я же не ты, — он ухмыльнулся, — ко мне здесь больше доверия. К тому же, я уверен, что начальство и так попросило бы меня включить его для посетителей.
— Норман, если будут спрашивать: "Кто это сделал?" я не стану тебя прикрывать.
— Не волнуйся, у меня есть документ, позволяющий мне включать их. Кроме того... Лэйт мне все простит... — он подошел к андроиду, — ну-ка посмотрим...
Я скрестил руки на груди. Мне было неловко. Я понимал, что Норман — это тот человек, который был способен проконтролировать ситуацию, в случае чего. Я знал, что он сам тестировал Хади. Кроме того, я знал, что изначально Хади и правда должен был быть включенным. Просто верхи компании время от времени выключали его для предосторожности. И все же чувствовал я себя так, будто делаю, что-то максимально незаконное.
Хади стоял в своей привычной позе: с поднятой рукой, липучкой к зрителям — поза приветствия. На лице его была застывшая улыбка, а в глазах бегали блики от прожекторных ламп, кои освещали его сверху. Я смотрел на него, стараясь не думать о том, как он поведет себя, ведь сразу после пробуждения он увидит лишь мою удивленную физиономию. Ранее я даже ни разу с ним не разговаривал, потому в моем сердце внезапно проснулся странноватый азарт.
— Интересно, какого это, когда тебя постоянно отключают? — спросил я сам себя, не рассчитывая, что Норман решит ответить.
— Ну, — протянул он, расправляя волосы робота со стороны затылка, — я думаю ощущение схоже с человеческим засыпанием... наверное.
— Норман, а он, что просто включается на кнопку? — поинтересовался я и подошел чуть ближе к нему.
— Да, так же, как и ты, к примеру, включаешь компьютер, — он слегка повернул голову андроида, — кнопка расположена там, где у нас находится мозжечок...
— ...что, прямо внутри?.. — перебил его я и невольно поежился.
— ...не неси ерунду, — он усмехнулся, — кнопка, само собой, снаружи. Чтобы наши "смышленые" покупатели точно смогли разобраться, как выключить этого здоровяка в случае, если ребеночку надоело играться.
— Норман... — недовольно протянул я.
Я вновь скрестил руки на груди, но на этот раз сердито. Он увидел мое выражение лица и засмеялся. Кажется, его абсолютно не смутило, то, каким циничным тоном он это произнес. Ну, да ладно, я ведь в самом деле не должен учить его поведению. К тому же, он работает с андроидами ежедневно. Думаю, он всякое повидал.
— Моралфаг, — язвительно бросил он и наконец отошел от робота.
Норман подошел ко мне и встал напротив андроида. Он деловито поставил руки на бока и посмотрел на Хади снизу вверх.
— Он включается несколько дольше новых моделей, — объяснил он. Я кивнул и продолжил слушать, — кажется, сейчас он был в полной отключке. Это не тоже самое, что и выход из спящего режима, так что придется немного подождать.
— Он на подзагрузке? — уточнил я.
— Что-то вроде того. К сожалению, отследить процесс загрузки можно только, если подключить долговязого к компьютеру.
— Интересно, какого включаться после длительного отключения?
— Наверное чувство схожее с пробуждением из комы, — предположил Норман и задумчиво приложил палец к подбородку.
Наконец робот заморгал, начал шевелить головой и руками. Мое лицо медленно начало меняться из неловко-мрачного, на заинтересованное. Это было такое странное чувство. Он включился прямо на моих глазах.
— А что андроид обычно говорит после включения? — спросил я, но не отводил взгляд от робота.
— Не знаю, — тут же ответил Хади и улыбнулся.
Я впал в ступор, а Норман, как обычно начал надо мной смеяться. Я нахмурил брови и посмотрел на него. Тот быстро прекратил. Хади не был удивленным или, что-то в этом роде. Наверное, он к подобным ситуациям уже привык. Если, конечно, слово "привык" может распространяться на андроидов.
Я немного растерялся в тот момент. С одной стороны я был бы не против заговорить с роботом, но с другой — я малость побаивался. Кажется Норман быстро понял это и чуть толкнул меня локтем.
— Успокойся, — сказал он и посмотрел на андроида, — Хади — гордость нашей компании. Мы сделали ему очень добрый характер. Смотри, — Норман поднялся на пьедестал и подошел к нему вплотную, — "Хади сможет обнимать вас вечно", — процитировал рекламный слоган он и расставил для объятий.
Андроид обнял Нормана в ответ и тот вновь засмеялся. Затем он развернулся ко мне лицом, но специально задержал руки Хади, чтобы тот не прекращал обнимать его. Он ухватился за них и прикрыл глаза. Робот поначалу удивленно похлопал глазами, но вскоре на его лице появилась улыбка и он так же, как и мой коллега, прикрыл глаза.
— Люди его обожают, — протянул Норман, по-прежнему не отпуская того из объятий, — если бы не он, то кто знает? Может у нас и таких продаж никогда бы и не было. Осталась бы наша компания на задворках истории и никто бы даже о ней не узнал.
Хади ничего не отвечал, он просто продолжал улыбаться. Кажется, ему в самом деле нравился его статус. Он тут местная знаменитость. Готов поспорить, что люди посещают фабрику только потому что интересуются созданием Хади. Мне на тот момент он и впрямь показался довольно милым. Типичный милый робот из фантастических книг прошлого. Интересно, как люди того времени представляли себе андроидов? Во всяком случае, вряд ли они ожидали увидеть специальных роботов для детей.
И все же, слова, которые Норман проговорил еще в самом начале этого диалога: "— ...кнопка, само собой, снаружи. Чтобы наши "смышленые" покупатели точно смогли разобраться, как выключить этого здоровяка в случае, если ребеночку надоело играться." Это звучало слишком цинично... слишком. Да, как ни крути, Хади — всего лишь робот, машина, искусственный интеллект... в общем, не живое существо и им никогда не являлось. Но тем не менее, мы же все равно воспринимаем их по-другому. В мире, где дети думают, что их игрушки живые, геймеры разговаривают со своими компьютерами и консолями, а иные и вовсе — с роботами-пылесосами, так странно наблюдать такое пренебрежительное отношение.
Когда Норман отошел от андроида, он невербально, еле заметным кивком головы, подтолкнул меня пойти следующим. Я посмотрел в глаза Хади, а тот быстро взглянул на меня в ответ. Я неловко посмеялся и начал подходить чуть ближе.
— Смелее, Рэй, — подстрекал меня тот, — неужели ты думаешь, что он тебя сожрет?
Я, конечно, так не думал, но мне все равно было немного страшно. Даже, скорее неловко. Хади вновь расставил руки для объятий. И в этот момент мне стало легче. Я посмотрел на его улыбку и сомнения, как-то сами собой улетучились. Я тоже обнял его. Услышал звук, как зашелестела липучка. Кажется он схватил меня и теперь не отпустит. Забавно. Он был теплым, но только потому что работал. Потому что ток шел по проводкам, потому что работали кулеры, потому что все компоненты в этой машине были приведены в движение.
Я отстранился.
Интересно какого это: вообще не чувствовать свое тело? Не ощущать ни рук, ни ног?.. Не ощущать даже банальное сердцебиение или там, потемнение в глазах, когда резко просыпаешься после очень короткого сна?.. Странно, да? Я задумываюсь о каких-то слишком уж глобальных вещах, стоит мне просто обняться с роботом, предназначенным для, как говорил Норман: "Детей богатеньких американцев". Будь я ребенком, насколько я был бы счастлив будь у меня дома Хади? На этот вопрос я в скором времени планирую дать себе ответ.
— Хади, дружище, — обратился к нему Норман, — скоро сюда опять придут посетители. Пожалуйста, старайся не сильно много общаться с ними, договорились? — тот кивнул, — сам понимаешь, это только ради твоей безопасности.
— Конечно, мистер Мартинсон, — согласился робот, — я же не хочу, чтобы вас уволили, — он улыбнулся.
— Эх, засранец, — проговорил тот и хлопнул робота по плечу, — а Лэйт в самом деле научил тебя шутить.
— У вас тоже неплохое чувство юмора, — сказал тот и подмигнул.
— О-о-о, приятно осознавать это, — протянул Норман.
Мы вскоре отошли от Хади. Он снова принял позу приветствия и замер. Так он всегда встречал гостей, неважно был ли он включен. Мой обед скоро уже подойдет к концу, так что мы покинули главный зал, чтобы выпить по стаканчику кофе, как и договаривались в самом начале. Проходя снова мимо главного зала, я увидел, как уже приходили посетители. К Хади уже вовсю лезли дети. Кажется, они выглядели счастливыми рядом с ним. Может и в самом деле не так уж и плохо иметь дома робота? На этот вопрос я тоже все еще продолжаю искать ответ.
Главный зал, как и множество других, что следовали за ним были сконструированы исключительно для демонстрации и ничего более. То, что сделал Норман ему, конечно же, так просто с рук не сошло, кто бы мог подумать, да? Хотя, справедливости ради, опять же, не было никакого "Графика включения и выключения андроида Хади". Он с самого начала должен был быть все время во включенном состоянии. Просто тогда я всего того, что он сам рассказал мне, не знал. И все же, Норману явно не следовало его включать. А вот вопрос о том: "Имеем ли мы право решать, кто будет включенным, а кто — нет?" я бы пожалуй упустил. Я бы оставил эту мысль тебе. Надеюсь ты найдешь для себя наиболее благоприятный ответ.
* * *
Пока я писал это, я услышал медленно приближающиеся шаги. Я не испугался, ведь знал, что в "Сердце" я не один. Я отвернул телефон в сторону и увидел Хади. Ну, собственно, ничего неожиданного. Я о нем все это время писал и вот он сам ко мне и подошел, кажется, что-то из серии: "Вспомнил лучик, вот и солнышко". Он несколько секунд посмотрел на меня, после чего присел рядом на скамейку.
— Не спишь? — коротко спросил он.
Хади облокотился о спинку скамейки и расставил локти в стороны.
— Да, — так же коротко ответил я.
— Наверное непросто уснуть в таком месте? — задал он, скорее, риторический вопрос.
— У меня проблемы со сном, — буркнул я и тут же добавил, — ну, и это тоже.
— Что ты думаешь насчет, прожитого здесь, дня? — тихо проговорил он, после небольшой паузы.
Этот вопрос поставил меня в тупик. Этот андроид и так меня сегодня хорошенько напугал, а теперь еще и посреди ночи задает странные вопросы. И все же, что я в самом деле думаю?
— Наверное, то что я кретин, — выдавил наконец я.
Этим я, вероятно, удивил Хади, судя по его лицу. Он посмотрел мне в глаза так, будто я признался в чем-то невероятном.
— Пришел на заброшенную фабрику андроидов, только из-за какого-то письма. Я ведь даже адресата не знаю. Я, банально, не задумался о том, что это место, в теории, может быть охраняемо. А даже, если и нет, то никто не отменял огромное количество бездомных людей в Америке, которые могли бы очень легко поселиться здесь и, как следствие, очень легко выбить из меня всю дурь.
— Самокритично, — тихо проговорил Хади.
С этим я поспорить не мог. Как и не мог понять, зачем же он пришел ко мне.
— Ты меня боишься, Рэй?.. — неожиданно спросил он.
— ...это вопрос с подвохом? — недоверчиво перебил его я.
— Нет. Это самый что ни наесть прямой вопрос, который я только мог задать.
— Хорошо, тогда вот тебе мой прямой ответ: ... — и я тут же замялся, — я не знаю.
Хади устало запрокинул голову, словно бы он и в самом деле был без сил. Кажется, он и ожидал услышать нечто подобное. В любом случае, выглядел он неважно.
— Боюсь я не очень много знаю о роботах, — начал я, — думаю, что есть вещи, которые вы не способны понять, по... эм, техническим причинам, прости за каламбур, пожалуйста. Я думаю, что нам с тобой не достичь консенсуса, если мы будем... ссориться? Тем не менее, я вижу, что ты добрый. Даже, если это просто часть, прописанного ранее, характера, все равно. Это очень хорошее качество. Я вижу, что тебе не все равно на остальных, ведь, по факту, тебя ничего не удерживало от того, чтобы просто выйти из здания вместе со мной.
Хади поднял голову и посмотрел мне в глаза.
— Ты, какой-то слишком оптимистичный, Рэй, — ответил он, — правда ли, что большая часть людей мыслят так же, как и ты?
— Ну, про адекватность не знаю, — протянул я, — но, если грубо говоря, то да. Я не люблю фантастику прошлых годов, потому что в ней всегда две ролевые модели: злые люди и роботы, у которых всегда и во всех случаях есть совесть. Наш мир совершенно другой, — я усмехнулся, — если появится, какая-то группа, то на нее обязательно найдутся защитники. С андроидами так же, — я выдержал паузу, — ты бы хотел увидеть внешний мир?
— Меня все знают, но, — он помолчал немного, после чего продолжил, — я, наверное, поэтому и хочу уйти отсюда. Я вряд ли смогу жить, как человек, но я думаю, что найду, какое-нибудь решение.
— Посмотрим. Если тебе нужна будет помощь уже после побега, то обращайся, дружище, — сказал я и улыбнулся, — подумаем получится ли прямо-таки приютить тебя, но месяцок перекантоваться точно сможешь.
— Хм... не знаю, — он задумчиво посмотрел в потолок, — нужно подумать еще и об остальных... и как быть с Кейси?.. — он приподнялся, — в любом случае, разговоры об этом тебя спать не уложат. Я бы не хотел, чтобы завтра у тебя не было сил, — он улыбнулся и наклонил голову, — как прикажешь лечить твою бессонницу?
— Я сам не знаю, — пожал плечами я.
— Ну, так дела не делаются, — недовольно протянул он, — тебе, как лучше засыпается: в одиночестве или, когда кто-то рядом?..
В этот момент приподнялся уже я. Мои глаза были округленными от недоумения. Не ожидал я, что Хади всерьез обеспокоит мой сон.
— ..я почему спрашиваю, — продолжил он, — не знаю, как со взрослыми, но детей обычно успокаивает присутствие во время сна. А ты сам понимаешь для кого я создан.
— Ты, конечно, извини за глупый вопрос, — медленно начал я, — но, что сказала бы на это Кейси?
Он тихо посмеялся. Ну, и что я такого смешного сказал? Глупое, но не смешное же... Я не хочу потом получить проблемы и не хочу их кому-либо создавать. Тем более Кейси, которая вообще не должна была страдать от наших с Хади разборок.
— Интересный ты, — сказал андроид, продолжая посмеиваться, — ты правда думаешь, что она станет ревновать? Или что я таким образом подорву ее доверие?
— Я просто не хочу создавать проблемы, — тихо проговорил я.
— Как скажешь, — он положил руку мне на плечо, — ладно тебе, ложись давай, у нас завтра много дел. Я просто побуду рядом, надеюсь ты так лучше уснешь.
Поначалу я молчал и послушно лег на скамейку. Он и вправду сел рядом, на край, будто я в самом деле перенесся на много лет назад, в детство. Со мной мать так сидела редко, но я всегда хорошо засыпал, когда она была рядом. Бессонница началась у меня чуть ли ни с дошкольного возраста. Так или иначе, это пошло со мной и дальше во взрослую жизнь. И я не могу ничего с этим поделать.
— Хади, что я творю?.. я же взрослый мужчина, — неожиданно выпалил я, — я закончил школу, университет и даже поработать успел.
— Да, но согласись, не каждый взрослый мужчина засыпает с бессонницей на заброшенном заводе, находясь без людей. Думаю, тебе не о чем беспокоиться.