Мир развлечений и страха

Сегодня, пожалуй самый странный день за последние несколько лет. Я сам пригласил Нормана в свой дом. Однако у меня для этого самая, что ни на есть веская причина. Норман обещал, что поможет с поломкой, или можно даже сказать, с раной Хади. Я не знал мог ли я ему доверять, но однако же я готов был дать ему шанс на искупление. Да, и андроида я не мог дать в обиду. Он столько времени жил с этой травмой и теперь ему пора было выдохнуть спокойно... если, конечно, я могу говорить так о роботе.

На самом деле я волновался. Я очень долгое время размышлял о том, стоит ли мне напрямую говорить Норману о расследовании. Или может мне стоит вовлечь его без его ведома. Хотя я понятия не имел, как могу заставить его вернуться на фабрику, чтобы найти Лэйта Пьера.

Вероятно, что Мия не просто так решила, что Норман будет хорошей "наживкой". Как-никак он испытывал чувство вины ко мне и из-за этого... я могу пользоваться этим и выпытывать из него, что-то, пока тот позволяет мне это. Мне казалось, что это морально предосудительно... но я не спешил сливать расследование только из-за этого.

Я ждал Нормана в неистовом волнении. Пытался подбирать в голове фразы, как именно я буду все рассказывать ему, как преподнесу. Мне никак не удавалось остановится на чем-то одном, мысли плавали и от этого я лишь сильнее нервничал. Я ведь по сути своей был в очень дурацком положении: мало того, что я не знал надо ли вообще объяснять тот факт, что я вообще связался с журналистом, пусть и независимым, так еще и искать нужно для этого самого расследования не абы кого, а главу отдела инноваций.

Я ходил по гостиной туда-сюда и не мог найти себе покоя. Это ожидание было просто ужасным. Тянулось долго и мои размышления не приносили плодов. Интересно получалось, но с завода я ушел, а вот завод еще долго не оставит меня в покое.

Мою безумную цепочку размышлений прервал звонок в дверь. Более у меня не было никакого времени, чтобы подготовится к предстоящему диалогу. Мне стало страшно, однако выбора у меня не было. Что же, я глубоко вздохнул, собрал всю свою волю в кулак и поспешил открыть.

На этом лице никогда не было приветственной улыбки. На самом деле мне это всегда нравилось. Норман никогда не изображал радость. Его лицо всегда было в сотню раз более искренним, чем его слова. По его лицу можно было чуть ли не предварительно знать собирается ли он лгать, манипулировать и делать прочие, малоприятные вещи.

Гость поднял на меня взгляд и только тогда уголки его губ слабо приподнялись. Я не знал, что творилось в его душе. Я никогда этого не знал. Иногда мне казалось, что у него совсем скудный спектр чувств и он не может испытывать и половины того, что чувствовал я. Разве ему знакома любовь к кому-то? Не только к себе, я имею в виду.

— Привет, — он протянул мне руку для рукопожатия, — как же давно не виделись, да?

Он, как-то по-детски усмехнулся со своих же слов и я невольно тоже. Конечно, его последний визит не то, чтобы имел, какую-то положительную основу, но мне надолго врезались в память его слова. Все-таки он мог изобразить искренность хоть, когда-то.

— Никакому мастеру по андроидам я не смогу доверить такой ремонт, я думаю ты прекрасно это понимаешь, — сказал я и прошел в гостиную.

Он снял обувь и проследовал за мной. За его спиной я увидел достаточно внушительных размеров рюкзак. Не походный, конечно, но большой. Немного похожий на тот, что у доставщиков еды, разве что не цветастый и не кубической формы. Получается он подготовился.

— Сам натворил, сам и исправляй, — с наигранным раздражением протянул тот в ответ.

Я позвал Хади и он быстро спустился в гостиную.

— Если никто из вас не возражает, то пусть все будет происходить под твоим присмотром, Рэй, — продолжил Норман, — я тут принес с собой все, что смог унести. Однако, я скажу сразу, если все слишком серьезно, то придется поехать ко мне, потому что дома у меня есть мастерская, надеюсь вы не против.

Я посмотрел на Хади, а он оглянулся на меня.

— Вы специалист, мистер Мартинссон, — проговорил андроид, — я думаю, что ничего страшного не будет, если Рэй останется здесь.

Норман уложил рюкзак на диван и принялся в нем копошиться.

— Ну, хоть, кто-то признает наш труд, — проговорил он, не оборачиваясь, — не волнуйся, Хади, я почти полностью забыл о том, как тестировал тебя. Потому что человеческий мозг вытесняет плохие воспоминания. И у меня совсем нет ПТСР от того, что я работал на твою треклятую компанию.

Почему-то я ненадолго впал в ступор. Из его уст прозвучало совсем уж вскользь, ненавязчиво. Однако не выглядело, как просто случайно вкинутая мысль, так для красного словца.

— Норман, у тебя ПТСР после работы на фабрике? — удивленно выдавил я.

— Ага, — он поднял на меня взгляд, — только недавно мой психиатр выяснил это, — он неловко потер шею, — вообще там не только из-за этого. Но с другой стороны, а чего я вообще ожидал? Я беспробудно бухал, пока работал и даже это мне никакого успокоения не приносило. Что же, — он пожал плечами, — теперь я знаю причину своего алкоголизма. Мозги этим не забивай, от меня много бед.

Не то, чтобы я разбирался, но это многое объясняло в его поведении. Полагаю, что любимое дело его спасло бы от разрушительных мыслей, однако любимым делом на заводе компании явно не пахло.

Норман выглядел слишком уверенным, когда брался за дело. Что же, не стану врать, мне было очень интересно посмотреть на то, как все это будет происходить. В конце концов, он в самом деле был достаточно знающим толк в робототехнике. Может, когда-нибудь он и свою компанию создаст? Бюджеты-то позволяют.

— Ну, что же, здоровяк, — начал он и встал напротив Хади, — показывай, что у тебя там.

Наверное именно сейчас я впервые ощутил насколько андроид был высоким и крупным. Даже Норман на его фоне выглядел ниже, и это при том, что он вполне себе среднячок для мужчины его возраста. Я был немного ниже Нормана, совсем чуть-чуть, сантиметров на пять. Что ж, его прозвище "здоровяк" для Хади идеально подходило.

Андроид снял пиджак и задрал кофту. Я уже во второй раз увидел эту длинную царапину, тонкой линией идущую от груди и сильно углубленную на боку. Норман чуть наклонился и внимательно рассмотрел трещину на боку. Его глаза тут же прищурились, брови нахмурились.

— Точно, я ж совсем забыл, — тихо прокомментировал он, — у вас же стоит насос, который качает эту красную дрянь.

Он не произнес слово "кровь". Я не решался говорить, что-то. Для начала мне было интересно, как он объяснит мне то, что видит сейчас. Глаза Хади были спокойны. Он просто молча наблюдал за действиями моего бывшего друга. Интересно, переживал ли он сейчас? Предполагаю, что да. Сейчас могло выясниться, что угодно. Как минимум тот факт, что эта красная жидкость была просто напросто, каким-то охлаждающим систему компонентом, как было в старых компьютерах. А как максимум когда-то тестировщик компании "Кибертойс" сейчас впервые столкнется с правдой, которая скрывалась от него столь долгие годы.

Норман достал из рюкзака пару белых резиновых перчаток и натянул их на руки. Интересное зрелище, однако, он хоть и первый мастер по андроидам, которого я знал, но руки его всегда были чистыми. На них не было следов от ожогов, шрамов или мозолей. Конечно, Норман был из тех, кто за внешностью следит даже слишком дотошно. Не знаю уж, откуда у него такая привычка, но пару раз я был невольным свидетелем того, как он тратил большое количество денег на походы в салон. Об остальном вообще молчу. У него и без того была немного нетипичная андрогинная внешность. Норман делал все, чтобы всегда цвести и благоухать. Могу поспорить, что в школе у него не было отбоя от девчонок... или не только от девчонок.

— Хади, — начал он, — сними-ка с себя кофту и сядь на диван.

Тот послушался и сделал, как он велел. Норман сел рядом и его взгляд снова прошелся по трещине. Я подошел ближе.

— Норман, — начал я, — посмотри на то, как странно это выглядит. Красная жидкость, которая при высыхании становится коричнево-черной. Да еще и внутри она есть.

Он тихо угукнул, хоть и не повернулся в мою сторону. Снова его брови нахмурились. Сначала он чуть надавил пальцем на край трещины. Потом просунул в нее палец и робот тут же дернулся. Нормана это явно настолько удивило, что он сам вздрогнул и поднял взгляд на андроида.

— Болит, что ли? — тихо протянул он.

Хади лишь кивнул. Норман перевел взгляд на меня, затем снова на андроида и опять на меня.

— Да, ну? — не веря в происходящее протянул тот, — я уже тут не мастер по вызову, а какой-то врач на дому.

Я тихо усмехнулся, однако тут же сделал серьезное лицо. Норман попытался растянуть рану, дабы посмотреть, что там, однако тот дернулся снова.

— Терпеть, — скомандовал он, — я просто посмотрю. Если будет, что-то серьезное мы отключим тебя.

— Может лучше сейчас его выключить? — предложил я, — так и смотреть будет легче.

— Не совсем, — ответил он, — видишь ли, это все очень странно, как ты и сам сказал. Но заметь, что еще страннее... — Норман чуть шире растянул рану, — эта жидкость свертывается. Смотри, снаружи она уже не течет, но внутри...

Он снова просунул палец и на этот раз глубже. Робот снова дернулся. Затем Норман вытащил палец и он был весь в этой красной жидкости.

— ...чудеса да и только, — брезгливо бросил он, — я вообще не завидую рядовым сервисным центрам, в которые тупые родители, купившие чаду этого киборга, будут относить его на починку.

Он отдернул руку, пытаясь стряхнуть кровь и обратился к Хади.

— У тебя там костей случайно нет? Может мы чего-то еще не знаем? А вдруг у детского андроида еще и органы все, как у человека функционируют... вот детишки обрадуются...

Я старался быть серьезным и не реагировать на его комментарии. Только сейчас я мог по настоящему понять то, насколько он горел своим делом. По этим дурацким шуткам, которыми он себя успокаивал. Представляю, как он собирал андроидов в университете. Должно быть здорово было там учиться.

— Я ничего не знаю о своей конструкции, — ответил робот, — единственное, что я могу проверить сам — это программу и состояние базовых компонентов. Компания не хотела делиться своими нововведениями с конкурентами. Поэтому все роботы, выпущенные на нашей фабрике никогда ничего не расскажут.

— Вот тебе на! — бросил он, — и как прикажете мне чинить этого гибрида с живым организмом и техникой? О, великий сэр Элтон Лютер снизойди до нас плебеев и уйми свою адскую шайтан-машину...

Я не сдержался и рассмеялся. Да, что там, даже Хади улыбнулся.

— Ладно, все, я серьезен, — отрезал тот, — внутри повреждений нет. Однако меня очень сильно смущает то, что у тебя... как я понимаю, повредилось, что-то, где текла эта "кровь". У человека так вены лопаются, но если тебе сделали вены, как у людей... я, увы, при всем желании не знаю, как это чинить.

— А как ты думаешь, сколько он может протянуть с таким повреждением? — спросил я.

— Хм... — он задумчиво приложил руку к подбородку, а потом тут же отдернул, испугавшись, что на перчатке осталась красная жидкость, — судя по тому, что серьезных повреждений я не наблюдаю, у него в целом все неплохо. Несмотря на то, что он упал, хочу отметить прочность корпуса. Вообще-то, я подобное у военных андроидов наблюдал... что ж, я понимаю, дети любят портить вещи и их специально делали крепче, чем обычных домашних андроидов.

— Жить буду, — облегченно протянул Хади.

— Меня другое волнует, — продолжил Норман, — во-первых: что делала эта красная дрянь в его корпусе, какую роль она выполняла, и во-вторых: боль... Рэй, он чувствует боль. Смотри, я просто показываю, потому что я не понимаю, как это работает...

Норман снова растянул рану и жестом подозвал меня посмотреть поближе. Наверное я впервые увидел то, как все внутри андроида странно и необычно. Я, естественно, ничего в этом не понимал. Да, бог с ним, с роботом, я не знал, как в компьютер свой вставить видеокарту, а тут это. Он вытащил из кармана телефон и посветил на рану. Затем поддел немного силиконовую кожу и она едва отделилась от корпуса. Под ней я увидел розовые кругляшки. Они были очень маленькими и их было немного, некоторые были вдавлены в корпус, а некоторые — нет.

— ...смотри Рэй, это датчики и сенсоры, они реагируют на прикосновения, — начал объяснять он, — сейчас я их трогать не рекомендую, потому что Хади явно не будет приятно, если мы коснемся их в оголенном виде. Однако, взгляни теперь во внутрь трещины. Там их нет... и теперь, — он снова просунул палец, а Хади снова дернулся, — видишь? Там нет датчиков, но при этом он дергается. Как он понимает, что там до него дотронулись, если там нет датчиков? Сигнал к процессору отчего вообще исходит?

Что ж, я все понял, когда он показал наглядно. Одно дело человеческая кожа, сложно устроенная с кучей нервных окончаний. Она может быть очень грубой и нечувствительной к боли, а может наоборот быть очень тонкой и эластичной. Ситуации и генетика бывает очень разнообразной. Однако робот подобным похвастаться не мог.

Тогда, как в подобном случае Хади мог чувствовать прикосновения Нормана? И в моей голове родилась достаточно бредовая мысль.

— Это может быть из-за повреждения, как ты до этого сказал "вены", по которой течет красная жидкость? — предположил я.

— Честно говоря, понятия не имею, — ответил он, — проблема в том, что я не знаю, как ее залатать. Я могу попробовать все это дело очень аккуратно склеить горячим пластиком или силиконом, чтобы просто жидкость по всему корпусу не растекалась и убрать внешнее повреждение, чтобы не дай бог, нежелательные персоны тебе туда пальцы, как я сейчас, не совали. Однако это все временное, пока мы не подыщем, кого-то, кто знает, как с этим справится. Прости Рэй, я программист, инженер, робототехник... но не безумный изобретатель. Мне очень жаль.

— Тогда сейчас лучше не торопиться предпринимать, что-либо, проконсультироваться с более знающим таких роботов специалистом и... — я отстранился от андроида и посмотрел на своего бывшего друга, — у меня есть небольшой разговор к тебе.

Как только он сказал: "...пока мы не подыщем, кого-то, кто знает, как с этим справится..." в моей голове сразу родилась гениальнейшая мысль. Я понял, как и под каким предлогом можно было заманить в наше с Мией расследование Лэйта Пьера. Норман сам того не понимая подал мне идею. И скорее всего у него не будет четкого аргумента, чтобы отказаться. Он итак был согласен помочь мне с роботом, значит он пойдет до конца. Что же, я был рад, что все обернулось в мою пользу.