Часть 88
Фреш, прибывая в лёгком шоке, чуть ли не матерился на всё отделение, когда узнал, что парень, по вине которого его сестра была серьезно ранена, позволил себе такую наглость, как поцелуй с, только пришедшей в себя, Эррор. Девушка пыталась усмирить пыл старшего брата, однако потерпела поражение. Фреш вылетел из палаты переполненный гневом на давнего друга, которому не мог простить ничего из случившегося за последние сутки. Вдова тяжело вздохнула, поняв, что ничего сделать с гиперактивным братом не сумеет. Она решила, что будет сидеть дальше в своей палате и ничего не делать. Нервы дороже...
Девушка перевела взгляд на блокнот, который лежал у неё в руках. Она тепло улыбнулась от того, что прекрасно помнила с каким энтузиазмом заполняла этот дневничек.
Эррор подняла подушку повыше и, удобно устроившись, сложила ноги в коленях. Это была её любимая поза для чтения. Она открыла блокнот на рандомной странице и начала читать пляшущий текст, написанный чёрной гелевой ручкой, которая в некоторых местах была смазана:
«17 октября. Прошла неделя со Дня рождения Кросса... Как только этот парень стал на год ближе к своей смерти, погода испортилась. Даже сейчас льет как из ведра! Холодно. Руки быстро замерзают писать на весу, а автобуса всё нет и нет! Хочу домой... Босс мог бы приготовить мой любимый какао.
Кросс ничего не хотел получать в подарок на свой праздник. Он даже отмечать его не собирался. Целый день просидел у себя в салоне... Мы с ребятами решили, что это надо исправлять. К вечеру я и Хоррор приготовили вкусный торт, Босс и Даст нашли 20 метров белого шелка в качестве подарка, а Киллер собрал крутую музыку в плейлист. Мы вломились к нему в салон под крики «С Днем старенья!» Это была идея Киллера, которая всем пришлась по душе, а Кросса, этого сухаря, рассмешила. Позже к нашей компании присоединился мой брат. Я думала он не придет, однако этот черт имеет животную страсть к вечеринкам. Я рада, что он решил отдохнуть с нами, хоть и был очень занят своей работой. Фреш подарил Монохромному официальный костюм в приятном сером оттенке. Кроссу очень понравился этот день.
Мы круто посидели тогда в салоне, что для многих станет удивлением. А сейчас, стоя на автобусной остановке и записывая мысли в блокнот, я думаю, а что же дарить Кроссу в следующем году? Идей совсем нет! А впереди ещё День рождения Босса... Тяжело будет, но что-нибудь придумается! Я на это рассчитываю.»
На соседней странице рядом с этим кривым и размазанным текстом была вклеена фотография шумной компании. На фото Киллер сидел на плечах у Даста, положив руку на волосы Хоррор. Он любил высокую девушку лохматить при каждом удобном случае. То же самое он делал на фото, пока одноглазая улыбалась, как дурочка. Фреш и Найтмер встали в смешные позы. Адвокат корчил лицо, а босс Кромешника оставался серьезным, что делало фотографию ещё более забавной. Кросс и Эррор снимали этот беспредел. Они сделали селфи так, чтобы все попали в кадр. Эти двое, на минуточку, всегда на таких сборах были самыми сдержанными. Они довольно серьезные личности.
Эррор с теплотой смотрела на фото. На её лице была печальная улыбка, глаза немного блестели, а в горле появлялся твердый ком тоски. Ей хотелось плакать. Девушка очень дорожила каждым человеком в команде. За пять с лишним лет она очень крепко сдружилась с этими бандитами, психами и убийцами. Она их знала лучше, чем своих родителей, у которых довольно давно не появлялась дома.
«Плохая я все-таки дочь..., -думала Эррор, листая дневник, -Папа просил приезжать в гости хотя бы раз в неделю, но ни я, ни Фреш не исполнили его просьбу. Ладно ещё брат... У него работы уйма, а скоро ещё и командировка! А я? А я просто не хочу домой. -девушка закрыла блокнот и, повернув голову, стала смотреть в окно, -Мама тоже сильно грустит без меня и Фреша... Когда мы приехали в прошлый раз, на годовщину свадьбы, мы с братом заняли наши комнаты. Там было чисто, постельное белье было выглаженное, и пыли нигде не было, но... Моя спальня выглядела точно так же, как и десять с лишним лет назад. Плакаты на стенах с моими фотографиями и разными стихами, которые я распечатывала специально для украшения комнаты, на рабочем столе всё так же царил бардак, куча бумаги из-под черновиков и с разными заметками, а под стеклом, за которое папа отдал довольно много денег, потому что я очень хотела такое же рабочее место, как и у брата, все так же лежал список преподавателей и расписание звонков. Да что уж! Календарь на чёрной двери был за тот год, когда я и Фреш переехали в город! Всё с теми же пометками! Мама убирала комнату так, чтобы я, каждый раз возвращаясь домой, знала, где что лежит и не спрашивала лишний раз у неё о наличии какого-то предмета. Она всё хранила бережно... Словно создала музей моего детства! Это очень дорого оценивается мной. Забавно, что она редко говорит о своих чувствах... И папа тоже. Они очень холодно выражают эмоции. Слишком сдержанные. Фреш и я совсем другие. Особенно этот паразит! -улыбнулась девушка своим мыслям, -Фреш совсем не похож характером ни на одного нашего родственника. Да и его любовь к моде девяностых ничем не обоснована. Он очень жизнерадостный человек и ему в следующем году исполнится тридцать. Но он всё ещё ребенок! А папа... Папа строгий. И холодный. Невероятно умный. Редко показывает свои переживания. Мама говорит, что это он стал таким из-за работы и что раньше он таким не был. А мама у меня золотая женщина... Она очень добрая, вежливая, воспитана как девушка знатного рода! И поэтому тоже довольно холодна. Она пыталась привить мне и Фрешу манеры, но... Со мной точно вышел косяк... Фреш ведёт себя во многом лучше, чем я. Не понимаю, почему он до сих пор не женат. Куда все девушки смотрят?!»
-Если так подумать, то в моём близком окружении нет ни одного человека, который был бы хоть чем-то схож с моими родителями... -тепло сказала вслух девушка.
-И почему Вы так от них отдалились, Парадокс Эррор Экзет? -раздался очень властный женский голос со стороны двери.