Нечистые

"Все эгоисты обзывают эгоистами всех других."

«Таинственный сад» Фрэнсис Бёрнетт.

Свет лампы освещал просторную палату, по разным сторонам от кушетки стояли приборы. Юноша приоткрыл глаза и взвыл от боли: плечо, да и вся рука в целом ныла. На лице было несколько царапин. Миша попытался повернуть голову, но ему это не удалось, он лишь простонал слова помощи и закрыл глаза.

В палату вошла женщина в белом халате, на её бейджеке было написано "Врач - хирург Климова И. А."  Эта женщина была личным врачом Михаила, точнее его покойного отца. После несчастного случая она обследовала парня и помогала ему приспособиться к новому образу жизни. Также Ираида Андреевна отыскала ему психолога, который помог Мише адаптироваться.

— Михаил? — позвола она парня  и легонько коснулась его. Миша распахнул широко глаза и уставился на врача, его зрачки беспорядочно двигались, из глаз вытекала красноватая жидкость. — Как ты?

— Бо-ль-но. — Прохрипел парень, цепляясь рукой за кушетку.

— Ты скоро поправишься. Ничего не повредил, лишь небольшой вывых руки. Через недельку будешь, как новенький! Тебе повезло, что под окном оказались кусты, они смягчили твоё падение.

Миша молчал. Он чувствовал, что скоро его спросят почему он это сделал. И вообще что он пытался этим показать.

— Твоя тётя сидит в коридоре, ей пока нельзя тебя навестить, ты ещё слаб.

В палату вошёл мужчина в полицейской форме, на вид ему было около сорока.

— Прошу прощения, но вы могли бы выйти? Мне нужно поговорить с...

— Он не может! — Взвизгнула Ираида и побежала к мужчине. — Выйдите вон отсюда! Без халата, без бахил, без разшения!

Хирург вытолкнула полицейского и хлопнула дверью.

— Что вы себе позволяете?! Это больница! Чего вы хотели? — женщина нахмурилась.

— Мне позвонили из вашей больницы и сообщили о ребенке с попыткой суицида. Как я понял, это именно тот мальчик. Ведь так?

— Вы не правильно поняли. Здесь никто не пытался... — Женщина начала мямлить. — Возникло небольшое недоразумение. Мальчик просто случайно выпал из окна, он очень деятельный. Мастерил какое-то устройство и... упал.

— Хм, но мне все равно нужно поговорить с ним наедине, а ещё с родителями.

— У него нет родителей, они погибли. Есть только тётя, она сидит в коридоре.

— Хорошо, ладно. Поговорю с Михаилом, как только ему станет лучше. — Мужчина поправил галстук и зашёл в палату.

Врач выдохнула и достала телефон. Её руки дрожали, с лица стекали капли пота.

— Боже, почему именно сейчас? Миша, ну почему?

* * *

Полицейский сидел напротив Миши, который тупо глядел в стену и здоровой рукой помешивал суп.

— Так о чем вы хотели поговорить? — спросил парень, зевая.

— Ответьте, пожалуйста, на несколько вопросов. Как вы себя чувствуете?

— Уже лучше, спасибо. Это все? — В голосе Абрамова звучала злоба.

— Нет. Какие у вас взаимоотношения с тётей?

Миша поднёс ложку ко рту и расплылся в улыбке.

— Вы вроде бы взрослый человек, а ведёте себя по-детски. Говорите по существу.

— Э-э-э, хорошо. Вас когда-нибудь избивали?

— Нет. Ни мама, ни папа, ни тётя, ни кто - либо другой. Ещё?

— Почему вы настроены врождебно? Я просто хочу помочь.

— Ну конечно, — Миша хмыкнул и вцепился в руку полицейского. — Тогда где вы были раньше? Где?! Моих родитей даже хоронить не хотели! Их в морге забальзамировали так, что никто не узнает! Не люди, а куклы из театра! А потом ещё и из-за нехватки денег их тела раздели и выбросили на улицу! По - вашему, это нормально?! — По щекам у парня стекали слезы обиды. Он очень хорошо помнил тот день. Юноша встретился лицом к лицу с человеческой жестокостью и алчностью. Он провел несколько часов с телами на холодной и пустынной улице, пока тётя Лена бегала по соседям, выпрашивая хоть какие-нибудь копейки. Нужная сумма была собрана лишь на следующий день, но им пришлось обратиться в другой морг. Там им выставили сумму поменьше, но их все устроило. Миша до сих пор помнит тот ледянящий душу холод в сердце, безразличие к чужой проблеме казалось юноше сущим кошмаром.

— Я не верю властям больше. И вам тоже. Вы все из одного теста сделаны, вечно покрываете друг друга. Ваш Закон - это фуфло, которое рушит жизни людям. Мне, в том числе.

— Аккуратнее со словами, так и на трансплантацию можно угодить. — Мужчина чуть приподнял уголки губ. — Не глупи, парень. Нужно довольствоваться тем, что есть. Не нравится — никто не держит.

— Уже понял. Мне нужно домой, а вам...

— Мы ещё не закончили. Ты пытался покончить с собой? — Прямо спросил полицейский и посмотрел в пустые глаза Миши.

— Нет. Я хотел взлететь высоко - высоко в небо, но мои крылья сгорели.

— Сломались. — Поправил мужчина. — Твоя конструкция была слишком ненадёжной. Система по типу "Икаровы крылья" не актуальна в наши дни, ты вроде бы умный, должен знать это.

— Я был поглащён лучами яркого солнца, а не актуальностью. Просто хотел покинуть эту землю, надоела она мне. Тут тошно, грязно и глупо.

— Ты ещё мал, поэтому не понимаешь взрослого мира и его Законов. Иногда полезно прогибаться под других, а не гнуть свою линию.

— Это вы ничего не понимаете. Мир - это чистый лист, что на нем нарисуешь — то и будет. И не смоешь никакими отбеливателями. Вы сами нарисовали на бумаге этот кошмар, а я хочу изобразить нечто прекрасное. Вы чёртовы эгоисты. — Выплеснул Миша и засмеялся.

— Пусть будет по твоему, но рано или поздно ты поймёшь, что не прав. Только поздно будет. В следующий раз может и разобьёшься насмерть.

Скорее бы это произошло. А то задолбался существовать в этой мусорке.

— Я поговорю ещё с твоей тётей, а после она сможет придти к тебе. — Полицейский коснулся ручки двери и услышал всхлип.

— Не надо. Не хочу, чтобы она меня видела таким.

— Хорошо. До свидания. Надеюсь, больше не увидимся.

Я тоже.

Дверь закрылась, Миша остался наедине с самим собой. Он поглядывал на оконную раму, испачканную в крови. На стекле было выведено небрежно "Помогите, меня тут удерживают насильно." Михаил улыбнулся и потёр плечо, стянул рубашку — огромное сине - фиолетовое пятно стало меньше, но внушало по-прежнему ужас.

— Эх, почему так тяжело? Не везёт ни в любви, ни в жизни. Яночка совсем забыла про меня, даже не пришла навестить меня. Конечно, у неё же есть этот Артём. — Из голоса лилась добрая грусть. — Может я не достаточно мечтаю? Не до конца продумал свой план?

Тишина. Темнота в душе. Никого нет, кроме его. Одиночество губит людей, делает их слабыми, зависимыми, ничтожными. Миша не хотел быть таким, он решил стать лучше за счёт Яны. Девочка - праздник, девочка - горе не лила слёзки по напрасну. Даже когда ей было плохо, она улыбалась и смеялась. Рисовала страшных монстров на молочном холсте и пела.

Светлые волосы
Голубые глазки
Розовое платье
Она будто бы из сказки

Совсем ещё малышка
Ей было десять лет
Теперь она внизу хранит
Молчания обед. *

Мольберт - её могила. Кисть - оружие убийства. А Миша - её палач. Он оплакивал Яночку при жизни, что же будет после её ухода? Он сгорит дотла, как спичка.

— Никогда не отдам тебя никому. Ты моя, только пробуй перечить. Я всё равно заберу тебя, моя дорогая Яночка с собой в страну добрых идиотов.

В коридоре раздались неторопливые шаги. Дверь распахнулась — проснулась голова с небредными белыми волосами.

— Миша, что с тобой? Мне твоя тётя позвонила, я сразу же примчалась.

— Лиля? — прохрипел Миша в отчаянии.

Он звал к себе Жизнь, но пришла Смерть с косой. Очень красивая и очень губительная.

           Продолжение следует...

*Строчки из песни nmilova - лолита.