Ложь 27. Ира
Ложь 27. Ира
так, в этот раз Элли умудряется улизнуть, избежать позорного разоблачения и скандального окончания вечера. Как долго она собирается бегать от братьев, понятия не имею. Нотки совести прореживаются словно молочные зубы у младенца, и, смотря на то, как Стас с Тёмой разговаривают с какими-то важными шишками, пытаюсь представить, что будет, если я попробую раскрыть правду.
Если скажу Стасу, что Элли крутит роман с его старшим братом, что тогда случится? У них и так натянутые отношения с Артёмом, а после такого они даже знаться друг с другом не станут. По Стасу сразу понятно, он по уши влюблён в Макееву, такой расклад разобьёт ему сердце. Терпеть не могу делать людям больно, даже если в этом совсем не будет моей вины.
А если я расскажу Элли, что она встречается с двумя братьями, захочет ли подруга разорвать с кем-то из них отношения и выбрать одного? Вряд ли.
А что делать мне? Я ведь тоже останусь виноватой. Знала и ничего никому не сказала.
Стас улыбается, о чём-то оживлённо болтая с мужчиной в костюме, и тот одобрительно кивает. Парень хорошо адаптируется к подобным условиям, даже несмотря на то, что пытается отрицать причастность к «золотой» жизни. Всё-таки Стас родился в богатой семье, вырос в ней и... И почему в этот момент он кажется мне таким чертовски привлекательным?
Трясу головой, отворачиваясь. Он парень Элли, нечего заглядываться.
Кто-то берёт с моего подноса бокалы с шампанским, и приходится оглянуться, чтобы проверить, не утащили ли все напитки. Взгляд падает на парочку парней в строгих изящных костюмах – те отходят в сторону и останавливаются в трёх метрах от меня. Они начинают о чём-то переговаривать, но я особо не вслушиваюсь. До того момента, пока не слышу знакомое имя: Стас Скворецкий.
Скольжу взглядом по незнакомцам – те смотрят в сторону братьев, и взгляд у них не особо-то приветливый.
- Уверен? – тихо спрашивает блондин, и его слова я практически читаю по губам.
- Да, это точно он, - второй.
Из-за шума трудно разобрать, о чём именно они ведут речь и что замышляют. Любопытство пожирает – я осторожно приближаюсь к парням и встаю на достаточном расстоянии, чтобы разобрать хотя бы часть слов.
- Тогда темно было, - продолжает блондин. – Думаешь...
- Я же сказал, это он! – его собеседник повышает голос, затем осматривается, проверяя, обратил ли кто-то на них внимания. – Думаешь, я Скворецкого не знаю? Это он со своим дружком Игоря в кому отправил.
Я открываю рот, пытаясь сдержать удивлённый вдох. Так эти двое в курсе, что натворил Назаров! Если они свяжутся с ментами или же с отцом того парнишки, тогда беды не избежать.
- И что ты предлагаешь? – блондин делает глоток шампанского. – К копам пойти?
Сердце замирает, а затем начинает сильно бухать в груди. Я напрягаю слух, чтобы разобрать каждое слово, но голова от волнения идёт кругом, и у меня такое впечатление, что все фразы пролетают мимо ушей, даже не добираясь до мозга.
- Сдурел? – второй. – На вечеринке была наркота... если... мои...
- О, моя сладкая, я так счастлива... - громкий голос стоящей рядом со мной женщины заглушает и так еле слышные голоса парней.
Мысленно чертыхнувшись, подбираюсь ещё ближе. Настолько, что стоит кому-то из парней заметить меня, то они тут же поймут, что я могла их подслушивать.
- Копы не вариант... - второй прокашливается, снова смотрит на Стаса. – Если кто-то прознает, что мы были на той вечеринке, всплывёт наружу то, что мы с тобой сделали. У нас есть алиби, забыл? Нас там не было.
- Да знаю я, - блондин поджимает губы. – Но...
- Ты что, хочешь сесть за изнасилование? – шипит на него второй. – Та тёлка уже заяву накатала. Узнают, что мы там были, точно просто так не отделаемся.
- Да нас отмажут...
- Не в этот раз, - второй замолкает и снова осматривается. – Нельзя, чтобы кто-то узнал, понял? Даже бате Игорька рассказывать не вздумай.
- Тогда, что будем делать? – не понимает блондин.
- Что-что? Сами разберёмся. Прижмём Скворецкого, выйдем на его дружка. Будет знать, как с нами связываться.
Вот те раз! Так эти двое кого-то изнасиловали на той вечеринке? Тогда, почему отец ни слова про это не сказал? Дело должны были в его отдел отправить. И так просто говорят об этом, как будто каждый день подобное совершают. Вот их точно можно сдать, даже не колеблясь! Вот только... потонут они, потянут за собой и Назарова. Нужно предупредить Стаса.
Один из парней резко оборачивается, наверное, чтобы уйти, и я не успеваю отступить. Он налетает на меня, матерится и корчит недовольную рожу.
- Чё ты тут стоишь? – грубо спрашивает второй парень.
Я неловко отступаю, встревоженно прикусывая губу. Ну, всё. Попалась. Они теперь меня в покое не оставят.
- Шампанское? – невинно хлопаю глазками.
Парень прищуривается, осматривается по сторонам.
- Свали, - раздражённо толкает плечом, проходя мимо.
Еле умудряюсь удержать равновесие. Блондин осматривает меня с ног до головы и следует за своим другом. Парни уходят, а я облегчённо вздыхаю, радуясь, что ничего страшного не произошло.
Нужно поговорить со Стасом. О таком я уж точно молчать не смогу, зная, что может случиться беда. Это уже не игры с любовным треугольником, а кое-что пострашнее.
Осмотревшись, нахожу взглядом братьев Скворецких и уверенно начинаю пробираться сквозь толпу. Главное, чтобы те двое в этот момент за мной не наблюдали, а то точно поймут, что я заодно со Стасом. Нужно как-нибудь осторожно и незаметно вытащить младшего в укромное местечко.
Добираюсь до другого конца зала и останавливаюсь чуть в стороне от Стаса. Осматриваюсь, но заговорщиков не нахожу.
Снова перевожу взгляд на Скворецкого. Вот он, улыбается, весь светится, играет на публику, оживлённо что-то обсуждая. И у него такие симпатичные ямочки на щеках, так и хочется схватиться за них и потискать. Теперь понятно, что в нём нашла Элли. Стас дьявольски харизматичен, что не скажешь о его старшем брате.
Ну, же. Посмотри на меня. Просто взгляни в мою сторону, пожалуйста. Я же не могу подойти к вам и вырвать тебя из беседы в присутствие таких важных шишек. Как это будет смотреться со стороны?
Уверенно направляюсь в сторону Стаса, но в разговор не влезаю. Торможу позади мужчин, чтобы попасть на глаза парню, и тот замечает меня практически сразу. Не перестаёт улыбаться, чуть прищуривается. Я киваю головой в сторону, мол, нужно поговорить. Стас вскидывает бровь, и мне приходится кивнуть ещё два раза.
Парень неуверенно переступает с ноги на ногу, облизывает губы, а после, извинившись, кивает и отходит в сторону. В это время я начинаю пробираться в сторону служебных помещений, чтобы найти спокойное тихое местечко, где нас не смогут подслушать.
Толкаю дверь, жду, пока Стас догонит меня, а после захожу в пустой коридор, решительно направляясь в сторону подсобки.
- Что случилось? – не понимает Скворецкий, поравнявшись со мной.
- Давай сюда, - толкаю дверь и захожу в небольшое помещение. Поставив на одну из коробок поднос, шумно вздыхаю, нахожу выключатель, дарую этому помещению свет. – Короче так, - пристально смотрю на Стаса, как только преграда за ним закрывается. – Я обещала, что не буду взлезать в ваши дело, но...
- Да в чём дело? – хмурится.
- Я случайно подслушала разговор...
- А, ну, это ты можешь, - смеётся парень, и я слегка смущаюсь.
- Погоди радоваться, - смотрю прямо в его синие глаза. - Там были два парня, они обсуждали тебя и Назарова. Говорили, что вы виноваты в том, что Игорь в коме. Как я поняла, это тот самый парень, которого Костя битой...
Стас бледнеет, и ухмылка исчезает с его безмятежного лица. На мгновение кажется, что он вот-вот набросится на меня с расспросами, но Скворецкий лишь прикрывает глаза и шумно вздыхает.
- Они сказали, что копам ничего не расскажут. Потому что сами на той вечеринки изнасиловали какую-то девчонку, - эта фраза даётся мне с трудом, приходится перебороть себя, чтобы продолжить дальше. – У них, типа, алиби. И ещё сказали, что отцу того парня тоже ничего не скажут. Но они хотят разобраться с тобой сами, а потом выйти на Назарова. Всё. Решила, что тебе стоит об этом знать.
Стас молчит, обдумывая мои слова, и чем дольше длится молчание, тем сильнее я начинаю беспокоиться.
- Спасибо, что сказала, - благодарит Скворецкий. – Теперь хотя бы буду ожидать. А они не сказали, когда именно...
- Я не помню, - не даю договорить. – Нет, вроде, ничего не говорили.
- Ясно. Будь осторожнее, вдруг они тебя видели вместе со мной. Лучше за вечер больше ко мне не подходи.
Киваю, пытаясь прогнать навязчивые мысли, сильно прикусываю губу. Беру поднос в руки и подхожу к Стасу, останавливаясь рядом с ним в ожидании, когда же парень отойдёт в сторону и позволит мне пройти, но Скворецкий словно превращается в статую. Хмурится, смотрит на меня так, будто не узнавая, и мне становится неловко. Находиться с ним наедине в тесной подсобке как-то странно.
- Стас? – привлекаю к себе внимание.
Он вздрагивает – его взгляд опускается на мои губы, затем возвращается к глазам.
- Ах, да. Прости, - отступает. – Я чуть позже выйду.
- Ага. Не нарывайся на неприятности...
Парень кивает, и я, последний раз бросив на него взгляд, открываю дверь, выходя в коридор. Ладно, я сделала доброе дело, и совесть моя чиста. Теперь могу вернуться к работе. Надеюсь, этим вечером ничего страшного не случится. Особенно... Чёрт, ведь Назаров должен зайти за мной. Если его здесь увидят, если...
Может, позвонить и отменить всё?
- Ирина! – голос начальницы заставляет вздрогнуть. – Ты что здесь делаешь? – она поспешно подходит ко мне, но не дожидается ответа. – Давай-давай, в зал. Потом отдохнёшь. Скоро уже конец...
- Да... - меня подталкивают в спину и буквально силой выставляют к гостям.
Видимо, связаться с Костей вряд ли получится. Ладно, думаю, всё-таки здесь никто не станет устраивать беспорядки, да и Назаров придёт к чёрному ходу, так что...
Всё будет в порядке. Да. Всё будет отлично...