Ложь 7. Стас
Ложь 7. Стас
- Не, ребят, это уже край, - не выдерживаю я удручающей отвратительной обстановки.
Ира сидит в кресле с непроницаемым лицом, Костян упорно сверлит взглядом телевизор, словно он его враг номер один, и я как идиот пытаюсь хоть как-то избавиться от плотной массы напряжения. Если это продлится ещё хотя бы пару минут, я выброшусь в окно, так и не дождавшись приезда Элли.
На часах почти половина одиннадцатого, а от девушки ни слова. Трубку не берёт, на сообщения не отвечает.
- Хорош, чувак, - Костя наконец поворачивается ко мне, его взгляд недовольный и раздражённый. – Смирись. Тебя продинамили.
- Она не такая!
- Все они... «не такие», - презрительно бросает Назар, смотря на Иру, и та скалится в ответ, обнажая ровные зубки.
Я цокаю языком. Костян прав. Элли нагло меня продинамила. Могла бы предупредить, чтобы я её не ждал.
- Да пошло оно всё! – поднимаюсь на ноги. – Есть никто не хочет? Можно пиццу заказать.
Подхожу к холодильнику и открываю его. Скольжу взглядом по содержимому. Да, не густо. Зато осталось пиво! К счастью, братец не стал проверять наличие бухла в доме, когда приходил отчитывать за непристойное поведение. Ну, да. Он же у нас праведный папенькин сыночек, который должен унаследовать семейный бизнес. Только и делает, что задницу отцу лижет.
- Если Элли не приедет, то я лучше домой вернусь, - говорит Ира.
- Принцесса испугалась? – язвит Назар.
Девушка недовольно косится на него.
- Ир, правда, - соглашаюсь с другом. – Подумаешь, Элли не приедет. Просто потусим немного, ничего не случится. Пицца, пиво, музыка. Тем более, время ещё детское, - достаю пиво из холодильника и ставлю на стол.
Костя, заметив бутылки, тут же вскакивает на ноги, направляясь ко мне. Ну, прям как кот на запах сосисок.
- Мне на работу завтра, - неодобрительно бурчит девушка.
- Какая работа, принцесса? – гогочет Назаров, забирая две бутылки. – У тебя денег навалом.
Девушка шумно вздыхает. Костян сегодня побил рекорд собственной тупости, хотя он никогда особой сообразительностью не отличался.
Ира уж точно не из богатой семьи. Я знаю «золотую молодёжь» не понаслышке, раньше часто тусил среди них, и подруга Элли не похожа ни на одну девчонку с богатыми родителями. К тому же её поведение, манеры, разговор – простушку за дорогими нарядами скрыть чертовски сложно.
- Возьми, - Костян грубо пихает бутылку в руки Ире. – И хорош уже строить из себя недотрогу.
- Да кто строит-то? – возмущается девушка.
Идея затусить в квартире с двумя парнями ей явно не нравится, но кто ж её спрашивать-то будет?
- А, может, к Максону рванём? Там как раз тусовка в разгаре, - предлагает Костян.
Офигеть идея. А потом он набухается, устроит с кем-нибудь разборки, а мне опять вытаскивать его из неприятностей.
- Не. На фиг Макса, - возвращаюсь к дивану и беру сотовый. – Ща пиццу закажем, будет весело. Вруби пока музыку.
Второй раз просить не приходится – Костя переключает на музыкальный канал, и громкая песня заполняет студию. Хорошо, что соседи у меня те ещё тусовщики, сами порой по трое суток веселятся.
- Не, ребят, я всё-таки сваливаю, - громко говорит Ира, стараясь перекричать музыку.
Девушка поднимается на ноги, ставит бутылку на столешницу. Либо много не пьёт, либо боится оставаться наедине с парнями, но мы же не насильники какие-то. Костян ещё тот придурок, не спорю, но я-то милый и пушистый! Как меня можно бояться?
- Стопэ, принцесса! – Костя оказывается рядом с ней раньше меня. – Мы ещё не решили на счёт того, что ты подслушала, так что уйти у тебя не получится.
Пытается припугнуть? Нет. Шутит просто. Но за такие шутки снова может отхватить удар между ног. Ирка – девчонка боевая.
- Как раз-таки мы всё решили! – тычет пальцем в грудь Назара. – Мне нет дела до тебя и твоих проблем. Можешь не беспокоиться за свою задницу, от меня никто ничего не узнает.
Костя перехватывает её запястье и притягивает к себе, зачем – не знаю. Ира неожиданно хватает его за предплечье, уходит в сторону, ударяет по голени ногой так сильно, что парень падает на колени, и ловко делает захват, заводя руку за спину. Ого-ого, страсти накаляются!
- Ещё раз без разрешения дотронешься до меня, я тебе что-нибудь сломаю, - решительно предупреждает она. – Понял?
Костян пытается вырваться – подаётся назад, да так резко, что Ире приходится отступить. Удержать Назарова у неё не выйдет – он ж тот ещё кабан. Подобные мелочи не сработают на бойцовской собаке.
Она отпускает его – Костя рывком поднимается на ноги, поправляя одежду, затем поворачивается к Ире.
- Понял, - нагло ухмыляется.
Берёт пиво со стола и протягивает девушке – той ничего не остаётся, как принять бутылку.
- Неплохой приёмчик, но силёнок маловато, чтобы со мной справиться, - наверное, это должно было прозвучать как комплимент, но в итоге оказалось просто насмешкой. – Так, ты остаёшься?
Ира поджимает губы, смотрит на меня, будто ища поддержки. Я лишь пожимаю плечом.
- Ладно, - сдаётся. – Но в двенадцать я сваливаю.
- Что, в полночь карета в тыкву превратится, принцесса? - кривится Назар. – А где твои хрустальные туфельки?
- Не нарывайся, - Ира хлопает парня по плечу. – А то одна из этих туфелек окажется в твоей заднице.
- Воу, воу, ребята, легче, - смеюсь я.
Да за ними глаз да глаз нужен!
Я заказываю пиццу, а потом мы с Назаром выходим на балкон, чтобы покурить. Ира присаживается на высокий барный стул. Она ещё просто не знает, что значит зависать в нашей компании. Обычно мы отрываемся на полную катушку.
- И всё-таки со своей тёлочкой ты меня так и не познакомил, - Костя облокачивается на перила.
На улице темно – небо затянуто тучами, скрывающими звёзды. Они чёрные, прям как лёгкие Назарова. Думаю об Элли, и обида заползает сердце. Всё-таки неприятно, когда девчонка, которая тебе чертовски нравится, динамит.
- Ну, сорян, - пожимаю плечом. – В следующий раз познакомлю.
- Ага, - кривится. – Если она не пришлёт вместо себя очередную подружку.
- Да что ты прицепился к Ире? Она, вроде, неплохая девчонка. Легко на контакт идёт, поговорить можно, - не понимаю я.
- Она меня раздражает, - бурчит Костя. – Строит из себя простушку, хотя сама с набитыми карманами.
Закатываю глаза. Ну, ты и тупой, Назар.
Бесполезно что-то ему доказывать, он же как баран. В лепёшку расшибётся, но всё равно будет считать Ирку «золотой девчонкой».
- Ты совсем помешался на своей ненависти.
- А не должен? – Костя с упрёком смотрит на меня. – И какого хрена ты рассказал ей про мою семью? Тебя кто об этом просил?
Пожимаю плечом. Я ж как лучше хотел: на жалость надавить, все дела. Так бы она точно болтать не стала.
- Просто объяснил, почему ты такой придурок, - поджимаю губы. – Да и так она будет держать язык за зубами.
Костя сплёвывает с балкона. Недолго молчит – злится, что я растрепал про его прошлое.
- Костян, - вздыхаю я. – Моя интуиция когда-нибудь подводила тебя?
Парень шмыгает носом, затягивается. Неохотно качает головой.
- Дело не в ней, - выдавливает Назар. – Ненавижу, когда меня жалеют. Я тебе не человек-трагедия.
Ничего не отвечаю. Продолжу разговор – ещё больше обиду кинет и будет ходить как индюк. Знаю, проходили.
Смотрю на ночной город. Скольжу по нему взглядом от огня к огню, прислушиваюсь к рёву машин и каким-то голосам под окнами. Улыбаюсь.
В это же время раздаётся звонок в дверь.
- Как-то быстро пиццу привезли, - выбрасываю недокуренную сигарету с балкона.
Возвращаюсь в квартиру, решительно направляясь в сторону двери, машинально хватаю пульт, чтобы сделать музыку тише.
Пицца-пицца, моя любимая пицца...
Открываю дверь, уже собираясь похвалить доставщика за такую быструю работу, но, увидев гостя, тут же поникаю. Класс. Его ещё здесь не хватало.
- Ты что тут забыл?
- Угадай, - недовольно бурчит старший брат, уверенно переступая порог студии. Его рука настойчиво отодвигает меня в сторону, словно я простая коробка, оказавшаяся у него на пути.
В этот же момент Костя возвращается с балкона.
- Тёмыч, здорово, - язвительно тянет друг. – Не знал, что ты заглянешь к нам на огонёк.
Брат недовольно кривится, скользя взглядом по Назарову, затем замечает Иру, скромно сидящую за барной стойкой.
- А это кто? – по-хозяйски интересуется Тёма, да так небрежно, что даже меня это задевает.
- Моя девушка, - язвит Назаров.
Брат осматривает его с ног до головы, затем брезгливо морщится.
- Слишком хороша, чтобы быть твоей девушкой, - поворачивается ко мне. – Твоя?
- Зачем пришёл?
Тёма вздыхает, снова осматривает присутствующих. Парень ненавидит моих друзей, а Назарова в особенности. Ему кажется, что они тащат меня на дно. Уничтожают. Плохо влияют на меня и на моё поведение, а, следовательно, ухудшают жизнь. А что мы делаем с тем, что губит нас? Избавляемся.
- Ты же знаешь, что отец скоро улетает в Гонконг? – тянет Тёма.
- И чё?
- А ничё! – передразнивает. Брату становится неловко, ведь он не так воспитан, чтобы разговаривать на молодёжном сленге. Он у нас культурный мальчик, матом не ругается, ведёт идеальную жизнь. Аж тошнит. – Вечеринка заканчивается, - смотрит на Назарова, затем на Иру. – Забирай свою подружку, и чтобы через минуту тебя здесь не было.
Костя кривится. Особой любви к моему брату парень не испытывает, и сдерживается лишь из уважения ко мне.
- А ты не охренел тут приказы раздавать? – не понимаю я. – Это не твоя квартира.
- И не твоя. Куплена на деньги отца. Так что будь добр, скажи своим друзьям, что им пора домой. У меня к тебе серьёзный разговор.
Поджимаю губы. Разговор? Настолько серьёзный, что он притащился сюда в такое время и выгоняет «посторонние уши»?
Смотрю на Костю – тот понимает с одного взгляда.
- Пошли, провожу тебя, - бросает Ире.
Та, словно почуяв неладное, послушно слезает с барного стула. Я прощаюсь с друзьями, пытаясь избавиться от чувства вины и тревоги. Серьёзный разговор... Чёрт бы побрал все эти пустые слова. От них толку никакого. Что отец, что брат. Только и могут разбрасываться угрозами. За всю жизнь я вдоволь ими наглотался.
Позади хлопает дверь, и я остаюсь наедине со своим старшим братом.
Он выше меня и шире в плечах. Серые глаза матери, тёмные волосы отца. Прямо нос, идеальная кожа. Парень куда симпатичнее, а я, так, бракованная версия родителей.
- Я обещал отцу, что тщательно займусь твоим воспитанием. Ты пропустил сегодняшний семейный ужин, и это была последняя капля, так что пока отец в Гонконге, ты будешь играть по моим новым правилам. И вот ещё что... - заявляет Тёма. – Отец сказал, если ты не будешь выполнять всё, что я тебе скажу, отправишься в военную академию.
Ну, прям слова папы! Точь в точь. Чёртов выскочка.
- Я к тому, что с этого момента у тебя комендантский час. Никаких вечеринок, алкоголя и прочей дряни. Дома быть ровно в десять вечера. Я буду приезжать каждый день и проверять, и если хоть где-то накосячишь...
Возмущённо открываю рот, чувствуя себя рыбой на суше. В смысле, «никаких вечеринок», в смысле, «без алкоголя»? В смысле, ДОМА В ДЕСЯТЬ ВЕЧЕРА?! Да я раньше часа ночи никогда не возвращаюсь!
- А больше ты ничего не хочешь?! – выпаливаю я.
- Отец с тобой ещё поговорит перед отъездом, - брат явно доволен собой. – Это всё, что я хотел тебе сказать. И ещё, впредь деньги на карманные расходы будешь получать лично у меня. Никаких переводов на карту, никаких передач через секретарей. Наличные буду давать каждую неделю, плюс при их получении жду письменный отчёт, на что ты их потратил. Желательно с чеками.
Ну, класс. Дожили. Это что, тоталитаризм намечается? А где свобода действий и личной жизни? Это уже переходит все границы.
- А иначе отец сплавит меня в какой-нибудь военный пансионат? – издеваюсь я. – Или куда там? Может быть, сразу туда отправите, чтобы я не мучился?
Злость пропитывает, проникая до самых костей. Я пристально прожигаю взглядом брата, ненавидя его всем сердцем. Если ему хочется ползать в ногах у отца, пусть делает, что хочет. Зачем меня втягивать в свои игры? Я не собираюсь заниматься семейным бизнесом, не горю желанием вообще участвовать в делах семьи. Я не такой, как они. Я вообще не должен был появляться на свет, они меня не хотели. Я просто ошибка, которая усложняет им жизнь и от которой невозможно избавиться.
Зачем тогда я им сдался?