Глава 11
В тот же самый момент Гу Цун лежал на полу в репетиционном зале.
За последнюю неделю компания не запланировала для него ни одной задачи, словно решив игнорировать его до тех пор, пока он не добьется согласия Сэ-гэ на совместный проект.
Нащупав рядом телефон, Гу Цун открыл чат с Сэ Е. Последние сообщения там датировались днем возвращения в страну, когда он отчитывался напарнику о благополучном прилете.
Сэ Е не был инициативным человеком, а Гу Цун не был уверен, что тот оценит вторжение в личное пространство. Из-за этих колебаний их общение постепенно сошло на нет.
Близость на острове теперь казалась лишь сном. Гу Цун погрузился в свои мысли, когда телефон внезапно завибрировал.
Это был не голосовой вызов в мессенджере, а настоящий телефонный звонок. На экране высветилось имя контакта: «Учитель Сэ».
Его янтарные глаза широко распахнулись, и от неожиданности Гу Цун чуть не выронил телефон себе на лицо. — Алло? Учитель Сэ?
— Это я, — раздался в трубке знакомый голос. — Чем занимаешься?
Гу Цун резко сел. — Репетирую.
— У вас намечается выступление? — спросил Сэ Е.
— Да, завтра вечером гала-концерт на сцене Чэнтай, — ответил Гу Цун.
Организаторы пригласили всю группу целиком, поэтому у компании не было выбора, кроме как выпустить его на сцену. В конце концов, отсутствие даже одного человека потребовало бы полной перестановки хореографии.
Однако он не хотел обременять Сэ Е этими неприятными подробностями. Хотя обсуждения вокруг Сэ Е в сети немного поутихли, антифанаты всё еще активно распространяли негатив. Гу Цун так и не нашел новостей о той съемке для журнала, про которую менеджер упоминал в машине. Он не был уверен, наладились ли дела у Сэ Е.
Приняв бодрый тон, он скрестил ноги и спросил: — Почему Сэ-гэ решил мне позвонить?
Сэ Е: «...» Он просто хотел увидеть, кто оказался достаточно глуп, чтобы позволить маленькой компании издеваться над собой.
Но, судя по настрою парня, тот не собирался жаловаться. Сэ Е без какой-либо веской причины ляпнул: — У меня закончились конфеты.
Гу Цун сначала опешил. — А?
Но тут же негромко рассмеялся. Он, конечно, помнил, что дарил их Сэ Е, но не ожидал, что тот придет к нему за новой порцией. Это было даже мило. И это несмотря на то, как легко сейчас заказать что угодно в интернете.
— Я только что закончил репетицию. Мне привезти их Сэ-гэ? — Гу Цун откашлялся, сдерживая смех. — Или попросить менеджера Чжоу заехать за ними?
— Не нужно. Просто носи их с собой, — отрезал Сэ Е. — Вешаю трубку.
«Носить с собой?» Он имел в виду — отдать на следующих съемках? Несколько секунд юноша смотрел на журнал вызовов. От недавней усталости и меланхолии не осталось и следа. Он подключил наушники и с удвоенной силой принялся оттачивать движения.
— А что если... просто предположим... Сэ-гэ будет смотреть мое выступление по телевизору?
Однако Гу Цун никак не ожидал увидеть Сэ Е на следующий вечер вживую.
В шумном и хаотичном закулисье черноволосый юноша в маске, простой рубашке и джинсах выделялся вопреки своему скромному наряду. Его невозможно было игнорировать — черты лица, не скрытые маской, были слишком изысканны: точеные брови, пушистые ресницы и разрез глаз, напоминающий лисий. Всю эту яркость подавляла бледная кожа, придавая образу оттенок порочной холодности.
Гу Цун находился в общей гримерке. Дверь была открыта, и он не сразу понял, что происходит, пока Сэ Е не прошел сквозь толпу и не остановился прямо перед ним.
— Учитель Сэ?
В гримерке стояла смесь резких запахов. Сэ Е сморщил нос, и его рука, собиравшаяся снять маску, замерла. — Хм.
На них уставились десятки глаз, даже одногруппники Гу Цуна, закончившие макияж, обернулись. Гу Цун понимал, что должен представить Сэ Е, но вместо этого выпалил: — Почему вы здесь?
— Стало скучно, пришел проведать, — ответил Сэ Е. А заодно и прояснить кое-что с одним человеком.
«Проведать?» В программе не было сегмента с визитами гостей, и камер рядом не наблюдалось. Гу Цун понял, что Сэ Е пришел не ради шоу, и не смог сдержать радостной улыбки.
Прежде чем он успел что-то сказать, черноволосый юноша поднял руку и прохладными кончиками пальцев коснулся подбородка Гу Цуна, слегка приподнимая его. — Кто делал тебе макияж?
В Гу Цуне была юношеская легкость, но черты лица были резкими и выразительными. Со временем, когда он окончательно возмужает, он несомненно станет одним из главных красавцев индустрии. Однако сегодняшний визажист попытался навязать ему образ «милашки», что выглядело фальшиво. Несмотря на то что медовые глаза Гу Цуна сбивали с толку, при близком рассмотрении ощущалась явная дисгармония.
Сэ Е, начинавший с кино и работавший моделью, был крайне чувствителен к тому, как лицо смотрится в кадре. Не замечая, как покраснели мочки ушей парня, скрытые под волосами, Сэ Е спросил: — Где визажист?
— Занят, — ответил Гу Цун.
Сэ Е огляделся. Его взгляд упал на напарников Гу Цуна, которые тут же выпрямились и незаметно указали на человека неподалеку.
Всего было четыре визажиста, и работы у них действительно хватало. В современных мужских группах по 9–11 человек макияж «по очереди» — обычное дело, если только компания не отличается особой щедростью. Не говоря уже о том, что Гу Цун в последнее время был в немилости у своего агента.
Едва слышно цокнув языком, Сэ Е отпустил подбородок Гу Цуна. — Сиди смирно.
Зарубежные визажисты часто не умели работать с восточными чертами лица, так что Сэ Е не раз приходилось краситься самому. Широким шагом он подошел к ближайшему мастеру. Подняв указательный палец, он приспустил маску: — Могу я одолжить карандаш для бровей?
Большинство визажистов в индустрии знали лицо Сэ Е. И не просто знали — они втайне мечтали поработать с ним. Несмотря на прошлые скандалы и насмешки, в последнее время он снова был на слуху. В мелочах к нему всегда проявляли долю уважения.
Захлопав глазами от неожиданного появления такого красавца, круглолицая девушка-визажист неуверенно пролепетала: — Конечно.
— Благодарю.
Благодаря своей внешности Сэ Е успешно собрал у четырех мастеров инструменты, которые им в данный момент не требовались. Он склонился над Гу Цуном с таким сосредоточенным видом, будто проводил хирургическую операцию.
Гу Цун же чувствовал себя совершенно спокойно. В его «энциклопедии» не было данных о том, умеет ли Сэ Е делать макияж. На съемках шоу тот тоже не проявлял таких талантов. Но Гу Цун просто доверял ему. Он верил, что Сэ Е не станет шутить с такими вещами.
Снова надев маску, черноволосый юноша глухо спросил: — Что вы сегодня поете?
Пользуясь паузой, Гу Цун достал из кармана наушники и осторожно вставил их в уши Сэ Е. — Вот это.
Под стать теме вечера, песня была легкой и нежной композицией о любви. Задумка визажиста была не совсем провальной, но у Сэ Е была идея получше, которая больше подходила Гу Цуну.
Заметив, что взгляд парня часто опускается вниз, Сэ Е равнодушно спросил: — Что не так?
Сдерживая глупую улыбку, Гу Цун старался не шевелить лицом: — Браслет. Учитель Сэ до сих пор его носит.
— Он очень красивый.
Гу Цун сказал чистую правду, но под сияющим взглядом этих глаз Сэ Е необъяснимо почувствовал укол совести. Помедлив, он добавил: — У меня в последнее время не очень много работы.
Гу Цун ухмыльнулся: — О-о...
— Учитель Сэ редко носит аксессуары в обычной жизни. Похоже, он и правда очень красивый.
На последнем слове тон парня чуть изменился. Почувствовав подвох, Сэ Е легонько щелкнул Гу Цуна по лбу. — Молчи. Ни слова больше.
Услышав это, юноша, притворно поморщившись, тут же замер в послушной позе. В полумраке гримерки только его пальцы ног, непроизвольно шевелящиеся, выдавали истинные чувства.
1101: 【Я ревную】. С какой стати её хост так добр к постороннему? Тем более что в сегодняшнем мероприятии участвуют и Сюэ Минлан с Су Цинъюэ. Разве появление Сэ Е здесь не провоцирует сюжет косвенно? А он ведь явно не любит лишних драм.
«Я делаю то, что хочу. Как это может провоцировать сюжет?» — Сэ Е привычно проигнорировал вспышку ревности системы, сохраняя логику.
1101: 【Но разве ты не всегда избегал главных героев и сюжетных линий?】
Сэ Е всегда говорил, что ему лень соревноваться с «любимым сыночком» автора. Те, кто его знал, думали, что он просто не хочет проблем. Мало кто догадывался, что некоторые могут счесть его исключительным трусом.
Сэ Е: «Всё равно мы увидимся на съемках на следующей неделе».
Разница в два дня роли не играла. К тому же не факт, что он вообще столкнется с Сюэ Минланом и Су Цинъюэ.
Пока он препирался с системой, его руки не бездельничали. За ограниченное время он внес несколько изменений в макияж Гу Цуна, полностью преобразив его облик.
Подчеркнув достоинства и скрыв недостатки, он в полной мере раскрыл потенциал внешности юноши. Смягчив детский взгляд «щенячьих глаз» и открыв лоб (благодаря росту Гу Цуна выше 180 см), Сэ Е создал образ дерзкого и мужественного красавца, излучающего уверенность и мужскую харизму.
Стиль не выбивался из общей концепции группы, но при этом Гу Цун стал тем, на ком невольно задерживался взгляд.
Менеджер, пришедший позвать группу на сцену, застыл как вкопанный. Не веря своим глазам, он замер в дверях: — Господин Сэ?!
— Готово, — удовлетворенный своим шедевром, Сэ Е обернулся, аккуратно складывая инструменты. — Руки зачесались, надеюсь, вы не против.
— С чего бы мне быть против? — менеджер жаждал лично обсудить с Сэ Е рекламный контракт. Боясь, что Гу Цун снова что-нибудь выкинет, он кратко объяснил порядок выхода и добавил: — На самом деле я давно хотел встретиться с господином Сэ, но не представлялось случая. Может, выйдем переговорить?
— Нет нужды, — отказался Сэ Е. — Я знаю, о чем вы хотите поговорить. Я не против, просто слушайте Гу Цуна.
Гу Цун был потрясен — он и не знал, что Сэ Е в курсе планов компании. Но было очевидно, что Сэ Е открыто его поддерживает. Лицо менеджера покраснело, он с трудом выдавил: — Конечно, Сяо Гу...
— Конечно — что? — грубо прервал его Сэ Е. Его голос был спокойным, но в нем слышалась такая властность, что у окружающих перехватывало дыхание. — Самый небрежный макияж в обмен на продвижение других артистов, хм?
Индустрия развлечений — это джунгли, битва за славу и деньги. Стоит дать слабину — и тебя сожрут. С того момента, как Сэ Е вошел сюда, он заметил, что из девяти участников только Гу Цун сидел в одиночестве, всеми забытый.
Что касается информации о перераспределении ресурсов — её собрала 1101.
Даже павшая лошадь больше живого осла; как бы семья Су ни травила Сэ Е, его многомиллиардные кассовые сборы и титул «Киноимператора» не были выдумкой. К тому же Сэ Е еще не успел совершить тех безумных поступков с похищениями и насилием, которые описывались в оригинале.
«Какая неудача», — проклинал всё на свете менеджер. Его первой мыслью было: «Гу Цун всё-таки охмурил Сэ Е». В конце концов, слухи об ориентации Сэ Е в своё время наделали много шума.
— Ладно, идите в зону ожидания, — не надеясь на честный ответ от Сэ Е, менеджер похлопал Гу Цуна по плечу. — Удачи на сцене.
— Хорошо, — Сэ Е протянул парню конфету в индивидуальной упаковке.
Сэ Е показалось, или взгляд Гу Цуна стал глубже, чем обычно?
Но это ощущение длилось лишь миг. В следующую секунду Гу Цун встал, игнорируя придирчивые взгляды коллег. Он широко улыбнулся и произнес: — Я выложусь на полную.
Ради любви. Ради фанатов. Ради этой уникальной и восхитительной поддержки.
«Поэтому, Сэ Е, ты должен внимательно смотреть на меня, хорошо?» «Не своди с меня глаз».