Пробная глава или спасение во имя смерти
Ну, короче, схема такая. Если на этой главе будет хороший актив, то продолжаем с вами эту недо-историю. Приятного чтения.
Мэй тяжело вздохнула, но все же остановилась. Джузо был навязчив. Даже слишком навязчив, для хладнокровного убийцы с безумным блеском в глазах. Таким его запомнила японка. Она не признается в этом себе, будет храбриться перед подругой, но... Как же она, черт возьми, боится его. Мэй ведь совсем еще девчонка. Сейчас они зайдут за угол и он прирежет её. Вырвет какухо голыми руками и оставит умирать. Совсем как тогда...
Но они шли все дольше, все ближе приближались к старенькому домишке, который девушка делила с подругой, а Сузуя все не вытаскивал свое куинке, хоть и раскачивал чемоданом туда-сюда, вызывая нервную дрожь блондинки. Джузо говорил о сладостях. Общался с ней будто с ребёнком, хотя так и было. Мэй не слушала его, полностью погрузившись в воспоминания.
- Убей... - сдавленно прохрипел мальчик.
－ А? Убить? － Джузо озадаченно склонил голову, приподняв левую бровь, а после вновь расхохотался. － Ты действительно надеялся легко умереть? － весело спросил Рэй, приподнимая гуля за подбородок. － Ни одна тварь вроде тебя, не заслуживает быстро сдохнуть.
Оригата хмыкнула. Ему было смешно, он лишь игрался. С жизнью самого дорого ей человека. А сейчас думает, что может затирать ей о мороженном с той же улыбкой, с какой он смотрел, как угасала жизнь в янтарных глазах её брата. Блондинка остановилась. Первая слезинка сорвалась с девичьей щеки. Джузо прошел вперед еще немного, но заметив, что девушка остановилась, тоже затормозил.
Глаза Мэй заполнила чернота, вперемешку со слезами.
Рэй, не оборачиваясь, напряженно вслушивался в звуки за спиной.
Кагуне с тихим треском разорвало рубашку школьницы. Оригата вытянула дрожащую руку вперед. Из-за спины алыми крыльями пылал укаку девушки. Улицу поглотила тишина. Совсем как тогда...
Мэй стояла, дрожащая, нуждающаяся в защите. Маленькая девочка, оставшаяся без семьи. Она понимала, что сейчас умрет. Мысленно прощаясь с Тоукой, с Аято... Она просто хотела встретить брата, черт возьми.
Внезапно, черная тень сбивает с ног Джузо и тот, успевая среагировать, тормозит только через пару метров. Черт. Мэй была настолько поглощена мыслями о своем горе, о мести, что не заметила приближения другого гуля. Гуля, чей запах был знаком ей.
Не теряя времени, школьница поспешила в тень, скрывая свою сущность от Сузуя. Хотя тому и не до девушки было. Острый шип чужого кагуне рассек парню плечо, белая рубашка пропиталась кровью. Такой сладкий запах...
Гуль в капюшоне втянул носом воздух и вновь пошел в атаку.
Мэй напряженно наблюдала за битвой из тени переулка. Она не может вмешаться, нет. Но если ничего не предпринять, то Джузо погибнет. Девушка тряхнула головой. Конечно, она хочет этого. Очень. Но пусть он умрет от её рук.
Парень с глухим треском отлетает к стене, ударяясь затылком. Гуль нависает над ним, облизываясь. И Мэй не может винить его, ведь запах крови такой сладкий, можно представить как нежно перекатывается плоть во рту и тает, разливаясь рубиновой рекой.
А может и правда, съесть его? Выдавить глаза, заставить орать от боли.
Знала бы Оригата, что Сузуя пережил более ужасные вещи и её пытки ничем не выделялись бы... Но ей не суждено этого проверить. В голову четко и резко бьет осознание, что если здесь и сейчас растащат по кусочкам следователя, жителям улицы не избежать допроса. Их с Тоукой подделаные школьные анализы не спасут от RC-врат. Решение приходит мгновенно.
- Отойди от него.
Голос школьницы звучит спокойно, становится глубже и бархат разливается в чужих ушах. Кроваво-красный бархат.
Гуль лишь скалится, давая понять, что добычу не уступит. И Мэй кроет. По-звериному, дико и безумно. Девушка одним пинком скидывает парня с обездвиженного тела Джузо и хищной, осторожной поступью продолжает наступать на, теперь уже, отползающего гуля. Кагуне девушки высвободилось, синхронно вытянутой в сторону руке.
И в мыслях напуганного гуля скользнуло - ангел.
Падший, смертоносно-прекрасный, но все таки ангел. Которому не суждено подняться в небо..
Мэй аккуратным движением плеча заставляет сумку скользнуть на землю. Школьница спокойно всматривается в темный асфальт и если бы не "стеклянеющая" волна, проходящаяся по укаку девушки, что заковывала живое пламя струящихся алым крыльев в кинжалы, выстроившиеся кристаллическими перьями, можно было подумать, что она и забыла о том, что нужно готовить атаку. Но проходит треть секунды и блондинка взмывает в воздух. Да, сейчас она ощущает себя как птица. С гибкостью дикой кошки Мэй проворачивается в сальто назад, прямо над опешившим противником. И лишь под самый конец, прежде чем обрушить на него шквал кристаллического дождя, девушка встречается с гулем глазами. Какуган, захвативший темными венами щеки и сокращающийся от безумного адреналина, даже удовольствия красный, точно ведьмина луна, зрачок и улыбка. Совершенно невинная и удовлетворенная, с искорками детского смеха. Белые, струящиеся волосы, погружающиеся в лунный свет, точно нимб. Мэй была прекрасна в этом неуловимом мгновении. Прекрасна, как она есть, в своей истинной, неизживаемой сущности. Из неё можно убрать человека, да. Но гуля... Ни за что.
Алые кинжалы, отделившиеся от основного кагуне Оригаты с влажным хлюпаньем пронзили чужое тело, в то время как сама девушка бесшумно приземлилась на корточки, опираясь для верности рукой. Волосы мягко опали на девичьи плечи и кагуне, точно песок на ветру, растворился в мертвой тишине.
Мэй с отрешенным взглядом голубых глаз подошла к следователю, что был все еще без сознания. Школьница опустилась на корточки, сжимая подбородок Сузуя холодной рукой. Открытая рана манит, приглашая завершить начатое. Впиться в идеальные изгибы шеи и оторвать смачный кусок. Блондинка облизывается, когда глаза вновь заполоняет чернота. Её челюсти рывком сомкнулись на чужой плоти и уши как по сигналу прорезал животный крик... Собственного брата. Девушка отлетает от мальчишки, прижимая тыльную сторону ладони к окровавленному рту.
- Почему ты не сделала этого с ним? - тихо вопрошает мальчик, не замечая стекающую по шее кровь.
- ТЫ ЖЕ ОБЕЩАЛА! - крик ребенка мгновенно настигает ушей девушки, будто звучит со всех сторон сразу и Мэй проваливается в темноту.
- Мэй, проснись! Просыпайся! - Тоука трясла подругу за плечи, пока та не переставала кричать. Девушку очень заботило состояние подруги, ей которую ночь снились кошмары.
Оригата открывает глаза, тяжело дыша и до ушей Киришимы доносится тихий всхлип.
- Снова тот же сон?
Ответом для темноволосой служит еще один судорожный вздох, а после почти бесшумный плач.
- Тебе стоило съесть его тогда, понимаешь? Сейчас ты бы не мучалась так, если бы приняла верное решение...
Вопреки серьезному, безучастному тону, Тоука садится на чужую кровать, кладет голову Мэй себе на колени и поглаживая спутанные волосы, молча раскачивается из стороны в сторону, пока Мэй тихо всхлипывает, окунаясь в события той ночи
Мэй с отрешенным взглядом голубых глаз подошла к следователю, что был все еще без сознания. Школьница опустилась на корточки, сжимая подбородок Сузуя холодной рукой. Открытая рана манит, приглашая завершить начатое. Впиться в идеальные изгибы шеи и оторвать смачный кусок. Блондинка облизывается, когда глаза вновь заполоняет чернота. Она рывком приближается к чужой шее и на несколько мгновений ей кажется, будто перед ней её брат. Такой же беззащитный, как сейчас Рэй перед ней.
Глаза заполняют слезы. Кровавые. Гули по другому не плачут ведь. Оригате ничего не стоило прикончить его прямо сейчас. Но это не правильно, не честно. И... Вопреки всему, Мэй решает дать Сузуе шанс. Шанс на борьбу. Шанс, которого у её брата не было.
- Сегодня ты остался жив, только благодаря мне, ублюдок. Я не такая как ты, не стану нападать на беззащитного. Но я убью тебя. Вырву твое сердце и сожру его, слышишь? - Мэй все сильнее сжимает чужой подбородок и отрезвляет её только то, что по щеке парня катится капля крови из раны, оставленной ногтями девушки. Из черных глаз нескончаемым потоком льются рубиновые слезы.
И Оригата, все так же всматриваясь в безусловно красивые и утонченные черты, вспоминая улыбку парня и его милые дурачества, невольно вновь вспоминает брата. Который так же улыбался и мечтал узнать вкус мороженого...
- Ненавижу.
Руки обессиленно скатываются на чужие плечи. Мэй переполняют противоречивые чувства схожести убийцы с его жертвой. Оригата прижимает к себе обмякшее тело и кричит. Долго, надрывно. Разве можно так, как она в эту секунду? Ненавидя, искать поддержки, искать родные черты, которые он же и уничтожил. Глупость. Но Мэй не справится с собой сейчас. А в голове только один вопрос. И она очень хочет, чтобы Рэй её услышал. Даже сквозь пелену забвения. Ведь это то, что она втайне хотела спросить у него всегда.
- За что?..