4
Дни шли за днями.
Погода становилась теплее и теплее.
Прошли весенние дожди.
Девид раскапывал, раскапывал, раскапывал...
Проблема была в том, что пока он отдыхал, течение успевало вновь нанести песка. Но он не унывал - площадь очищенного увеличивалась. А благодаря многочисленным камням, проявившимся после снятия породы, Девид сумел построить небольшую стену, которая замедляла замывание.
В конце-концов, мужчина добрался до палубы. Точнее, до небольшого кусочка поверхности, который проявился под тончайшим слоем оставшегося песка.
Она была такая, какой он запомнил её из сна - золотисто-зелёная, слегка светящаяся, идеально гладкая.
Казалось - время и вода с солью ни грамма не тронули поверхность неведомого дерева.
Даже ракушки не наросли!
Мачта же оказалась не такой большой, как ему виделось во сне - всего метров двенадцать, и на ней не было и признака куда крепились паруса.
А потом он вспомнил - а ведь они ни разу не были подняты!
Были ли они вообще?!
Девид оглядел мачту - совершенно, идеально гладкая, без единого признака такелажных креплений.
Да ещё и одна на весь корабль!
Тогда для чего она нужна?
Увы, предположений не было.
Мужчина вылез на берег немного передохнуть перед тем, как начать набело очищать открывшийся кусочек палубы. Раньше он бы и не задумался об этом, но, толи возраст, толи накопившаяся усталость от непомерно тяжёлой работы для одиночки, заставляли его всё чаще прерывать работу.
- Девид! Откуда эти кучи песка?
Он огляделся - "Да-а-а... совсем забыл, что его надо разбрасывать. И что мне ей говорить?"
Мужчина посмотрел на Сали - внучку Маргарет, которая приехала навестить приболевшую бабушку.
- А ты красавица! - внезапно вырвалось у него.
Девушка зарделась и слегка опустила голову.
Распущенные волосы цвета карамели достигавшие талии прикрыли нежно-розовое личико, длинные ресницы спрятали блеснувшие от удовольствия глаза цвета горького шоколада, а руки, самостоятельно, спрятались за спину, сцепившись там пальцами в замок, при этом слегка выдвинув вперед небольшую, аккуратную грудь, которая четко обрисовалась под натянувшейся тканью тонкой футболки.
- Да так... занимаюсь раскопками потихоньку... вот со дна и повытаскивалось.
- Всё ещё надеетесь?
Сали, как и все, прекрасно знала о его "придури", но при этом, даже будучи трёх-пятилетней девочкой, никогда над ним не смеялась. В отличии от остальных детей, которые брали пример с родителей.
Девиду нестерпимо захотелось рассказать ей о том, что не просто - надеется, а нашёл!, но... привычка молчать сжала челюсти до боли. И он только мотнул согласительно головой.
- Удачи вам! - сказала она, и махнув ему рукой, развернулась, и пошла в сторону дома бабушки.
- Первое подходящее для тебя украшение - твоё!
Незнамо зачем пообещал ей в спину Девид.
Девушка явно услышала, сбившись с шага, но не остановилась, а только еще раз махнула на прощание ладошкой.
"И зачем я ей это пообещал?" - подумал Девид. - "Что я могу найти? А главное - КОГДА! Она триста раз успеет ехать!" - он почесал в затылке. - "Ну да ладно. Найду - отдам. А нет... она уже на следующий день как уедет забудет о моём обещании".
Он ещё немного посидел на берегу, собираясь с силами, но понял - на сегодня работа закончена: тело ломило, суставы скрипели как не смазанная дверь, да и есть - впервые за долгое время, захотелось до боли в животе.
Он посмотрел вокруг себя, не увидел ничего и никого живого, быстро переоделся и пошел домой. Там его ждали буханка хлеба и какие-то консервы, которые он прикупил в магазине пару дней назад на поступившее пособие по старости.