Голос нашей свободы

Виктор спокойно шёл по дому, внимательно осматриваясь. Штора в гостиной немного дёрнулась. Мужчина усмехнулся, и приоткрыл её, маленький мальчик лет четырёх звонко засмеялся от того, что нашли его место пряток. Малыш Джимми внешне взял всё от мамы, черты лица, тёмные волосы, а глаза у него были папины–зелёные.

– Ты слишком быстро меня нашёл!

– Потому что я чётко слышу, как ты дышишь и как стучит твоё сердце. – Виктор улыбнулся, показав пальцем на носик и на грудь сына.

– Я могу задержать дыхание! – Джейс вдохнул ртом столько воздуха, сколько могли вобрать в себя его детские лёгкие, но малыша хватило всего секунд на десять.

– Тогда сердце начнёт биться сильнее.

– В следующий раз я с мамой играть буду. – обиженно выдал маленький Крид скрестив руки на груди и опустив голову.

– Ты и обижаешься почти как мама.

– Я не обижаюсь! – запротестовал Джеймс, но тут его маленький чуткий носик, доставшийся от родителей, учуял вкусные запахи со стороны кухни. Забыв всё на свете он побежал по следу, по пути дважды упав на пол.

– Джеймс, надо же под ноги смотреть. – сделал замечание Виктор, подняв сына на руки. В этом мальчике энергии побольше чем в электростанции.

– Мне не больно.

– Конечно тебе не больно, ты же мой сын.

– Я слышала грохот, что вы там устроили? – спросила Кэтрин жаря в сковороде маленькие блинчики.

– Спроси лучше у этого кенгурёнка. – Саблезубый начал аккуратно щекотать мальчика когтями, Джимми громко засмеялся. – Ну что парень, хавать будешь?

– Буду!

– Ещё бы. – Виктор сел за стол, посадив сына к себе на колени.

– Мам, пап, я тут подумал и решил, что хочу братика! – со всей серьёзностью своих намерений заявил Джеймс.

Супруги переглянулись, слова сына их позабавили.

– Ты прям всё решил? – спросил Крид.

– Да!

– Не спросив нас с мамой?

– Да!

Мужчина откинулся на спинку кухонного дивана и посмотрел на Кэт.

– Сына, у нас такие решения в семье принимает мама, но знай, что я всегда готов.

– Виктор. – напряжённо процедила женщина.

Крид издал лёгкий смешок.

– Что? Джимми, может ты сестрёнку хочешь?

– Хочу!

Кэт измученно закатила глаза.

– Если ты забыл, у Джимми есть брат.

– Точно, Хиро. – Крид не ожидал, что забудет о племяннике, и удивился, что идея познакомить Джимми и Хиро пришла не ему. Они не особого общались после случившегося в Японии. Виктор не отвлекал Дакена от мафиозных дел, но закрепить хорошие семейные отношения не помешает.

– У меня есть братик!? – восторженно спросил мальчик широко раскрыв глаза и смотря ими на папу.

– Двоюродный.

– Что значит двоюродный?

– Это значит, что он не мой сын, как ты, а сын моего брата, в честь которого тебя назвали. – мужчина потрепал малыша по тёмной макушке. Виктор таким образом хотел отдать дань уважения младшему брату. Пусть они не ладили, им обоим было чему поучиться друг у друга.

– У тебя тоже есть братик?

– Да... где-то есть. – с небольшой досадой ответил Крид сыну.

– А мы можем позвать моего братика в гости? – Джеймс перевёл взгляд на маму.

– Думаю можем. Что скажешь, Вик? – Кэт была не против познакомить братьев, но не скрывала, что это её самою малость настораживала. Однако Дакен и в её глазах изменился. По примеру своих родителей, она с детства считала, что в семье все должны поддерживать хорошие отношения. Возможно сейчас, как раз самое время всё наладить.

– Сомневаюсь конечно, что Акихиро согласится, но я ему позвоню.

****
У дома Кридов послышался рёв мотоцикла. Заглянув в окно Саблезубый увидел Дакена. Полукровка был одет в джинсы, белую футболку, чёрную кожаную куртку и берцы. Виктор вышел встретить племянника.

– Ну привет, дядь. – без особого энтузиазма начал приветствие Хиро.

Из дома пулей выбегает Джеймс и встаёт рядом с отцом.

– Опа, я смотрю вы с Кэтрин время зря не теряли. – Хиро склонил голову на бок и улыбнулся, смотря на мальчика. – Привет бро, как звать?

– Джеймс. – смущённо ответил мальчик, рассматривая Дакена.

– А катана для чего? – настороженно спросил Крид, бросив кивок на оружие.

– Не ссы, не для вас она. Хорошо что встретились, я тоже думал с тобой поговорить.

– Меньше дел Хиро, мы просто хотели, чтобы ты и Джимми познакомились. – красная катана конечно вызвала у Саблезуба мимолётный испуг. К счастью он оказался напрасным.

Джимми склонил голову на бок, продолжая заинтересовано разглядывать своего двоюродного брата.

– Это мой братик? А почему у него такие глаза?

Хиро прыснул от смеха и закатил глаза.

– Чтобы ты спросил, малой. – мутант открыл багажник мотоцикла и достал две бутылки спиртного. – Я тут принёс саке и виски. Выпьем?

– Давай виски, ваше саке–это на любителя.

В доме всех встречала Кэтрин.

– Здравствуй, Акихиро. – она сдержанно улыбнулась, стараясь казаться не слишком приторной, но не удержалась от приветственных объятий.

– Кицунэ, давно не виделись. – Хиро напрягся, не ожидая такого приёма.

– Мы готовились к твоему приезду. И я решил кое-что для тебя сделать. – она указала на большую плоскую тарелку, в которой с манерой перфекционизма располагался японский десерт моти. Красивая пирамидка из разноцветных шариков-моти служило украшением стола.

– Для...меня? Спасибо. – парень был очень тронут таким жестом. В груди неприятно заскребло, ему казалось, что он не заслуживал такой доброты к себе. Маленький мальчик в его душе тихо ликовал от вида любимых слабостей. Хиро взял одно моти и откусил. Кэтрин постаралась, почти не отличить от тех, что готовят в Японии. Прям как дома.

Сев за стол, мужчины начали разговор. А под хороший виски он идёт куда лучше.

– О чём ты хотел поговорить? – задал вопрос Виктор.

– Ты насторожился, что я с собой катану Мурамасы взял. Не переживай, я её берегу совсем для другого.

– Ромул.

– Ромул. – вслед за дядей повторил Акихиро, его отвлекли лёгкие похлопывания по ноге. Мутант посмотрел вниз и увидел брата, которой одной ручкой тянулся к нему, а в другой держал моти и кушал. Дакен улыбнулся, взяв Джеймса на руки. – Теперь мне не по себе.

– Отчего же? Расскажи. – поинтересовался Крид.

Дакен шумно выдохнул, смотря пустым взглядом на стакан с виски.

– Тот, кто убил мою мать, подкинул меня в бездетную семью, там мне дали имя отчима. Меня воспитывали до девяти лет, пока мачеха не забеременела. Она захотела избавиться от меня.

– И что произошло?

– Я её убил первее. Отчим, так меня любил, что не смог зарубить катаной. И убил себя сам. – Хиро старался не смотреть на дядю. Он сохранял невозмутимый и безразличный вид. Его всю жизнь заставляли забыть это, мол "умерли и умерли, не забивай голову". Из него силой выбили все эмоции, но он изредка посещал их могилы в тайне от всех. В частности от Ромула. Ему оставалось лишь завидовать белой завистью маленькому брату, ибо у него есть и детство, и родители, о которых можно мечтать. – Практически сразу я наткнулся на Ромула. Он учил меня контролировать способности, изучать языки, владеть боевыми искусствами, но за малейшую оплошность наказывал по всей строгости. И каждый день, он подпитывал мою ненависть к тебе и отцу. Я помогал ему, с генетическими экспериментами, ловил нужных ему подопытных. А ещё, он сотрудничает с Г.И.Д.Р.ой.

– Тут ты мне Америку не открыл.

– Ромул затих, никак со мной за эти годы не связался. В Мадрипуре тоже без изменений. Нельзя ему позволить украсть катану. – Дакен выдержал паузу, затем добавил. – Прости Виктор, но завтра вечером я уеду.

– Понимаю, за местом главы мафии нужно пристально следить, особенно полукровке. Без обид.

– Всё норм, не парься.

– Ну что вы тут? – спросила Кэт заходя на кухню и прерывая их разговор.

– Сидим мужской компанией. – сказал Хиро и усмехнулся. Джейми заснул у него на руках.

– Тогда я заберу у вас одного мужчину.

– Он не против. – Акихиро аккуратно передал чадо Кэтрин и она скрылась на втором этаже вместе с Джимми. – Кстати, Вик, заметил ты или нет, но у Джеймса такая же способность связанная с запахами.

– Заметил, бывают моменты, когда я не могу его учуять во время пряток. Это можно контролировать?

– Можно, я научу. Очень полезная способность, можно вызвать у человека счастье, страх, ярость, возбуждение. И манипулируй всеми как хочешь. Усыплять кстати тоже можно.

Крид усмехнулся.

– Так вот, почему Кэтрин периодически засыпает рядом с Джейми.

Дакен рассмеялся.

– А что? Усыпил мамку и делай себе что хочешь.

****
– Малой, не трогай! Твои родители мне пиздюлей пропишут если поранишься! – выругался Дакен на японском. Он взял мальчика на руки и забрал у брата катану, которая к счастью оставалась в ножнах. – Это нельзя брать!

– Почему?

– Умрёшь.

– Я не могу умереть. Один раз я на дерево залез, упал и сломал шею, но потом проснулся. Только маме с папой не говори, они об этом не знают.

– Удивляюсь, что ты в свои четыре года вообще знаешь, что такое смерть.

– Мы как-то гуляли в лесу и увидели волка, он лежал весь в крови и не дышал. Тогда папа мне и объяснил, что такое смерть.

– А мама что?

– Мама не говорила, её стошнило, потому что мёртвого волка начали есть какие-то насекомые и стоял плохой запах.

– А почему родители не учуяли труп раньше?

– Я добежал до него быстрее.

Мальчик быстро переключил своё внимание на тату Хиро. Он провёл пальчиком по чёрным завитушкам.

– Что? Нравится? – хмыкнкл Хиро, забавляясь внимательностью и заинтересованностью Джейми.

– Ага.

Потом он с потрогал парня по голове, взял за волосы, но забыл разжать ладошку. Джеймс переключил своё внимание на какой-то звук и дёрнул. Послышалась отборная японская ругань.

– Теперь я понимаю, почему твой отец бороду сбрил!

– Ой, прости. – искренне извинился перед старшим братом Джимми.

– Всё, забыли. Когда твои родители из Нью-Йорк вернутся?

– Не знаю. – пожал плечами мальчик.

– Просто я вечером уже уезжаю.

– Ты уезжаешь, почему? Ты меня больше не любишь, ты меня бросаешь? – Джеймс очень расстроился этой новостью, он начал плакать и хныкать. А бедный Акихиро запаниковал.

– Нет-нет-нет, малой не смей плакать, самураи не плачут. Джимми, ты уже слишком взрослый чтобы плакать. Хочешь на мотоцикле покатаемся?

****
А в ночном клубе супруги занимались важными делами и выделили часок для личного времени. Находясь в кабинете, они с Виктором наслаждались минутами уединения.

– Как думаешь, не слишком эгоистично с нашей стороны оставлять Джеймса Дакену? – женщина сидела на столе с полностью расстёгнутой рубашкой, грудь обрамлял тонкий, красный, кружевной бюстгальтер. Когда у вас двоих маленький гиперактивный ребёнок, то такие вещи, как прелюдии, уходят на второй план. При всём этом материнское беспокойство не давало ей покоя.

– Всего на один день, не сломаются. – Виктор быстро заткнул Кэтрин поцелуем, чтобы хоть на короткое время побыть эгоистичными родителями. Учитывая,  шумную музыку в клубе, тихими они вдвоём будут не долго. Крид взял её под коленки, раздвинув ноги шире. Узкая юбка-карандаш изрядно мешала. Хватило одного взмаха когтем, чтобы устранить это препятствие. Кэтрин вздрогнула, видя, как жалобно затрещала плотная ткань.

– Виктор! Как я теперь до машины дойду без юбки!?

– Все проблемы решаемы, только не истери.

Кэтрин недовольно нахмурилась, но всё же отступила, решив не портить момент. Она откинулась назад, позволяя Виктору полностью завладеть моментом. Миссис Крид погрузила пальцы в короткие волосы, когда Саблезубый углубил поцелуй. Тело отозвалось мгновенно, между ног подступила тёплая тягучая влага, сосредоточившись на чистом, первобытном желании.

Лисица игриво прикусила его губу, тихо посмеиваясь во время поцелуя. Руки спускались ниже: к шее и груди, медленно расстёгивая пуговицу за пуговицей, добираясь, наконец, до джинс.

Виктор мгновенно среагировал взяв любимую за шею и повернув её чуть в бок вдыхал аромат любимых духов Кэтрин: Dior–Dolce Vita. Тёплый, пряный аромат с нотами корицы, лилии, розы, магнолии, ванили и розовой древесины. Это всё конечно хорошо, но Виктору больше нравилось, когда жена ничем не душилась. Естественный запах всегда заводит мужчину больше.

– Ложись, – шепнул он ей на ушко, отпуская шею и перемещая руку на бедро.

Она, как бы невзначай столкнула вниз все нужные и ненужные бумаги и разлеглась на столе, чтобы ничто не мешало ей сосредоточиться на них двоих.

Крид навис над ней, впиваясь губами в плечи, медленно проведя рукой по бедру, затем к животу и до груди. Виктору до скрежета зубов хотелось разорвать когтями и бюстгальтер, но ему приходится держать себя в руках, ибо Кэт злится, когда он портит ее одежду. Такими темпами были выкинуты парочку комплектов сексуального нижнего белья, несколько маек и юбок в том числе и ту, что Виктор разорвал сегодня. Стоит отметить, что и трусики входили с бюстгальтером в комплект.

Женщина довольно и протяжно выдохнула, его губы опускались всё ниже, Виктор аккуратно приподнял когтями края кружева и медленно, неторопливо стягивал с неё трусики, как заворожённый любуясь телом жены, в моменте поглаживая ножки. Закинув их себе на плечи, Крид поцеловал правую коленку. Затем ниже, мягкую и бархатистую кожу внутренней стороны бёдра, слегка потераясь щекой.

Кэтрин не удержалась от лёгкого смешка, прикрывая рот ладонью, вздрагивая и чувствуя пробежавшие по коже мурашки. Жесткие волосы на лице Виктора щекотали её. И так каждый раз. На просьбу побриться перед этим делом он отвечал отказом, говоря:"Мне нравится, когда ты так смущаешься и смеёшься. Да и кто знает, где и когда меня накроет, сделать тебе приятное, лисёна."

Дыхание Виктора коснулось её между ног, кончиком языка он раздвинул нижние губы, пробуя влажность Кэтрин на вкус.

Лицо налилось краской, кончики когтей чуть-чуть впивались в кожу лба и щёк, Кэтрин чувствовала, как подрагивают ноги и покалывает подушечки пальцев. Хотелось стонать от приятной, тянущей низ живота неги, но и рассмеяться от раздражающих, колючих бакенбард. В любом случае смешение этих противоречивых ощущений, повышало её возбуждение до небес. Другой рукой Кэт ласкала грудь, поглаживая средним пальцем сосок.

Виктор провел языком снизу доверху, останавливаясь на особо чувствительной точке. Кэтрин выгнулась в спине, приподнимая бедра навстречу его ласкам.

Саблезубый слышал её прерывистое дыхание, видел, как вспыхивает румянец на щеках. Захватив ртом клитор, создавая вакуум, Крид ускорился, меняя комбинацию движений: снизу вверх либо же круговыми. Кэтрин издала тихий, сдавленный стон, который тут же растворился в гуле приглушенной за дверью клубной музыки. Виктор пресёк попытку взять его за волосы, перехватывая запястье Кэт. Ему подобное не особо нравилось в такие моменты, да и отвлекало. Вторую руку держал под поясницей, заботливо поглаживая.

Крид довольно и хитро улыбнулся, смотря на неё исподлобья. Мужчина остановился, произнеся глубоким хрипловатым голосом:

– Мне остановиться, дорогая?– он дразняще быстро провёл языком ещё раз.

– Продолжай... – тяжело выдала женщина на выдохе, чувствуя бьющий по вискам пульс. Как назло, все окна в кабинете закрыты, казалось, что своим частым и глубоким дыханием она успела израсходовать весь воздух. Крид выучил все самые нежные и трепетные места, знал, насколько возбуждает один только его тембр голоса и прикосновения. И умело этим пользовался.

Виктор начал проделывать свой обратный путь. Он снял с плеч её ножки, обхватывая бедра когтистыми руками. Сперва низ живота, затем возле пупка, также нежно, оставляя легкие поцелуи. Крид завёл руки за талию, заставляя Кэтрин сильнее прогнуть спину.

Когда любимые губы мужа подобрались к ней достаточно близко, она перехватила их, затягивая в жадный поцелуй. Они оглощали всю страсть которую дарили друг другу и даже солоноватый привкус Кэтрин не мешал и не смущал. Проведя языком по его нёбу, Кэтрин прервала их, отстранив голову чуть назад.

– Ты сегодня как-то по своему нежен.

– Настроение у меня сегодня такое... Языком работать.

– И, кажется, я велела тебе продолжать.

– Конечно, я продолжу, лисёнок, но чуть иначе.

Кэтрин нравился его хищный взгляд, она понимала всю его суть. Женщина хитро улыбалась, обнимая ногами талию мужа, прижав того поближе к себе.

– Тогда не будем прерываться, любимый... – прошептала она целуя Виктора в шею, ладони гладили выдающийся пресс, и не замедляясь опустились к джинсам. Быстро и умело лисица расстегнула ремень, а следом–ширинку.

– Стоять, перевернулась.

– Ну, Вик...

Крид в ожидании выгнул бровь и жестом приказал ей перевернуть. Кэтрин обижено надула губки, но перечить не осмелилась. Ложась на стол животом, внимание привлекло панорамное окно кабинета. Ночь. Их лица отражаются в стекле. Женщина невольно улыбнулась ловя, себя на мысли, что этот вид ей определённо нравится.

Глаза озорно загорелись, как только Виктор снял с себя ремень. Шлепок. В меру болезненный. Прикусывая нижнюю губу, она вжалась в стол, сжимая деревянный край до скрежета по нему когтей.

– Сильнее... – выпрашивала Кэт, но тут же мысли покинули голову, когда Виктор одним планым движением вошёл в неё на всю длину.

Из груди Крида вырвался протяжный, глубокий стон, замотав длинные волосы на кулак, он заставил её поднять голову, чтобы Кэтрин могла любоваться ими двумя. По кабинету разносились смачные шлепки от быстрого соприкосновения их тел.

Самому мужчине до безумия нравилось заниматься сексом перед отражением. И смотреть как жена сгорает от возбуждения, его нежности и тут же–грубости. Кэт стонала громко, протяжно, а Виктор смотрел то на её приоткрытые губы, то на обрамленную кружевом грудь. Её глаза полузакрыты, губы приоткрыты, а щеки пылали румянцем. Саблезубый видел, как она сгорает от желания, и это заводило еще больше. 

В ней читалась вся палитра ощущений: от нежности и страсти до покорности и наслаждения.

Шлепок, гораздо сильнее, чем предыдущий. Громко вскрикнув от боли, женщина вся сжалась внутри. Толчки мужа стали быстрее и грубее, а её стоны–громче. Мужчина ускорил темп, не давая ей передышки, восхищаясь каждым ее стоном, каждым вздохом. В голове гудело от возбуждения, а тело находилось на пределе.

Кэтрин вздрогнула, судорожно глотая ртом воздух как рыба на суше. И тут же наступило расслабление. Вскоре и Виктор через пару толчков, настиг пика наслаждения, излившись в неё. Медленно вынув из нее член, чувствуя, как тело его жены все еще дрожит. Он прижался грудью к спине, оттянув когтем край рубашки и нежно поцеловал ее в шею, прикусывая нежную кожу.

Поддавшись ласкам, Кэтрин повернула голову на бок, оголяя шею. Вернувшись домой они ещё не скоро смогут так громко пошалить в клубе. По крайней мере до следующего приезда Акиахиро.

****

– Всё, покатались, успокоились, я с тобой, никуда не ухожу. Чего ты хочешь? – Дакен слез с мотоцикла, взял брата и направился с ним в дом.

– Кушать.

– А что ты хаваешь обычно?

– Кашу?

Дакен напрягся, он нашёл в кухонных шкафчиках детскую кашу. Почитал как ещё готовить, немного охренел но сделал как написано на коробке.

– Каша пусть варится, а мы пойдём играть.

Прошло минут десять, двадцать, полчаса за играми.

– Братик, я есть хочу.

– Ебать! Я про кашу забыл!

В доме раздаётся громкий хлопок. До Дакена доходит, что он не только малого голодным оставил, но кухню походу засрал кашей.

– А знаешь Джимми, в жопу эту кашу, я закажу нам пиццу и клининг услуги.

Прошло ещё около двух часов, Виктор и Кэтрин вернулись домой.

– Как вы тут мальчики? – спросила Кэт переходя порог дома.

– Мама! – Джеймс через секунду примчался встречать родителей и просится на ручки.

– Я для себя только что понял, что не хочу заводить детей. Никогда. – говорил Хиро стоя перед ними с неимоверно кислым и замученным видом.

– Это до поры, до времени, поверь. – посмеялся над ним Крид, похлопав племянника по плечу.

Как и обещал, тем же вечером Хиро уехал, а Джимми ещё дня три пришлось успокаивать из-за отъезда брата.

****
Гуляя по открытой лесной поляне, Кэтрин в образе лисицы игралась с сыном. То лицо понюхает, то ручки и животик начнёт едва ощутимо покусывать, то хвостиком носик пощекочет. Маленький Крид хохотал на всю округу, активно втягиваясь в игру. А Крид старший спокойно лежал и наблюдал за ними, находясь в своём кошачьем обличие.
Джимми подошёл к отцу сзади и стал дёргать за хвост. Виктору это не доставляло удовольствие, поэтому он старался подобного не допускать, где-то порычит может защипеть. Пусть парень понимает, что его действия могут быть другим неприятны. Он считал, что мальчишек не стоит сильно баловать и потакать им абсолютно во всём. Они потом вырастают совершенно дурными и неуправляемыми. Но Кэтрин делала по-другому, она так любила их с Виктором чадо, что отказывать в чём-то малышу ей было сложно. Этот разговор в семье поднимался, Кэт соглашалась с мнением мужа, но поделать с собой ничего не могла. Однако женщина старается не вестись на все хотелки сына, потому что Виктор прав и не нужно растить в ребёнке избалованного эгоиста.

После первого же недовольного шипения, Джимми больше не решался трогать отца за хвост. Игры на этом не закончились. Джеймс взял Виктора за шею и крепко обнял. Оборотень попытался встать, в этот момент ребёнок свалился спиной на траву, а Виктор положил голову ему на живот и начал громко мурлыкать. А как известно, у больших кошек это мурлыканье похоже на рык.
Вибрация стала распространяться на Джейми, щекоча ему живот. Мальчик смеялся и пытался вырваться, но Виктор не думал его отпускать так быстро. Мужчина плюс ко всему положил свою массивную лапу на ноги сына.

Ближе к вечеру, когда маленький Феррари израсходовал весь запас энергии, его начало клонить в сон. Кэтрин уже будучи человеком, сидела на земле скрестив ноги по-турецки. Для общего удобства хождения по лесу и частые перевоплощения на ней были надеты короткий топ и шорты. На руках тихо сопел сын. Кэт погладила Джеймса по щеке и убрала с его макушки несколько травинок.

– У нас неугомонный сын. – подметил Виктор, смотря на своего мальчонка. Как спокойно Джимми спит на руках у мамы, он знает, что его любят и защищают. Сам Крид никогда так сладко и мирно не спал.

– Он маленький и активный, как все дети. – шептала Кэтрин любуясь спящим малышом. Словами невозможно было описать распирающую её материнскую любовь. Долгожданный желанный ребёнок, зачатый от любимого мужчины. Разве не счастье?

– А учитывая его гены, то он в два раза активнее обычных детей.

– Такой ангелочек.

– Я старался. Благодарить не обязательно. – самодовольно ухмыльнулся Виктор.

– Вообще-то он на меня похож. Не смей отрицать.

– И не думал, но такой парень без меня бы не получился.

– Какой ты скромный отец.

Виктор медленно сократил между ними расстояние и поцеловал жену в губы, аккуратно, без пыла и страсти, а то вдруг маленький Крид подглядывает.

– Теперь я хочу дочь, чтобы на меня была похожа.

– Вошёл во вкус? – шёптала Кэтрин, намереваясь продолжить поцелуй.

– Даже очень. – Виктор посмотрел на сына и погладил мальчика по голове.

– Ну раз за такие вещи отвечаю я, то я подумаю над этим предложением.

– Торопись, время предложения ограничено.

– Ждать предаётся тебе. Весна начнётся только через полгода.

– Досадно. – прошептал Саблезубый цокнув языком.

Лютый пиздец совсем скоро дорогие мои. Пакуем свои нервы и выкидываем их нахер в окно. Этот год надо прожить держась на своих силах, знаниях и кристаллическом похуизме. Потому что окружение из дебилов у вас не изменится, и токсичные учителя тоже.
Счастливых нам голодных игр!

2400 слова