глава 651- 654
Глава 651. Неизгладимое впечатление
Члены Королевского Дворца Пилюль были поражены даже больше, чем практики Дворца Священного Меча. Те были чужаками, а они были его земляками. Как тут было не удивиться? С каких пор робкий и осторожный Му Гаоци так переменился? Ничуть не испугавшись Ван Цзина, он сохранял поразительную невозмутимость. Такая перемена произвела на них неизгладимое впечатление.
Ладно бы переменился лишь его характер, но ведь он еще и стал заметно сильнее. И когда он только успел стать таким могущественным практиком? Если подумать, то и в первом бою он отлично держался против свирепого Фэн Пао. Хотя он обставил все так, словно победа далась ему с трудом, внимательный зритель должен был заметить, что тот весь бой использовал лишь тонкую веточку, но не применял никаких техник.
По идее, второй бой должен был оказаться для Му Гаоци крайне трудным. Но и на сей раз он не использовал никаких техник. Сперва все подумали, что тот смог отразить потоки Ци короля китов с помощью защитного талисмана. Это еще хоть как-то могло объяснить то, что он пережил мощную атаку. Но не мог же талисман позволить ему щелчком пальцев разрушить все порождения дхармы, призванные Ван Цзином!
Тяжеловесы разных сект тщательно обдумывали действия Му Гаоци во время боя. Он с легкостью уничтожил все барьеры из потоков Ци, используя самые простые и грубые приемы; никто не мог понять, что за техника скрывалась за его с виду бесхитростными атаками. Да и о каких техниках могла идти речь, если он одолел соперника простым пинком? Такое больше подобало дерущимся простолюдинам, чем могущественным практикам.
Все это казалось зрителям настолько немыслимым, что им было бы проще поверить, что бой был постановочным, и Ван Цзин поддался противнику по договоренности.
Да уж, все это настолько не укладывалось в уме, что зрителям хотелось лично осмотреть травмы Ван Цзина, чтобы убедиться, что они реальны. Но звук треснувших костей явно был реальным, как и кровь, которая брызнула из рта Ван Цзина; да и гнев Ван Цзяньюя явно не был поддельным.
Никто не стал бы участвовать в постановочном бое, рискуя своим даньтянем. Получается, Му Гаоци и впрямь был настолько силен? Мысль о его истинной мощи пугала.
Сперва все думали, что Королевский Дворец Пилюль совершает большую ошибку, но теперь все поняли, насколько они недооценивали Му Гаоци!
Победа означала, что Му Гаоци прошел отбор Затаившегося Дракона Области Мириады.
— Поздравляю, младший брат Му, — произнес Шэнь Цинхун, подходя к Цзян Чэню и протягивая ему руку.
Видя, что тот был искренен, Цзян Чэнь пожал ему руку:
— Спасибо, старший брат Шэнь.
Цзюнь Мобай тоже подошел к нему и с улыбкой произнес:
— Ты хорошо скрывал свою силу, младший брат. Этот пинок порадовал всех нас!
Лин Би’эр и Не Чун победили своих противников и прошли дальше. Но Лин Би’эр победа далась нелегко.
Не Чуна тоже одолевали сложные чувства, пока он глядел на Му Гаоци, покидающего арену. Раньше он насмехался над ним и говорил, что Жун Цзыфэн должен был получить место Му Гаоци, ведь тот с таким трудом одержал победу в прошлый раз. Теперь же Не Чун даже покраснел от стыда. Ему хотелось забиться в какую-нибудь глубокую нору подальше отсюда.
Не Чун признался себе в том, что если бы на месте Му Гаоци был он сам и ему не удалось бы с самого начала перехватить инициативу, с пятидесятипроцентной вероятностью он проиграл бы Ван Цзину. Но даже если бы он и победил его, ему пришлось бы потратить куда больше усилий, чем Му Гаоци.
— Младший брат Му, я недооценил тебя. Приношу свои извинения, — произнес Не Чун; он понимал, что глупо было бы задирать нос, раз даже Шэнь Цинхун так вежливо общался с Му Гаоци. Поэтому он извинился перед тем, как уйти.
Цзян Чэня не задело его признание в том, что он недооценивал его; его с Не Чуном ничего не связывало, так что его слова не могли задеть Цзян Чэня. Он кивнул и с едва заметной улыбкой произнес:
— Ничего страшного.
Лин Би’эр стояла позади остальных. Она выглядела несколько уставшей после непростой битвы. К счастью, после трех туров боев в тот день больше не предвиделось. Следующий тур должен был состояться на следующий день.
— Поздравляю с успехом, младший брат, — кивнула Цзян Чэню Лин Би’эр.
Цзян Чэнь слегка улыбнулся и произнес:
— Похоже, ты тоже отлично справилась. На тебя снизошло вдохновение для прорыва в сферу мудрости?
Лин Би’эр была поражена:
— Ты это заметил?
Закаленное сознание Цзян Чэня позволяло ему замечать малейшие перемены в ней. В действительности, по потенциалу Лин Би’эр не уступала Шэнь Цинхуну и даже вполне могла затмить его. Но ее развитие в области боевого Дао замедлилось из-за болезни отца и того, что она сконцентрировалась на Дао пилюль. Если бы не это, она бы достигла сферы мудрости уже два года назад.
Теперь же ее отец выздоровел, и она освободилась от тяжкого бремени. Тревога отступила, и перед ней открылся целый мир. Теперь она могла развиваться куда быстрее. Трудная битва в третьем туре оказалась крайне полезной. В результате весь накопленный ей за долгие годы опыт в области боевого Дао мгновенно принес свои плоды.
На нее нахлынуло небывалое вдохновение. Пусть она и не была уверена, что вот-вот достигнет прорыва в сферу мудрости, она чувствовала себя так, словно перед ней распахнулись двери, ведущие к новым свершениям на пути боевого Дао. После слов Цзян Чэня она была уверена, что у нее был шанс вскоре прорваться в сферу мудрости.
Если она не сможет совершить прорыв в ближайшие пять дней, на это, скорее всего, уйдет от трех до пяти месяцев.
Дань Чи и Лянь Чэн посмотрели в сторону Лин Би’эр, услышав слова Цзян Чэня. До этого они не обращали на нее внимание, увлекшись боем Цзян Чэня. Теперь же они заметили, что духовное море сферы истока Лин Би’эр было чрезвычайно активным. По ней было видно, что прорыв не за горами.
— Отлично! Я не ожидал, что вскоре у Королевского Дворца Пилюль появится новый гений сферы мудрости. Это — прекрасная новость! — радостно рассмеялся Дань Чи. Многозначительно посмотрев на Цзян Чэня, Дань Чи подумал о том, что появление Цзян Чэня крайне благотворно подействовало на младшее поколение секты.
Гении бывали разными. Некоторые были чрезвычайно сильны, но всю жизнь держались обособленно. Но были среди гениев те, которым благоволили небеса, и такие, кто активно приносил секте пользу.
Цзян Чэнь был одним из таких гениев.
Он пришел в секту всего три-четыре года назад, но уже успел поспособствовать поразительным переменам. Шэнь Цинхун открыл новую страницу в своей жизни. Главная преграда на пути развития Лин Би’эр была устранена. Му Гаоци раскрыл свой удивительный потенциал и стал намного сильнее. В первую очередь все это была заслуга Цзян Чэня. А прочих учеников Розовой Долины, даже тех, с кем не общался лично, он вдохновил своим примером. Он зажег в них огонь, которого раньше в них не было.
Кроме того, благодаря Цзян Чэню секта стала заметно богаче. Травы небесного уровня, земного уровня, бесчисленное множество стеблей Молодой Травы Мудрости и рецепт Пилюли Долголетия…
Дань Чи не мог нарадоваться такому поразительному гению.
Той ночью все секты разбили свои лагери для ночлега. Практикам не обязательно было спать ночью. Просто ночью проводить сражения было не так удобно. К тому же практики были рады возможности восстановить свои силы.
Но Великая Церемония проходила лишь раз в тридцать лет, так что ничего удивительного, что большинству представителей младшего поколения было трудно успокоиться и отдохнуть. Они сбивались в группки по двое-трое и активно обсуждали все, что произошло на церемонии.
Первые два тура были довольно непримечательными, но третий тур оказался запоминающимся. Само собой, битвы практиков сферы мудрости были неинтересными; их противники были слишком слабы.
Другое дело — бой учеников Дворца Священного Меча и Королевского Дворца Пилюль. С одной стороны — могущественный и видный Ван Цзин, а с другой — достойный и таинственный Му Гаоци.
К всеобщему удивлению, Му Гаоци с легкостью одолел Ван Цзина!
Это был запоминающийся бой, которому, вне всяких сомнений, предстояло войти в историю Великой Церемонии Мириады. Так что его обсуждали всю ночь. Все без умолку рассуждали о поразительных способностях Му Гаоци. Многие люди даже считали, что тот уже успел достичь сферы мудрости, просто скрывал свой истинный уровень.
Кроме того, бой Лин Би’эр с учеником Секты Кочевников тоже оказался крайне запоминающимся. Она одержала победу в сложной схватке, и даже поговаривали, что она была на пороге прорыва. Успехи Лин Би’эр тоже стали предметом обсуждения.
Той темной ночью в лесу в пяти километрах от арены словно из ниоткуда возник темный силуэт.
— Досточтимый посланник Вэй, Поместье Подземного Солнца было мобилизовано. Они пересекут границу через три дня.
— Хорошо, — донесся из темноты равнодушный голос. — Какова ситуация в Великом Алом Срединном Регионе?
— Согласно донесениям наших шпионов, секты четвертого уровня региона готовы к вторжению. Они прибудут в течение трех-пяти дней. Секты четвертого уровня должны вторгнуться сразу в несколько точек в Области Мириады. Судя по всему, они собираются попросту уничтожить все секты Области Мириады.
Сведения этого шпиона были весьма подробными.
Глава 652. Пламя битвы не утихает
Само собой, посланником был Вэй Цзыкуа, который в прошлый раз посещал Секту Трех Звезд. Цао Цзинь, который сопровождал его, вернулся на территорию Небесной Секты, заручился поддержкой У Хэна и Ши Чжэня, а затем погиб на Горе Мерцающий Мираж. А Вэй Цзыкуа и не покидал Область Мириады. Он остался, чтобы заняться всеми приготовлениями и дожидаться начала Великой Церемонии Мириады. Он старательно распускал слухи об Императорской Нефритовой Печати и Печати Стража-Дракона.
Эти слухи пробудили амбиции разных сект Области Мириады и спровоцировали Великий Алый Срединный Регион, дав им новый повод вторгнуться в Область Мириады. Все это должно было дать самой Небесной Секте повод вмешаться в дела региона. Когда враждующие стороны понесут серьезные потери, Небесная Секта с помпой поднимет миротворческие знамена и выступят в роли посредника. И тогда они смогут творить все, что пожелают.
Небесная Секта уже много лет назад завербовала всю Секту Трех Звезд, но они поддерживали и другие секты региона. У них были пешки в каждой секте четвертого уровня. Они хорошо скрывались, и их участие должно было потребоваться только в самом крайнем случае. Все они были марионетками, которых Небесная Секта собиралась использовать, чтобы контролировать Область Мириады. Они спланировали все много лет назад, и вот настало время воплотить все планы в жизнь.
Когда первые лучи солнца коснулись земли, Цзян Чэнь уже открыл глаза и прекратил медитировать. Настал новый день.
После ночи отдыха гении, восстановившие силы, были готовы к вызовам нового дня. Оставшимся гениям было гарантировано место среди победителей, но они были готовы сражаться до последнего, чтобы занять как можно более высокое место.
— Надеюсь, все отдохнули? — с улыбкой произнес Дань Чи, подходя к молодежи Королевского Дворца Пилюль.
— Приветствуем вас, глава дворца, — поздоровались с ним гении.
Дань Чи махнул рукой:
— Не нужно церемоний. Сегодняшние бои будут еще более ожесточенными. Вас снова ждут три тура, в конце будет составлено четыре группы практиков. Те, кто проиграет в первом туре, окажутся в четвертой группе, во втором туре — в третьей группе, в третьем туре — во второй группе, а те, кто победят в третьем туре, войдут в первую группу. Вы все поняли?
Все кивнули.
— Цинхун и Мобай, вы — претенденты первого порядка. Сегодня гении сферы мудрости не будут сражаться друг с другом. Поэтому большинством гениев, попавших в первую группу, будут гениями сферы мудрости.
Все были в курсе. Эти правила позволяли большинству гениев сферы мудрости дойти до финала без лишних столкновений друг с другом.
— Но в первой группе — шестнадцать мест. В младшем поколении Области Мириады — тринадцать гениев сферы мудрости, а значит, три места достанутся гениям, не достигшим сферы мудрости. У всех есть шанс.
Лишние места появились из-за предательства Секты Трех Звезд, чьи гении теперь не могли участвовать в церемонии.
Дань Чи улыбнулся:
— Покажите все, на что вы способны. Какое бы место вы ни заняли, я не осужу вас, главное, чтобы вы приложили максимум усилий.
Дань Чи не хотел лишний раз давить на учеников. Он понимал, что на этот раз у Королевского Дворца Пилюль нет преимущества. Его надежды были связаны с будущим. Неплохо было получить места в начале турнирной таблицы, но он не собирался ругать учеников в случае неудачи. Сиюминутные победы были не особо важны, учитывая сложную обстановку в Области Мириады. Но в любом случае было бы хорошо, если бы гении прыгнули выше головы и заняли высокие места.
Если не считать Лин Би’эр, которая была на пороге прорыва, Дань Чи знал, на что способны ученики его секты; от Шэнь Цинхуна и Не Чуна он не ждал великих свершений. А вот загадочный Цзюнь Мобай казался ему в чем-то даже более непредсказуемым гением, чем Шэнь Цинхун.
Само собой, главные надежды Дань Чи были связаны с Цзян Чэнем; если кто-то и сможет изумить всех собравшихся, то только он. К тому же Дань Чи было интересно использовать церемонию, чтобы посмотреть, на что еще способен Цзян Чэнь. Вчера он не разочаровал его, но ему даже не пришлось использовать свои козыри. Поэтому Дань Чи не мог полноценно оценить потенциал Цзян Чэня в боевом Дао.
Глядя на пятерых воодушевленных гениев Королевского Дворца Пилюль, идущих к арене, Дань Чи вспомнил о том, как сам участвовал в Великой Церемонии Мириады во времена своей молодости. Тогда он был темной лошадкой, вырвавшейся вперед; он стал чемпионом и вошел в Высшую Сферу, где смог усилить свое Дао. То путешествие принесло немало пользы, но не стало поворотным моментом, изменившим всю его жизнь.
Это несколько разочаровало его, ведь он надеялся обнаружить в Высшей Сфере множество великих тайн, способных определить его дальнейшую судьбу. Он провел там недостаточно времени, и удача была не на его стороне. Что до двух последующих церемоний, после Дань Чи в Королевском Дворце Пилюль больше не появлялось таких гениев, как он. Но на сей раз темной лошадкой, способной вырваться вперед, был Цзян Чэнь, а никак не Шэнь Цинхун.
Так или иначе, на второй день разрыв между соревнующимися противниками сократился; конечно, гении сферы мудрости оторвались от всех остальных, но, если не считать их, шансы были более-менее равны.
— Итак, оставшиеся практики входят в сотню лучших гениев Области Мириады. Вы прошли отбор Испытаний Затаившегося Дракона Мириады.
— Сегодня будут проведены три тура; пятьдесят гениев, победивших в первом туре, тут же пройдут в следующий. Некоторые из пятидесяти проигравших тоже получат шанс пройти дальше; в итоге во втором туре будут участвовать шестьдесят четыре гения. Затем вы будете сражаться один на один до тех пор, пока не будет определено окончательное ранжирование.
Если бы из первого тура дальше прошло лишь пятьдесят человек, число было бы нечетным. Из шестидесяти четырех практиков дальше проходило тридцать два, из тридцати двух — шестнадцать, из шестнадцати — восемь, из восьми — четверо, из четверых — двое, а финалисты сражались за титул чемпиона. Такой порядок значительно упрощал организацию боев.
— Некоторые, возможно, задаются вопросом: как мы выберем еще четырнадцать претендентов? Все просто: на основании уровня культивирования проигравших; если у нескольких гениев одинаковый уровень, мы будем отталкиваться от их противников. Например, если у нас есть два претендента восьмого уровня сферы истока, дальше пройдет тот из них, кому в первом туре достался более сильный противник. Так будут выбраны четырнадцать практиков.
Эти дополнительные четырнадцать мест помогли многим гениям слегка успокоиться. Все немного волновались, что им может не повезти, и в первом туре они будут побеждены практиком сферы мудрости. Но с помощью такого способа отбора даже у самых невезучих был шанс пройти дальше. Такой порядок несколько сглаживал несправедливость того, что более слабые гении были вынуждены сражаться с гениями сферы мудрости.
«Идея дополнительного списка вполне неплоха», — подумал Цзян Чэнь. Хотя он не боялся ни одного гения сферы мудрости, он понимал, что было бы нечестно, если бы Лин Би’эр сразу же столкнулась с таким гением. Такое вполне могло случиться, никто не был застрахован он подобного стечения обстоятельств.
Прорыв в сферу мудрости означал, что человек достиг более высоких уровней боевого Дао. Предыдущие сферы были лишь подготовкой.
— Что ж, приступим к жеребьевке!
Все, кроме гениев сферы мудрости, были напряжены. Пусть они могли рассчитывать на дополнительный список проигравших, никто не хотел оказаться в нем. Все хотели вырваться вперед в лучах славы. А что, если гений сферы мудрости рассвирепеет и нанесет им серьезную рану? Так что все надеялись, что им удастся избежать схватки с гением сферы мудрости.
Цзян Чэнь был собран. Он не боялся даже Сян Циня из Великого Чертога. Просто в бою с ним придется приложить чуть больше усилий, вот и все.
— Му Гаоци из Королевского Дворца Пилюль против Ли Синя из семьи Священного Волка Великого Чертога.
Ли Синь, третий гений семьи Священного Волка, гений девятого уровня сферы истока, был, по меньшей мере, одним из сорока сильнейших практиков из сотни претендентов. Он был намного сильнее Ван Цзина.
— Цзинь Фэн из Дворца Священного Меча против Не Чуна из Королевского Дворца Пилюль!
Не Чун помрачнел. Этот гений Дворца Священного Меча уступал лишь Ван Ханю в своей секте и тоже был практиком сферы мудрости. Он достиг сферы мудрости до состязаний по Дао пилюль, даже раньше, чем Шэнь Цинхун! Само собой, Не Чуну не улыбалось столкнуться с таким противником.
Глава 653. Добровольная капитуляция
Лин Би’эр же улыбнулась удача. Ее противником стал гений восьмого уровня сферы истока из секты пятого уровня. Ей выдалась отличная возможность закрепить свой результат.
По большому счету, у противника Лин Би’эр почти не было шансов. Мало того, что она была из секты четвертого уровня и находилась на уровень выше, вдобавок она еще и была на пороге прорыва в сферу мудрости. Ци переполняла ее, придавая ей сил. Она была на пике своих способностей.
Шэнь Цинхун и Цзюнь Мобай были гениями сферы мудрости. Им ничто не угрожало, их противником не мог стать другой практик сферы мудрости, так что им было все равно, с кем им придется сражаться. Шэнь Цинхун подошел к Не Чуну и произнес:
— Делай все, что в твоих силах, но не пытайся прыгнуть выше головы. Мы можем позволить себе проиграть, тебе необязательно побеждать. Не нужно подвергать себя опасности из гордыни.
Не Чун хоть и был практиком девятого уровня сферы истока, ему было не сравниться с практиком первого уровня сферы мудрости вроде Цзин Фэна. Если бы на месте Цзин Фэна был другой гений того же уровня, он бы не стал изо всех сил стараться покалечить противника лишь потому, что он сильнее, при условии, что более слабый противник не навлек на себя гнев такого гения.
Но его противником был гений из Дворца Священного Меча, заклятого врага Королевского Дворца Пилюль. Всякое сражение гениев этих сект выходило крайне ожесточенным. Взять, к примеру, Ван Цзина и Цзян Чэня. Первый с самого начала задался целью не просто победить, а покалечить противника, а чрезмерно мощная контратака последнего сделала самого Ван Цзина калекой.
Не Чун глубоко вздохнул и мрачно кивнул:
— Я буду осторожен.
Он отличался напористостью и не привык сдаваться без боя.
— Участники, разойдитесь по своим аренам.
Цзюнь Мобай подошел к Не Чуну и молча похлопал его по плечу.
Лин Би’эр тихо произнесла:
— Будь осторожен.
Цзян Чэнь подошел к нему и протянул руку:
— Удачи.
Не Чун с благодарностью выслушал добрые напутствия своих товарищей и, не робея, вышел на арену.
Противник уже ждал Цзян Чэня на арене.
— Му Гаоци? — произнес Ли Синь из семьи Священного Волка. В нем было что-то зловещее. У него был заостренный подбородок, странный разрез глаз и впалые щеки, а в голосе его было что-то похожее на скрежет металла, от которого у иного человека волосы могли встать дыбом.
Цзян Чэнь кивнул, но ничего не ответил. Это было соревнование по боевым искусствам. Их не связывали узы дружбы, они не питали друг к другу взаимной ненависти. Говорить было не о чем, пришло время сражаться.
На устах Ли Синя заиграла странная, пугающая улыбка:
— Му Гаоци, я слышал о тебе. Ты обладаешь врожденной древесной конституцией высшего порядка, тебе сулят титул короля пилюль.
Цзян Чэнь бесстрастно посмотрел на Ли Синя. Он не совсем понимал, к чему ведет противник.
— Я не хочу тебя покалечить. Как тебе такое: я позволю тебе нанести десять ударов, затем в течение часа мы будем сражаться, и потом ты сдашься, сохранив достоинство. Я не буду биться в полную силу. Что скажешь?
Предложение противника повеселило Цзян Чэня и вызвало у него легкое раздражение:
— С чего ты решил сделать мне такое предложение?
— Я не хочу нанести оскорбление будущему королю пилюль. Разве этого недостаточно?
Ли Синь выглядел крайне уверенным в своих силах. Его совсем не впечатлило поражение Ван Цзина.
— А ты точно уверен, что сможешь победить меня? — равнодушным тоном спросил Цзян Чэнь.
Ли Синь был застигнут врасплох. Его противник нес какую-то околесицу. Я — гений из Великого Чертога, а ты — всего лишь гений седьмого уровня сферы истока из Королевского Дворца Пилюль. Разве исход может быть другим?
А что до поражения Ван Цзина, какое мне до этого дело? Ли Синь был практиком девятого уровня сферы истока, членом Великого Чертога. Он опасался лишь практиков сферы мудрости, вроде Ван Ханя. Му Гаоци с его седьмым уровнем сферы истока не представлял для него угрозы.
Практики Великого Чертога были невероятно самоуверенными. Они никогда не сомневались в своих силах. Поэтому Ли Синь лишь рассмеялся:
— Не думаешь же ты, что у тебя есть хоть один шанс?
Цзян Чэнь вздохнул. Ну почему гении Области Мириады были такими самоуверенными? Даже гении Небесной Секты, вроде Цао Цзиня или толстяка У Хэня, не позволяли заносчивости ослепить себя. Обычно они сохраняли благоразумие и спокойствие, если случалось что-то неожиданное. Они не были ни чересчур самоуверенны, ни излишне скромны. Пусть они и были врагами, Цзян Чэнь не мог не признать, что в силе и выдержке средний гений секты первого уровня превосходил среднего гения Области Мириады.
— Хватит болтать. Нападай, — нахмурился Цзян Чэнь. Ли Синь усмехнулся:
— Уверен? Если я нападу первым, возможно, у тебя уже не будет возможности самому нанести хоть один удар. Даю последний шанс: десять ударов и возможность покинуть арену, сохранив достоинство.
— Нет, спасибо, — равнодушным тоном отказался Цзян Чэнь.
— Значит, решил проигнорировать мое великодушие? — холодно произнес Ли Синь. Обычно он не отличался добрым нравом. Он проявил снисхождение лишь потому, что не хотел оскорбить будущего короля пилюль. Вдруг однажды ему понадобится его помощь?
— Это — соревнование по боевым искусствам, а не благотворительность, так что прибереги свое великодушие для кого-нибудь другого. Если не хочешь нападать сам, я могу нанести тебе пару ударов, — произнес Цзян Чэнь, которому надоело болтать.
Он сделал несколько шагов вперед, сжал ладонь в кулак и с молниеносной скоростью рванулся к Ли Синю. Казалось, что это был обычный удар кулаком, но по арене прокатился зычный рык тигра и рев гориллы. Вся арена затряслась, словно по ней пробежалась многочисленная армия воинов. В следующее мгновение по арене прокатился победный боевой клич иллюзорной, но могущественной армии.
И тут иллюзия обрушилась на сознание Ли Синя. Он словно оказался на древнем поле брани. Он поверить не мог, что одна простецкая атака породила столько иллюзий. Все его органы чувств словно ополчились на него.
«Плохо дело!» — подумал Ли Синь. Но все-таки он был гением Великого Чертога, и его дикий бойцовский инстинкт никуда не делся. Он начал ожесточенно бить себя по голове ладонями, чтобы отразить ментальную атаку. Затем он развел руки в стороны и превратил огромные волны Ци в десять острых лезвий.
Десять острых мечей породили множество фантомных клинков, напоминавших волчьи клыки. Затем все они слились в щит, окруженный мощной аурой.
— Щит Волчьей Бури!
Высеченные на щите руны завибрировали, из них начали вырываться лучи темного света, отчего техника Ли Синя казалась еще более загадочной и пугающей. Этот щит явно прошел специальную обработку посредством рун. Его защитные свойства нельзя было недооценивать.
Кулак Цзян Чэня врезался прямо в щит.
*Бам!*
Раздался треск! Волчьи клыки, из которых состоял щит, начали разваливаться, а высеченные руны испарились, словно испуганные мухи.
— Что? — изумленно воскликнул Ли Синь. Даже практик на пике девятого уровня сферы истока не мог пробить этот щит с помощью простой боевой ауры. Даже с помощью сильных артефактов сделать это было непросто.
Он был в ступоре, но тут на выручку Ли Синю пришли инстинкты. Интуитивно он поспешно сложил несколько ручных печатей и использовал защитный глиф. Сам он попытался уклониться в сторону, чтобы уйти от кулака противника.
Но Цзян Чэнь не просто махал кулаками, его техника была безупречна. Он сделал шаг вперед, отвел руки назад, а затем обрушил на противника два мощных удара.
Снова раздался треск!
Ли Синь был быстрым, но с Цзян Чэнем ему было не тягаться. Защитный барьер его глифа был сокрушен, и противнику оставалось лишь уклоняться. Но кулаки Цзян Чэня были подобны божественному оружию, и Ли Синь понял, что недооценил его.
Ни о какой контратаке не могло идти и речи. Сожаление переполняло Ли Синя. В защите он был далеко не так хорош, как в нападении.
Он продолжал пытаться блокировать атаки изо всех сил.
Цзян Чэнь не хотел, чтобы бой затягивался. Он слегка изменил технику и вложил в атаку элемент металла. В его руках словно оказалась мощь сотен и тысяч мечей, способных сокрушить горы.
Он снова нанес удар.
*Бам!*
Все защитные техники Ли Синя оказались бесполезны, и Цзян Чэнь нанес ему удар прямо в грудь. За секунду до удара Цзян Чэнь понизил силу атаки до десяти процентов от ее изначальной мощи.
Ли Синь отлетел назад, и из его рта вырвался сгусток крови. Ему повезло, что Цзян Чэнь проявил милосердие. Пролетев несколько метров, он уперся руками в землю, оставив в земле длинную борозду. Он едва успел затормозить на самом краю арены. Из его рта снова вырвался сгусток крови.
Ли Синь мрачно замер на краю арены. Ему было трудно переварить случившееся. Но когда он почувствовал прикосновение горного ветра, то задрожал и понял, что противник смилостивился над ним. Если бы он бил в полную силу, Ли Синь уже был бы мертв.
Он многозначительно посмотрел на Цзян Чэня, сжал руки у груди и вздохнул:
— Спасибо, что пощадил меня. Я сдаюсь.
«Что?»
Изумленный вздох прокатился по зрительским рядам. Неужели гений из семьи Священного Волка, самой воинственной семьи Великого Чертога, сдался после двух ударов?
Глава 654. Цзян Чэнь вызывает неразбериху
Зрители сперва не поверили своим глазам. Ли Синь хоть и не был сильнейшим гением Великого Чертога, он считался вполне достойным претендентом, не сильно уступавшим лучшим гениям прочих сект. К тому же семья Священного Волка славилась своей свирепостью. Почему же он сдался после двух ударов?
Большинство других боев Великой Церемонии Мириады прошли без сюрпризов, почему же Му Гаоци не переставал удивлять? В первом бою ученик секты пятого уровня Фэн Пао стал его противником, и Му Гаоци, казалось, с трудом удалось вырвать победу.
Его вторым противником стал Ван Цзин, который был намного сильнее Фэн Пао и сражался куда яростнее, но Му Гаоци с легкостью победил его, попросту выкинув его с арены.
Третий бой был еще более странным. Ли Синь был куда сильнее Ван Цзина, но на сей раз у него даже не было шанса нанести удар. После нескольких ударов Цзян Чэня он начал откашливаться кровью и сдался.
Как такое могло случиться? Казалось, каждый противник Му Гаоци следовал определенному сценарию.
— Вы поняли, что тут вообще происходит? Почему Ли Синь вдруг сдался?
— Я не смог рассмотреть, что там произошло. Может, удары Му Гаоци были настолько сильны?
— Как знать? Лично мне его удары не показались такими уж сильными.
Да, удары Цзян Чэня казались предельно простыми. Можно было даже подумать, что любой практик истинной Ци может овладеть такой техникой.
Цзян Чэнь спустился с арены, не обращая внимания на изумленные взгляды. В этот раз он первым закончил свой бой, даже быстрее, чем гении сферы мудрости. Впрочем, вскоре их бои тоже завершились.
Оглядев участников, Цзян Чэнь пришел к выводу, что секты Области Мириады выставили своих лучших гениев. В церемонии участвовало куда больше гениев сферы мудрости, чем в состязаниях по Дао пилюль.
«Видимо, гении боевого Дао не слишком высокого мнения о состязаниях», — подумал Цзян Чэнь. Великий Чертог выставил на Великую Церемонию Мириады четырех гениев сферы мудрости, четырех сильнейших гениев четырех семей Великого Чертога.
Дворец Священного Меча был представлен тремя практиками сферы мудрости, Секта Темного Севера, Секта Кочевников и Королевский Дворец Пилюль выставили по два практика сферы мудрости.
Если бы Секта Трех Звезд не опозорила себя, все шестнадцать мест на верхушке турнирной таблицы заняли бы гении сферы мудрости.
Тем временем одна за другой заканчивались битвы других практиков.
Лин Би’эр повезло; она легко справилась с соперником из секты послабее. В итоге четыре ученика Королевского Дворца Пилюль прошли в следующий тур. Но у Не Чуна были серьезные проблемы.
Цзинь Фэн, его противник, был вторым гением Дворца Священного Меча. Он был практиком первого уровня сферы мудрости, даже Шэнь Цинхун не был уверен, что сможет с ним справиться. Хотя Не Чун сразу пустил в ход все свои козыри, было видно, что преимущество не на его стороне.
Цзинь Фэн пустил в ход всю свою силу. Сперва он слегка остерегался, ожидая, что Не Чун сразу пустит в ход мощнейшие техники и артефакты, но усилий Не Чуна не хватило, чтобы заставить Цзинь Фэна понервничать. Его мощь и арсенал затмевали все, что мог ему противопоставить Не Чун.
У Не Чуна даже не было возможности сдаться, с таким напором Цзинь Фэн обрушивал на него свои атаки. Цзинь Фэн явно собирался уничтожить Не Чуна.
Члены Королевского Дворца Пилюль с мрачными лицами наблюдали за этим, но вмешиваться они не смели.
— Достопочтенный мастер, можете ли вы как-то защитить Не Чуна? — спросил Лянь Чэна Шэнь Цинхун.
Тот ответил с кривой улыбкой:
— У Великой Церемонии есть правила, которым мы должны следовать. Если мы вмешаемся, нас всех исключат из соревнований. Да и Дворец Священного Меча не станет сидеть сложа руки.
Шэнь Цинхун посмотрел в сторону членов Дворца Священного Меча. Те насмешливо поглядывали в их сторону, старательно провоцируя их.
Дань Чи тяжело вздохнул:
— Те, кто идут на подобный риск, должны быть готовы заплатить соответствующую цену в случае поражения.
Цзян Чэнь наблюдал за схваткой. Он понимал, что Не Чун либо умрет, либо станет калекой, если так пойдет и дальше. Впрочем, он не чувствовал себя виноватым. Если бы он и не покалечил Ван Цзина, едва ли его товарищ пощадил бы Не Чуна.
Казалось, Не Чун в любой момент может оступиться.
Цзян Чэню не хотелось, чтобы что-то случилось с ним, ведь это стало бы унижением для Дань Чи.
Цзян Чэнь мысленно сказал Лун Сяосюаню: — «Брат Лун, ты не мог бы мне помочь? Не нужно показывать себя. Просто вмешайся, чтобы Не Чун смог сдаться».
Лун Сяосюань был не слишком-то рад таким простым заданиям. Впрочем, Цзян Чэнь так редко призывал его, что не стал сразу отказываться. Он лишь пожаловался: — «Я тебе не нянечка. Поверить не могу, что ты вызвал меня для такой мелочи».
«Брат Лун, я ведь не могу сравниться с тобой в скрытности, верно? Твоя помощь будет неоценимой».
Цзян Чэнь хорошо знал дракона и понимал, что нужно воздействовать на него лестью, а не принуждением.
Это сработало: Лун Сяосюань повелся на похвалы Цзян Чэня. Драконы отлично умели скрываться и даже становиться невидимыми.
Лун Сяоюсань сжался до размеров горчичного зерна и завис на ареной. Сделав небольшое усилие, он спикировал в центр арены.
*Бам!*
Соперников откинуло в разные стороны, они даже чуть не упали с арены.
Не Чун держался только благодаря своей отваге. Он чувствовал себя как утопающий, которого в последний момент выловили из воды.
Спасение!
При всей своей гордости Не Чун понимал, что дальше так продолжаться не может:
— Я сдаюсь.
Ученики Дворца Священного Меча тут же заулюлюкали.
— Какого черта, он сдался, даже не постаравшись как следует?!
— В Королевском Дворце Пилюль что, одни трусы?
— Ну и отброс! Таким не место на Великой Церемонии Мириады!
Даже Ван Хань выругался про себя. Ну как Цзинь Фэн мог дать Не Чуну, который даже не достиг сферы мудрости, шанс сдаться? На секунду Ван Хань даже подумал, что Цзинь Фэн специально подыгрывал противнику. Но и сам Цзинь Фэн был в шоке.
Он доминировал на поле боя, и вдруг странный поток силы откинул его и не дал ему прикончить врага.
— Я возражаю! — крикнул Цзин Фэн, злобно зыркнув в сторону Королевского Дворца Пилюль. — Кто-то вмешался в бой!
За боем следило несколько сотен зрителей. Им всем казалось, словно какая-то сила откинула противников в стороны.
Одна проблема. Никто не видел, чтобы кто-то конкретный вмешался в битву.
Как Королевский Дворец Пилюль мог вмешаться?
Они были довольно далеко от арены. Вмешаться с такого расстояния было бы крайне непросто. Так что судьи не знали, что и делать.
Ван Цзяньюй рассвирепел:
— Дань Чи, честные люди ничего не делают тайком. Просто признайся, что Королевский Дворец Пилюль не мог смириться с поражением. Тебе не стыдно вмешиваться в битву?
— Именно! Дворец Священного Меча требует расследовать вмешательство Королевского Дворца Пилюль в битву. По правилам они должны быть дисквалифицированы! — крикнул старейшина Дворца Священного Меча.
— Да, проведите расследование! — поддержали его прочие члены секты.
Дань Чи не вмешивался в битву и знал, что никто из его секты тоже не вмешивался. Он с презрительной улыбкой ответил на обвинения:
— Что ты сказал, Ван Цзяньюй? Думаешь, тут все слепые, или во Дворце Священного Меча одни тупые свиньи? Все вы смотрели крайне внимательно, если бы мы сжульничали, неужели же никто бы ничего не заметил? Разве вы позволили бы нам вмешаться и не остановили бы нас?
Совесть Дань Чи была чиста, так что он с уверенностью отверг все обвинения. Многие члены Великого Чертога были недовольны обвинениями Дворца Священного Меча. Ведь они обвиняли в трусости любого, кто сдался, а их Ли Синь сдался не так давно.
Старейшина семьи Священного Волка расспросил Ли Синя обо всем и знал, что Му Гаоци пощадил его. За это его семья была благодарна Королевскому Дворцу Пилюль. Та что обидные слова Дворца Священного Меча про сдавшихся их не порадовали.
Одной секте они были благодарны, а к другой испытывали отвращение. Старейшина семьи Священного Волка стукнул кулаком по столу и вскочил на ноги:
— Дворец Священного Меча что, только и умеет, как докучать другим без всякой надобности? Множество людей следило за боем, а вы заявляете, что Королевский Дворец Пилюль вмешался? А я говорю, что вы просто ищите повод исключить из церемонии целую секту!
Эти слова поставили Дворец Священного Меча в непростую ситуацию. Множество людей действительно следили за боем, неужели же Королевский Дворец Пилюль смог бы вмешаться, не привлекая к себе внимания? Получалось, что Дворец Священного Меча просто клеветал на другую секту!