9
Фрэн не была пленницей даже в чертогах своего разума и даже под влиянием Ремора. О времени, когда она ею являлась, девушка вспоминать не хотела. По этой же причине она и сбежала три года назад в Иверсту, где понятие «время» очень растяжимо. Там одиннадцатилетняя девочка надеялась, что монстр с окровавленным козлиным черепом больше её не побеспокоит. Она ошибалась в очередной раз. За эти три года шатенка успела узнать много нового о существах, населяющих пять реальностей. Что-то ей удавалось узнать из книг, а что-то она изучала самостоятельно во время недолгих путешествий. Долгое время неизведанной оставалась Пятая реальность, в которую Хранитель Ключа могла попасть без труда, но не в этом причина. Голубоглазую преследовал страх вновь оказаться в той ужасающей клинике. Сын Мабуки очень пугал девочку, особенно, когда угрожал ей возвращением в психбольницу. Сейчас принц уже не запугивает девушку, по крайней мере, как раньше. Ему это просто без надобности. Он, скорее, выступает на публику, строя страшные гримасы своей жертве, но никак уж не старается её напугать. Ему удалось понять год назад, что Хранитель Ключа стала старше, и напугать её старыми трюками уже не получится. Ремору даже не хотелось после этого заморачиваться насчет гримасы страха у девушки, но та, к удивлению принца, сама решила сыграть роль жертвы. Сын Мабуки прекрасно отличает притворство от реальных эмоций, поэтому обман быстро раскрылся, но даже после краткого диалога с «Жуткой Чернотой» на эту тему, шатенка продолжила своё шоу. Как оказалось, многие жители различных реальностей воспринимали голубоглазую как героя-победителя, воплотившегося из жертвы, и ей это очень льстило. «Снаружи она не хуже Великого Валока, но внутри ещё большее чудовище, чем я, » — часто повторял сам себе Ремор. А ведь правда, Фрэн выставляет себя в лучшем свете за счёт Принца Тьмы, и это факт. Она его боится, но не в том плане, что он страшный, нет. Она боится его почти безграничных сил, способных прикончить её в один щелчок, возможно, сын Мабуки просто не раскрыл в себе такую способность, но отрицать её существование не стоит. Честно, Ремор никогда не хотел убивать Фрэн. Зачем лишаться единственного развлечения? Битвы с ней хоть и были насмерть, но он понимал, что никто не умрёт. Ему нравилось наблюдать за тем, как девушка наловчилась уничтожать камал, нападать на него, как она умнела с каждым разом, не повторяла одни и те же ошибки. Это было прекрасное время, но сейчас всё изменилось.
Хранитель Ключа свободно расхаживала вдоль огромного стола, стараясь не замечать пристальный взгляд принца. Тот, в свою очередь, сидел, высоко задрав голову, тем самым показывая свою важность в данный момент и изредка устремляя взор куда-то в пустоту. Он подбирает нужные слова, чтобы начать разговор, но на ум ничего не приходит. Благо, девушка решила первой заговорить, остановившись недалеко от сына Мабуки.
— Что это было за существо?
— Если ты о жуткой тени с красными глазами, то это... э-э, — замешкался Ремор с ответом, — у него нет имени, так что называй, как хочешь.
— Кто это? — спросила шатенка.
— О, мать моя Мабука! А ты как думаешь? — прокричал принц. — Ты настолько глупа или притворяешься?
— Скорее, издеваюсь, — с ядовитой улыбкой произнесла голубоглазая. — Так значит, это был твой союзник?
— Зачем мне что-либо объяснять тебе? — с этими словами сын Мабуки встал из-за стола и направился куда подальше от этой надоедливой девчонки, в конце концов растворившись вдалеке.
Фрэн осталась наедине со своими мыслями и переживаниями. «Зачем вся эта клоунада?» — думала она. Тишина, что звоном отдавалась в ушах, пугала девушку. Здесь нет ни единой души — только Хранитель Ключа и её проблемы. Пустота, окружавшая шатенку, начала заполняться различными образами из кошмаров, явившихся ещё маленькой девочке, потерявшей котика. Силуэты изуродованных детей из психбольницы начали проявляться: одни были лишены глаз, а пустоты были заполнены различными червями и личинками, которые ели плоть около глаза, другие были лишены части головы, и подрагивающий при каждом шаге мозг был выставлен на всеобщее обозрение, третьи же несли этот желеобразный орган в своих тоненьких ручках, кости у бедняг были покрыты кожей, как тоненькой плёночкой, которую одним неверным движением можно порвать. Голубоглазая начала отступать, насколько это было возможно. Уперевшись в стол, она пыталась найти хоть что-то, что могло привести её в чувства и вытащить из этого ада. Но Принц Тьмы оказался на шаг впереди, перед уходом заставив всё, что могло хоть как-то физически навредить девушке, исчезнуть, но при этом оставив бутылку воды. На столе не было ни вилок, ни ножей, ни ложек, лишь серебряные противни, где чуть раньше покоились запечённые мясные блюда, и ёмкость с жидкостью покоились на столе. Ремор и понятие «вода» несовместимы, поэтому надеяться на то, что это правда она, не стоит. Фрэн, в приступе паники, забыла обо всём, но зато в который раз убедилась в том, что принц ничего не делает просто так.
«Это всё твоя вина. Твоя вина, Фрэн, » — шептали дети, постепенно приближаясь к паникующей девушке, что заставило её схватить подозрительную ёмкость с жидкостью и облить близстоящего мальчика лет восьми с ужасными травмами по всему телу, особенно в районе верхней части лица. Но попав на него, капельки прозрачной жидкости превратились в густую тёмно-зелёную жижу, похожую на ту, что текла из крана в квартире шатенки. Фрэн была удивлена и напугана данным поворотом событий. И боялась она далеко не притворно. В прошлый раз когда она попала в кошмар, созданный сыном Мабуки, ей пришлось порезать себе палец, чтобы выбраться оттуда. И что самое пугающее — нож и порез были в реальном мире. Голубоглазая сейчас понимает всю опасность ситуации: захочет навредить себе здесь — очнётся, если не полуживой, то с ранами, сдастся этим подобиям детей — кто-нибудь из них буквально вонзит ей нож в спину, решит утопиться — только не в этой, неизвестного происхождения, субстанции, а звать на помощь — глупо, даже очень, как будто Ремор сейчас вернётся, отзовёт «ходячих мертвецов» и продолжит ту унылую беседу с Хранителем Ключа. Она готова сдаться в любую секунду, от той неунывающей и не теряющей надежду девушки мало чего осталось. Да, она побеждала принца десятки, если не сотни раз, но там ситуация контролировалась либо Фрэн, либо никем. Этот кошмар создан Ремором, здесь всё подвластно ему. Есть вход — нет выхода. А как найти выход в безвыходной ситуации?
Шатенка, закрыв глаза, произносит тихое «сдаюсь» и уже готовится к объятиям смерти, как вдруг потрескивающий звук от пластиковой бутылки, по-видимому брошенной голубоглазой несколько минут назад, охватывает разум и даже как-то успокаивает. Но стоит ледяной жидкости быть пролитой на лицо девушки, та тут же открыла глаза. Взору предстал уже знакомый ей юноша с пластиковой полупустой бутылкой в руке. И только после этого Фрэн решила осмотреться. Она в своей квартире, в своём зале, рядом стоит взволнованный мистер Полночь, но вот только диван, на котором Боу и уснула, стоял далековато, чтобы ей пришлось лишь свалиться с него во сне. Больше всего шатенку вогнал в ступор Салли, который снова оказался здесь. Может, поведение Хранителя Ключа было странным при прошлой их встрече, поэтому он решил разузнать, кто она такая?
— Знаешь, люди обычно спят на чём-то мягком, к примеру, на кровати, — с усмешкой произнёс парень.
Но Фрэн, в силу своего не до конца очнувшегося разума, не поняла, о чём он. Лишь стоило ей повернуть голову, как на глаза попались сверкающие на свету серебряные столовые приборы. Дагенхарт, испугавшись, резко приняла сидячее положение, осматривая свои руки на наличие ран от ножей, что также лежали в общей куче. «Так вот куда они делись, » — пронеслось в голове у девушки, прежде чем она вспомнила про гостя, сидящего на коленях напротив неё.
— Ох, я, наверное, опять упала в обморок, пока разбирала вещи, — быстро придумала объяснение всей ситуации девушка.
— Ты падаешь в обмороки? — удивлённо спросил Салли.
— Да, иногда бывает, — ответила шатенка, начиная подниматься с этой груды металла. — А ты что здесь делаешь? Вновь мой кот привёл тебя сюда? — произнося последнюю фразу, хозяйка квартиры хихикнула.
— Отчасти, — улыбка на лице собеседницы мигом пропала, а взгляд устремился на пытающегося сбежать через входную дверь мистера Полночь. — Он лишь пришёл, помяукал и ушёл, странный он у тебя. В любом случае, я просто хотел провести экскурсию и познакомить тебя с соседями, считай это извинением за утреннее вторжение. Так ты согласна?
— Конечно! — Боу помогла Салли встать, после чего тот, размяв затёкшие конечности, пошёл к выходу, а девушка, прихватив лишь сумочку и беря в руки ключи от квартиры, последовала за ним.
После закрытия двери в помещении остался лишь чёрный кот, которому предстоит разгребать кучу столовых приборов по указанию хозяйки. Конечно, это занятие не сравнить с перебиранием просо и мака, но представителю семейства кошачьих будет нелегко и в этом деле, у него же лапки.
***
Принц Тьмы находился в каком-то тёмном помещении, которому было несколько сотен лет. По массивным стенам из кирпича, покрывшимся плесенью, ползали пауки, где-то недалеко пробежала крыса, в воздухе пахло сыростью, и лишь Ремор мог слышать здесь такой родной запах крови, конечно, она не была свежей, но временами ощущать себя в своей родной реальности было так приятно.
Неожиданно в углу материализовалась тень с алло-красными глазами. Заметив это, принц лишь пошёл навстречу к гостю, попутно думая, как мягче выразить своё негодование и гнев.
— Итак, с чего бы начать? — стоя напротив собеседника, Ремор наиграно по-детски задал этот вопрос. — Пожалуй с того, что ты профукал мальчишку. Мне-то он не нужен, а вот тем, кто тебя содержат, вполне. Твои неудачи — мои неудачи. Продолжишь делать ошибки — избавятся от обоих. Меня, ладно, лишат помощи «с этой стороны», и я просто отправлюсь туда, откуда пришёл. А вот тебя уничтожат, не задумываясь. Ты этого хочешь? — Красноглазый помотал подобием головы. — Нет? Ну так нормально работай! Я, значит, дал тебе силу во снах, а ты всё равно ничего не можешь. О, Мабука, зачем мне такие мучения?
Собеседник «Жуткой Черноты» лишь что-то прошептал на непонятном языке. Тут принц закончил свои «страдания» и впал в ступор.
— Как понимать: «Ты не был в его разуме?» А что тебе мешало? — Ещё шёпот. — Чужое присутствие? Ты о чём? Кроме нас двоих никто не может воздействовать на сны людей, по крайней мере, сейчас. Разве что... Да ну! Бред! Он сейчас наверняка сидит с королём брёвен и его подчинёнными, чай пьют, — молчание. — Ладно, оставь меня. Мне нужно подумать.
Тень растворилась, будто её и не существовало, а Ремор, задумавшись над ситуацией, вернулся на прежнее место, вновь наблюдая за ползающими по стенам пауками.