166-171 (исправленно)
Глава 166
166 глава
«Ее… создать не просто… но, если ее массово производить, я смею сказать, что под угрозой смерти, это будет только вопрос времени, когда ее смогут скопировать другие.»
Прежде, чем чиновники смогли что-то сказать, лица людей внизу стали еще бледнее от ее слов. Они действительно не могли представить ужас, который падет на их семьи, их поля, их дома, какие последствия ждут их?
Гун И Мо посмотрела прямо вперед и вздохнула: «Но у него также может быть хорошее применение. Я использовала его для раскопки канала, шесть-семь лет сократились до половины года! Вот почему я стою здесь, на лодке в это время. Не только это, его можно использовать для постройки дорог, открытия гор, копание шахт… много применений, но она также может вызвать резню.»
Она подняла взгляд на молчавшего Гун Шэна с горькой улыбкой: «Итак, ваше величество, боитесь вы, завидуете или злитесь, без разницы! К этой вещи мир еще морально не готов, я отказываюсь ее передавать. Вы считали, сколько детей у вас от наложниц? Вы возможно сможете контролировать это оружие, пока вы живы, но что если вас больше не будет здесь? Их амбиции меньше ваших? Одной злой мысли достаточно, чтобы поджечь фитиль.»
После этого, она посмотрела глубоко на людей.
«В прошлом я соврала всем и сказала, что я могу крушить горы и реки. Чтобы продолжить раскапывать канал, я обманула вас, сказав что канал будет построен по воле небес! Я знаю что Лоу Е планирует против нашего королевства. Война неизбежна, но я отказываюсь сдаваться в этом вопросе. Все настаивают, чтобы я передала его, но я, Гун И Мо, стою на своих словах.»
Договорив, она встала на колени, опустив голову и искренне признавшись.
«Небеса простите меня, эта Гун и Мо виновата за свершение грехов. Но отказываюсь передавать это оружие и подстрекать войну. Я, Гун И Мо, виновата во влечении наследного принца в такую ситуацию, из-за чего его жизнь была под угрозой! Я, Гун И Мо, грешница, но я прошу Девятого Принца не отвечать за мои грехи! Пожалуйста простите его!»
Чем больше она говорила, тем громче был ее голос, словно она читала Книгу Грехов небесам! Она казалась недовольной и мятежной! Каждое ее слово казалось было заполнено печалью и слезами! Однако ее лицо оставалось холодным и на нем не было ни следа насмешек в словах.
В конце она повернулась бледным лицом к императору и слабо улыбнулась.
«И Ваше Величество, эта Гун И Мо виновата, но я желаю принять всё наказание и принять ответственность…»
«И вы уверены, что сможете удержать это оружие?»
«…вы когда-то думали о последствиях получения моих вещей? Амбиции завоевания Центральных Равнин были ловушкой что поймали множество людей в ловушку. Вы действительно учитываете последствия, когда следуете своим амбициям? Вы действительно заслуживаете людей этого королевства?»
Лицо Гун Шэна стало бледным, и он не мог ответить. Он посмотрел на людей внизу. В это время, простолюдины казалось боялись. Прямой взгляд императора заставил их насторожиться, словно его воля определит их жизнь или смерть.
Но император Гун Шэн не мог ничего с этим поделать! Он никогда не видел что-то столь же мощное, как порох и пытался утешить себя, говоря, что люди вокруг него едва сравнятся с его мощью. Но теперь он засвидетельствовал это сам, если он не завладеет этим сам, что произойдет если это попадает в другие страны?!
Он ничего не мог поделать с этой проблемой!
Какую клятву, какие обязательства он не сможет выполнить, что доступно такой женщине как Гун И Мо?
Пока она не умрет!
Гун И Мо медленно встала и посмотрела прямо на Гун Шэна убивающим взглядом. Ее сердце закололо, и она не могла остановить свои слезы.
«Отец… ты помнишь, что я твоя дочь?!»
Глава 167
167 глава
«Я была твоей любимой дочерью! Сколько всего я сделала… просто ради твоей улыбки? Наши воспоминания… ты не помнишь?»
Голос Гун И Мо был тих, но этого было достаточно чтобы задеть сердца слушателей. Люди были тронуты. Эта принцесса была простой обычной девочкой, которая хотела отцовской любви. Она выпускала свои жалобы, свое сожаление и ее изящное лицо было полно слез!
Наблюдатели не могли понять почему такая прекрасная принцесса, как она, так которая была предана людям, та кто была однажды любима, в конце концов стоит на другой стороне от императора, совершенно одна. Как она может выдерживать давление и гонение всей имперской власти?
Это неправильно, принцесса не свершала грехов!
Сердце Императора Гун Шэна кололо, но он не смел смотреть на нее.
Она не была его биологической дочерью, но он любил ее больше всех его собственных дочерей вместе взятых!
Но… почему она не верила в него?
Говоря о вере, Гун Шэн горько улыбнулся. Да, он не верил, что его дочь сможет скрывать такое оружие на протяжении своей жизни и использовать только ради него. Разве не тоже самое для нее? Она не верит в него, считая, что он будет использовать его для того, чтобы породить хаос в этом мире.
Они думали о жизнях людей королевства, но могли стоять лишь по разные стороны баррикад.
Они понимали, что это была нерушимая проблема между ними!
Гун И Мо наконец вытерла свои слезы. В этот момент ее грустный и мрачный вид заставил многих нейтральных министров почувствовать дискомфорт. Они невольно подумали, что из множества отцов в этом мире лишь единицы благословлены таким хорошим ребенком, как тот, что стоит перед ними.
Гун Шэн колебался прежде чем ответить, но его голос был лишь в половину так громок как ранее.
«Твои три жалобы, ха… я принял их.»
Гун И Мо глубоко поклонилась императору, заплакав от горя.
«Но у меня все еще есть три просьбы к Вашему Высочеству.»
Слова Гун Шэна застряли в его горле.
«…говори.»
«Моя первая просьба, люди, которые сопровождали меня весь путь в столицу, они невиновны и были просто обмануты мной. Я надеюсь Ваше Высочество не будет преследовать их и позволит им войти в город.
Ученые, что увидели, что Принцесса думает в первую очередь о них, закричали: «Принцесса Чаоян! Мы будем идти за вами!»
«Мы будем следовать за вами до смерти!»
Гун И Мо в благодарность улыбнулась, но не обернулась, чтобы взглянуть на них. Гун Шэн кивнул и дал обещание.
Император согласился, даже если министры боялись, что Гун И Мо привела ученых ради восстания. Поскольку городские врата теперь открыты для пришедших, уставшие люди, которые присоседились к принцессе, наконец вошли в город, чтобы отдохнуть. Чиновники остались молчаливыми несмотря на их недовольство. Никто не смел в это время перечить Гун И Мо.
Видя, что обычные люди безопасно вошли в город, Гун И Мо почувствовала облегчение. Она слегка улыбнулась и посмотрела на своего отца.
«Моя вторая просьба… беспокойство о жизни и смерти принца. Я надеюсь отец Император освободит Императрицу и позволит ей позаботиться о нем. Пожалуйста признайте заслуги Наследного Принца и верните ему честь, что он заслуживает.»
Когда он вспомнил, как он использовал Гун Чэ для угроз Гун И Мо, император невольно испытал стыд. Он, как отец, имел твердое сердце, но Гун И Мо сделала все, что могла сделать сестра в заботе о мальчике. Гун Чэ мог быть несчастен, но насколько он был везучим, потому что у него была такая принцесса?
Так что император кивнул и принял второю просьбу.
Гун И Мо улыбнулась. Ее лицо было бледным, словно ей не хватало крови. Всего пару ней назад ее вырвало кровью из-за тяжелого эмоционального бремени который она несла, но теперь она была в порядке потому что удостоверилась в безопасности людей вокруг нее.
«Третья просьба… Гун Цзюэ невиновен… он всегда был один с детства. Только я смогла позаботиться о нем раз или два. В будущем, я надеюсь, что Отец Император сможет взять за это ответственность и удостовериться, что он больше не одинок.»
Гун Шэн серьезно кивнул, но после своего кивка он почувствовал, что ее слова не совсем правильные!
Глава 168
168 глава
Нет… он заметил давно. Даже такой умный человек, как Гун И Мо, мог возможно не знать, чего он боялся.
Высказав три своих просьбы, Гун И Мо наконец подняла взгляд на небеса и рассмеялась. Ее улыбка была такой чистой, такой расслабленной, словно она скинула тяжелое бремя в своем сердце. Вся ее суть казалось могла взлететь в небо.
Внезапно, внутри корабля раздался взрыв! Посреди всеобщей паники, Гун И Мо казалось даже не слышала взрыва, ее пальцы играли на перилах перед ней. Спустя длительное время она внезапно повернула голову и улыбнулась Гун Шэну.
«Отец Император, ты знал? Этот корабль… изначально должен был быть твоим подарком на день рождение.»
«Просто… теперь я не хочу больше давать его тебе!»
«Моер!»
Гун Шэн наконец очнулся, но было слишком поздно отвечать! Весь корабль продолжал взрываться и разваливаться, огонь и вода били в небо!
Кто знал, сколько бомб она установила в нем? Взрывы продолжались постоянно и корабль был покрыт пламенем! Пламя почти осветило все небо! После последнего сокрушительного взрыва весь корабль накренился и постепенно тонул!
«Нет… нет!»
Он не хотел, чтобы Гун И Мо умирала, он просто не доверял ей и все. Он все еще думал, что он должен был сделать, но он никогда не собирался убивать ее из-за этого оружия! Он никогда не хотел, чтобы это произошло!
«Чанси… Чанси! Поспеши и спаси ее! Поспеши и спаси мою дочь!»
В панике он даже забыл использовать «этот Император» в обращении к себе! Чанси поспешил встать на колени и печально сказал: «Мне жаль, Ваше Величество! Они слишком могуществен, Принцесса уже возможно…»
«Тварь!» - Гун Шэн внезапно поднял его за воротник!
«Кто ты сказал умер? Кто ты сказал умер?! Я пойду сам!»
Шокированный такой тиранией Императора, Чанси не имел больше времени оплакивать. Он быстро опустился и приказал людям открыть врата, поспешно начиная поиски с другими людьми в огромном пламени.
Поскольку городские врата были открыты, ранее паникующие жители все поспешили наружу увидеть однажды прекрасный, огромный корабль, что превратился в кучу мусора! Везде было дерево и свет огня, запах пороха и углей. Все небо стало темнее, и никто не мог заметить благородной прямой фигуры!
Кто-то выкрикнул: «Принцесса… покончила с собой!»
Эти слова вызвали цепную реакцию. Плач звучал как изнутри, так и снаружи города!
Даже мужчины пустили слезы из-за этой девочки. Весь город скорбел, звуки достигали небес!
Не удивительно что Принцессах отела чтобы они все вошли в город… уже в тот момент Принцесса решила умереть!
Плач казался заразным. Многие люди в городе услышали, что Гун И Мо мертва и множество людей проливали слезы за нее. По какой-то причине другие также начали плакать.
Они невольно вспомнили доброту Принцессы. Она была такой юной, тем не менее сделала столько всего хорошего! Теперь, она была вынуждена пожертвовать своей жизнью! Чувство симпатии бурлило в сердцах людей. Семь дней город был в трауре.
Некоторые ученые объединились, чтобы написать ей восхваление. Были и другие кто верили, что Принцесса не умерла и днем и ночью искали в реке.
Этой мощи было достаточно, чтобы разрушить такой гигантский корабль! Что касается такого маленького человека, возможно даже тела не осталось…
Глава 169
169 глава
После того, как Император вернулся во дворец, он не приходил в себя три дня! После того, как он восстановился, он быстро издал три указа!
В первом он вернул права Императрице. Когда Императрица вышла из храма, она еще не знала, что произошло.
Второй указ был отправкой элиты помочь Чжэнь Си Вану. В конце концов он не был настолько тверд сердцем, поскольку позволил Чжэнь Си Вану использовать большинство его войск, чтобы найти пропавшего Гун Цзюэ.
И последний указ был тем, что вызвал наибольшее беспокойство!
Он не налагал никакого наказания на Гун Чэ, вместо этого в третьем указе была всего одна стройка:
«Положение Наследного Принца заслужено!»
Это… было признанием Наследного Принца? Тогда есть ли все еще шанс у других?
Наложница Лун почти скрежетом сломала зубы!
«Эта дрянь! Эта мелкая дрянь! Если ты хочешь умереть, тогда просто умри! Почему ты доставляешь столько проблем после?! И кто такой Гун Чэ чтобы она сделала это?! Так раздражает! Она действительно должна была отравить ее в Холодном Дворце!»
Не важно, как она размышляла об этом, она была в бешенстве. Ее женственное лицо было искажено!
На этот котел, на распространение фальшивых слухов, сколько усилий, энергии и денег они потратили? Изначально все шло хорошо. После возвращения Наследного Принца в столицу он должен был быть казнен за восстание. Затем бы она позволила своему сыну закончить канал и не прикладывая усилий получить заслуги!
Кроме того, они могли даже избить Гун И Мо в передаче секретного оружия. Даже если они не смогут получить его, они все еще могли использовать руку Императора, чтобы избавиться от нее!
Они потратились так сильно, не получив ничего! Напротив, из-за смерти Гун И Мо, положение Наследного Принца действительно укрепилось! Как они могли не злиться? Они почти взорвались от гнева!
В это время молодой человек холодно улыбнулся и прошептал ей.
«Императорская Мать, не злись. По крайней мере мы избавились от Гун И Мо, верно? Без нее будет легче справиться с Гун Чэ. По крайней мере у моего излюбленного брата не так много карт в рукаве.»
Эти слова наконец немного успокоили Наложницу Лун, но она все еще была раздражена. Но когда она посмотрела на послушного сына перед ней, она все еще была довольна.
«…забудем об этом, ты прав. Теперь, когда Наследный Принц ранен, ты можешь воспользоваться возможностью и восстановить канал!»
Молодой человек зло улыбнулся, пара мягких глаз, которые могли удивить других своей красотой.
«Я понимаю… Императорская Мать.»
…
Императрица уже жила в храме больше года. Можно сказать, что это количество времени притупило ее края. После выхода она была слегка озадачена что делать. Однако, как только она увидела тяжело раненного сына, в ее глазах проскочил холод! Ее сердце вновь загорелось боевым духом!
Она заботилась о Гун Чэ день и ночь. Наконец, через семь дней, Гун Чэ проснулся.
Он был очень слаб, но доктор сказал, что, если он очнется, все будет хорошо.
Во время сна Гун Чэ казался таким спокойным. Он чувствовал, что Гун И Мо всегда охраняла его рядом. Однако однажды это чувство спокойствия внезапно пропало. В панике он хотел открыть глаза, но не мог. Теперь, в момент, когда он очнулся, ему было все равно где он был, вместо этого он пытался найти тень Гун И Мо.
Но первое что он увидел, была его мать!
«Императорская… Мать?»
Долгое время находясь без сознания, его голос стал хриплым и слабым. Однако Императрица услышала его. Она открыла глаза и увидела, что ее сын очнулся! Она мгновенно заплакала от радости!
«Чээр, ты наконец очнулся! Кто-то, сюда! Позовите доктора!»
Спустя некоторое время Гун Чэ сел. Поскольку он был все еще слаб, Императрица кормила его лекарствами, рассказывая ему что произошло пока он спал…
Глава 170
170 глава
По правде говоря, сама Императрица не очень хорошо понимала все. Она также только слышала об этом обрывки слухов, после того, как ее подобрала семья Лю. Однако она хорошо понимала, что она не может сказать что-то своему сыну в данный момент. Иначе с его слабым телом он не сможет выдержать шок.
Сначала она поделилась хорошими новостями, такими как тот факт, что люди, которые строили заговор против него, были разоблачены и он помилован. Император также пожалел его, поскольку он был ранен и отпустил ее, мать Гун Чэ, из храма.
Великий Канал также был открыт и так далее…
Но даже если она говорила что-то неважное, это также было очень опасно. Когда Гун Чэ услышал, что его сопровождала весь путь Гун И Мо до столицы, он не удержался и спросил то, что беспокоит его.
«Императорская Мать, где Моер? Почему… она не здесь?»
Могла ли она действительно устать? Но разве они не сказали, что уже прошло семь дней с того момента?
Императрица не знала, как лучше сообщить ему новости. В конце концов этот взрыв она не могла скрыть. Однако она не смела упомянуть это и отмахнулась, сказав, что Гун И Мо покинула дворец. После этого она извинилась и вышла.
Пожилую женщину, которая служила доверенным лицом Императрице, звали Шуй Сянь. Она тихо вошла и опустив голову, боялась встретиться с глазами Гун Чж, когда кормила его лекарством.
В этот момент Гун Чэ внезапно улыбнулся.
Он был красив с рождения, а также был нежным человеком. Эта улыбка шокировала всех людей вокруг.
«Тетя Шуй Сянь, мама сказала, что Принцесса с Императором. Почему она не приходит?»
Когда он договорил, Шуй Сянь покачнулась, не заметив, что она пролила лекарство. Обычно незаметные морщины на ее лице стали заметными, когда она глубоко нахмурилась.
Гун Чэ не заметил ничего странного в ее поведении и вместо этого рассмеялся: «Сегодня я себя чувствую намного лучше, могу я попросить тетю позвать ее?»
Он действительно… хотел увидеть ее!
Но когда он закончил говорить, Шуй Сянь быстро положила лекарства и встала на колени, дрожа. Поскольку она не знала, что ему сказала Императрица, она могла лишь молчать, боясь сказать что-то не то.
Ее действия заставили сердце Гун Чэ застыть. Хотя он не смел поднимать эту мысль.
Его лицо побледнело, и он выдавил улыбку: «Что тетя делает? Где Моер?» - его последние слова были тихими, почти на грани шепота.
Все тело Шуй Сянь напряглось, ее лоб покрылся холодным потом. Она молча стояла на коленях, не зная как сообщить ему новости. Если она скажет правду, она боялась, что тело Гун Чэ не выдержит шок. Это действительно будет для нее путевкой в ад!
«Что Тетя делает?»
Гун Чэ наконец не смог больше поддерживать улыбку и задал вопрос слово за словом.
«Где. Моер?»
Шуй Сянь прошептала: «Эта рабыня… не знает…»
Гун Чэ кажется поверил, так как улыбнулся: «Быстро встань, Тетя. Посмотри на себя, тебе не нужно так нервничать только из-за того, что ты не знаешь где Моер.»
Шуй Сянь почти разрыдалась. В этот момент вернулась Императрица. Она посмотрела на ситуацию и вздохнула, после махнула рукой и отправила Шуй Сянь. Шуй Сянь почувствовала облегчение и быстро отступила.
Гун Чэ посмотрел глубоко на свою мать, словно пытаясь увидеть ее насквозь.
«Мама, что не так с Шуй Сянь? Я просто задал ей вопрос, почему она так испугалась?»
Императрица показала горькое выражение лица. Она села на кровать Гун Чэ, подумав немного, она открыла рот словно желая что-то сказать, но в конце вздохнула.
«Сын… если мама скажет тебе, ты должен пообещать мне, что ты будешь в порядке!»
Глава 171
171 глава
Ее слова вызвали беспокойство у Гун Чэ! Он рассмеялся.
«О чем ты говоришь? Этот сын не понимает…»
Императрица внезапно стала серьезной и посмотрела прямо на него!
«Чээр… Гун И Мо… мертва!»
Это казалось сном. Гун Чэ чувствовал звон в ушах. Что только что сказала императрица? Она должно быть ошиблась, как такое могло произойти с Моер?
«Мама… что ты только что сказала?»
Императрица видела, как лицо Гун Чэ побледнело. Она сжала зубы и решила укрепить свое сердце!
Когда она хотела заговорить, Гун Чэ перебил ее!
«Мама!»
Его губы дрожали, глаза резко смотрели на Императрицу. Казалось словно если она не произнесет еще пары слов, все будет словно ничего не произошло.
Как такое могло быть? Как такое могло произойти с Гун И Мо? Она была Гун И Мо!
Императрица невольно заплакала. Она также была благодарна за то, что Гун И Мо сделала ради Чээра, но сейчас было слишком поздно! Она уже мертва!
Вот почему она твердо рассказала все с начала и до конца.
Включая предательство Ли Кэ, Гун И Мо угрожал император, используя его, что привело к кровавому кашлю! Чтобы безопасно доставить его в столицу, она приложила немало усилий для открытия канала. Она также рассказала ему о том, как избавилась от его необоснованных обвинений… тот факт, что она отказалась передать оружие… и последние три жалобы прежде, чем она умерла!
Она говорила медленно и четко, потому что надеялась, что Гун Чэ сможет выдержать правду, короткая боль лучше длинной боли!
Но Гун Чж… испытывал лишь пустоту… Когда Императрица сказала ему что Гун И Мо мертва, он почувствовал себя словно частица его умерла вместе с ней.
Вернувшись в чувства, он чувствовал себя, словно разрезанным на тысячи частей! Миллионы частей! Каждый осколок нес душераздирающую боль!
Гун И Мо! Девочка, которую он так любил! Как она могла умереть? Как она могла умереть?!
Чувство удушья накрыло его. Императрица была шокирована, быстро дав ему лекарство, которое он долго не мог проглотить! Она громко кричала и звала врача! Болезнь Гун Чэ вновь начала показывать себя!
Кто знает, сколько лекарств он принял, но ни одно из них не работало. Рука Гун Чэ сжимала грудь, а сам он тяжело дышал не в силах сделать вдох. После того как пришел врач, Гун Чэ только сказал, что болит его грудь и он не может дышать. Но после того как доктор проверил его, он заметил, что это не болезнь Гун Чэ… поэтому это не физическая боль, а эмоциональная!
Эмоциональные дела для эмоциональных врачей. Врач покачал головой, а императрица жалела даже больше, обнимая Гун Чэ и плача.
«Чээр, с тобой не может ничего произойти! Если с тобой что-то случится, что делать маме?»
Однако Гун Чэ не слышал больше ничего. Вся его суть дрожала, когда он скрутился на кровати.
Он не чувствовал слез горя императрицы и не слышал ее криков. Он лишь чувствовал, как разрывается его сердце!
Он не мог дышать, чувствовал, как умирает. Но почему перед смертью он чувствовал такую агонию, его голова была полна ее образов? Но почему она не рядом с ним? Почему?
Гун Чэ сожалел… он сожалел, что никогда не говорил ей о своих чувствах и сейчас она мертва! Тем не менее, она все еще не знает о его чувствах к ней!
Он не хотел быть старшим братом! Он не брат! Он хотел быть ее мужчиной! Даже если она будет ненавидеть его, он должен был рассказать ей о своих чувствах!
Аххх… Гун И Мо, где ты? Где ты?!