Глава 85-87
85 глава
Император не мог понять, почему его сын хотел взять такой долгосрочный проект, как постройка канала.
Когда Гун Чэ увидел хмурость императора, он не мог не подумать, Что увидел император? Внимание принца полностью было на реакции его отца.
«Это хорошая просьба!»
Внезапно взревел император смехом и снова сказал: «Эта идея прекрасная. Хотя проект огромен, его строительство будет большим благом для страны и народа.»
Кажется, он соглашается?
Гун Чэ расслабился и немного выпустил напряжение.
Император продолжал смотреть на него, понимая, что мерцающий взгляд императора на нем, Гун Чэ снова напрягся и внимательно слушал слова отца.
«Я дам полную свою поддержку. Неважно как много лет займет постройка, я беру всю ответственность за постройку. Гун Чэ, ты действительно хочешь взять эту задачу?»
Гун Чэ сделал глубокий вдох. В этот момент его нежное лицо показало след спокойствия, что отразилось в его ауре принца.
Он ответил: «Этот слуга желает следовать указаниям императора. Пока канал не будет построен, этот слуга не вернется в столицу!»
Его решимость заставила министров подавиться воздухом. Принц должно быть сошел с ума!
Император также был очень удивлен. Он наклонился вперед с своего Драконьего Кресла и сказал:
«Это сложная и очень ответственная задача. Каковы твои требования?»
Гун Чэ медленно выдохнул, чтобы собраться, прежде, чем поднять черновик его плана.
«Император… вот три моих требования!»
«О?» - это был первый раз, когда он услышал, как такой нежный ребенок как он говорил с такой силой.
Император махнул рукой и сказал: «Говори.»
Гун Чэ слегка улыбнулся: «В первую очередь, поскольку этот сын будет много лет вдали, этот слуга надеется, что Отец Император присмотрит за Императрицей и вернет ей Печать Феникса, как только она искупит свои грехи.»
«Показываешь почет сына, это хорошо. Я согласен.»
Глаза Гун Чэ засветились, и он снова улыбнулся: «Второе, этот сын надеется, что несмотря на то, как долго будет идти проект, этот Отец Император не отправит других людей на пересмотр проекта. Этот проект может управляться лишь этим Принцем!»
Эта просьба была слегка необычной, по мнению Императора. Согласится ли кто-то другой взять с ним такой проект?
Он рассмеялся и сказал: «Этот проект довольно тяжелый. Ты не боишься, что твои силы слишком ограничены, чтобы управлять всей этой работой?»
Гун Чэ просто улыбнулся и ответил: «Это третья моя просьба. Так как это огромный проект, этот принц просит, чтобы все эти министры отправили талантливых детей из их семей в помощь в этой работе. Одна из целей - это тренировать талантливых людей под моим наблюдением, а другая цель – использовать их для моих нужд. Этот принц молит, чтобы Император принял эти три просьбы.»
Глаза Императора вспыхнули, когда он услышали эти слова! Он на мгновение задумался, после наклонился вперед с кресла и посмотрел вниз на министров.
«У министров есть какие-то возражения?»
Все министры переглянулись. Участие в таком проекте может принести лишь пользу.
Если и было что-то, в чем они не испытывали недостатки, так это в множестве сынов. Если они отправят нелюбимых детей, что не имеют правительственного положения, кто знает, возможно этот сын сможет вернуться с большим достижением и хорошим шансом на продвижение! Что касается отправки «сына с талантом» кхм, это не то что мог решать Наследный Принц.
Так что все министры кивнули в соглашение и похвалили Наследного Принца за его решение, человечность и планирование.
Император посмотрел на зал, уже давно он видел, чтобы все они так счастливо что-то принимали. Недавно их головы были словно повешены, когда Наследный Принц остался на своем положении. Теперь, когда Гун Чэ планировал покинуть столицу, как они могли все быть такими самодовольными?
Гун Чэ просто посмотрел на них, ничего не отвечая.
Месяц назад некоторые из этих людей заставили его дедушку пожертвовать своей жизнью в этой же комнате, но теперь все они хвалят его за его благочестие. Это… это королевский двор. Он пытался заставить себя слегка рассмеётся, так что бы он мог привыкнуть к подобному.
Его мысли блуждали около Гун И Мо, только возле нее. Когда он вспомнил ее искренность и как она пожертвовала всем ради него, Гун Чэ внезапно почувствовал в своем сердце тепло. Он хотел поспешить домой, к ней.
86 глава
Его мысли блуждали около Гун И Мо, только о ней. Когда он вспомнил ее искренность и как она пожертвовала всем ради него, Гун Чэ внезапно почувствовал в своем сердце тепло. Он хотел поспешить домой, к ней.
Однако, когда совет закончился, он был вызван к императору.
Храм Чаоян, Боковой Зал.
Это было место, где император читал и хранил мемориалы. Вся комната была украшена золотым шелком и древним деревом. Когда кто-то входит, они сталкиваются с успокаивающим ароматом дерева.
Император посмотрел вниз на своего сына. Всего пару дней назад этот принц был бледним и отчаялся вернуть свое положение, но сегодня, он практически восстановил уверенность, чтобы говорить с королевским двором.
Было высказывание, что нельзя ничего построить, не столкнувшись с разрушением. В этот раз Наследный Принц казался отчужденным и спокойным. Император задумчиво коснулся своего подбородка. Он был уверен, что он как император, был ответственен за «разрушение» Гун Чэ, но кто был ответственен за его «постройку», у него были лишь догадки.
Столкнувшись с пристальным взглядом императора, Гун Чэ почувствовал немного нервозности, но он все еще легко стоял. Он поддерживал мягкий и добрый образ Наследного Принца. Любой, кто увидит эту его стороны, точно поверит, что как только он преуспеет, он станет непревзойденным в своем поколении.
«Кто дал тебе идею?» - медленно спросил император после длительного молчания.
Вскоре как его отец заговорил, Гун Чэ был удивлен. Он ответил: «Это советник, с которым этот принц имел шанс встретиться и получить совет. К сожалению, у меня было мало времени, чтобы познакомиться с ним, прежде, чем тот ушел.»
«Советник?» - император улыбнулся. Он не любил ходить вокруг да около: «Это должно быть И Мо.»
Услышав, как его отец уверенно говорит, Гун Чэ лишь мог вздохнуть. Его выражение показало его горько-сладкие чувства и беспомощность.
«Ах… эта маленькая девочка…»
Гун Чэ боялся, что Гун И Мо коснется чувствительных нервов императора. Он быстро добавил: «И Мо делала это просто, чтобы помочь мне и королевству. Отец, пожалуйста, не вини ее.»
«Я не буду винить ее.» - хитро рассмеялся император: «Она сказала тебе покинуть столицу и построить канал, конечно это хорошая идея. Но как только канал будет построен, ее мотивы с этого момента не очень ясны. И что она сказала – что ты согласился вместе с Императрицей?»
Заметив тишину Гун Чэ, император беспомощно покачал головой. Один за другим, каждый из его сынов идет на поводу у этой маленькой девочки. Даже он иногда… он попался хитросплетения этой девочки.
Эта маленькая девочка… она была слишком умной! Поскольку она ожидала, что он лично задаст вопрос Гун Чэ, она сознательно скрыла информацию от принца, чтобы император не смог узнать.
Но так или иначе, это всегда приносило выгоду для страны и людей.
Император вздохнул и встал, после пошел к Гун Чэ.
Шестнадцатилетний Гун Чэ уже был примерно такого же роста как он. Юноша был красивым, хотя не также величествен как император, но он был хорошим мальчиком, что умел брать ответственность.
Отец посмотрел на своего растущего сына, чьи мягкие черты постепенно становились острее и взрослее. Выражение императора временно смягчилось, и он похлопал Гун Чэ по плечу.
«Поскольку ты уходишь, этот отец определенно будет поддерживать тебя. Я надеюсь, что ты скоро вернешься!
Когда император больше не спрашивал его, Гун Чэ наконец облегченно выдохнул и посмотрел на своего отца. Император все еще был прямо перед ним, но при близком рассмотрении, он внезапно заметил следы серебряных волос за висками своего отца. В сердце принца почувствовалось кислое ощущение. Он не знал почему он был опечален, однако… возможно это было потому, что, как говорят, кровь была гуще воды.
Этот вопрос был улажен без каких-либо проблем, но другие аспекты проекта, включая работы по подготовки персонала, прием ремесленников и приготовление фондов заняло все время. Гун Чэ был очень занят в это время и его почти никогда не было видно.
В это время Гун и Мо сидела во дворе и пила чай, она наслаждалась закусками и расслаблялась.
Внезапно в воздухе раздался громкий грохот. Гун И Мо перевела свой взгляд на стену, где протянулась рука и вскоре появилась голова.
Увидев появление знакомого парня, Гун И Мо сладко улыбнулась: «Ах! Разве это не Принц Пин Ван? Почему вы не пройдете через главный вход, место того, чтобы карабкаться по стене?»
«Сшшш… Тише!»
Шэнь Ши Е нервно оглянулся и заметил, что никто не выходит: «Ты бы не была столь несчастна, если бы не твой брат! Он отказывался пускать кого-то к тебе. Иначе я бы не столкнулся с проблемой карабканья по стене.»
87 глава
Шэнь Ши Е нервно огляделся вокруг и понял, что никто не подошел: «Ты не была бы так несчастна, если бы не твой брат! Он отказывался пускать кого-то к тебе. Иначе я бы не столкнулся с проблемой карабканья по стене.»
Гун И Мо не знала об этом. Шэнь Ши Е подошел к ней и с удивлением сказал: «Эй, кажется, что ты неплохо живешь. Эти суфле и мороженное довольно известные в городе, ты не можешь купить их, пока не встанешь в очередь и тем не менее у тебя все это есть.»
Юноша не считал себя посторонним. Он с удобством сел и попробовал десерт.
Гун И Мо посмотрела на него и с улыбкой сказал: «Разве ты не боишься, что еда могла быть отравлена?»
Шэнь Ши Е внезапно поперхнулся и закашлял. Он сказал неясным голосом: «Что ты только что сказала?»
Гун И Мо потянулась и подняла его подбородок, улыбнувшись.
«Дурак, ты поглупел за то короткий промежуток времени, что я тебя не видела?»
Шэнь Ши Е разгневался. Он проглотил закуску и посмотрел на нее: «Кого ты называешь глупым? Уродливая женщина, ты хочешь смерти?»
«Хорошо…» - Гун И Мо вовсе не боялась его. Он просто махнула рукой и спросила: «Что ты задумал?»
Шэнь Ши Е не имел выбора, кроме как подавить свой характер, он не забыл, что она была тем, кого он избить не мог.
«Это Юй Цзы Цин и мои друзья… ты виделась с ними в прошлый раз, когда мы вместе выпивали. Они хотели пригласить тебя и поиграть, но их остановили у двери, так что, я решил заглянуть, что ты делаешь.»
Когда Гун И Мо вспомнила подростков, которых она встретила на том собрании, в ее голове вспыхнула идея. Она внезапно встала и спросила:
«Идете веселиться? Быстрее берите меня с собой, если это не весело, не жди пощады.»
Шэнь Ши Е рассмеялся и успокоил ее: «Не беспокойся! Я гарантирую, что будет весело!»
***
Гостевой домик, что они посетили, был очень богатым.
Гун И Мо сузила свои глаза, пока изучала скульптуру цветов, что украшала дверь, гравюра была изысканной и полной деталей. Какой бы мастер не работал над ней, он был действительно умелым!
Шэнь Ши Е нетерпеливо потянул ее: «Пойдем! В обычной двери ничего интересного.»
Гун И Мо посмотрела на него и сказала: «Я не смотрела на дверь. Разве ты не видишь, что он приближается?» - Шэнь Ши Е увидел, что она указывает на бордель… место что он пытался недавно избежать.
В это время прислуга из борделя заметила принца и поспешил поприветствовать его.
«Принц! Вы давно не заглядывали к нам. Заходите, ваши друзья ждут вас внутри.»
Когда она посмотрела на Гун И Мо, ее глаза засветились интересом.
«Ах, посмотрите на этого милого мальчика, он младший брат принца?» - изначально она подумала, что юный мальчик был довольно женственным, но после она заметила блеск в глазах и поняла, что это глубина, что нет у обычных благородных. У старой леди пробежала дрожь по спине, этот мальчик должно быть прошел длинный путь.
Шэнь Ши Е потянул Гун И Мо к себе и ответил старой леди: «Не говори слишком много! Разве ты не должна показать путь?»
«Ах! Да, пожалуйста, пойдёмте внутрь!»
Старая мадам улыбнулась и поспешила вперед.
Говоря об этом, Гун И Мо довольно давно посещала бордель, в прошлом она была постоянным посетителем борделя Чу Гуань, поскольку такие места больше всего подходят для собраний и обмена информацией.
В это время, некоторые люди взволновано ждали внутри.
«Почему они еще не пришли. Неужели они не позволили принцу войти?» - прекрасный молодой человек морщил лоб, а Сюй Юань, что стоял возле него, вовсе не беспокоился.
«Расслабься, нет таких мест, где не захотят пригласить принца!»