Глава 74 -75
74 глава
Император посмотрел на бледнолицего Гун Чэ: «Тоже самое и для тебя. Если ты желаешь престол, докажи свои способности!»
После того, как он высказал свои мысли, Император Гун Шэн сердито вышел, махнув своим рукавом. Он не обратил внимания на резню в гареме, что могут вызвать его слова.
Кто знал, как долго Гун Чэ стоял на коленях, пока он наконец не покинул Дворец Чаоян и направился к Дворцу Фэнцю, где осталась его мать.
Принц был в оцепенении, когда он тащился назад и уголки его губ были изогнуты вниз, он выглядел так, словно потерял свою душу. Не осталось ничего от образа нежного принца. Все слуги, с которыми они сталкивался, держались на большом расстоянии, не смея появляться в его поле зрения.
Но прежде, чем он смог войти во Дворец Фэнцю, его ушей достиг несчастный крик. Забежав во дворец, он наконец увидел, как две служанки держат хаотично одетую Императрицу. Было очевидно, что евнух уже сообщил ей волю императора, так что она была огорчена настолько, что хотела умереть.
«Мама! Что ты делаешь?!»
Одна из дворовых дев в слезах поспешила к Гун Чэ и сказала: «Ваше Высочество Наследный Принц, вы пришли! Быстрее, убедите Императрицу. Ее Высочество, она… она хочет наложить на себя руки!»
«Наследный Принц?»
Когда Императрица услышала слова «наследный принц», ее безжизненные глаза ярко вспыхнули с пронзительным холодом! Она рассмеялась и сказала: «Что Наследный Принц? Зачем вообще наследный принц? Вы слышали слова императора. Он сказал, что любой может стать императором! В таком случае, какой смысл в Наследном Принце?»
Какой смысл в тех лет лишений, чтобы достичь симпатии? Какая польза от ее интриг? Она могла строить интриги в свое удовольствие и это все было бесполезно! Всего пару слов императора и их семья была загнана в пропасть, не оставляя шанса для искупления! Все, над чем она работала, стало пустышкой!
Ее вид испугал Гун Чэ. Он быстро встал на колени перед Императрицей и воскликнул: «Королева Мать! Поскольку преуспеет тот, кто будет достойным принцем, почему ты думаешь, что я не преуспею? Императрица, пожалуйста, поверь в мой талант. Я точно смогу добиться успеха!»
«Поверить в тебя?» - глаза императрицы сузились, когда она говорила с печалью и безнадегой.
«Мой сын… ты все еще не понял реальность? С одной стороны, мы не сравнимся с милостью императора к Лю Сянь Фэй, с другой стороны наши финансовые возможности уступают даже Лун Гуй Фэй. Семья Лю слаба, так что они продолжат унижать нас как захотят!»
«Мой дорогой сын… хотя ситуация упала до этого, я не боюсь, что у тебя не окажется таланта. Нет, я боюсь что, хотя у тебя есть талант, ты не сможешь защитить себя, это сделает тебя камнем преткновения в глазах наших врагов!»
Она отчаянно плакала, говоря это. И что если она была императрицей? В конце концов она просто женщина и статус женщины в гареме определялся благосостоянием и наследством ее собственной семьи. Кто мог понять ее горе?
Слова императрицы глубоко поразили понимание Гун Чэ! Реальность была слишком жестокой и хладнокровной.
Разве он не мог полагаться на свои собственные способности? Разве он не мог достичь этого?
Недоверие и страх его матери заставил его сомневаться и ненавидеть себя. Он хотел стать императором, только из-за людей, которых он хотел защитить. Но в конце концов, он не мог защитить тех же людей. Если он вместо этого заставил их испытывать панику и страх каждый день, пока они не потеряют их веру в него, какая от него польза?
Нет, он не только бесполезен. Ему также нахватает силы и потенциала. Он не был достоин.
Сердце Гун Чэ продолжало погружаться глубже… наконец он холодно улыбнулся.
Когда он опустила на колени перед отцом во дворце Чаоян, его лицо никогда не показывало и следа отчаяния перед унижением и проклятиями его отца. Но сейчас его выражение показывало настоящее отчаяние, Гун Чэ чувствовал себя так, словно его приговорили к смертной казни, и он был сослан в ад.
Когда Императрица увидела бледное лицо ее сына и его унылую улыбку, ее охватила невыразимая скорбь и она упала на колени. Она схватила Гун Чэ своими руками и закричала хриплым и уставшим голосом: «Сын! Это вина мамы, это мама бесполезна, вини маму!»
75 глава
Если бы только ее руки и ноги были немного чище, если бы эта мать не попалась на своем грехе, разве император бы довел их до этой точки?
Ее слезы быстро увлажнили плечи Гун Чэ. Его уши пронзили не только плач его матери, но также рыдания двух леди. Весь дворец Фэнцю был пропитан глубоким отчаянием.
На его плечах висела вся честь и позор – это была ответственность что он должен был нести.
Он не знал, как только он утешал императрицу и их людей. Когда он покинул дворец, Гун Чэ посмотрел на небо, что уже потемнело…
В его ушах… все еще раздавались отчаянный плач матери.
Когда он вспомнила это, кровь Гун Чэ словно застывала. Его мать была бессильной, когда всплыло преступление, император полностью потерял доверие к ней всего парой слов. Даже хотя она все еще жива, ее сердце исчезло, словно остывающие угли. Она продолжала идти безжизненно.
Прямо, как он, сейчас, он плелся словно блуждающая душа и был словно упавшее дерево. Хотя он сделал все возможное, чтобы утешить и успокоить других, кто бы утешил его?
«Ваше Высочество!»
В небе раздался удивленный голос. Лянь Сян подняла фонарь и подошла к нему. Когда она увидела, что это был Принц, она облегченно вздохнула и поспешно сказала: «Госпожа услышала, что что-то случилось во дворце. Она приказала мне ждать здесь, говоря, что вы должны вернуться… Ваше Высочество, вы в порядке?»
Когда она приблизилась, она заметила ужасный вид Гун Чэ.
Когда он увидел знакомое лицо служанки, он кажется вернулся в реальность. Услышав, что Гун И Мо ждет его, Гун Чэ не знал почему, но его сердце испытало тепло, когда он представил ее расстроенное выражение.
После размышлений о событиях днем, он быстро поднял уголок своих губ, потер свои брови и освежил свой дух, прежде чем войти в особняк.
Как только он вошел, он заметил, что все блюда все еще горячие. Он заметил Гун И Мо, что кинула взгляд на блюдо, прежде, чем быстро схватить фрикадельку закинуть ее в рот!
Когда Гун Чэ увидел эту сцену, он не мог не рассмеяться. Гун И Мо посмотрела на него парой глаз полных раздражения. Ее рот был полон еды, так что ей было трудно проглотить. Она смотрелась очень весело и мило.
«Голодная?» - он улыбнулся и сел рядом с Гун И Мо. Когда он увидел, что все блюда на столе были его любимыми, его выражение потеплело.
То, что произошло во дворце, было не под его контролем. Сейчас он чувствовал себя мирно, словно быть здесь, с ней, вот что значит быть дома.
Видя, что Гун Чэ сидит неподвижно, Гун И Мо улыбнулась и быстро положила блюдо на его тарелку: «Готовка во дворце Брата Принца очень умелая. Я почти умерла, пока ждала под атакой этих ароматов.»
Потрясенный ее преувеличением и хвастовством, Гун Чэ потянулся и осторожно коснулся ее головы. Он слабо спросил: «Если ты была голодной, почему ждала меня?»
Гун И Мо кивнула и нерешительно посмотрела на него, словно было что-то, что тяготило ее и она не хотела это говорить. Она осторожно спросила: «Брат… какая сейчас ситуация во дворце? Императрица… она в порядке?»
Из-за ее слов Гун Чэ больше не мог сдерживать нежную улыбку и его выражение постепенно потемнело.
Если он не заговорит, она не сможет найти решения к проблеме. Так что Гун И Мо схватила его руку и тихо сказала: «В чем дело, что Принц не может рассказать?» - сказала она, словно разбалованный ребенок. Ее не волновало то, что она ведет себя бесстыдно.
Гун Чэ улыбнулся. Ее маленькая ладошка передавала тепло в его руки. Принц не хотел добавлять к ее беспокойствам дворцовые дела, так что он начал говорить об этих проблемах, будто это были тривиальные вопросы.