Him&I

— Твоё личное пространство очень важно, — так же тихо ответил Хеммингс.

Этот придурок вгоняет меня в краску и ему пора бы прекратить так делать. Я, кажется, уже с маникюром сливаюсь.

— Погоди, что ты делала у бассейна? По тебе не скажешь, что ты купалась, — улыбнулся он, устраиваясь так, будто уходить в ближайшие несколько часов он не собирался.

— Сидела, ноги мочила. Там просто людей меньше и тише, — объяснила я, начиная чувствовать, что замерзаю.

— Сумасшедшая, вода ж ледяная! — нахмурился парень. Я пожала плечами. Я, как бы, не отрицаю, что я не особо умная. — Погоди.

Люк вдруг встал и вышел с балкона. О, я снова одна. Или нет.

В комнате Люка что-то зашумело и зашуршало, мне было интересно, что там происходит, но я мне было лень вставать, окно было высоко, а шторка загораживала весь обзор. Всё, что я могла отчётливо видеть — это ноги Люка, обутые в золотистые сапоги. Я перевела взгляд на свои и свела носки вместе, стукая ногой о ногу. Между тем, ветер стал усиливаться, а тучи становились всё чернее. «Лишь бы без дождя, мне же ещё домой ехать», — подумала я, подбирая ноги к груди, чтобы согреться.

Люк молчал, изредка ходя по комнате под мерный шум чего-то, а мне было неловко молчать. Поэтому я запела. Кажется, это была Gorgeuos от X Ambassadors. Шаги Люка за стенкой стали чуть громче, но через мгновения прекратились. Я просто негромко напевала, даже не соблюдая оригинального ритма. Просто текст. Просто голос. Просто пела. После первого куплета послышался щелчок и шум прекратился. И не успела я начать петь второй куплет, как на балконе вновь появился Хеммингс с двумя большими кружками чая.

— Не знаю, какой чай ты любишь, но я сделал зелёный с мятой без сахара. Только осторожно, горячий, — Люк отдал одну кружку мне и снова сел рядом.

— Спасибо большое, — улыбнулась я, отпивая небольшой глоток. — Мой любимый, кстати.

— Прекрасно. Я не мог не сделать, у тебя губы чуть ли не фиолетовые, — пояснил Люк. — Кстати, почему ты ушла?

Он беспокоится или выражает беспокойство других?

— Я... это будет звучать глупо, — грустно усмехнулась я, переводя взгляд на небо и облокачиваясь спиной на стену.

— Я не принуждаю говорить, если ты не хочешь, — Люк оборонительно поднял левую руку вверх, в правой была кружка.

— Только не смейся, — я попыталась сдержать улыбку. — Я не люблю большие компании, в которых я не своя. Да, я знаю, что я пришла на всю эту тусовку с кучей людей, но я бы не пошла, если бы не была так сильно привязана к Лиз. Я не умею говорить «нет», а ещё я люблю петь. Я не планировала встречи с... группой которую я очень люблю уже очень долго, я хотела просто увидеть загадочного Худа и уехать домой. Мне было бы некомфортно в вашей компании, я бы чувствовала себя лишней... ой.

Я оборвала свой словесный поток, зажав самой себе рот рукой, потому что почувствовала, что и так наговорила слишком много. Дура, опять наговорила малознакомому человеку много ненужной фигни. Теперь ему оставалось только молча допить чай и тактично выпроводить меня. Снова я всё испортила. Вернее, я так думала.

— Всё в порядке. Это абсолютно нормально, — спокойно ответил Люк, отпивая чай. — Нет значит нет. Если хочешь, я сам отвезу тебя, только давай допьём чай, а то ты вся дрожишь.

«Он такой чудесный», — подумала я, стараясь спрятать свой влюблённый взгляд. То, что я ловлю дичайший краш на Люка уже несколько лет не означает, что я должна это показывать. Особенно сейчас, когда у него нет девушки. «Грейс, он просто добрый, охлади своё траханье!» — проорала я самой себе и успокоилась. Более или менее.

— Спасибо, но Лиз меня, наверное, отвезёт. Ну, или на автобусе доберусь, не хочу напрягать, — вежливо отказалась я.

— И на каком же ты автобусе собралась добираться? — хохотнул Хеммингс. — На последнем, который уехал минут десять назад? А Лиз не вариант, пока мы сидели, она сказала, что остаётся здесь с Калумом на ночь.

Это всё большая шутка надо мной или да? Прошлась бы пешком, но вряд ли я дойду, меня украдут, либо убьют, либо у меня отвалятся ноги идти в другой конец Лос-Анджелеса. У меня не было выбора.

— Хорошо, поедем часов в одиннадцать? — вынужденно согласилась я, прикладывая тёплую кружку к шее и заметно согреваясь от этого.

— Без проблем. Кстати, почему ты перестала говорить так резко? — поинтересовался Люк.

— Я, кажется, много наболтала. Мне не стоит сразу открываться человеку, которого я, возможно, в последний раз в жизни увижу так близко. Не хочу наступать на одни и те же грабли, — пояснила я, жестигулируя и качая головой.

— Да ладно, не в последний. Лиз уже часть группы, а ты — часть Лиз. Ещё пересечёмся, — улыбнулся мне Хеммингс.

Я улыбнулась в ответ.

— Забыл сказать, мне понравилось твоё пение. Ты хорошо интонируешь, приятно слушать, — добавил Люк.

Я поблагодарила его, а внутри растаяла.

— О, та песня, Miss Misterious... — парень не собирался замолкать, что мне очень нравилось.

х х х

Разговор завязался стремительно. Мы говорили о фандомах, увлечениях, концертах, смеялись, шутили уже собственные локальные шутки и прекрасно проводили время. Я бы не хотела, чтобы наши посиделки заканчивались, но ничто не вечно. Пока мы сидели, люди разошлись и во дворе никого не осталось. А небо, тем временем, почернело так, что казалось, что над головами одна пустота.

— Сколько времени? — спросил Люк. — У меня телефон в комнате лежит, не хочу вставать.

Я достала свой, но он, по всей видимости, сел. Ага, ещё лучше.

— Ни малейшего понятия, — пожала плечами я и убрала гаджет обратно в карман.

— В таком случае, мы может посидеть ещё, — рассмеялся Люк, на что я улыбнулась.

И тут грянул гром. Только не гроза, не-не-не. Сейчас мы зайдём в дом, а там и разойдёмся.

— Переждём дождь здесь, он должен быстро закончиться, — предложил Люк и я кивнула.

— Люблю дождь, — тихо сказала я, наблюдая, как первые капли падают на деревянный пол и мне на ботинки, хотя я подобрала ноги.

— Я тоже, но не в период концертов, — поддержал Хеммингс.

Мы снова продолжили наш разговор, но долго проговорить мы не смогли. Гром прогремел ещё сильнее, засверкали молнии. Дождь усилился. Это был буквально ливень. А вместе с ветром всё стало ещё хуже. Мои джинсы уже намокли, а вода, кажется, затекла ещё и в сапоги.

— Что ж, теперь точно в дом, — Люк встал и хотел выйти с балкона, но дверь была заперта.

Хеммингс толкнул дверь, но она не поддалась. Даже не скрипнула. Мы заперты.

— Твою мать... нас Калум, походу, закрыл, пока мы разговаривали. Позвонить не можем, орать нет смысла. Прыгать тоже не вариант, второй этаж, — от злости Люк пнул дверь.

Я, что, действительно сейчас заперта на балконе с Люком Хеммингсом? Я тоже встала с пола, нервно кусая губы и оглядываясь по сторонам в поисках того, что могло бы нам помочь выбраться. А дождь не унимался, хлестало так, что уже и на полу были лужи, а наши с Люком рубашки намокли и прилипли к телу. Мои кудри уже распрямились и не прилипали только из-за ветра, а вот волосы Люка уже тёмными от влаги кудрями лежали на лице.

— Пожарная лестница! — вдруг радостно выкрикнул Хеммингс.

Я посмотрела на стену дома и действительно смогла различить очертания пожарной лестницы.

— Я первый, ты за мной, я поймаю тебя внизу, — скомандовал Люк и я кивнула.

Что не час, то приключения. Выбора у меня не было. Люк перелез через перила и зацепился за лестницу, по которой быстро спустился и спрыгнул на землю. Я услышала стук его каблуков о бетонную плитку. Моя очередь.

— Я страхую! — крикнул Люк мне.

Итак, я действительно, почти дрожа от страха, полезла по пожарке. Страшнее всего было перелезать через перила, потому что я запросто могла бы грохнуться. Спустя меньше, чем минуту, я стояла ногой на последней перекладине. До земли метра полтора, а снизу ещё какой-то водосточный незакрытый люк приличных размеров. Придётся прыгать в длину. Неудачно оттолкнувшись, я почти перепрыгнула водосток, но при приземлении зацепилась каблуком и с визгом, пытаясь ухватиться за неловко среагировавшего Люка, повалилась на землю, красиво проехавшись икрой по какой-то железке, распоров, кажется, штанину, и спиной по искусственной траве, извозившись в грязи.

— Моя, моя, моя вина. Я сильно виноват, — протараторил Люк, держа меня за руку и спину и поднимая меня на ноги. — Сильно больно? Идти можешь? Надо в дом.

— Могу, но я, походу, до крови поцарапалась, наслежу в доме, — поморщилась я от боли.

— Да плевать, идём, — всё ещё придерживая меня за спину, Люк довёл меня до двери здания и мы вошли, оба мокрые, как собаки, так ещё и я грязная и  кровоточащей ногой.