6
Я стояла и смотрела в зеркало. Слезы по моим щекам стекали одна за другой.
Страх.
Боль.
Тоска.
Разочарование.
Предательство.
Я умылась и захватив телефон пошла в спальню. Не хотелось абсолютно ничего. Я уволилась на свою кровать без сил. Толку, что я умылась, все равно плачу. Я почувствовала, что потеряла что-то важное в своей жизни, и это опору, которую я искала с самого детства. Я росла без отца, и видела, как маме тяжело меня поднимать одной на ноги. Папа бросил ее, узнав о ее беременности, я даже его ни разу не видела в живую, только на фотографиях. Мамы в моем детстве почти что не существовало, я видела ее один раз в несколько суток. Она не спала ночами и пропадала на работе, оставляя меня с бабушкой и дедушкой. К сожалению, они погибли. Я сразу поняла, что мне станет намного легче если я съезжу на кладбище к бабушке и дедушке. Всё-таки решила пойти по стопам бабушки и помогать людям. Я встала с кровати, вытерла слезы и одела первую попавшуюся одежду. Вызвав такси, выскочила с дома и поехала на кладбище.
Была ночь, выскочив с такси, я пошла к воротам кладбища. Ветер усиливался, а молния на ночном небе так и завораживала. В потёмках я пошла искать могилу моих покойных бабушки и дедушки. Искала недолго, так как знала, где находится. Гром и молния усиливались, скорее всего, и погода расстроена и зла на поступок Ильи. Подойдя к могиле, я положила парочку конфет и села на лавочку рядом с ней. Слезы капали на землю, эмоции я не скрывала. На землю стал капать дождь. Небо плачет. Ему больно, как и мне. Несколько минут я просто сидела и плакала, а после просто смотрела на темные могилы, покрытые мраком. Бабушка на фотографии выглядит очень счастливой. Дедушка тоже очень счастлив. Мне очень стыдно, что я приезжаю очень редко, хоть и живу недалеко. Воспоминания были хорошими, бабушка каждое утро готовила мне вкусные блинчики, которые я съедала. Из-за этого в школе меня унижали, были прыщи и лишний вес. Очень плохо, что я слушала других и в четырнадцать лет я стала худеть. Лишняя потеря веса привела к дефициту веса. В пятнадцать лет Я весила тридцать пять килограмм, при весе метр шесдисят пять. Из-за недостатка в весе в школе тоже были издёвки. Я ненавидела себя, внешность, руки, ноги, зубы и все остальные части тела. В школе меня называли палка и доска, идя со школы я все время плакала. Только бабушка с дедушкой сидели и вытирали мои сопли и слезы. После этого случая я взялась за учебу и стала много читать про психологию. Но на этом зацикливаться я не стала. Также я занималась спортом, но самое мое яростное желание было продать душу. И не просто кому-то, а дьяволу. Живу и не жалуюсь. Мне все нравится.
— т/и? — сказал мне мужской голос, на который я сразу же откликнулась. Подняв голову увидела Череватого с черной сумкой в руках.
— м?.. — сказала я грустно, со слезами на глазах. Я даже была не удивлена, что встретила Череватого на кладбище.
— ты чего тут под дождем сидишь? Заболеешь. — проговорил тот подходя ближе.
— да плевать. Уже ухожу.
Я встала с лавки, и посмотрев пару секунд на могилки, пошла вдаль, даже не попрощавшись с Череватым. Теплая рука Влада остановила меня за запястье, заставляя остановиться. Прикосновения грели и манили к нему. Я встала перед ним, заглянув в его черные глаза. Он также отвечал взаимностью, заглядывая в мои глаза. Я плакала. Дождь, гром и молния усиливалась, образовывался целый ураган, а ветер сбивал с ног.
— почему ты плачешь? — сказал Череватый с некой грустью.
— тебе разве не плевать? Зачем интересуешься. — у меня не было желание с кем-либо разговаривать и видеться.
— мне нужно знать, почему ты ночью сидишь на кладбище и захлёбываешься в слезах. — сказал он не отпуская мое холодное запястье.
— тяжёлый период в жизни. — тихо проговорила я не отрывая свой взгляд от глаз Владислава.
Я была в футболке, я сверху была тонкая кофта на застёжке. По телу пробежала дрожь от холода, ветер не переставал усиливаться, завывая сильнее.
— таак. — протяженно вымолвил Череватый снимая с себя куртку. Он быстро накинул на меня свою куртку, и взяв за руку повел на выход с кладбища. Ветер не давал спокойно идти, а наоборот сдувал с ног, заставляя чуть ли не падать. Куртка Влада пахла его духами, которые резали мой нос приятным запахом. Шли мы в тишине, было слышно только гром и шум ветра в ушах. Рука Череватого крепко сжимала мою руку, не давая отцепиться. Подошли мы к черной машине Влада минуты через две. Череватый открыл мне дверь и посадил туда, а сам обошел машину и сел за водительское место. Влад мигом поехал обратно.
— прости, что не дала тебе поработать. — сказала я, когда мы ехали по трассе.
— ты мне не помешала, я как раз таки шел обратно. Я прекрасно поработал. — сказал Череватый смотря только на дорогу. — меня интересует, что ты делала на кладбище в такое время, так ещё и плакала.
— Илья бросил. — сказала я сухо и без сожаления.
— поэтому он тебе звонил? — проговорил Влад, посмотря на меня, но потом сразу же вернул взгляд на дорогу.
— да. Сказал, что больше не любит меня и изменил мне.
— козел. — вымолвил Череватый.
— возможно. Сейчас я не хочу ничего слышать о нем. Давай сменим тему.
Влад лишь кивнул, но мы продолжили ехать в тишине. В полутемках мы ехали по мокрой дороге, которая отсвечивал свет от фар машин. Как на зло, мы ехали на встречу гаишникам, которые остановили Влада.
— подыграй мне, если что. — сказал Череватый мне.
Он открыл окно.
— здравствуйте. — сказал милиционер.
— здравствуйте.
— почему нарушаем? — спросил тот с ходу. — можно пожалуйста ваши документы, паспорт и права.
Влад посмотрел на меня.
— у меня жена беременна, открылось кровотечение, ей срочно нужно в больницу!
По моему лицу и так было видно, что мне плохо, но все таки решила подыграть, что мне настолько плохо, что я прям разрываюсь от боли.
— Влад, поехали пожалуйста быстрее, мне плохо... — я схватилась за свое колено сжав его. Гаишник же опустил голову, чтобы посмотреть на меня.
— ладно, езжайте, будьте аккуратны, всего Вам доброго. — сказал тот, а Влад закрыл окно. Череватый сразу же поехал дальше по трассе.
— спасибо. — сказал тот посмотря на меня.
— мг. — сухо и холодно вымолвила я.